Ceramic assemblage of the Volga-Don babino culture: the issue of identification and cultural distinctive traits

Автор: Mimokhod R.A.

Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran

Рубрика: Бронзовый век

Статья в выпуске: 259, 2020 года.

Бесплатный доступ

The paper explores characteristics of ceramic assemblage from the Volga-Don Babino culture of the post-Catacomb period (2200-2000 cal. BC). It comprises three groups. The first group which is the most numerous is represented by ceramics of the Babino and the general post-Catacomb tradition; the second group includes ceramics with Volsk-Lbishche traits; the third group includes Voronezh vessels. Mapping shows that assemblages with the vessels from the first group are evenly distributed across the entire area occupied by this culture. Graves with ceramics from the second and the third groups are located in those zones where the Volga-Don Babino population maintained contacts with the population groups of the Voronezh and the Volsk-Lbishche traditions. Appearance of vessels typical for other cultures in the Volga-Don Babino graves is explained by intercultural links. The main component of the ceramic assemblage from the Volga-Don Babino culture are vessels from the first group which is an evidence that it belonged to the Babino cultural circle.

Еще

Ceramic assemblage, babino cultural circle, volga-don babino culture, post-catacomb period, voronezh culture, volsk-lbishche culture, cultural contacts

Короткий адрес: https://sciup.org/143173108

IDR: 143173108

Текст научной статьи Ceramic assemblage of the Volga-Don babino culture: the issue of identification and cultural distinctive traits

1 Работа выполнена при поддержке РНФ. Грант № 17-18-01406.

культурного круга Бабино, который состоит из днепро-донской и днепро-прут-ской бабинских культур (ДДБК и ДПБК) ( Литвиненко , 2009а; 2009б; 2011). Работа с посткатакомбными материалами Нижнего Поволжья привела к выделению еще одной бабинской культуры – волго-донской (ВДБК). Она проделала путь от криволукской культурной группы ( Мимоход , 2004) до полноправной археологической культуры ( Мимоход , 2013б; 2014). ВДБК обладает необходимым набором признаков, определяющих ее самостоятельный статус. К ним относятся специфический погребальный обряд, диагностичный инвентарь, единство территории и хронологии.

Отдельную проблему представляет керамический комплекс ВДБК. Мне уже приходилось отмечать его неоднородность ( Мимоход , 2013б. С. 169, 170; 2014. С. 110), поэтому эта тема требует развернутого обсуждения.

Керамика встречается в погребениях редко, впрочем, как и другой инвентарь. Погребения с посудой составляет 11,7 % от всех захоронений ВДБК. Это самый низкий показатель для культурного круга Бабино. Соответствующие значения для ДДБК – 19,1 %, для ДПБК – 26,6 % ( Литвиненко , 2016. Табл. 1).

В составе керамического комплекса Волго-Донского Бабино можно выделить три группы сосудов. Фактически вся посуда, известная в ВДБК, которую можно отнести к одной из групп, размещена на иллюстрациях (рис. 1; 2).

Группа 1 представлена керамикой бабинской и общей поскатакомбной традиции. Под последней понимается посуда проходных типов, которые встречаются фактически во всех составляющих культурных кругов Бабино и Лола. К ним относятся, прежде всего, банки. В ВДБК их можно разделить на две разновидности: закрытые и открытые. В целом, для посткатакомбной традиции характерны баночные сосуды закрытых форм со стянутым устьем (рис. 1: 1, 2 ), у которых диаметр венчика меньше диаметра максимального расширения тулова. В комплексах Вишневка од. к-н/3 и Верхний Балыклей 6/5 обнаружены банки открытого типа (рис. 1: 3, 4 ). Подобная посуда в посткатакомбных материалах встречается значительно реже, чем закрытые экземпляры. Еще одной особенностью банок из указанных комплексов является слабо намеченная закраина у дна. Эта морфологическая деталь более характерна для посуды позднего бронзового века, но появляется она еще в посткатакомбный период ( Мимоход , 2013а. С. 62). Из четырех банок ВДБК две закраин у дна не имели (рис. 1: 1, 2 ), что соответствует стандартам производства керамики среднего бронзового века. Баночная посуда, аналогичная ВДБК, хорошо представлена как в других культурах круга Бабино, так и в культурном круге Лола. К общей посткатакомбной традиции относится и горшковидные плавно-профилированные сосуды (рис. 1: 11, 12 ). Они также известны в бабинских и лолинских культурных образованиях.

