Net-impressed and hatched pottery
Автор: Gusakov M.G., Kuzminykh S.V.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Статья в выпуске: 222, 2008 года.
Бесплатный доступ
M.G. Gusakov and S.V. Kuzminykh raise the question on the role the bearers of net-impressed and hatched pottery played in the history of the Volga-Oka interfluve in Hallstat, and formation of D'yakovo and Gorodets cultures. The authors dwell upon the history of investigation of the net-impressed pottery, in particular, they discuss A.A. Bobrinsky's experimental work on the simulation of net-impressed pottery. These experiments can help to explain the similarities and differences in the origin of the surface treatment known as stamped pottery. It is supposed that the early stage of D'yakovo culture (the 8th - 6th cc. BC) was not in fact related to this culture, but represented an independent phenomenon. It should be interpreted as the final stage of the Bronze Age of Eastern Europe, substantially postponed in the forest zone. At the same time the coeval forest-steppe communities had already passed the changeover to the Iron Age. The same reasons are responsible for slow development of the Upper Volga sites in the context of D'yakovo culture. It is stressed that at the discussed sites net-impressed pottery ceased as late as the mid 1st mill. AD.
Короткий адрес: https://sciup.org/14328667
IDR: 14328667
Текст научной статьи Net-impressed and hatched pottery
MT. Гусаков, C.B. Кузьминых
К ВОПРОСУ О РОЛИ НОСИТЕЛЕЙ “СЕТЧАТОЙ” И “ШТРИХОВАННОЙ” КЕРАМИКИ
В ФОРМИРОВАНИИ КУЛЬТУР ЛЕСНОЙ ПОЛОСЫ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ В РАННЕМ ЖЕЛЕЗНОМ ВЕКЕ
Проблема, вынесенная в заглавие статьи, является одной из наиболее дискуссионных в археологии раннего железного века (РЖВ) лесной полосы Восточной Европы. Давно утвердилось мнение, что ранний период существования дьяковской культуры (далее ДК) охватывал УШ-VI вв. до н.э. и связан с носителями традиции изготовления “сетчатой” (текстильной, ложнотекстильной, ниточно-рябчатой и т.д.) керамики. По мнению ряда исследователей, именно носители этой традиции являлись собственно “дьяковцами”, которые время от времени принимая в свою среду незначительные коллективы “чужаков”, ассимилировали их и смогли дожить до прихода на территорию Волго-Окского междуречья славян (Дубынин, 1974; Сидоров, 2002).
При этом приводятся следующие аргументы. 1. “Сетчатая” керамика возникла в первой четверти П тыс. до н.э. (в системе традиционной хронологии) и существовала вплоть до начала нашей эры. 2. “Сетчатая” керамика распространена от Русского Севера до среднего течения Волги на юге (Самарская Лука и р. Сок), от берегов Балтики на западе до устья Камы на востоке. Впервые она появляется в Восточной Прибалтике (так называемая “пористая сетчатая” керамика) и на Северо-Западе Европейской России (Приладожье, Прионежье, Валдай и Верхнее Поволжье). 3. “Сетчатая” керамика Верхнего Поволжья, по мнению ряда исследователей, ведет свою “родословную” от неолитической ямочно-гребенчатой {Крайнов, 1972; Гад-зяцкая, 1992). 4. Наиболее поздняя “сетчатая” керамика аккумулируется в Приладожье, Верхневолжье и в среднем течении Оки. 5. Принято считать, что “сетчатая” керамика принадлежала финно-угорскому населению {Meinander, 1954; Гурина, 1963; Третъяков, 1966; и др.). Ее появление в Восточной Прибалтике и северо-западных районах России, в Карелии и Финляндии связывают обычно с миграцией с востока, из Волго-Окского междуречья. 6. “Сетчатой” керамики нет в Латвии, Литве (вернее, она есть, но в небольшом количестве), среди материалов области культур “штрихованной” керамики (КШК), в нижнем течении Западной Двины, на Немане, в верховьях Днепра и Оки, т.е. в ареале КШК {Васке, 1991). 7. Нет четкого представления о том, кто делал “сетчатую” керамику - охотники-рыболовы или скотоводы-земледельцы. Приводятся аргументы в пользу той и другой версии.
Какова же динамика использования “сетчатой” керамики на разных хронологических этапах развития ДК?
