Morphological and stylistic analysis of Anatolian idols of the K"ultepe type (early bronze age)

Бесплатный доступ

Alabaster idols of the Kültepe type (with disc-shaped bodies and one or moretriangular heads on long necks) can be divided into two variants: (1) with bodies of ageneralized anthropomorphic type and including female genitals (figs. 1, 2) and (2) withbodies that bear no anthropomorphic details (fig. 3, 13, 14, 17-19). Both variants includeseveral morphological-stylistic groups. The proportions of the idols vary little (Chart 1).As regards the measurements of the bodies (width and height), five sets of measurementshave been singled out for Variant 1 (Charts 2, 3). The morphology of the heads, hair-styles front and back and the arrangement of items of jewellery (fig. 3, 1-12, 15, 16) havebeen analyzed. Most of the statements made regarding the idols of the Kültepe type areinterpretations (assumptions about the phallicist nature of the triangular heads on longnecks, the androgynous nature of the figures and a cult of fertility). The author is inclinedto see a resemblance to snakes in the triangular heads. The identification of female figureand snakes can be traced from the Pre-pottery Neolithic to the Early Bronze Age. Smallsculptures found in archaic communities and traditional cultures are usually seen as partof a network of correlations covering a large territory. Idols from Kültepe constitute oneof the rarest exceptions. A common model for a transformation is found in this case inconjunction with the unique nature of a geographical distribution. This is something thathas not been convincingly explained even by the assumption that the whole of the Early-Bronze-Age settlement on Kültepe tell was of a cultic kind.

Еще

Короткий адрес: https://sciup.org/14328542

IDR: 14328542

Текст научной статьи Morphological and stylistic analysis of Anatolian idols of the K"ultepe type (early bronze age)

Алебастровые идолы типа Кюльтепе имеют дисковидное туловище и треугольную голову на длинной шее либо несколько таких голов. Большинство их неоднократно фигурировало в публикациях начиная с первой четверти прошлого века под названием «каппадокийских». Известность этих идолов – отблеск истории открытия «каппадокийских табличек» (архива Карума в Канеше). Те и другие появились в Европе в последние десятилетия XIX в., но научный мир интересовали таблички. За несколько лет уточнилась их привязка к огромному теллю Кюльтепе с отложениями разных эпох (высота 22 м, диаметр около 500 м)1. С 1893 по 1906 г.

на Кюльтепе работали три экспедиции. Табличек тогда обнаружить не удалось. Однако «каппадокийские» идолы присутствовали во всех трех коллекциях.

В 1923 г. для Лувра была куплена «большая партия» каппадокийских табличек, там же оказалось и несколько дисковидных идолов, которые в 1927 г. опубликовал известный ассириолог Ж. Контено, уже переводивший в 1919 г. некоторые таблички из Карума. Происхождение идолов именно из Кюльтепе у Контено не вызывало сомнений. Помимо покупки вместе с табличками , он нашел изображение фрагмента такого же идола в отчете о раскопках этого телля в 1906 г. у Х. Грота ( Grothe , 1911. T. 2. Tab. XX. Abb. 6), принявшего его за «современный предмет, случайно оказавшийся на большой глубине» ( Contenau , 1927. P. 194). Сам Контено усматривал в стилистике идолов столь глубокий архаизм, что не допускал мысли об их синхронности и с ассирийскими текстами. По его мнению, каппадокийских идолов следовало относить к середине или даже первой половине III тыс. до н. э. (Ibid. P. 197). Эта интуитивная датировка довольно долго казалась курьезной. Сейчас же она ближе к истине, чем ряд последующих, хотя в ее основе – лишь соображения о скорости прогресса изобразительного творчества. На скромной серии идолов Контено отметил несколько дефинитивных стилистических деталей: изображения женского треугольника либо в нижней части диска, либо в верхней, разглядел «одетого» идола, а также «полосы Saint-André» (двойную перевязь) еще у нескольких. И, наконец, он привел, хотя и в обобщенной форме, весьма полезную информацию о вариациях «диаметров» у опубликованных им идолов.

В 1929 г. A.T. Ольмстед отозвалась на статью Контено краткой публикацией двух идолов, приобретенных Музеем Университета Иллинойса в 1924 г. у нью-йоркского «дилера». Привязка к Кюльтепе фигурирует и здесь, а самих идолов (по некоторым деталям) автор отнесла к раннему средневековью ( Olmstead , 1929. P. 311–313).

