Completely preserved cremation from a jar burial in the early medieval Bervenets kurgan cemetery
Автор: Dobrovolskaya M. V., Smirnov A. L., Prorokova E. N., Chelogaeva E. O.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Статья в выпуске: 266, 2022 года.
Бесплатный доступ
Improved methods of analyzing cremated human remains provide more opportunities for obtaining new data on characteristics of buried individuals during their lifetime as well as specific features of funerary rites. Cremated remains from a grave attributed to the Pskov Long Kurgan culture (Bervenets 1, Peno district, Tver region) were preserved completely because the bones were located under a vessel turned upside down. Fragments of cremated bones of various size ranging from 9 cm to 0,5 cm with a total weight of 1142 g come from all parts of the skeleton and enable the authors to establish that a male of 40-49 years was buried under the vessel. The grave preserved parts of the skeleton characterizing body-built of the male and his health status. The X-ray fluorescence method was used to identify presence of metal elements in the funerary costume of the individual. The undisturbed burial reveals that the population ascribed to the long kurgans traditions practiced special technologies of high temperature cremation on a pyre; when this type of cremation was used, fragile large fragments of white color were preserved. Fragility of these fragments excludes their possible transportation, which means that they could be moved from the pyre located near the burial pit only once to be placed in the pit. The authors propose a reconstructed staged process of moving the remains into the grave pit based on the analysis of bone fragments localization, state of their preservation, color and completeness.
Cremation, upper volga region, pskov long kurgan culture, x-ray fluorescence analysis, burning together iron artifacts
Короткий адрес: https://sciup.org/143179080
IDR: 143179080 | DOI: 10.25681/IARAS.0130-2620.266.321-334
Текст научной статьи Completely preserved cremation from a jar burial in the early medieval Bervenets kurgan cemetery
Развитие полевых и лабораторных методик работы с остатками погребальных сожжений существенно повышает ценность этого еще недавно мало используемого источника. Возможность привлечения изотопного анализа, выявление палеопатологических особенностей – основные направления, позволяющие расширить наши знания о прижизненных особенностях людей, погребенных по обряду трупосожжения ( Клещенко , 2018; Клещенко, Решетова , 2019; Клещенко и др. , 2021). Экспериментальный подход создает базы сведений, позволяющих реконструировать саму погребальную церемонию ( Свиркина, Володин , 2019). Точная фиксация фрагментов костей в полевых условиях открыла возможность обнаружения «невидимых погребений», а также оценки тафономических изменений ( Захаров , 2014; Сыроватко и др. , 2015).
Грунтовые захоронения, как правило, представлены скоплением мелких фрагментов с небольшими анатомически определимыми участками. Урновые погребения в отдельных случаях создают предпосылки сохранения останков практически в том состоянии, в котором они были при захоронении ( Масты-кова, Добровольская , 2017). Послойный аккуратный разбор содержимого урны позволяет сохранить морфологическую целостность останков и оценить особенности их расположения. Исследование останков из урн, которые минимально подверглись разрушению – до сих пор большая редкость.
В статье представлены комплексное описание и результаты исследования кремированных останков урнового погребения из могильника Бервенец, отнесенного к культуре псковских длинных курганов ( Смирнов и др. , 2021; Меньшиков и др. , 2021). Целью этого исследования являлось установление элементов погребальной обрядности и особенностей физического габитуса человека.