Археологические данные свидетельствуют о том, что в ранних слоях дьяковских поселений “сетчатая” керамика составляет значительный процент. Это дает основание считать ее самой древней в ДК и предполагать, что она предшествует другим видам керамики: гладкостенной1, штрихованной и лощеной. Правда, наряду с “сетчатой” в ДК есть редкие образцы “рогожной” керамики (в основном характерной для Городецкой культуры).
Период бытования “сетчатой” керамики в ДК, как предполагается, достаточно велик: УШ/УП в. до н.э. - первые века I тыс. н.э. Н.А. Кренке в результате работ на Дьяковом городище пришел к выводу, что “сетчатая” керамика исчезает на рубеже эр или в самом начале I тыс. н.э., причем исчезает сразу, а не постепенно, как это представлялось ранее {Кренке, 1988; Кренке, Сулержицкий, 1988). К сожалению, стратиграфия культурного слоя городищ не всегда дает возможность выделить четкие границы залегания “сетчатой” керамики. Часто она попадает и в поздние слои в результате перемещений культурного слоя еще в древности. То, что культурный слой многих раскопанных городищ подвергался деструкции в древности, - факт непреложный. Свидетельством тому перемещение заведомо разновремен- ных вещей и разнобой радиоуглеродных образцов. Иногда даже трудно сказать, где больше поздних вещей - в нижнем слое (где, казалось, им не место) или в верхнем {Городцов, 1934. С. 6,1; Дубинин, 1974. С. 198-204; Крен-ке, Сулержицкий, 1988. С. 39—44). Данный факт должен послужить своеобразным предупреждением: не все категоричные выводы следует принимать на веру. Наряду с “сетчатой" керамикой в ранних слоях есть и “заглаженная”. Возможно, она попала сюда также в результате перекопов в древности. Вопрос остается открытым: четкой уверенности в ее ранней принадлежности нет.
Период бытования “сетчатой” керамики в рамках традиционной хронологии {Воронин, 1998) - 1500 лет, а в свете радиоуглеродной хронологии {Lavento, 2001) - около 2000 лет. И в том, и в другом случае это весьма значительный срок бытования такого типа керамики. Мы не случайно вспомнили о хронологии, так как резонно возникает вопрос: как охотники и рыболовы, изначально изготавливавшие эту керамику, могли так долго уживаться с носителями другого хозяйственного уклада (речь идет о земледельцах и скотоводах, которым приписывается заглаженная керамика).
В археологической литературе давно утвердилось мнение {Смирнов, 1992), что система жизнеобеспечения ДК - параллельно с другими видами хозяйства - с V в. до н.э. опиралась и на земледелие. Если допустить, что носители “сетчатой” керамики были охотниками и рыболовами, то прожить бок о бок в одних и тех же экологических нишах с земледельцами и скотоводами в течение тысячи лет у них не было никакой возможности. Этот исторический факт многократно засвидетельствован историками и этнографами как в Старом, так и в Новом Свете: обычно охотники при столкновении с земледельцами уходят на новые места {Алексеев, 1985. С. 118, 119, 180-190).
Обратимся теперь к технологии изготовления “сетчатой” керамики. А.А. Бобринский (1978) разделил процедуру изготовления сосуда на отдельные стадии. Кратко это выглядит так: 1) выбор исходного сырья и приготовление формовочного теста (рецептура теста); 2) “стадия начина”, т.е. приемы начала изготовления полого тела; 3) создание полого тела, или способы (приемы) изготовления формы сосуда; 4) обработка внешней поверхности, или оформление “внешности” сосуда; 5) декор сосуда, орнамент. Заметим, что последнюю стадию Бобринский специально не рассматривал. Суть его исследования в том, что, только изучая все стадии создания формы (сосуда), мы можем установить не только детали процесса изготовления формы, но и его истоки и, возможно, этническую принадлежность носителей этой керамики (насколько это позволяют возможности археологии).
Археологи обычно используют в своих исследованиях только две последние стадии - обработку поверхности и орнамент. Однако эти стадии (по тер мин ологии А.А. Бобринского, приспособительные) не являются этнографическим маркером, поскольку легко усваиваются. К сожалению, Бобринский не опубликовал результаты исследования керамики РЖВ в полном объеме, а та часть, что обнародована, увы, минимальна. Так что вопрос об этнической сущности носителей “сетчатой" керамики остается до сих пор открытым.