Хорошо известно, что архив Карума найден в 1925 г. экспедицией Б. Грозны. Среди материалов раскопок были еще три «каппадокийских» идола (хранились в коллекции Семинара по изучению клинописи и истории Древнего Востока Карлова университета в Праге). Опубликовал их значительно позже, уже после Второй мировой войны, Л. Черны – бывший ассистент Грозны, «с предоставлением их фотографий и комментариями, с любезного разрешения академика Бедржиха Грозны» ( Černý , 1952). Именно в этой работе появилось стратиграфическое обоснование разновременности идолов и табличек из архива ассирийской колонии Карум. Учитывая наблюдения Контено, автор отметил, что приведенные им изображения принадлежат к разным « образчикам » одноголовых идолов и усмотрел в этом исключительно хронологический аспект (Ibid. P. 602). К сожалению, некоторые публикации идолов 1930–1940-х гг. найти не удалось: Kemaleddin Ka-ramete 2, 1934–1936. Р. 63–66; 1936–1938. P. 205–207. Особенно жаль, что мною «пропущено» единственное пространное произведение в этом списке, с анализом их пропорций ( Özgüç T. , 1940–1941. S. 852–886).

С 1948 г. более полувека Кюльтепе исследовали супруги Т. и Н. Озгюч. Работы (иногда с перерывами) продолжались до самой смерти T. Озгюча в сезон 2005 г. В первые же годы раскопок подтвердилась привязка «каппадокийских идолов» исключительно к этому теллю. Постепенно прояснилась их относительная стратиграфия - горизонты 13 и 12 (EBA III), и даже контекстная принадлежность. Идолов фиксировали в монументальных постройках дворцового или храмового типа, но значительно ниже столь же ярких комплексов Канеша хеттского времени. Поскольку памятник очень сложный – с разновременными фортификациями и выразительной архитектурой, верхние горизонты EBA, находящиеся (согласно одной из отметок) ниже 11,6 м от поверхности, достигались избирательно.

Идолов обнаружили и в небольшом элитарном некрополе в юго-восточной части памятника. Эти погребения в каменных ящиках (с золотыми украшениями) планиграфически совпали с более поздними комплексами, видными на поверхности, - мегарообразной постройкой и двумя прямоугольными гробница-ми3. Именно там, скорее всего, найдено большинство идолов, попадавших более 100 лет на антикварный рынок. Постепенно сменилось и название этих своеобразных скульптур, ставших идолами типа Кюльтепе . Теперь их абсолютные даты корректируются в пределах III тыс. до н. э.

Т. и Н. Озгюч в одном из ранних отчетов в рамках типологии фигурок эпохи бронзы из коллекции памятника выделили два «типа» дисковидных идолов – « общевавилонский » и « 3-ей династии Ура »( Ozguq T, Ozguq N. , 1953). «Общевавилонский» – по форме женского треугольника (длинный, разделен вертикально, заполнен по-разному). У глиняных фигурок (и флаконов) бывает во всю длину ног и примерно им соответствует. Его иногда называют «фартуком». Идолы, сопоставленные с пластикой 3-ей династии Ура, в двойных перевязях («Saint-An-dré», по Contenau , 1927; один из « образчиков », по Černý , 1952). А треугольник у них, некрупный, заполнен косой сеткой, как у женских фигурок из Ура4. Оба ассоциативно выделенных «типа» отчасти сохраняют свою актуальность. Хронологические же соответствия формы треугольника и двойных перевязей оказались менее удачными, поскольку все эти признаки в ближневосточной пластике бытуют очень долго.

Еще несколько идолов типа Кюльтепе опубликованы С. Айдынгюн, в книге-каталоге анатолийской пластики эпохи бронзы, экспонировавшейся во многих столицах Европы ( Aydingün , 2005. P. 69–71)5.

Идолы типа Кюльтепе фигурируют в большинстве каталогов выставок древнего искусства Анатолии, Месопотамии, Ближнего Востока, а также в образовательной и справочной литературе. И судя по редкости появления в подобных публикациях «новых фигур», общее количество еще не учтенных вряд ли вдвое превысит число уже известных. Даже самая крупная подборка идолов (11 экз.), приведенная у Мюллера-Карпе (Muller-Karpe, 1965. Abb. 296,2-4, 7-13), воспроизводит в про- рисовках материалы из публикаций Контено, Ольмстед, Т. и Н. Озгюч. Все они присутствуют и в настоящей работе (рис. 1, 1, 4, 5, 9; 2, 3, 4, 8, 9; 3, 13).