Локализация кремированных останков и реконструкция элементов погребальной обрядности
При исследовании кургана 1 могильника Бервенец (Пеновский район, Тверская область) было обнаружено урновое погребение. Керамический сосуд располагался вверх дном. Венчик урны опирался на углистую подушку толщиной 4–5 см, в которой также находились более мелкие кремированные кости (рис. 1). Пространство в 3–5 см (у венчика сосуда) между стенкой ямы и краем венчика, а также глубина прокопа позволяют предполагать, что яма выкапывалась именно под размер определенной урны. Промежуток между стенками ямы и урны был заполнен остатками углей с погребального костра. Донце сосуда отчасти разрушилось, из-за чего небольшое количество песка проникло внутрь урнового пространства. Тем не менее большая часть костей была защищена от давления грунта куполом перевернутого сосуда, так что сохранились даже хрупкие фрагменты. Урна была заполнена костями на три четверти, под донцем оставалось 4–5 см пустого пространства, лишь частично занятого просочившимся через трещину дна песком. Цвет костей в верхней и центральной части перевернутой урны – белый, но отмечены и незначительные

Рис. 1. Могильник Бервенец, курган 1. Схема урнового погребения потемнения в толще костной ткани. Кости, которые были расположены ближе к венчику сосуда и контактировали с углистой подушкой, окрасились в черный цвет. Углистая подушка, включающая угли, мелкие фрагменты костей и грунт, была рыхлой, за исключением круговой зоны непосредственно под венчиком перевернутой урны, уплотнившейся под длительным давлением стенок сосуда.
Разбор содержимого урны позволил убедиться в том, что кости были положены без соблюдения анатомического порядка. Так, например, крупный фрагмент лобной кости располагался сразу под донцем урны (т. е. на самом верху скопления), а участок правой части той же лобной кости – в углистой подушке под урной.
Отдельный вопрос – способ помещения костей в урну. Мы предлагаем следующую реконструкцию последовательности действий (рис. 2):
– подготовка ямы (глубина – 32–35 см, диаметр – 48 см) (рис. 2: а ) и проведение трупосожжения;
– сбор всех видимых фрагментов костей, оставшихся после трупосожже-ния, и помещение их в специальный органический объем (например, в тканевой мешочек) (рис. 2: б );
– укладка углей на дно ямы – создание углистой подушки (рис. 2: в );
– укладка костных останков на дно ямы на углистую подушку таким образом, что они формируют скопление почти конической формы (рис. 2: г );
– укрывание урной (высота – 28,5 см, ширина – 32–33 см), которая подобно куполу изолирует кремированные кости от грунта (рис. 2: д ), причем костные фрагменты занимают примерно ¾ всего объема пространства под урной;
– засыпка промежутка между стенкой ямы и стенками урны остатками погребального костра (рис. 2: е ).
Эта гипотетическая последовательность не предполагает помещение костных фрагментов в урну, а затем переворачивание ее вверх дном. В этом случае

Рис. 2. Могильник Бервенец, курган 1. Этапы формирования урнового погребения. Возможная реконструкция (пояснения см. в тексте)
значительная часть костей оказалась бы разрушенной и раздавленной тяжелым массивным венчиком. Также при переворачивании урны хрупкие фрагменты могли бы повредиться. Поэтому мы останавливаемся на гипотезе двухсоставной конструкции (органическое вместилище + перевернутая урна). Перевернутые урны нетипичны для могильников культур длинных курганов ( Исланова , 2016. С. 141; Енуков , 1990. С. 143). Случаи захоронений в перевернутых сосудах отмечены в культуре псковских длинных курганов (например, в курганах у деревни Березицы Псковской области ( Михайлова , 2016. С. 399)). Однако И. В. Исланова отмечает, что «…в бассейне Верхней Мсты случаи накрывания урны другим горшком известны в почти 25 % всех урновых захоронений» ( Исланова , 2016. С. 141). Распространение и хронология погребений с перевернутыми урнами и в конструкциях «основная часть – крышка» требуют отдельного анализа, что выходит за рамки этой статьи. Хотим лишь обратить внимание на то, что двухсоставные погребения представляются только как вариант двух керамических сосудов. В то время как вариант «сосуд + органическая обертка» ранее не рассматривался. В настоящее время у нас нет доказательств присутствия каких-либо органических материалов в урне, однако локализация костных останков указывает на необходимость такого дополнительного вместилища, кроме перевернутой урны.
Часто исследователи урновых погребений используют термин «очищенные» применительно к кремированным останкам. Вероятно, это означает, что костные фрагменты светлые. Однако их цветность вызвана не тем, что они промыты или специально очищены, а тщательным и бережным сбором с погребального костра (Володин, Свиркина, 2019). Любой процесс промывки или другой обработки приводит к разрушению крупных фрагментов. Собранные нами фрагменты кремации из урны не были промыты и очищены, а только осторожно перемещены с погребального костра в захоронение, а урна стала своеобразным куполом над ними.