Рис. 1. Образцы керамики с отпечатками рубцовой кожи, деформированными под влиянием выбивания колотушкой (по: Бобринский, 1978. Рис. 81)
1 - экспериментальный образец; 2 - Кондраковское городище; 3-5 - городище Дьяков Лоб


0 2 см
।_____________________________।_____________________________।

Рис. 2. Образцы керамики со следами выбивания колотушкой через грубую ткань и колотушкой, обернутой рубцовой кожей (по: Бобринский, 1978. Рис. 86)
1,2 - поселение Ватажка; 3,4 - городище Графская Гора

Рис. 3. Образцы керамики со следами выбивания поверхностен ячеистой колотушкой (по: Бобринский, 1978. Рис. 88)
1 - экспериментальный образец, выбитый плоскостью колотушки; 2 - экспериментальный образец, выбитый торцом колотушки; 3 - городище Скнятино
Итак, у дьяковцев есть два приема изготовления формы (сосуда): выбивание в формах-основах (мешок, желудок) (рис. 1) и налепочный способ (или скульптурная лепка, по А.А. Бобринскому). При этом мы имеем три способа обработки внешней поверхности: “сетка”, “штриховка”, “заглаживание”2.
Заметим, что приемы изготовления предшествуют приемам обработки поверхности. Во время выбивания в формах основы - будь то тканевый мешок либо желудок - на внешней поверхности образуются отпечатки формы-основы в виде “рябой” поверхности (рис. 2). В результате сосуд получает либо законченную поверхность (в зависимости от местных традиций), либо все остается как есть, либо дополнительно наносится орнамент с помощью различных штампов (колесико, гребенка, веревочка и т.д.). Приемы изготовления формы сосуда - выбивание и нал елочная техника (рис. 3) - совершенно различны, ничего общего друг с другом не имеют и исходят из различных традиций изготовления керамики (Бобринский, 1978). Закономерен вывод: эти приемы принадлежат разным (далеко не родственным) группам населения.
В исходном материале ДК представлены, как минимум, две традиции изготовления посуды. В таком случае закономерен вопрос: какую посуду делали “дьяковцы”? “Сетчатая” керамика, несомненно, ранняя: ее истоки уходят в глубь бронзового века. Следовательно, эту керамику могло оставить население, изначально не имеющее к “дьяковцам” никакого отношения. Оно могло некоторое время проживать рядом (совместно) с “дьяковским” на одной территории и в результате интеграции с ним утратить свои навыки изготовления “сетчатой” посуды.
В материалах раннего периода ДК есть небольшой процент “штрихованной” керамики. Принято считать, что этот вид керамики является “визитной карточкой” КШК, которая распространена в основном к западу и северо-западу от дьяковского ареала (рис. 4). Отличительной особенностью “штрихованной” керамики является поверхность, покрытая “расчесами” или “штриховкой” (как принято называть этот прием). Для нанесения штриховки использовались как простые инструменты - трава и солома (в качестве подражания), так и пленочная кожа рубцовой части желудка (последний прием известен еще с неолита и бронзового века) (Бобринский, 1978. С. 218).
А.М. Медведев (1996. С. 10) предполагает, что изначально носители штрихованной керамики принадлежали к финно-угорскому этносу (т.е. к аборигенным группам населения эпохи бронзы лесной полосы Восточной Европы), но в более поздние времена смешались с пришельцами, носителями шнуровой керамики. Именно этот симбиоз и стал новой культурной средой - культурой “штрихованной” керамики. И если “штриховики” в действительности являются автохтонным населением, тогда понятны их общие технологические навыки с носителями “сетчатой” керамики.
В ранний период КШК Белоруссии, Литвы и Латвии штрихованная (бороздчатая штриховка) и заглаженная керамика бытуют примерно в равных долях - около 40% (Васке, 1991). В поздний период преобладает заглаженная керамика. В Белоруссии в КШК, напротив, штриховка используется дольше (Медведев, 1996). В ДК штрихованная керамика едва составляет 5-7% от всей массы посуды.
В III—IV вв. на памятниках ДК появляется лощеная керамика. Ее распространение связывается с волной “южан” — потомков почепской и мощинской культур. Лощеная керамика составляет от общего объема не более 5-6%,

Рис. 4. Этнокультурные ареалы на севере Европейской России в начале раннего железного века
1 - ананьинская культурно-историческая область; 2 - культурно-историческая область “текстильной” керамики; 3 - культура асбестовой керамики; 4 - культура штрихованной керамики; 5 - днепро-двинская и верхнеокская культуры; 6 - культуры с “крестовой" керамикой и иткульская; 7 - ранние германцы;
8 - лужицкая культура; 9 - гальштатская общность; 10 - лесостепные и степные культуры “скифского" круга так же как и штрихованная керамика. Лощеная керамика появилась в период полного господства “заглаженной” керамики, что, судя по всему, никак не повлияло на общее положение дел в местном гончарстве. Заметим, что на Верхней Волге чернолощеная керамика имеет еще меньшее присутствие, чем в Москворечье или Поочье, и составляет не более 1% от общей массы посуды.
