Flint accumulations as structural element of the site Zaraisk B
Автор: Lev S. Yu., Yeskova D.K.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Статья в выпуске: 227, 2012 года.
Бесплатный доступ
In 2006-2011 excavations were carried out at the site Zaraisk B, the latest one of the Kostenki-Avdeevo culture. The site consists of one non-disturbed layer with preserved planigraphic structure, lithologically related to the upper buried soil. Specific features of everyday life and economic activity concentrated within specially organized areas were reliably traced. Technological analysis of the collection shows consistent operations of primary knapping techniques. The process was supplemented by wide-scale repair of flint tools. The investigated collection of stone artefacts totals over 3 thousand flint objects obtained from the area of 200 sq. m.
Короткий адрес: https://sciup.org/14328505
IDR: 14328505
Текст научной статьи Flint accumulations as structural element of the site Zaraisk B
С 2006 по 2011 г. в Зарайске проводились работы, связанные с новой фазой изучения палеолитических культурных остатков ( Амирханов, Лев , 2010; Лев , 2011). Речь идет о стоянке Зарайск В. Это памятник, приуроченный к тыльной части мыса, расположенного в нескольких десятках метров к северу от кремлевского и отделенного от последнего древним оврагом (рис. 1). Напомним, что в случае Зарайска А мы имеем дело с многослойным поселением ( Амирханов и др. , 2009), каждый из культурных слоев которого имеет уникальную пространственную структуру, связанную с наличием углубленных объектов (ямы, очаги, полуземлянки), скоплений артефактов и крупных фаунистических остатков, двумя генерациями мерзлотных трещин и различными особенностями литологии. Под археологическим памятником при этом понимается территория непрерывного распространения культурных отложений, которые едины точки зрения их стратиграфической позиции и содержат инвентарь с едиными типологическими характеристиками ( Амирханов, Лев , 2010. С. 14). По-иному обстоит дело на изучаемом ныне Зарайске В (раскоп 7). Памятник интересен тем, что здесь представлен исключительно верхний культурный слой (слой 1), литологически связанный с верхней погребенной почвой. Нижележащие культурные слои (как в Зарайске А) здесь отсутствуют. Иная здесь и геологическая стратиграфия. А именно, погребенная почва непосредственно подстилается мощным пластом материкового желтовато-бежевого суглинка, тогда как на Зарайске А ситуация совершенно другая.
Общая характеристика памятника
На сегодняшний день раскопанная площадь на Зарайске В составляет более 200 м2 ( Амирханов и др. , 2009), большая ее часть приходится как раз на раскоп 7 (154 м2). Преимущества памятника в качестве археологического источника вытекают из особенностей его стратиграфии. Находки залегают по большей части в низах гумусированного горизонта погребенной почвы, на контакте с ее сероватым опесчаненным горизонтом вымывания. Максимальный разброс находок в слое по высоте незначителен, до 10–15 см, и зачастую связан с попаданием последних в мерзлотные трещинки.
Мощность гумусированного горизонта погребенной почвы составляет 15–20 см, доходя до 25 см в западной стенке. Под ним залегает сероватая супесь, на большей части площади подстилаемая желтовато-серым песком (возможно, горизонт вымывания почвы). Кое-где желтовато-серый песок перекрывают

Рис. 1. План расположения раскопов и шурфов Зарайской стоянки.
Локализация распространения культурного слоя (границы памятника на участках А и В) Условные обозначения: А – зона жилой застройки; Б – парковые насаждения; В – деревья; Г – стены Зарайского кремля с Никольской башней; Д – шерстобитная мастерская; Е – асфальтированная дорога; Ж – раскопы; З – шурфы линзочки светлого песка. Особенно хорошо они прослеживаются в западной стенке раскопа. Почва характеризуется обильными ожелезнениями и точечными вкраплениями марганца. Костные угольки единичны, распространены неравномерно, в южной части раскопа. Встречены пятна охры, в том числе одно крупное, диаметром 30 см.