Морфология . В описаниях идолов типа Кюльтепе обычно отмечают специфическую треугольную форму голов с глазами и бровями, очень длинные шеи с ожерельями и углубленную орнаментацию дисковидных туловищ, включающую те или иные части тела ( Aydingun , 2005. P 68). Менее известны идолы со столь же длинными шеями и разным числом треугольных голов, но без антропоморфизма туловищ. Вместо этого на них имеются сюжетные композиции в низком или высоком рельефе. Поэтому дисковидных идолов из Кюльтепе следует делить на два варианта: 1) с обобщенно-антропоморфными туловищами (21 экз.), число голов и шей у них варьирует от одной до четырех (рис. 1; 2); 2) с туловищами без антропоморфной детализации (5 экз.), пока у них число голов и шей от двух до четырех (рис. 3, 13, 14, 17–19 ).

Вариант 1 фигурирует во всех упоминавшихся выше публикациях и соответствует сложившемуся восприятию «идолов типа Кюльтепе». Наибольшие серии образуют одноголовые (8 экз.) и двухголовые идолы (9), причем первые фрагментированы сильнее, но иллюстрированы лучше (реверсов приведено больше). Размеры известны для той и другой выборки в половине случаев. У трехголовых идолов (3 экз.) аверс и реверс приведены дважды, размеры не указаны. Эту ситуацию удалось несколько улучшить. Для 5 фигур (с разным количеством голов) размеры восстановлены по музейным шифрам на реверсах6. В одном случае - по фотографии уголка музейной экспозиции с тремя идола-ми7, благодаря известным размерам одного из них они масштабированы и для остальных.

В итоге, общая информативность выборки идолов варианта 1 такова: целых и условно целых – 12; туловищ (с шеями и без них) – 6; комплектов голов – 3. Аверсы приведены для 21, а реверсы – для 8 идолов разной степени сохранности. Размеры известны или восстановлены для 15 фигур.

Вариант 2 объединяет 5 (4) идолов. Пока их можно разделить на две группы: (1) на дисковидном туловище сюжетные композиции в низком рельефе и гравировке; (2) фрагменты идолов с композициями в высоком рельефе.

Группа (1) низкий рельеф - 3 экз. (рис. 3, 17-19 ), все опубликованы Айдын-гюн ( Aydingün , 2005). Среди них – два не особенно качественных изображения идолов (аверсы) из частной коллекции в США с возможным нарушением пропорций, без информации о размерах. Один идол с двумя треугольными головами, а второй с тремя. На туловищах «жанровые» композиции с антропоморфными персонажами8. Фрагмент похожего идола был найден в Зенчидере, в 17 км от Кюльтепе.

Рис. 1. Идолы из Кюльтепе, вариант 1, группы 1 и 2

1–3 – группа 1; 5–9 – группа 2; 4 – идол, сочетающий признаки групп 1 и 3 ( 1, 5, 7 – Лувр, по: Contenau , 1927; 2 – музей Метрополитен; 3 – галерея Баракат; 4 – по: Müller-Karpe , 1965; 6, 9 – по: Olmstead , 1929; 8 – по: Černý , 1952)

Рис. 2. Идолы из Кюльтепе, вариант 1, группы 3 и 4

1–3 – группа 3; 4–6, 8, 9 – группа 4; 7 – реставрированный идол ( 1, 2, 8 – музей в Кайсери, по: Aydingün , 2005; 4, 9 – Лувр, по: Contenau , 1927; 5, 6 – по: Černý , 1952; 3, 7 – экспозиция Музея анатолийских цивилизаций, Анкара, фото Ю.А. Лихтер)

Рис. 3. Детали идолов варианта 1, идолы варианта 2

1–12, 15, 16 – детали идолов из разных групп варианта 1; 13, 14, 17–19 – идолы варианта 2 ( 1, 8, 12–14, 17–19 – по: Aydingün , 2005; 2, 10 – по: Olmstead , 1929; 3, 4, 6, 11, 16 – по: Contenau , 1927;

5, 9 – галерея Баракат; 7 – по: Černý , 1952)