При анализе этой проблемы важно понять, как формировался культурный слой памятников ДК, особенно нижних горизонтов. Культурный слой дьяковских городищ, особенно нижний, предматериковый, практически не расчленяется на “дьяковский” и “додьяковский” периоды. В нем могут быть как материалы, относящиеся к ДК, так и к финалу позднего бронзового века. Нижний слой дьяковских городищ (а именно они дали основные материалы для характеристики ДК) содержит в основном “сетчатую” керамику и изделия из кости (наконечники стрел, тупики, кочедыки, булавки и др.). Здесь есть образцы “заглаженной” и “штрихованной” керамики, но процент ее незначителен и причины ее попадания в слой не всегда ясны.
Разделить эти материалы на “дьяковские” и “додьяковские” не всегда возможно. Показательно, что находки кельтов акозинско-меларского типа в ареале ДК (Кузьминых, 1993. Рис. 2; Kuz’minych, 1996. Abb. 2) связаны по преимуществу с селищами, которые большинством исследователей рассматриваются как позднебронзовые, или могильниками типа Младшего Воло-совского, принадлежность которых к ДК небесспорна. Городища лесного Заволжья (Ватажка) с находками орудий этого типа расположены на периферии дьяковского ареала, в зоне взаимодействия носителей “сетчатых” и ананьинских древностей. Сами селища с “сетчатой” керамикой, сопровождаемые находками кельтов акозинско-меларского типа, и Младший Волосов-ский могильник синхронизируются с ранними этапами средневолжских древностей ананьинской культурно-исторической области, днепро-двин-ской, КШК и других восточноевропейских культур лесной зоны, датируемых в пределах УШ-VI вв. до н.э.
Н.А. Кренке (1988) пришел к выводу, что “сетчатая” керамика исчезает в Москворечье, причем внезапно, к рубежу эр. На Верхней Волге она продолжает существовать и в начале I тыс. н.э. Хронология дьяковской керамики трех ее локальных вариантов - верхневолжского, москворецкого и окского - показана в таблице 1.
В УШ-VI вв. до н.э. “сетчатая” керамика полностью доминирует, заглаженной и штрихованной керамики мало (не более 10-20%), гребенчатый штамп присутствует как на “сетчатой” керамике, так и на заглаженной. Самые ранние памятники с “сетчатой” керамикой: Старшее Каширское, Щер-бинское, Настасьино (?). На Щербинском городище (УП/У1 вв. до н.э. -УШ в. н.э.) в нижнем слое “сетчатая” керамика составляет 33%, заглаженная 60%, в верхнем слое - “сетчатая” 5%, заглаженная 91%.
В У-Ш вв. до н.э. процент “сетки” заметно падает, заглаженной становится больше - до 20-30%, штрихованной мало - 5%. В V-IV вв. до н.э. на городище Сетунь “сетчатая” керамика - с поздним вариантом “сетки”, на Троицком городище (ранний период) “сетки” мало (5%, тогда как заглаженной 97%), и она поздняя. В Ш в. до н.э. ее уже здесь нет, исчезает и гребенчатый штамп.
Во П в. до н.э. - П в. н.э. соотношение “сетчатой” и заглаженной керамики сохраняется примерно в равных долях, штрихованной по-прежнему мало. По мнению Н.А. Кренке, в середине этого периода она исчезает. На Михайловском городище (П—I вв. до н.э. - V в. н.э.), на самом западе дьяковского ареала, “сетчатой” посуды нет вовсе.
В Ш-V вв. н.э. “сетчатой” посуды в ДК уже нет, полностью доминирует заглаженная и в то же время появляется лощеная, которая, по-видимому, связана с носителями южных традиций (почепская и зарубинецкая культуры).
В VI-VIII вв. н.э. заглаженная керамика продолжает доминировать, лощеная доживает до VI—УП вв., но ее мало — не более 5-6 %3.