В раскопе наблюдаются два вида полигональных трещин, схожих морфологически, но разнесенных во времени. Первые образовались в момент существования погребенной почвы, но до того как она была перекрыта покровными лессовидными суглинками. Ширина трещин составляет от 3 до 5 см, диаметр полигонов – около 30 см.
Другие трещины (более поздние по времени) связаны в основном с верхом (гумусированным горизонтом) погребенной почвы. Это мелкие (1–2 см шириной) клиновидные структуры, иногда они бывают несколько шире и тогда проходят до нижнего горизонта погребенной почвы. Полигоны, образованные системой этих трещин, бывают двух видов: более крупные – до 20–25 см, и более мелкие – порядка 10 см. Образовались трещины после того, как погребенная почва была перекрыта покровными суглинками как минимум на 20–30 см. Вопрос об их генезисе (мерзлотном или в процессе усыхания) остается открытым.
Шурфовка на памятнике выявила еще две погребенные почвы, залегающие ниже и сильно потревоженные криогенной активностью. Однако культурных остатков в них не встречено.
Наиболее существенным моментом при анализе материала является непо-тревоженность культурного слоя и структурированность планиграфического распределения материала. То есть в случае Зарайска В мы имеем дело с однослойным поселением, дающим возможность проследить особенности хозяйственно-бытовой деятельности, вычленить с большой долей уверенности участки поселения, на которых велась трудовая деятельность той или иной направленности. А это, в свою очередь, подводит нас к возможности реконструкции повседневной жизни и даже некоторых особенностей социальной организации древнего коллектива, обитавшего на стоянке.
Такого рода сюжеты связаны с анализом скоплений кремневого материала и находками ведущего типа орудий костёнковско-авдеевской культуры, «ножа костёнковского типа», производство и многократная подправка которых проводились на некоторых участках стоянки ( Лев и др. , 2009).
Орудийный набор представлен традиционными для костёнковско-авдеев-ской культуры типами изделий. Отдельно стоит отметить серию пластинок с притупленным краем (10 экз.), три из которых отличаются, как по сырью, так и морфологически, от типичных для Зарайска А форм с мелкой краевой ретушью. Они выполнены на заготовках из черного кремня. Крутая ретушь срубает почти половину ширины заготовки. Ретушь вертикальная, местами носит характер встречной. Микропластинки лежали компактной группой. Таким образом, постепенно начинает вырисовываться специфика морфологии каменной индустрии, тогда как ранее отмечались лишь особенности в выборе сырья.
Костные остатки стоянки Зарайск В по большей части довольно плохой сохранности. Фаунистический материал в основном представлен костными остатками мамонта, гораздо реже встречаются кости волка и северного оленя. Сле- дует особо отметить, что в 2011 г. были обнаружены костные остатки (нижняя челюсть) нового, ранее не встречавшегося в Зарайске вида – древней лошади. Костей со следами обработки на стоянке Зарайск B не встречено.
Из объектов культурного слоя присутствуют скопления крупных костей и бивней мамонта, пятна охры, углистость с лежащими на ней костными остатками и участки, связанные с первичным расщеплением, а также зоны работы ножами костёнковского типа. В раскопе исследованы и углубленные объекты. Это тринадцать небольших ямок. Они имеют овальную или близкую к округлой форму; единообразное заполнение; глубину до 10 см; в каждой из них наклонно (с небольшим уклоном) уложены костные фрагменты. Возможно, они связаны с некой наземной конструкцией – предположительно легким жилищем (на кв. Д-Ж – 8’–11’). Отметим, что в непосредственной близости от рассматриваемого участка раскопками А. В. Трусова был зафиксирован объект в аналогичном стратиграфическом контексте, окруженный ямками с костями ( Трусов , 1994).
Методика
В данной публикации не представляется возможным описать все многообразие использованных в работе с коллекцией методов, поэтому сконцентрируем внимание на двух наиболее существенных: технологическом и пространственном анализе материала.
