Assemblages of weapons and the development of battle tactics among the population of the Altai forest-steppe in the second half of the I millennium b. c.
Автор: Likhacheva O.S.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Статья в выпуске: 231, 2013 года.
Бесплатный доступ
The paper examines the evolution of the assemblage of weapons and the battle tactics used by the tribes from the forest-steppe of the Altai in the Early Iron Age. An analysis of weapons from settlement assemblages and from burials is provided. The main types and sets of weapons used during various periods by representatives of the Kamenka, Bystryanka and Staraya Aleika cultures are identified. Three stages are singled out in the development of battle tactics. During the first (5 th and 4 th centuries BC) fighting at close quarters and over distances was engaged in by both mounted warriors and foot soldiers. Troops from the tribes of the Kamenka culture consisted of middle-weight and light cavalry, those from the Bystryanka culture - of light cavalry, and those of the Staraya Aleika - of light infantry. During the second stage (4 th - 3 rd centuries BC) combat between horsemen at close quarters started to play a more important role and middle-distance fighting was practiced. Representatives of the Bystryanka culture began to use middle-weight cavalry. During the third stage (2 nd and 1 st centuries BC) no major changes took place but tactics became more effective thanks to improved weapons.
Короткий адрес: https://sciup.org/14328580
IDR: 14328580
Текст научной статьи Assemblages of weapons and the development of battle tactics among the population of the Altai forest-steppe in the second half of the I millennium b. c.
Освоение железа и верховой езды в начале I тыс. до н. э. приводит к значительным изменениям в военном деле у скотоводческих народов Евразийских степей. Распространяются новые виды вооружения, и появляется новый род войск – конница. Это отражается, в свою очередь, на тактике ведения боя и организации войска. Аналогичные тенденции в развитии военного дела характерны и для территории лесостепного Алтая. Отдельные аспекты этой темы ранее рассматривались в работах Г.Е. Иванова (1995. С. 25–26; 1999. С. 55–60; 2005. С. 41–46). Однако дальнейшая обработка источников позволяет осветить данную проблему более детально. Археологически наиболее изученным является период второй половины I тыс. до н. э., к которому относятся три культуры: каменская, быстрянская и староалейская.
Самой представительной по количеству предметов вооружения является каменская культура VI–I вв. до н. э. Ее памятники локализуются на Приобском плато, Кулундинской равнине, западной части Предалтайской равнины, а также на части Бийско-Чумышской возвышенности. Средства защиты и нападения известны по материалам 18 могильников (159 экз.) и шести поселений (18 экз.). Кроме того, из ее ареала происходит 19 случайных находок. Весь комплекс насчитывает 21 панцирную пластину, 2 комплекта накладок на лук, 126 наконечников стрел, 2 наконечника копий, 10 чеканов, 9 мечей и 34 кинжала.
Наиболее ранними каменскими памятниками, содержащими предметы вооружения, являются могильники Рогозиха I (два погребения), Займище (два погребения), Новообинка (одно погребение), Березовка (одно погребение), Михайловский VI (одно погребение), а также поселения Турина Гора I и Кабанье. Все они датируются в рамках VI–V вв. до н. э. Предметы вооружения из них представлены следующими видами: панцирь, стрелы, чеканы, мечи и кинжалы. Об использовании панциря говорит находка роговой пластины овально-прямоугольного абриса, относящейся к чешуйчатому способу бронирования. Несмотря на отсутствие вещественных остатков лука, можно предположить, исходя из особенностей наконечников стрел, что в этот период население каменской культуры применяло сложносоставной лук «скифского» типа. Именно для него характерны стрелы с небольшими наконечниками из каменских памятников. Они изготовлены из бронзы, имеют втульчатый и черешковый насад, перо килевидного или подтреугольного абриса, трехгранное или трехлопастное в сечении. Чеканы этого периода железные, втульчатого способа насада, со стержневидным бойком. Мечи также изготавливались из железа, перекрестье их было почковидным, а навершие – волютообразным или брусковидным. Кинжалы – бронзовые и железные с «бабочковидным» перекрестьем, сегментовидным, брусковидным или волютообразным навершием (рис. 1).
Предметы вооружения встречены в 7 могилах. Наиболее полный комплект состоял из наконечников стрел и меча. В остальных случаях в могиле находилось лишь по одному виду вооружения: в трех погребениях содержались наконечники стрел, в двух – чеканы, в одном зафиксирован кинжал. С поселенческого комплекса происходит одна панцирная пластина.