Таблица 1
Памятник ДК |
Хронология |
С, % |
3, % |
Л, % |
Ш, % |
Кубринское 1 н/сл |
VI-V до н.э. - П-Ш н.э. |
85 |
15 |
||
Графская Гора |
УП-П до н.э. - Ш-V н.э |
80 |
18 |
1,0 |
Есть? |
Дьяков Лоб |
V до н.э. - П-Ш н.э. |
80 |
20 |
||
Кубринское 1 в/сл. |
VI-V до н.э. - П-Ш н.э. |
75 |
25 |
||
Сетунь |
VI-V до н.э. - Ш н.э. |
69 |
31 |
0,5 |
|
Санниковское |
П-1 до н.э. - УП-УШ н.э. |
64 |
35 |
1 |
|
Коробчеево 1 |
V-Ш до н.э. - Ш-V н.э.? |
52 |
28 |
||
Городище |
УП-VI до н.э. - Ш-V н.э. |
51 |
29 |
||
Настасьино |
УП-VI до н.э. - Ш н.э. |
48 |
35 |
||
Пекуновское |
Ш до н.э. - ГУ-У н.э. |
44 |
55 |
1 |
|
Протопопово |
УП-VI до н.э. - Ш-V н.э. |
42 |
48 |
+ |
|
Щербинское н/сл |
VII-VI до н.э. - VI-VIH н.э. |
33 |
60 |
7 |
|
Мутенковское |
УП-VI до н.э. - Ш-V н.э. |
17 |
81 |
2 |
|
Кузнечики |
V до н.э. - V н.э. |
14 |
84 |
2 |
0,5 |
Лесничино |
УП-VI до н.э. - Ш н.э. |
12 |
84 |
4 |
|
Щербинское в/сл |
УП-VI до н.э. - VI- УШ н.э. |
5 |
92 |
3 |
1,6 |
Барвихинское |
П-1 до н.э. - V н.э. |
2 |
96 |
2 |
|
Троицкое |
ГУ-Ш до н.э. - V н.э. |
0,5 |
97 |
2,5 |
0,5 |
Михайловское |
П-1 до н.э. - V н.э. |
0,5 |
98 |
0,5 |
|
Березняки |
У-УШ н.э. |
+ |
98 |
+ |
|
Сокращения: в/сл, н/сл - верхний и нижний слой; + - есть; С - сетчатая; 3 |
- заглаженная; Л - |
||||
лощеная; Ш - штрихованная. |
Особого внимания заслуживает “сетчатая” керамика памятников Верхневолжья. Доля “сетки” в коллекциях здесь значительно больше, чем в других вариантах ДК (табл. 1). Содержание заглаженной посуды (в нижних слоях особенно мало) в верхних слоях также незначительно по сравнению с другими областями. Встает вопрос: когда появились носители заглаженной керамики на берегах Волги и ее притоков? По материалам памятников Западного Москворечья (Троицкое, Тучково, Михайловское и др.) можно утверждать, что они появились здесь в пределах IV-П вв. до н.э.
Возможно, что носители традиции изготовления заглаженной керамики вышли к Верхней Волге около рубежа эр. На городище Лесничино (VII-VI вв. до н.э. - Ш в. н.э.) процент “сетчатой” керамики значительно уступает заглаженной (соответственно 12 и 84%), аналогично ситуации в Москворечье. Но на других памятниках картина иная. На городищах Графская Гора и Дьяков Лоб (VII-VI вв. до н.э. - III-V вв. н.э.) в ранний и средний периоды “сетчатая” керамика составляет около 75% и бытует до рубежа эр. На Волге, от Калязина до Юрьевца, в поздних памятниках ДК (Березняки и Попадинское, V-VIII вв. н.э.) “сетчатая” керамика отсутствует. На городищах Сетунь и Троицком “сетки” нет уже в Ш-П вв. до н.э. Может быть, к концу I тыс. до н.э. она полностью исчезает? Но на Волге она продолжает бытовать до Ш в. н.э.
Кроме того, обращает на себя внимание то, что на дьяковских памятниках Верхневолжья почти нет латенских бронзовых украшений, мало грузи- ков “дьякова типа” (если сравнивать с Москворечьем). По данным К.А. Смирнова (1971. С. 80-98), в Москворечье (29 памятников) известно 1200 грузиков, на Оке (9 памятников) - 117, на Верхней Волге (17 памятников) - 87. Возможно, эти факты свидетельствуют о том, что в латенский период здесь еще не было носителей заглаженной керамики или в силу малочисленности они не могли изменить облик ДК. То есть можно предположить, что собственно дьяковская культура (вернее, ее носители) появилась на Верхней Волге только на рубеже эр.
Подведем итог. Предложенная реконструкция процессов культурогене-за носит предварительный характер.