Технологический анализ всей коллекции позволил выявить технологические цепочки, последовательность операций по первичному расщеплению кремня, получению пластин-заготовок. Он был дополнен ремонтажем кремневого инвентаря, осуществленным в максимально возможном объеме. Следует отметить, что осуществление массового ремонтажа повышает познавательную ценность материала, т. к. появляется возможность реконструировать не только обобщенные производственные цепочки, что является одной из основных целей технологического анализа ( Bodu et al. , 1991; Pelegrin et al. , 1988), но и восстанавливать реально существовавшие, связанные с расщеплением конкретных желваков.
Более того, сочетание результатов ремонтажа и пространственного анализа позволяет осуществлять пространственно-временную «фрагментацию» этих производственных цепочек ( Pigeot, Philippe , 2004. P. 37, 38). Под пространственно-временной фрагментацией производственных цепочек, связанных с раскалыванием определенных желваков, понимается выявление пауз в процессе расщепления, реконструируемых по пространственному распределению материала. А это, в свою очередь, дает более точное представление о производственных процессах, проистекавших на памятнике.
Материал
Материалом для исследования послужила коллекция каменного инвентаря, насчитывающая более трех тысяч изделий из кремня (включая мелкий дебитаж). Несмотря на то что исследован был значительный участок стоянки, большая площадь оказалась недоступной для раскопок. Это существенно ограничивает возможности интерпретации результатов ремонтажа. Прежде всего, невозможно определить, с чем связан факт отсутствия на исследованном участке стоянки некоторых этапов реконструируемых производственных цепочек: были ли они реализованы на других, не исследованных по объективным причинам участках, либо вне площади стоянки (например, непосредственно на месте добычи кремня или на другой посещаемой коллективом стоянке).
Между тем следует отметить и определенные преимущества материала Зарайска B для исследования таких проблем, как технология расщепления камня и структурная организация стоянки. Во-первых, однослойность памятника и кратковременность бытования стоянки определяет факт четкости и визуальной «читаемости» границ структурных элементов, прежде всего кремневых скоплений. Во-вторых, использование древним коллективом местного карбонового цветного кремня (при этом достаточно значительный процент желваков имеет крайне редко встречающуюся «индивидуальную» цветность и вид корки) позволяет в ряде случаев судить о том, что скол был осуществлен с определенного желвака, даже при невозможности физического ремонтажа.
Анализ
В результате анализа пространственного распределения орудий и дебитажа было выявлено наличие на исследованном участке стоянки трех скоплений, связанных с первичным расщеплением кремня, и отсутствие кремневых кладов. Осуществленный ремонтаж и технологический анализ позволяют с уверенностью говорить о том, что на стоянке отсутствовала зона эвакуации, куда бы относили часть отходов расщепления, – все они оставались непосредственно на местах раскалывания кремня и не перемещались впоследствии. Ниже представлен детальный анализ скоплений, связанных с первичным расщеплением. Следует изначально отметить, что вторичная обработка продуктов расщепления во всех случаях производилась в удалении от скоплений, связанных с разными этапами первичного расщепления.
Первое скопление находится в юго-западном секторе квадрата Г-15´ (рис. 2, 3 ) и является наиболее плотным (расстояние между продуктами расщепления минимально). На этом скоплении производилось расщепление двух крупных (более 20 см длиной и более 4 см толщиной) желваков кремня высокого качества. В скоплении представлены обломки крупных регулярных пластин и мелкие пластинки, скалывание которых было вызвано технологической необходимостью, а также большое количество сколов оживления площадки и небольшое количество отщепов, связанных с подготовкой поверхности расщепления. Анализ состава продуктов расщепления позволяет судить о том, что раскалывание кремня было направлено на получение крупных пластинчатых заготовок. В случае с обоими желваками на данном скоплении восстанавливаются только две стадии расщепления: завершение оформления фронтального ребра нуклеуса и начало скалывания пластин, производившееся с торцовых нуклеусов (один из них был одноплощадочным, второй – двуплощадочный).