К числу выразительных морфологических признаков собственно бабинской традиции относятся горшки с трехчастным профилем с резким переходом от горла к плечикам и выраженным ребром (рис. 1: 8, 9, 13 ). Подобная посуда неизвестна в культурных группах лолинского круга, зато хорошо представлена ДДБК и ДПБК ( Савва , 1992. Рис. 40: 5 ; 42; Литвиненко , 2009б. Рис. 27). Впрочем, прямые аналогии подобрать сложно, но бабинские традиции в профилировке сосудов налицо. Несомненно, бабинский облик имеет и сосуд из комплекса Заханата 9/7 (рис. 1: 10 ). Его биконичному профилю и нерегулярному

Рис. 1. Посуда волго-донской бабинской культуры (ВДБК) группы 1 бабинской и общей посткатакомбной традиции

1 – Антонов 3/4; 2 – Высокая Гора 5/1; 3 – Вишневка од. к-н/5; 4 – Верхний Балыклей 6/5; 5 – Калмыцкая Гора F6/7; 6 – Жареный Бугор 3/1; 7 – Паницкое 6 4/3; 8 – Бережновка I 4/3; 9 – Барановка 2/4; 10 – Заханата 5/15; 11 – Калмыцкая Гора 2/10; 12 – Царев 66/1; 13 – Заха-ната 5/2; 14 – Гремячий II 1/3; 15 – Евстратовский II 4/3; 16 – Бурлук I, к. 1; 17 – Караман 1/3; 18 – Симоновка 1/1

7Ш\ WW txv*?MvM WMW/ M\®N

Рис. 2. Посуда ВДБК групп 2 и 3

1–5 – группа 2 с вольско-лбищенскими чертами; 6–9 – группа 3 с воронежскими чертами

1 – Советское 1 2/14; 2 – Белогорское I, ск. 1/15; 3 – Белогорское I, п. 28; 4 – Рунталь 1/1;

5 – Калмыцкая Гора F6/7; 6 – Николо-Варваринка 4/8; 7 – Липовка 1 5/1; 8 – Чурилово 1 3/3; 9 – Губари 4/1

резному декору с элементами зигзага и «елки» и орнаментации среза венчика легко найти аналогии в днепро-донских бабинских материалах. Э. С. Шарафутдинова неоднократно рассматривала горшочек из Заханаты в контексте древностей культуры многоваликовой керамики (ныне бабинских) ( Шарафутдинова , 1995. С. 131. Рис. 2; 1996. С. 56).

К хорошо опознаваемым чертам керамического комплекса культурного круга Бабино относится многоваликовая орнаментация, которая в свое время стала эпонимной при выделении культуры многоваликовой керамики (ныне культурный круг Бабино). Она представлена рядами горизонтальных (рис. 1: 6, 12, 14, 15 ) и вертикальных (рис. 1: 6 ) валиков, а также рядами наклонных валиков в виде елочной орнаментации (рис. 1: 7, 16 ).

Многоваликовая посуда ВДБК имеет черты, отличающие ее от ДДБК. Первый волго-донской бабинский сосуд с многоваликовой керамикой был обнаружен только в 1978 г. в погребении 1 кургана 3 мог. Жареный Бугор (рис. 1: 6) (Монахов, 1984). Р. А. Литвиненко отмечал его специфичность по отношению к ДДБК: «двухчастностью профиля, невысокой слабовыраженной шейкой и характером валиковой композиции он более близок керамики КМК (ДДБК в сегодняшнем понимании. – Р. М.), нежели катакомбной, хотя прямые аналогии ему найти довольно сложно» (Литвиненко, 1999а. С. 70). Горшок из Царева (рис. 1: 12), помимо специфической многоваликовой орнаментации, не имеющей прямых аналогий в Днепро-Донском Бабино, украшен елочным узором, выполненным зубчатым штампом. Такой декор вообще неизвестен в древностях ДДБК, а более характерен для волго-донской катакомбной культуры, которая служит генетическим субстратом для ВДБК. В отличие от других сосудов первой группы многоваликовая керамика обнаружена не только в погребениях (Жареный Бугор 3/1, Царев 66/1) (рис. 1: 6, 12), но и в насыпях, где она сопровождала волго-донские бабинские погребения (Гремячий II 1/3, Евстратовский II 4/3, Бурлук I, к. 12) (рис. 1: 14–16).