Рис. 1. Эволюция комплекса вооружения каменской культуры
Следующая группа памятников относится к IV–III вв. до н. э. Это могильники Новотроицкое 1, 2, 3 (19 погребений), Бугры (5), Локоть 4а (9), Гилево X (1), Казенная Заимка I (2), Раздумье VI (1), Екатериновка II (1). В них найдены такие виды вооружения: панцири, стрелы, копье, чеканы, мечи и кинжалы. От панцирей сохранились костяные пластины прямоугольного и овального абриса, ламеллярного способа бронирования. Стрелы представлены бронзовыми и железными наконечниками небольших размеров, что говорит, по-прежнему, о применении лука «скифского» типа. Наконечники снабжены втульчатым или черешковым насадом, их перо килевидного и подтреугольного абриса, трехлопастного и трехгранного сечения. Об использовании копья свидетельствует находка железного втульчатого наконечника с пером вытянуто-листовидной формы. Чеканы сделаны из железа, по способу насада – втульчатые или проушные, боек мог быть как стержневидный, так и с ромбическим расширением у окончания. Мечи железные с сердцевидным перекрестьем и дуговидным навершием. Кинжалы железные с «бабочковидным» или брусковидным перекрестьем, овально-кольчатым, дуговидным или дисковидным навершием (рис. 1).
Вооружение встречено в 38 погребениях этого периода. Наиболее полный его комплект включал три вида: стрелы, кинжал и чекан. Следующий комплект состоял из двух видов вооружения в таких сочетаниях: стрелы и чекан (3 объекта), стрелы и кинжал (2), кинжал и чекан (1), кинжал и панцирные пластины (1). Большая часть погребений содержала только по одному виду вооружения. Панцирные пластины встречены в двух погребениях, наконечники стрел – в 9, кинжалы – в 16, чеканы – в трех. Единичны погребения с копьем и мечом.
Наиболее поздние каменские памятники датируются II–I вв. до н. э. Это могильники Гилево IX (1 погребение), Камень II (1), Масляха I (3), Фирсово XI (4). Из них известны следующие виды вооружения: панцири, луки, стрелы, копье, чеканы, мечи и кинжалы. Панцири изготавливались из костяных и железных ламеллярных пластин прямоугольного абриса. От сложносоставных луков этого времени сохранились роговые накладки на концевые и срединные части киби-ти, характерные для изделий «хуннского» типа. Стрелы для таких луков имели более крупные наконечники. Они делались из железа, с черешковым насадом и пером подтреугольного или асимметрично-ромбического абриса, трехлопастного или четырехгранного сечения. Для копья использовался железный втульчатый наконечник с пером килевидной формы. В этот период встречаются железные чеканы, втульчатые по способу насада, со стержневидным бойком, расширяющимся на окончании в форме ромба. Мечи железные с брусковидным перекрестьем и дуговидным навершием. Кинжалы также из железа, с брусковидным перекрестьем и кольцевым навершием либо без навершия и перекрестья (рис. 1).
Предметы вооружения обнаружены в 9 могилах, относящихся к данному периоду. В двух из них встречены три вида: накладки на лук, наконечники стрел и меч, а также чекан, панцирные пластины и наконечники стрел. В одной – наконечники стрел и кинжал. По одному виду включали 6 погребений: накладки на лук, наконечник копья, меч, кинжалы ( Лихачева , 2012а. С. 47, 48).
Судя по наборам вооружения раннего этапа, носители каменской культуры использовали тактику дальнего боя, на что указывают наконечники стрел, тактику ближнего конного боя, о чем говорит наличие мечей и чеканов, а также комплектов снаряжения коня в могилах воинов. Наличие же кинжалов, вероятно, может указывать на применение спешенного рукопашного боя.
На следующем этапе наблюдается количественный и видовой рост предметов вооружения. Появляются наконечники копий, которые говорят об использовании нового тактического приема – боя на средней дистанции. Увеличивается количество находок средств защиты, появляются ламеллярные костяные панцири. Более широкое распространение по сравнению с предшествующим периодом получают мечи и чеканы. У последних, кроме того, усиливается проникающая способность за счет утяжеления ударной части бойка: его стержневидное тело у окончания образует ромбовидное по абрису и сечению расширение. В целом, судя по наборам вооружения, на данном этапе сохраняются все тактические приемы предшествующего периода. Но появляется также и новый – конный бой на средней дистанции.