Рис. 2. Зарайск В (раскопки 2006–2010 гг.). Общий план объектов, фаунистических остатков, каменных изделий
Условные обозначения : А – кремневые скопления; Б – фаунистические остатки; В – каменные изделия; Г – ямки с уложенными костями;
Д – связи находок по ремонтажу
Большая часть пластин была унесена с места расщепления. Оставлены только мелкие нерегулярные пластинчатые сколы и несколько крупных пластин, расколовшихся на 2–3 фрагмента в процессе расщепления (рис. 3, 2 ). В обоих случаях процесс расщепления был продуктивным: с места расщепления было унесено не менее 5–7 крупных пластин от каждого нуклеуса. Скалывание пластин здесь прекратилось, когда нуклеусы еще не были истощенными, лишь в одном случае после снятия скола с ныряющим окончанием. Можно предположить, что пластинчатое расщепление было возобновлено на неисследованном или не сохранившемся участке стоянки.
Следует отдельно отметить, что на исследованной площади вне скопления не обнаружено ни орудий, ни пластин без вторичной обработки, полученных в процессе расщепления этих двух желваков. По всей видимости, целью производственной активности, зафиксированной в скоплении на Г-15´, являлось не производство заготовок для орудий, связанных с насущными потребностями, но формирование некоего «запаса».
Второе скопление – наименее плотное из всех и представляет собой в плане дугу, проходящую по кв. Ж-15´, З-Ж-Е-14´ (рис. 2). Это совокупность отходов расщепления трех желваков. Две реконструируемые производственные цепочки из трех относятся к стадии возобновления пластинчатого расщепления, первый этап которого был осуществлен вне исследованной площади, так же как и оформление пренуклеусов. К моменту начала расщепления на участке, соответствующем этому скоплению, длина обоих нуклеусов не превышала 12 см, т. е. целью на этой стадии расщепления являлось получение небольших пластинок. На месте были оставлены лишь пластинчатые отщепы и проксимальные части нескольких пластинок. Продуктивность этого этапа расщепления была сравнительно высока, но ниже относительно пластинчатого расщепления на первом скоплении. В результате этого этапа расщепления были отобраны как минимум 4 пластинки и несколько дистальных частей.
Интересно, что один из ножей костёнковского типа и две группы сколов оживления ножей костёнковского типа, обнаруженные на расстоянии более чем 6–7 м от скопления, соответствуют по цветности одному из нуклеусов. Однако судя по параметрам заготовок ножей, они не могли быть получены в ходе зафиксированной нами стадии расщепления. По всей видимости, несколько орудий на крупных пластинах были принесены на исследованный участок вместе с нуклеусом.
Другая зафиксированная на этом скоплении операция была связана с третьим желваком. Она заключалась в ликвидации глубокого залома на поверхности расщепления нуклеуса, скалывание пластин с которого производилось вне исследованной площади стоянки, посредством оформления вторичного ребра. После этого расщепление было, по всей видимости, продолжено в другом месте.
Ни одна из зафиксированных в описываемом скоплении стадий производственных цепочек не была завершающей. Во всех случаях нуклеусы были перенесены с площади скопления, и их использование было, скорее всего, продолжено. По крайней мере, пауза в расщеплении ни в одном из случаев не была связана с серьезной проблемой (такой, как многочисленные заломы на поверхности

Рис. 3. Ремонтаж
1 – нуклеус с апплицируемыми сколами; 2 – пластины, фрагментированные в процессе производства расщепления). Однако с полной уверенностью о последующем возобновлении расщепления мы можем говорить только в одном случае.