График 1. Пропорции дисковидных туловищ (H/W) у обобщенно-антропоморфных идолов варианта 1 с одной ( а ) и двумя ( б ) головами

Группа (2) высокий рельеф – 2 фрагмента, возможно от одного идола (рис. 3, 13, 14 ). Первый - с остатками четырех шей. Сохранилась центральная часть композиции, две лежащие фигуры: справа мужчина (держит длинный клинок), рядом лежит лев с поднятой головой и отклоненным вправо хвостом. На втором фрагменте - две фигуры лежащих львов. Идол был найден при раскопках в 1955 г. Т. Озгюч называет его совершенно новым типом 9 алебастровых идолов. Уровень фиксации соответствует началу – середине Alishar III ( Özgüç T. , 1956. P. 26). Судя по высоте 2/3 туловища, равной 19 см ( Aydingun , 2005. P 70), параметры целого идола (H/W) должны быть не менее 27/34 см.

Ниже рассмотрим подробнее вариант 1 - обобщенно-антропоморфных идолов.

Пропорции (H/W) установлены для всех наиболее сохранных идолов. Обычно у них высота меньше ширины, причем относительная приземистость возрастает соответственно числу голов (график 1).

У идолов с одной головой соотношение H и W колеблется от 0,84 до 0,97, у двухголовых – от 0,74 до 0,88, у трехголовых – от 0,73 до 0,8310. Отметим един-

График 2. Размеры идолов типа Кюльтепе в соответствии с числом их голов ственный случай более вытянутых пропорций туловища. У этого идола обычный приземистый «диск» снизу дополнен узким прямоугольником. Все вместе походит на длиннополую одежду (рис 1, 4).

Размеры. В публикациях чаще попадаются вертикальные промеры идолов (вместе с шеей и головой либо на сохранившуюся длину шеи). Размеры туловищ использовали Контено (поперечный) и Черны (продольный и поперечный). Для сопоставимости результатов пришлось привести все в одну систему (высота и ширина туловищ). Для варианта 1 выявляются несколько размерных совокупностей. Пока их пять, но по мере накопления данных возможны корректировки (график 2).

Приведем вариации и средние значения для каждой совокупности.

  • (1)    H: 5– 8 см, W: 7–9 см. Средние размеры: 6,4×7,5 см.

  • (2)    H: 9,4–13,4 см, W: 12,2–14,7 см. Средние размеры: 11,4×13,5 см.

  • (3)    H: 16,2–19,2 см, W: 18,6–21,8 см. Средние размеры: 17,7×20,2 см.

  • (4)    H: 27–28,7 см, W: 34–38,7 см. Средние размеры: 27,9×36,2 см.

  • (5)    H: 40 см, W: 48 см.

В совокупностях 1 и 2 идолы с одной и двумя головами, в 3 с двумя и тремя головами, в 4 – трехголовый идол и четырехголовый ( варианта 2 ). Совокупность 5 самый крупный трехголовый идол, отмеченный еще Контено. Размеры идолов отчасти увязываются с числом их голов – чем больше голов, тем крупнее идол, – но эта зависимость «скользящая»: идолы с любым количеством голов (за исключением единичных измерений) привязаны к нескольким размерным совокупностям.

Морфолого-стилистические группы идолов варианта 1. Большинство наблюдаемых морфологических и стилистических признаков соотносимо с орнаментацией, особенности которой требуют краткого обзора. Углубленная орнаментация (или, как ее называют, «гравировка») присутствует на всех идолах (одинарные и концентрические циркульные кружки, зигзаг, прямые и косые насечки, косички, прочерченные линии).

На головах, шеях и туловищах можно отметить одинарные и концентрические « циркульные кружки с точкой ». Ими обозначены глаза , в ряде случаев – груди , пупок . Кружки временами отмечают верхнюю границу женского треугольника. Иногда линии из кружков – часть контура рук. Так изображались ожерелья, оплечья , горизонтальные и дуговидные границы снизу – «подолы». А также: замкнутые и незамкнутые контуры из кружков вдоль края туловищ, равномерное разреженное распределение их по «диску» и другие акценты (три кружка «на груди» под ожерельем, три кружка под опущенной вершиной треугольника, одиночные симметричные кружки у «рук»)11.