На заключительном этапе кардинальных изменений в тактике племен каменской культуры не происходит: также остается бой на дальней, средней и ближней дистанциях. Причем последний могли вести как верхом, так и спешившись. Но совершенствование всех видов вооружения в этот период приводит к значительному повышению эффективности каждого из них: появляются более мощные луки «хуннского» типа, усиленные роговыми накладками, копья с килевидным пером, которые могли применяться для нанесения таранного удара. Наряду с костяными панцирями начинают использоваться более прочные железные.
В составе войска племен каменской культуры предварительно можно выделить легкую и среднюю конницу. Комплект легковооруженного всадника обязательно включал стрелковый комплекс, но не исключено, что у отдельных воинов он дополнялся мечом или чеканом. Набор средневооруженного всадника включал панцирь, меч или чекан, а с IV в. до н. э. – копье. Также в нем могли присутствовать лук и стрелы. Кинжалы, скорее всего, использовались всеми воинами как личное оружие. Основной тактической задачей легкой конницы, по всей вероятности, являлся обстрел врага на дальней дистанции. В случае необходимости отдельные легковооруженные воины могли вести ближний бой, например, при преследовании врага, для чего их комплект и дополнялся мечом или чеканом. Главной задачей средневооруженной конницы был конный бой на средней и ближней дистанциях. Более успешному ее осуществлению способствовало наличие доспеха, сначала костяного, потом железного. В то же время, средневооруженный всадник мог вести бой и на дальней дистанции, поскольку его комплект дополнялся стрелковым набором.
Легкая конница, скорее всего, использовала рассыпное построение, а средняя для наиболее эффективного использования должна была применять более плотный строй. В целом, небольшое количество находок доспеха говорит о том, что удельный вес средней конницы в войске был невелик. Но с течением времени наблюдается ее рост в составе войска.
Памятники быстрянской культуры локализуются в северных предгорьях Алтая, располагаясь в бассейнах Нижней Катуни и Нижней Бии, начальном течении Оби и среднем течении Чумыша. Рамки ее бытования определяются VI–II вв. до н. э. На настоящий момент предметы вооружения известны по материалам пяти могильников (25 экз.) и одного поселения (1 экз.) быстрянской культуры. Кроме того, из ее ареала происходят 5 случайных находок. В целом учтены 2 панцирные пластины, 16 наконечников стрел, 6 чеканов и 8 кинжалов.
К наиболее ранним памятникам (VI–V вв. до н. э.) данной культуры относятся могильники Быстрянское (3 погребения) и Майма XIX (1). Вооружение из них представлено следующими видами: стрелы, чеканы и кинжалы. Остатков лука, к сожалению, не сохранилось, но исходя из параметров наконечников стрел, можно предположить, что и здесь это был лук «скифского» типа. Наконечники стрел из быстрянских памятников бронзовые, с втульчатым и черешковым насадом, с пером килевидного или подтреугольного абриса, ромбического, трехлопастного или трехгранно-трехлопастного сечения. Чеканы использовались бронзовые втульчатые и железные проушные. У бронзовых изделий боек стержневидный, а у железных – с ромбическим расширением. Кинжалы железные, с почковидным перекрестьем и подовальным навершием (рис. 2).
Предметы вооружения встречены в 4 погребениях раннего периода, где их виды распределяются следующим образом: стрелы, кинжал и чекан (1 могила), только стрелы (2), только чекан (1).
Несколько более поздним временем (IV–II вв. до н. э.) датируются могильники Енисейское IV (2 погребения) и Бийск I, II (4), а также поселение Боровое 5. В них встречены такие виды вооружения, как панцири, стрелы, чеканы и кинжалы. От панцирей сохранились костяные чешуйчатые пластины овальнопрямоугольного или трапециевидного абриса. На данном этапе, по всей вероятности, продолжает использоваться лук «скифского» типа, с которым применялись небольшие по размерам наконечники стрел. Они представлены бронзовым изделием с черешковым насадом и пером подтреугольного абриса, трехлопастного сечения, а также железным втульчатым экземпляром с килевидным пером округлого сечения. Чеканы позднего периода – железные, с втульчатым или проушным способом насада и бойком с ромбическим расширением. Железные кинжалы имеют брусковидное перекрестье и волютообразное или дисковидное навершие (рис. 2).