Специфика керамического комплекса ВДБК по отношению к соседней ДДБК прослеживается и по такому редкому типу посуды в культурном круге Бабино, как корчаги. Известно два волго-донских бабинских погребения с такими ссудами (рис. 1: 17, 18 ). Их высота 25–23 см, максимальное расширение тулова – 23–20 см, и они не орнаментированы. Эти признаки полностью соответствуют корчагам ДДБК и ДПБК ( Литвиненко , 1999б. С. 83. Рис. 1). В данных культурах они выделены в отдельный тип посуды ( Ковалева, Волкобой , 1976. С. 17. Рис. 10: 17, 18 ; Ковалева , 1981. С. 19; Савва , 1992. С. 32; Шарафутдинова , 1995. С. 128, 129; Литвиненко , 1999б; 2009б. Рис. 28). Однако корчаги ДДБК и ВДБК имеют некоторые отличия в морфологии3. Корчаги Днепро-Дон-ского Бабино выглядят более массивными и грубыми по сравнению с сосудами ВДБК. У них более сильно выражена биконичность тулова, горло прямое или слегка отогнутое, дно плоское без закраин ( Литвиненко , 1999б. Рис. 1; 2; 2009б. Рис. 28). Корчаги Волго-Донского Бабино более грацильные. Они имеют плавное изогнуто горло, у них отсутствует биконичность, а дно оформлено в виде невысокого поддона (рис. 1: 17, 18 ). До недавнего времени самая восточная точка обнаружения корчаг ДДБК, располагалась в районе г. Донецка (Восточная Украина) ( Литвиненко , 1999б. С. 84). Один из двух сосудов ВДБК находится в Заволжье (рис. 1: 17 ), а второй (рис. 1: 18 ) – в Волго-Донском междуречье (Калининский район Саратовской области). Очевиден большой территориальный разрыв между ареалами корчаг ДДБК и ВДБК. Однако в 2017 г. было найдено сразу две корчаги днепро-донской бабинской культуры в Аксайском и Красносулинском районах Ростовской области (курганные могильники Веселый и Бур-густа 1 ( Ларенок , 2018; Кияшко, Ларенок , 2019. С. 3–6. Рис. 1: 2–4 ). Территориальный разрыв заметно сократился. Вероятно, следует ожидать новых находок корчаг в Волго-Донском междуречье.

Выделение ВДБК и присутствие в ее материалах корчаг позволяет по-новому взглянуть на гипотезу распространения этого типа посуды в культурном круге Бабино. Э. С. Шарафутдинова полагала, что исходным центром появления корчаг было Днепровское Предстепье (Шарафутдинова, 1995. С. 129, 131). Р. А. Литвиненко расширяет этот ареал до Нижнего Поднепровья (Литвиненко, 1999б. С. 84). Обнаружение корчаг в волго-донском междуречье и даже в Заволжье – на исконных территориях ВДБК – говорит о том, что этот феномен имманентно присущ культуре, и связывать его с влиянием ДДБК не приходится, особенно с учетом того, что обе культуры появились одновременно и их ранние этапы полностью синхронны.