Зигзаг , ограниченный с двух сторон ( в контурах ) изображал оплечья и ожерелья , среднюю вертикальную линию с уровня груди к треугольнику (« талию »). Он присутствует в двойных и более сложных перевязях, контурах рук.

Прямые и косые насечки (в контурах и без них) повторяют большую часть вариантов использования зигзагов .

Косички могут обозначать перевязи и руки.

Несколько прочерченных параллельных линий также иногда обозначают перевязи и руки.

Распознаваемые детали на идолах объединяются в три блока:

  • (1)    условно-анатомические – части женского тела (руки, груди, женский треугольник, талия, бедра);

  • (2)    украшения и элементы костюма – оплечья, ожерелья, перевязи, орнаменты вдоль «подола»;

  • (3)    чисто орнаментальные композиции, хотя, возможно, с соответствующей символической нагрузкой: циркульные кружки по периметру туловища, либо равномерно распределенные по нему, либо симметрично сгруппированные вне различимых частей тела.

Морфология плоских алебастровых идолов трехчастна. Можно описать голову , шею (несколько голов и шей) и « туловище », которое следует признать наиболее информативным по числу сопрягающихся признаков. Поэтому целесообразно начать именно с него.

Руки изображены не у всех идолов. Однако среди гравированных «лент» различимы те, которые им соответствуют (шире и сложнее орнаментированы). Руки бывают подняты (условно от бедер) и сведены на груди, или опущены по-разному (условно с уровня плеч). Женский треугольник, разную стилистику которого у идолов отмечали и Контено, и супруги Озгюч, присутствует на всех фигурах варианта 1. Единственное встреченное исключение – идол вытянутых пропорций (рис. 1, 4). Треугольник изображался и в нижней части диска, и в верхней. В последнем случае идолы одеты.

Основные дефиниции, позволяющие разложить выборку на морфолого-стилистические группы: одетые – «нагие» с сочетанием нескольких частей тела; без рук – с руками; далее – положение рук, где и как изображен женский треугольник.

Группа 1 . Треугольник в верхней части диска; идолы в юбках (с одной и двумя головами) – 4 экз. (рис 1, 1–3 )12.

  • (1)    У них обозначена более или менее стройная талия , от которой до низа диска изображено подобие клиновидной юбки, в одном случае с орнаментированным «подолом».

  • (2)    Опущенные руки поддерживают треугольник , замещающий торс.

  • (3)    Сам треугольник снизу заполнен прямой сеткой, над которой надстроено несколько горизонтальных рядов, укрупняющих его до уровня груди или по шею, что весьма напоминает корсажи иных эпох, что было отмечено еще Кон-тено ( Contenau , 1927)

  • (4)    У трех идолов группы 1 справа и слева от талии обозначены циркульные кружки. Еще один идол – без таких кружков, но имеет над «сомкнутыми руками» рельефное дитя (с одной головой) в подобном костюме.

Группа 2. Среди «нагих» идолов выделяются дискоиды в перевязях и «без рук» (5 экз.). Число голов у них варьирует от одной до трех, но морфология туловища (без учета «украшений») совпадает еще по 4 признакам, некоторые другие менее обязательны (рис. 1, 5–9 ). Группа включает фигуры, отнесенные Т. и Н. Озгюч к « типу 3-й династии Ура ».

  • (1)    Все они в двойных перевязях , крест-накрест пересекающих «диск». Центр перевязи бывает отмечен кружком (не во всех случаях).

  • (2)    Справа и слева от перекрестия перевязи циркульными кружками обозначены «груди» .

  • (3)    Треугольник расположен снизу, заполнен по-разному: косой сеткой, стопкой углов, горизонтальной «елочкой».

  • (4)    Между треугольником и центром перевязи циркульным кружком изображен «пупок» .

Идолы с руками образуют еще две группы.

Группа 3 – идолы с поднятыми руками, с одной и двумя головами (3 экз.). У двух идолов нет перевязей, у третьего – руки накладываются на перевязь (нижние «ленты» вдвое шире верхних). Морфология туловищ совпадает по четырем признакам (рис. 2, 1–3 ).

  • (1)    Руки подняты, сведены (почти сведены) на груди или выше.

  • (2)    Треугольник у нижнего края диска заполнен горизонтальными полосами зигзага .