Третье скопление – менее крупное, чем второе, но несколько более плотное. Его центр находится на пересечении границ квадратов Г-15´, Г-14´, Д-15´, Д-14´ (см. рис. 2). Здесь производилось расщепление двух достаточно крупных желваков (их точный размер не может быть установлен). Состав продуктов расщепления в данном скоплении весьма однородный, за единственным исключением (крупные первичные отщепы, связанные с оформлением бифасиальных преформ нуклеусов). Следует отметить, что на месте этого скопления не обнаружено отщепов, которые соответствовали бы оформлению площадок нуклеусов. Таким образом, фиксируется лишь первая стадия расщепления: подготовка преформ нуклеусов. Преформы, полученные на этом «точкé», были унесены за пределы исследованного участка стоянки. Следует также отметить, что один массивный удлиненный первичный отщеп был выбран в качестве заготовки для вторичного нуклеуса, попытки скалывания пластинок с которого происходили на расстоянии более 1,5 м от описываемого скопления.
Необычным является тот факт, что именно на участке, соответствующем третьему скоплению, была предпринята последняя попытка скалывания с нуклеуса, вторая стадия пластинчатого расщепления которого приходится на второе скопление. Она была совершенно непродуктивна (продуктами расщепления являются несколько пластинчатых отщепов, от снятия которых на поверхности расщепления образовались глубокие заломы) и завершилась оставлением нуклеуса (рис. 3, 1 ).
Следует отметить сходство между вышеописанным этапом расщепления одного из желваков и другим совершенно непродуктивным циклом расщепления, не связанным ни с одним из выделенных скоплений, однако также реализованным невдалеке от компактного скопления на Г-15´. Таким образом, продукты двух необычных, совершенно непродуктивных циклов расщепления (два нуклеуса и серии пластинчатых отщепов, оставленные на месте) находятся невдалеке от участка, где происходило высокопродуктивное скалывание крупных пластин, однако не в его границах. Данные этапы производственных цепочек мы интерпретируем как «ученическое расщепление», яркими свидетельствами которого являются многочисленные попытки снять пластинчатый скол с неудачного угла твердым минеральным отбойником ( Pigeot , 2004. Р. 101; Karlin et al. , 1993. Р. 331; Pigeot , 1986), завершающиеся вынужденным оставлением нуклеуса с большим количеством заломов на фронте скалывания.
Выводы
-
1) Раскопки убедительно показали наличие на данном участке пункта Зарайск В полноценного культурного слоя, связанного стратиграфически с верхней погребенной почвой. В археологической стратиграфии основного раскопа в пункте Зарайск А он соотносится с верхним культурным слоем и датируется 15 000–16 000 л. н.
-
2) Являясь однослойным базовым поселением, памятник предоставляет широкие возможности для палеоисторических реконструкций и, несомненно, является перспективным для дальнейших исследований.
-
3) На исследованном участке стоянки Зарайск B производились операции по первичному расщеплению, связанные в основном с тремя четко локализованными в плане скоплениями. В то же время операции по изготовлению и поджив-лению орудий не ассоциируются со скоплениями.
-
4) Производственные цепочки, направленные на получение пластинчатых заготовок, проходили поэтапно: во всех изученных случаях подготовка преформ нуклеусов производилась в ином месте, чем скалывание пластин. Более того, в результате анализа пространственного распределения ремонтажируемых сколов удалось установить, что в процессе скалывания пластин также делались паузы.
В двух случаях можно даже предположить смену авторства расщепления (переход нуклеуса от мастера к ученику).
-
5) Было установлено, что отдельные кремневые скопления четко ассоциируются с определенным этапом расщепления: первое скопление – с получением крупных пластинчатых заготовок (финал подготовки фронта скалывания и начало пластинчатого расщепления), второе – с подготовкой преформ нуклеусов, третье – с возобновлением пластинчатого расщепления (получением пластин и пластинок меньшего размера и исправлением дефектов на фронте скалывания нуклеуса).
-
6) Производственные цепочки, интерпретируемые нами как «ученическое расщепление», локализуются не в рамках скоплений, связанных с деятельностью «мастеров», а на небольшом отдалении от них.
-
7) Заготовки для орудий, используемых на исследованном участке Зарайска B, были принесены либо с неисследованного участка стоянки, либо с другой стоянки.
-
8) Пластинчатое расщепление на исследованном участке было направлено на получение «запаса» заготовок: все отобранные пластины были унесены обитателями стоянки с исследованного участка.