Таким образом, корчаги известны во всех трех бабинских культурах, и в каждой имеются свои специфические черты. На уровне признака «корчаги» хорошо аргументируется объединение всех трех культур в культурный круг Бабино. Этот тип посуды неизвестен в лолинских культурных образованиях. Следует заметить, что грацильность и плавная профилировка волго-донских бабинских корчаг, которая отличает их от сосудов ДДБК, скорее всего, связана с тем, что именно ВДБК находилась в тесном контакте с культурным кругом Лола, для керамического комплекса которого как раз характерна не реберчатая, как в Дне-про-Донском Бабино, а плавная и округлобокая профилировка сосудов с плавно отогнутым горлом ( Мимоход , 2013а. Рис. 46: 8–14 ). Южные черты в морфологии сосуда из Карамана (рис. 1: 17 ) исследователи уже отмечали ( Жемков, Лопатин , 2007. С. 108, 109).

Группа 2 представлена сосудами с выраженными вольско-лбищенскими чертами (рис. 2: 1–5 )4. Они проявляются в морфологии посуды. Горшки высоких и стройных пропорций имеют трехчастный профиль, высокое раструбное горло и зауженное дно (рис. 2: 1–3 ). Ярким вольско-лбищенским признаком является скошенный венчик, оформленный в виде воротничка (рис. 2: 1–3 ). Не менее показательна и орнаментация сосудов, в которой также прослеживаются воль-ско-лбищенские традиции. К ним относится елочная орнаментация, геометрический декор в виде треугольников и зигзагов, выполненных оттисками зубчатого штампа и шнура (рис. 2: 1–5 ). На одном сосуде присутствует сформованный валик (рис. 2: 1 ).

В погребениях ВДБК обнаружены как «чистые» в культурном отношении сосуды (рис. 2: 5 ), так и синкретическая посуда, в которой при явном доминировании вольско-лбищенских черт присутствуют и пережиточные катакомбные (рис. 2: 1–4 ), что уже неоднократно отмечалось ( Дремов , 2012. С. 59; Лопатин , 2012. С. 60–63; Мимоход , 2018. С. 227).

Группа 3 объединяет сосуды воронежского облика (рис. 2: 6–9). Здесь, также, как и в предыдущей группе, воронежские черты фиксируются и в морфологии, и в орнаментации. В комплексе Чурилово 1 3/3 сосуд имеет вытянутые пропорции и характерную подтюльпановидную форму (рис. 2: 8), а в погр. 1 кургана 4 м-ка Губари – округлое дно (рис. 2: 9). Эти морфологические детали являются характерными приметами керамического комплекса воронежской культуры. Не менее показательна защипная орнаментация в виде «галочек» (рис. 2: 7), елочный декор, выполненный оттисками гладкого штампа (рис. 2: 8) и вдавле-ния (рис. 2: 9), нанесенные по всему тулову сосудов (рис. 2: 7–9). По всем признакам эти сосуды можно уверенно отнести к воронежской культуре.

К этой группе, на мой взгляд, следует отнести и сосуд из комплекса Нико-ло-Варваринка 4/8 (рис. 2: 6 ) ( Юдин и др. , 2019. Рис. 5: 1, 2 ). Эта банка требует отдельного комментария. Морфология сосуда вполне вписывается в стандарты среднего бронзового века в целом и в общую посткатакомбную традицию в частности. Точные аналогии его орнаментации в виде вертикальных параллельных линий, выполненных короткими горизонтальными отрезками зубчатого штампа, которые покрывают все тулово, подобрать довольно сложно. Однако зона орнаментации, техника нанесения и композиционное построение хорошо укладываются в стилистку украшения керамики воронежской культуры, особенно с учетом расположения памятника (Бобровский район Воронежской области) (рис. 5). В качестве близких аналогий можно указать на сосуд из погр. 1 кургана 1 м-ка Хохольский, у которого все тулово покрыто хаотичным орнаментом, в котором, тем не менее, можно опознать вертикальные линии, выполненные защипами и зубчатым штампом ( Пряхин, Синюк , 1983. С. 197. Рис. 2: 2 ). Кроме того, в материалах поселений воронежской культуры известна посуда, все тулово которой покрыто орнаментом в виде вертикальных параллельных линий, направленных от венчика до дна и выполненных в разной технике ( Беседин , 1988. Рис. 14: 1 ; 16: 1, 3, 7 ; 25: 5 ; Синюк , 1993. Рис. 7: 6 ; Синюк, Березуцкий , 2001. Рис. 35: 15 ).