Незначительное количество мелких кремированных косточек было встречено в углистой засыпке в нижней части ямы, где располагалась урна. Следует отметить, что углистая засыпка прослеживается именно в нижней части ямы, а выше яма засыпана песчаным грунтом. Создается впечатление, что в яму помещены все остатки погребального костра, включая уголь и кости.
Описание и анализ кремированных останков
Общая масса костных фрагментов составляет 1142 грамма. Фрагментами представлены все отделы скелета человека (череп, позвоночник, ключицы, ребра, плечевые кости и кости предплечий, кости таза, эпифизы и диафизы трубчатых костей ног, надколенники, кости стоп и кистей), поэтому составление карты сохранности теряет смысл.
Фрагменты имеют равномерную белую или очень светло-серую окраску, которая соответствует высокой температуре кострового горения около 900º. Часть костей, расположенных в нижних ярусах скопления, окрашена в черный цвет угольной пылью. Это не имеет отношения к цветности, обусловленной температурой горения. Представленность всех отделов скелета фрагментами светлой окраски свидетельствует о скрупулезности сбора костей с погребального костра и определенных приемах проведения сожжения. Важно отметить, что в скоплении присутствуют как фрагменты стенок трубчатых костей, которые обычно встречаются в любых погребениях с кремациями, так и эпифизы, тазовые кости, лопатки, позвонки, т. е. кости, части которых обычно утрачиваются как в результате давления грунта, так и перемещения сожженных фрагментов после их извлечения из погребения (урны в том числе). Деформационные трещины и искривления хорошо выражены. Кремированных остатков животных не обнаружено. На рис. 3 представлены те участки скелета, которые имеют особую диагностическую ценность:
– носовые кости и фрагмент лобной кости. Изображение позволяет составить мнение о значительном развитии рельефа в области glabella, что соответствует мужским черепам. Можно также отметить значительное выступание носовых костей. Профиль костной основы спинки носа выглядит явно вогнутым (рис. 3: а ). Шов между носовыми костями не разошелся, поэтому можно предполагать, что термические изменения могли трансформировать спинку носа, ноне изменить ее принципиально.
– левая часть лобной кости с надглазничным рельефом (рис. 3: б ). Можно отметить грацильность лобной кости и незначительное латеральное утолщение надглазничной части.
– раскладка 32 позвонков (рис. 3: в ) различной степени сохранности (7 шейных, 12 грудных и 5 поясничных). На позвонках поясничного и грудного

Рис. 3. Могильник Бервенец, курган 1, урновое погребение. Некоторые анатомически определимые части кремированных останков мужчины 40–49 лет.
Фото В. И. Данилевской а – область носа; б – область лобной и скуловых костей; в – раскладка позвонков, остеофиты; г – четвертый поясничный позвонок; д – симфизарная поверхность левой лобковой кости; е – проксимальные части лучевых костей отделов четко видны проявления остеофитоза – характерных возрастных дегенеративно-дистрофических изменений, формирующихся, как правило, в возрасте старше сорока лет. Также хорошо видна клиновидная форма четвертого поясничного позвонка, который по причине давнего смещения изменил свою правильную форму (рис. 3: г).
– левая сторона лобкового симфиза (рис. 3: д ), характеризующаяся мужской формой и возрастными изменениями после 40 лет. При этом отметим, что ни одного участка с закрытым черепным швом не обнаружено.
– суставные поверхности проксимальных эпифизов лучевых костей лишены явных возрастных изменений (рис. 3: е ).
Кроме общей диагностики пола, возраста и описания патологических проявлений, мы отмечали места припеканий вещества буроватого цвета, которое напоминает окисленное железо. Методика реконструкции элементов погребального убора на основании учета мест локализации припеканий была недавно предложена Е. А. Клещенко ( Клещенко , 2018). Дальнейшее развитие методики продемонстрировало эффективность применения химического анализа ( Свиркина, Володин , 2020. С. 488). Для более уверенного суждения о природе пятен, напоминающих окисленное железо, нами был использован рентгенофлуоресцентный анализ с использованием прибора X-MET8000 ExpertGeo ЦКП ИА РАН.