Вооружение встречено в 6 погребениях этого периода. В двух могилах находилось по два его вида: панцирные пластины и кинжал, кинжал и чекан. Еще в четырех могилах было по одному виду защитного (панцирная пластина) и наступательного (наконечник стрелы, кинжал, чекан) вооружения ( Лихачева , 2012а. С. 47, 48).
Тактика ведения боя у племен быстрянской культуры включала обстрел врага на дальней дистанции, на что указывает наличие наконечников стрел. Чеканы и кинжал, также встречающиеся в погребениях, могут указывать, в свою очередь, на то, что определенную роль играл конный ближний и спешенный рукопашный бой. Об этом, видимо, свидетельствует также появляющийся с IV в. до н. э. чешуйчатый костяной доспех.
Основу войска у носителей быстрянской культуры, по всей вероятности, составляла легкая конница, на что указывает помещение в воинское погребение коня в полном снаряжении или отдельных элементов последнего. Комплект легковооруженного всадника, видимо, включал стрелковый комплекс, но мог дополняться также чеканом. Распространение с IV в. до н. э. костяных чешуйчатых панцирей говорит о появлении средневооруженных всадников, вооружение

Рис. 2. Эволюция комплекса вооружения быстрянской культуры которых могло включать панцирь и чекан. В него также могли входить лук со стрелами и кинжал.
Памятники староалейской культуры располагаются в Барнаульском Приобье и датируются в рамках VI–II вв. до н. э. Источниковую базу по ее комплексу вооружения составили материалы 8 могильников (26 экз.) и одного поселения (1 экз.), а также 8 случайных находок из ареала этой культуры. Всего на настоящий момент известны 3 панцирные пластины, 26 наконечников стрел, 7 кинжа- лов и топор. Кроме того, учтен один изобразительный источник – модель лука «скифского» типа.
К памятникам VI–V вв. до н. э. относятся такие могильники, как Малый Гонь-бинский Кордон 1, 3 (2 погребения), Тузовские Бугры 1 (1), Фирсово XIV (2), Обские Плесы 2 (2), а также поселение Клепиково I. Происходящее из них вооружение представлено следующими видами: панцирь, стрелы, топор, кинжалы. На применение панцирей указывает пластина прямоугольного абриса, изготовленная из кости, ламеллярного способа бронирования. Судя по наконечникам стрел, применялся лук «скифского» типа: они бронзовые втульчатые или черешковые, с листовидным, подтреугольным или килевидным абрисом пера, двухлопастного, трехлопастного или трехгранно-трехлопастного сечения. Проушной топор изготовлен из бронзы и имеет клинок трапециевидного абриса. Кинжалы бронзовые, с брусковидным перекрестьем и подовальным навершием, или железные с почковидным перекрестьем и бронзовым подовальным навершием (рис. 3).
В общей сложности данные памятники содержали 7 погребений, из которых происходили предметы вооружения. Можно выделить набор из двух видов вооружения – стрелы и кинжал (один объект). В четырех могилах встречено по одному виду – наконечники стрел. Единичны также погребения с панцирной пластиной и топором.
К более поздним памятникам, датирующимся IV–II вв. до н. э., относятся могильники Ближние Елбаны III, XII (2 погребения), Староалейка 2 (6) и поселение Ближние Елбаны I. Вооружение из этих памятников включало следующие виды: панцири, стрелы и кинжалы. Панцири представлены пластинами прямоугольного абриса, изготовленными из кости, ламеллярными по способу бронирования. В это время продолжает применяться сложносоставной лук «скифского» типа, о чем свидетельствуют не только особенности наконечников стрел, но и бронзовая модель данного вида оружия, обнаруженная в одном из памятников. Наконечники стрел – бронзовые, с втульчатым или черешковым насадом, пером подтреугольного или килевидного абриса, трехлопастного или трехгран-но-трехлопастного сечения. Кинжалы – бронзовые или железные, с «бабочковидным» перекрестьем и брусковидным, волютообразным или кольцевидным навершием (рис. 3).
В 8 погребениях этого периода представлено только по одному виду вооружения. Панцирные пластины встречены в двух объектах, стрелы – также в двух, кинжалы – в четырех ( Лихачева , 2012а. С. 47, 48).