Таким образом, при единой унифицированной обрядности в погребениях ВДБК встречена разнокультурная керамика, и задача заключается в том, чтобы определить, какая же посуда принадлежит собственно Волго-Донскому Бабино. Эта проблема еще актуальна потому, что может создаться впечатление, что в ВДБК просто механически объединены погребения разных культурных образований, а соответственно, культуры как таковой не существует. Действительно, отсутствие у культуры бронзового века собственного диагностичного керамического комплекса снимает вопрос о ее существовании.

Попробуем разобраться, есть ли у ВДБК собственная керамика и почему посуда, обнаруженная в погребениях, состоит из трех охарактеризованных групп?

Сначала нужно определить удельный вес каждой группы в керамическом комплексе. Ситуация показательна. Комплексы с керамикой бабинской и общей посткатакомбной традиции составляют 64 % от всех погребений с сосудами и их фрагментами, захоронения с вольско-лбищенской посудой – 20 %, с воронежской – 16 %. Иными словами, посткатакомбной керамики в погребениях ВДБК более чем в полтора раза больше вольско-лбищенской и воронежской вместе взятых. Это говорит о том, что именно посуда бабинской и общей посткатакомбной традиции составляла основу керамического комплекса ВДБК.

Ситуацию полностью проясняет картографирование погребений с керамикой рассматриваемых трех групп. Погребения с посудой бабинской и общей посткатакомбной традиций равномерно распределены по всему ареалу ВДБК, за исключением северной периферии (рис. 3). В Самарском Заволжье в немногочисленных волго-донских бабинских захоронениях керамика вообще пока не представлена. Получается, что посуда первой группы не демонстрирует приуроченности к какому-то отдельному району в рамках культурного ареала, а покрывает фактически его весь.

Ситуация с керамикой второй и третьей групп принципиально иная. Погребения с посудой с вольско-лбищенскими чертами (рис. 2: 1–5 ) расположены только на севере центральной части ареала – на севере Волгоградской и Саратовской областей. Южнее в захоронениях ВДБК ее уже нет (рис. 4). Показательно, что указанная территория входит в ареал вольско-лбищенской культуры. Таким образом, наличие керамики с вольско-лбищенскими чертами в волгодонских бабинских погребениях следует рассматривать в контексте межкультурных контактов между носителями посткатакомбных (ВДБК) и постшнуровых (Вольск-Лбище) традиций ( Мимоход , 2009. С. 278; 2018. С. 230). Этот факт подтверждают и данные другого посткатакомбного культурного образования – волго-уральской культурной группы, которая занимает территорию от Нижней Волги до Самарского Заволжья и Приуралья. В ее материалах имеется комплекс Светлое Озеро 1/1, который сопровождался вольско-лбищенской керамикой ( Жемков, Лопатин , 2008. Рис. 2: 2, 3 ). Он примыкает к территории вольско-лбищенской культуры (рис. 4) и также иллюстрирует охарактеризованные взаимосвязи. Иными словами, в контактных зонах керамика с вольско-лбищенскими чертами попадает в посткатакомбные погребения, и ее следует рассматривать как инокультурную не только для ВДБК, но и для волго-уральской культурной группы.

Также дело обстоит и с воронежской керамикой в волго-донских бабинских погребениях. Захоронения с посудой третьей группы (рис. 2: 6–9 ) локализуются исключительно на юго-восточной границе ареала другой постшнуровой культуры – воронежской (рис. 5). Попадание таких сосудов в погребения ВДБК нужно рассматривать не иначе как свидетельство контактов между носителями волго-донской бабинской и воронежской традиций ( Мимоход , 2019). Это же подтверждают и материалы Днепро-Донского Бабино – другого посткатакомбного соседа воронежской культуры. В ДДБК известно два комплекса Хохольский 1/3 и Павловский 3/1, совершенных, по классической днепро-донской бабинской обрядности, скорченно на левом боку с западными ориентировками, которые содержали воронежскую посуду Они, как и в случае с ВДБК, располагаются в южном пограничье с воронежской культурой (рис. 5). Ее контакты с ДДБК и обусловили появление инокультурной воронежской посуды в днепро-донских бабинских погребениях.