Та “сетчатая” керамика, к которой истоками восходит дьяковская, существует в течение всей эпохи поздней бронзы. Единая культурно-историческая область “сетчатой” или “текстильной” керамики продолжает существовать и в самом начале раннего железного века (рис. 4). Примерно в VII/VI-V вв. до н.э. в южной части ее ареала происходит обособление дьяковской и Городецкой культур. Синхронные им северные и северо-восточные памятники “сетчатого” ареала, представленные в основном селищами, малоотличимы по всем проявлениям материальной культуры от предшествующих позднебронзовых. Зачастую они и относятся исследователями к эпохе поздней бронзы (Косменко, 1993. С. 24-87).
Вначале в качестве главного способа изготовления формы-емкости используются рубцовые части желудка животных (как диких, так и домашних). Кожаным частям желудка животных помимо практической стороны дела придавался, вероятно, еще и сакральный, магический смысл, связанный с мистической, родственной связью с “животным первопредком”. Изготовление полого тела шло при помощи выбивания колотушками различных конфигураций. Постепенно кожаные формы желудков животных уступили место формам имитации “сетчатой” или “рябчатой” поверхности непосредственного выбивания, без кожи. В северной зоне ДК, на Верхней Волге, долго сохранялись традиции изготовления через желудки животных, тогда как на юге стали культивироваться приемы имитации получения поверхности при помощи колотушек, снабженных различными штампами: гребенчатым, фестонами или комбинированными вариантами.
Начиная с середины I тыс. до н.э. на Средней Оке появляются носители изготовления форм “заглаженной” керамики (Кренке, 1995. С. 177). В ходе процессов взаимодействия и взаимоассимиляции местных и пришлых групп населения постепенно расширяется ареал ДК. Памятники этой культуры появляются по течению Москвы-реки. Изготовление керамики налепочными приемами (южная технологическая традиция) вытесняется в ДК приемами выбивания к концу I тыс. до н.э. Не исключено, что “сетчатая” керамика на протяжении второй половины I тыс. до н.э. — при доминировании “заглаженной” посуды - все больше вытесняется в “ритуальную” сферу дьяковского общества. Она изготавливается по случаю важных событий (праздничных) и церемоний. В то же время в обыденной, повседневной жизни ее окончательно заменила заглаженная посуда. Конечно, какие-то элементы выбивания остались в виде штампованных орнаментов (формы декорирования по- верхности посуды), но приемы скульптурной лепки продолжили свое развитие дальше во времени.
Встает вопрос об истоках “южных” традиций (налепочной технологии, по А.А. Бобринскому) в изготовлении керамики ДК. По всей вероятности, они связаны с юго-восточной частью ареала культур “штрихованной” керамики: юхновской, верхнеокской, днепро-двинской (рис. 4), которые вполне закономерно рассматриваются как протобалтские (Третьяков, 1966; Седов, 1970). Возможно, само формирование дьяковской культуры (в ее сложившемся виде) является результатом симбиоза автохтонных (носители “сетчатой” керамики) и пришлых групп населения (протобалты). Особенно ярко этот процесс проявился в материальной культуре дьяковских памятников Москворечья.
С районами Среднего Поочья, входящими в один из локальных вариантов городецкой культуры, связан архаический прием изготовления “рогожной” керамики или ее разновидности - “крапчатой” керамики (выбивание штампом). На Верхней Волге с проникновением в начале I тыс. н.э. носителей заглаженной керамики этот архаический прием изготовления керамики постепенно вытесняется к середине I тыс. н.э.
Нет полной уверенности в том, что все памятники РЖВ Верхней Волги -в ее костромском и ярославском течении - являются “дьяковскими”. Многие из них содержат мало типично “дьяковских” вещей (речь идет о “грузиках”, “таблетках” с точечками, миниатюрных сосудиках и др.), а их керамический комплекс испытал явное влияние культур ананьинского мира (Гурина, 1963). Это скорее может свидетельствовать об инфильтрации отдельных дьяковских групп в лесное Заволжье, нежели об интенсивном процессе колонизации Верхневолжья (как то было в Москворечье). Здесь уместно вспомнить о термине П.Н. Третьякова “вуаль”, которым он обозначал степень взаимовлияния культур или влияния одной культуры на другую. Вполне вероятно, что памятники Верхней Волги могли быть под “дьяковской вуалью” (в основе своей протобалтской), но как только влияние ее в начале I тыс. н.э. ослабло, потомки ДК вернули свое этническое (финно-угорское) лицо (летописная меря).