Комплекс вооружения староалейской культуры указывает на то, что ее носителями мог применяться бой на дальней и ближней дистанциях, о чем говорят наконечники стрел, топор и кинжалы. Об определенном значении ближнего боя свидетельствует наличие в памятниках фрагментов защитного вооружения – костяных панцирных пластин. Поскольку всадническое снаряжение по материалам данной культуры не известно, можно предположить, что основу войска здесь составляла легкая пехота, вооруженная стрелковым набором. Отдельные воины могли применять для защиты панцири.
Таким образом, анализ всех комплексов вооружения позволяет выделить три этапа в эволюции тактики ведения боя у населения лесостепного Алтая в середине – второй половине I тыс. до н. э.

Рис. 3. Эволюция комплекса вооружения староалейской культуры
Первый этап (VI–V вв. до н. э.) характеризуется применением тактики дальнего боя, о чем свидетельствует достаточно большое количество наконечников стрел в материалах каменской, быстрянской и староалейской культур. Следующей фазой боя у племен каменской и быстрянской культур был, скорее всего, ближний бой всадников, поскольку по их материалам фиксируется длинноклинковое (мечи) и древковое (чеканы) оружие. Далее, при необходимости, мог, вероятно, следовать рукопашный бой в спешенном положении. Основу войска в этот период у носителей каменской и быстрянской культур могли составлять легковооруженные всадники, основным оружием которых были лук и стрелы. У отдельных воинов комплект дополнялся чеканом, а у носителей каменской культуры – также мечом. О значимости ближнего боя уже на первом этапе у племен каменской культуры говорит не только большее по сравнению с быстрянс-кой разнообразие оружия ближнего боя, но и появление доспеха. Военное дело у племен староалейской культуры находилось на более низком уровне развития. Основными тактическими приемами были дальний бой и, по всей вероятности, ближний рукопашный. Панцири, видимо, имели только отдельные воины.
На втором этапе (IV–III вв. до н. э.) население лесостепного Алтая также применяет тактику боя на дальней и ближней дистанции – стрелковый комплекс и кинжалы остаются наиболее распространенными видами вооружения. В целом развитие идет в направлении возрастания роли конного ближнего боя. Это касается каменской и быстрянской культур, в материалах которых увеличивается число чеканов и средств защиты (панцирные пластины). Кроме того, в памятниках каменской культуры фиксируются копья, также предполагающие поражение противника с коня. Их появление указывает и на распространение ранее не применявшегося боя на средней дистанции. Тактические приемы у носителей староалейской культуры, по всей вероятности, не меняются, на что указывает прежний комплекс вооружения. Войско каменской культуры, как и на первом этапе, составляла легкая и средняя конница. Комплект второй мог дополняться в этот период копьем. У племен быстрянской культуры этот род войск только появляется. Комплект средневооруженного всадника быстрянской культуры составляли панцирь и чекан, вероятно, он также дополнялся стрелковым набором. У воина каменской культуры помимо данных видов вооружения он мог включать меч и копье.
На третьем этапе (II–I вв. до н. э.) тактика ведения боя у носителей каменской культуры не претерпевает значительных изменений. Комплекс вооружения также включает лук и стрелы, кинжалы, чеканы, мечи, копья и панцири, часть которых изготавливается из железа. Возможно, на данном этапе начинает использоваться таранный удар с коня, благодаря появлению копий с килевидным абрисом пера. Состав войска на этом этапе – легкая и средняя конница ( Лихачева , 2012б. С. 31, 32).
В целом эволюция комплексов вооружения у населения лесостепного Алтая в VI–I вв. до н. э. шла в направлении выработки наиболее эффективных боевых средств для легкой и средней конницы. Вначале вооружение этих родов войск не было, по всей вероятности, строго дифференцировано. Только с IV в. до н. э. наблюдается некоторая специализация различных его видов: стрелковый комплекс становится основным для легкой конницы, в то время как применение древково-го и длинноклинкового оружия наиболее эффективно для всадников, имеющих средства защиты. Изменения в тактике идут в направлении увеличения роли ближ- него конного боя, на что указывают количественные и качественные изменения защитного вооружения и длинноклинкового и древкового оружия. Все указанные тенденции характерны для носителей каменской и быстрянской культур. Менее развит комплекс вооружения у племен староалейской культуры. Он максимально адаптирован для легкой пехоты и не изменяется с течением времени.