Таким образом, из трех групп керамики, которые присутствуют в захоронениях Волго-Донского Бабино (рис. 1; 2), ее собственной посудой и культурным маркером следует признать сосуды группы 1 (рис. 1) – общей посткатакомбной и бабинской традиций, включая характерную морфологию и многоваликовую орнаментацию (рис. 1). Посуда групп 2 и 3 (рис. 2) является инокультурной по отношению к ВДБК и иллюстрирует межкультурные контакты посткатакомбного и постшнурового миров.

О а О ^   06

Рис. 3. Погребения и поселения ВДБК

Условные обозначения : а – погребения; б – погребения с керамикой бабинской и общей посткатакомбной традиции; в – поселения

Погребения : 1 – Заханата 5/15; 2 – Гремячий II 1/3; 3 – Антонов 3/4; 4 – Барановка 2/4; 5 – Царев 66/1; 6 – Евстратовский II 4/3; 7 – Высокая Гора 5/1; 8 – Верхний Балыклей 6/5; 9 – Бережновка I 4/3; 10 – Бурлук I, к. 1; 11 – Паницкое 6 4/3; 12 – Симоновка 1/1; 13 – Жареный Бугор 3/1; 14 – Калмыцкая Гора F6/7; 15 – Караман 1/3

Поселения : 1 – Ляпушина Балка; 2 – Терновское г-ще; 3 – Даниловское г-ще; 4 – Утес Степана Разина; 5 – Березовка; 6 – Осиновое; 7 – Алексеевское г-ще; 8 – Новая Красавка, станция Красавка; 9 – Хлопковское г-ще; 10 – Буровка 2 и 5

Рис. 4. Погребения ВДБК и волго-уральской культурной группы с вольско-лбищенской керамикой

Условные обозначения : а – погребения ВДБК; б – погребения ВДБК с вольско-лбищен-ской керамикой; в – погребения волго-уральской культурной группы; г – погребения волгоуральской культурной группы с вольско-лбищенской керамикой; д – памятники вольско-лби-щенской культуры

1 – Бережновка-I 5/21; 2 – Белогорское I, ск. 1/15; п. 28; 3 – Советское 1 2/14; 4 – Рунталь 1/1; 5 – Калмыцкая Гора F6/7; 6 – Светлое Озеро 1/1

Рис. 5. Погребения культурного круга Бабино с воронежской керамикой

Условные обозначения : а – погребения днепро-донской бабинской культуры (ДДБК); б – погребения ДДБК с воронежской керамикой; в – погребения ВДБК; г – погребения ВДБК с воронежской керамикой; д – памятники воронежской культуры

1 – Хохольский 1/1; 2 – Сасовский 8/11; 3 – Липовка1 5/1; 4 – Николо-Варваринка 4/8; 5 – Чурилово1 3/3; 6 – Губари 4/1

В заключение характеристики керамического комплекса Волго-Донского Бабино рассмотрим еще один немаловажный аргумент в пользу того, что именно посуда первой группы выступает в качестве культурного индикатора. На территории Нижнего Поволжья есть ряд поселений, на которых обнаружена керамика с многоваликовой орнаментацией посткатакомбного облика. С учетом их территориальной локализации и данных погребальных памятников можно утверждать, что эти обломки посуды принадлежали носителям именно волго-донских бабинских традиций. Картографирование таких поселений показывает, что их расположение в целом совпадает со встречаемостью керамики группы 1 в захо- ронениях (рис. 3). Это еще раз свидетельствует о том, что керамика бабинской (посткатакомбной) традиции имманентно присуща ВДБК и выступает ее культурообразующим признаком, а волго-донские посткатакомбные древности являются неотъемлемой частью культурного круга Бабино.

Статья научная