На первом этапе мы проверили показатели состава костной ткани в местах проявления пятен и без них. Пять образцов кремированных фрагментов без пятен, относящихся к различным участкам скелета, были оценены до и после промывки дистиллированной водой. Было обнаружено устойчивое изменение элементного состава, проявляющееся в уменьшении процента алюминия и кремния, и соответственное увеличение долей всех других элементов.
Уменьшение доли кремния и алюминия связано с удалением мельчайших частиц грунта с поверхности кости. Состав бурых пятен оценивался без сопоставления промытых и непромытых поверхностей. Все три образца были промыты дистиллированной водой и высушены. Как следует из табл. 1, состав бурых пятен отличается повышенной долей железа, что позволяет нам подтвердить гипотезу о припеканиях к поверхности кости мелких остатков металла. Бурые пятна были обнаружены на внешней и внутренней поверхности свода черепа, скуловых костях, шейных позвонках, ребрах, костях предплечья, позвонках. Наиболее значимые зоны припеканий встречены на черепе и шейных позвонках. Важно отметить, что самих металлических предметов среди кремированных останков обнаружено не было. Мы предполагаем, что металлические предметы малой толщины могли растекаться по поверхности кости, образуя пятна различных размеров (рис. 4).
Таблица 1. Элементный состав (в %) поверхностного слоя кремированной кости до ( 1 ) и после ( 2 ) промывки, состав бурых пятен на поверхности костной ткани ( 3 )
g g я >y о я У я и о и и * J V © v ® Ч Я Г О S* * г « В S ч |
СП |
S ^ ^ ^ Й tn | | | | | of £ ^ ^ О о |
|
S g С 5 Я я у И 5 Я О ч а 5 о и а 2 о я ч « |
ОО S Г— 'Г. 40 СМ ^Ч ГП ГП (^ Г1^ | | | | | Csf ^ гп гп o' o' |
||
5 ч | 1 5 = ! 1 = |а5 ф^” е т £ = v |
04 40 -н ОО
-Н 'Ч
чГ S Ч-" 'Ч o' o' |
||
« у н 5 о я s о У У |
гч гН гч гН гч гН гч гН гч гН |
tn и Г- ^T I -II 1 1 ° S ГП 04 °
- <4 <4 <4 1 1 1 1 ° S rn ° ° СП ОО о г- tn ОО ГП < О 1 1 1 1
О ~ ОО ™ о о ОО ГП 2) , СП 40 ’—< О_ ^ 1л <4 ^0^1 I tn | ^ 00 o' o' 0" 40 -ч Г- Г- ХГ -н (М 40^ ^ ОО^ ^н О^ 04 | | О^ О" 04 Csf Csf ° О" О" О" 00 % г- Г- Tf ел ^ - ^ ^ ^4 О. । । । । о" g4 СП of 0" 0" ^н 40 ^н tn ОО 40 v<4 тТ tn 04 О I I I I
О 5; КП ГП О О
гп У
Г" 1 \ °" S2 ^ 'Ч °" °" 40 12 Г- СМ 40 Г О ^ vf ^ О' о СП gr ^Т 04 ^Н tn 0О4 vk 04 04 04^ О^ I I I I 0" г-*' tn 0" 0" |
О о" о о" о o' П4 О^ o' П4 О o' 1 |
н ?s У £ 2 - 2 У У ^ S у я ч ^ Ч я а S а У ч * к© |
|||
С ® л я 5 ® й 8 О ° ® 2 и Н О © © к |
|||
^ s а ч ® -е |
|||
К д _ = = i 5 ч 2 у R |
|||
У ч |
OJ . у |

Рис. 4. Могильник Бервенец, курган 1, урновое погребение.
Бурые пятна, характеризующиеся повышенным содержанием железа (кости черепа). Фото В. И. Данилевской
Обсуждение результатов
Приведенные данные позволяют обсудить как особенности физического облика индивида, так и некоторые черты погребального обряда. Значительный рельеф в области glabella, заметное выступание носовых костей в сочетании с вогнутой спинкой носа не выглядят неожиданными для антропологической среды средневекового населения северо-западных районов европейской части России. Так, в фундаментальном исследовании «Происхождение и этническая история русского народа» отмечено, что в Новгородской области существуют районы с локальным повышением частоты встречаемости вогнутой спинки носа (Происхождение и этническая история…, 1965. С. 292. Табл. 2). Также можно обратить внимание на результаты уже относительно недавних исследований С. Л. Санкиной, продемонстрировавшей своеобразие краниологического разнообразия средневекового населения Новгородских земель. Наличие групп с выраженными европеоидными чертами наряду со смешанными, в которых преобладают «восточные»
особенности, свидетельствует «о многократном притоке на эту территорию населения различного происхождения с юго-запада и востока» ( Санкина , 2010. С. 155). Возможно, важен не факт обнаружения того или иного варианта внешности. Ведь для изучения сложения населения необходим массовый материал. Более существенно, что соблюдение правил разборки и хранения кремированных останков открывает перспективу накопления такого рода данных.
Хорошая сохранность тел позвонков индивида, вероятнее всего, связана с положением его тела на погребальном костре. Практически аналогичная картина (хорошей сохранности позвонков) встречена также при описании грунтового погребения могильника Юрьевская Горка ( Клещенко и др. , 2021. С. 202), а также останков из погребения культуры псковских длинных курганов могильника Любахин 1 (кург. № 2, погр. № 1) ( Клещенко, Решетова , 2019. С. 116. Рис. 48). Возможно, это объясняется сходными чертами организации погребального костра и положения тела на протяжении сожжения. Проведению погребального сожжения тел может сопутствовать перемещение, сгребание останков в процессе самого горения. В этом случае хрупкие фрагменты разрушаются. Хорошая сохранность и достаточно полная комплектность хрупких фрагментов в погребениях могильников Любахин 1 и Бервенец позволяют предполагать сходные особенности церемонии сожжения.
Как отмечалось выше, представлены практически все отделы скелета. Поэтому можно считать, что общая масса останков соответствует массе полной кремации с небольшими потерями. Согласно опубликованным данным, средняя масса скелетных останков, остающихся после кремации взрослого мужчины, составляет 2,7 кг, аналогичная масса для женщины – 1,84 кг ( Holk , 1996). Хотя эти величины крайне условны, можно с уверенностью говорить о том, что наблюдения о миниатюрности размеров скелета мужчины и массовых показателях костей дополняют друг друга. Поэтому мы имеем основания предполагать грацильность физического габитуса человека из урнового захоронения. Безусловно, особенности, отмеченные на индивидуальном уровне, являются лишь предположением. Важно, что применение определенных методик открывает перспективы получения новых важных данных.
Заключение
Анализ кремации из урнового погребения под курганной насыпью могильника Бервенец, ассоциируемого с культурой псковских длинных курганов, проводился на разных этапах – от полевого до лабораторного. Это позволило предложить реконструкцию элементов погребальной обрядности, которые могут быть сформулированы в следующих пунктах:
– полный сбор костных останков с погребального костра.
– наиболее крупные фрагменты, оставшиеся после высокотемпературного (900° и выше) обжига, собираются во вместилище из органического материала.
– мелкие немногочисленные фрагменты попадают в углистую подушку, подстилающую урну и в засыпку остатками костра пространства между стенками урны и могильной ямы.
Полученные данные дают возможность предположить, что в могильной яме аккумулированы практически все остатки погребального сожжения.
Анализ морфологических особенностей кремации позволил установить, что в погребении находились останки одного взрослого мужчины в возрасте 40–49 лет. Продемонстрированы значительные развитие надглабеллярного рельефа и выступание носовых костей. Физические нагрузки и состояние здоровья мужчины привели к формированию остеофитов на позвонках всех отделов позвоночного столба, смещению четвертого поясничного позвонка. Локализация бурых пятен с повышенным содержанием железа на поверхности костей позволяет судить о том, что головной убор, элементы рукавов, пояса, воротника погребальной одежды включали мелкие металлические элементы.