  • (3)    Ему соответствуют два варианта обозначения талии : (3а) вертикаль из зигзага от треугольника до середины туловища или до уровня груди (« талия-вертикаль ») (рис. 2, 2, 3 ); (3б) фигура, похожая на песочные часы, сопряженная снизу с треугольником (« талия-перехват между торсом и бедрами») (рис. 2, 1 ).

  • (4)    По обе стороны от талии симметрично расположены два циркульных кружка, сближающие группу 3 с группой 1.

Единственный идол вытянутых пропорций, в длиннополой одежде и с поднятыми руками, пока занимает промежуточное положение между группами 1 и 3 (сочетание одежды, поднятых рук, но отсутствие маркировки пола; рис. 1, 4 ).

Группа 4 объединяет 5 идолов (число голов от одной до трех) с опущенными руками и длинными треугольниками с разным заполнением, но все они вертикально разделены (рис. 2, 4–6, 8, 9 ). Здесь оказались фигурки « общевавилонского типа », по Т. и Н. Озгюч. В этой группе три идола без перевязей, а два – в перевязях и «с детьми». Назовем эти вариации «подгруппами».

Подгруппа 4а – идолы без перевязей, с одной и двумя головами, 3 экз. (рис. 2, 4–6 ). Руки опущены по-разному (а) «углом» к треугольнику либо охватывают его снизу: (б) закругляясь вдоль границ диска, (в) зигзагообразно до края диска и треугольника. У двух идолов в подгруппе изображены циркульные « пупки » и « груди » (как в группе 2), у третьего – « талия-вертикаль » с симметричными кружками по бокам (как в группах 1 и 3).

Подгруппа 4б . Два идола (с одной антропоморфной головой и с тремя треугольными головами) с детьми «на руках».

У антропоморфного идола – дитя с дисковидным туловищем и двумя треугольными головами (без рук, в двойной перевязи, с кружками рядом с перекрестием, но с разделенным треугольником, – пересечение признаков, характерных для групп 2 и 4). Сам идол «обвязан» семью узкими «лентами», сходящимися на животе, под младенцем (рис. 2, 8 ). Самый крупный трехглавый идол из Лувра (по реконструкции Контено): в двойной перевязи и с двумя одноглавыми детьми справа и слева под каждой рукой. У детей видны из-под рук идола только шеи. Дисковидных туловищ нет (рис. 2, 9 а, б ).

Несмотря на достаточно отчетливое различение групп 1–4 по сочетаниям признаков, отметим и некоторые их пересечения. Заполнение треугольника одинаково у идолов из групп 2 и 3 . Пупок изображался в группе 2 и подгруппе 4а . Кружки справа и слева от талии встречаются в группах 1, 3 и , а перевязь – в группах 2, 3 и (у младенца).

Размеры идолов в морфолого-стилистических группах. Группа 1 (H: 5,92–11,8 см, W: 7,4–14,7 см) соответствует размерным совокупностям 1–2; группа 2 (H: 5,2–28,7см, W: 5,9 –38,3 см) – совокупностям 1–4; группа 3 (H: 10,5–11,8 см, W: 12,2–13 см) – совокупности 2; группа 4 (H: 7,3–40,5 см, W: 7,5–48 см) – совокупностям 1–5 (график 3).

Сопоставление параметров каждой группы с имеющимися размерными совокупностями показало, что группы 1, 2, 4 накладываются на несколько, а группа 3 – (пока) только на одну. При этом группы 2 и 4 представлены во всех (почти всех) размерных совокупностях, что может указывать на серию модулей для дисковидных туловищ.

Головы доступны описанию у 15 идолов варианта 1 (13 треугольных и две антропоморфные). Треугольными бывают головы при любом их количестве (от одной до четырех). Антропоморфные пока встречены у одноглавых.

Треугольные головы. В отдельных случаях их контур подчеркнут невысоким узким бортиком (рис. 3, 1 ). Несколько голов обычно соединены нижними угла-

График 3. Размерные вариации морфолого-стилистических групп ми. Аверсы голов могут быть плоскими (группы 1, 4) либо выпуклыми – с осевым перегибом (группы 1, 2, 3), отчасти сочетаясь в одних и тех же группах (рис. 3, 1–6).

Головы идолов иногда описывают, подразумевая их антропоморфизм, хотя и в своеобразных треугольных контурах, – брови, глаза, нос и уши ( Aydingün , 2005. P. 68). Уши удалось обнаружить только на антропоморфных головах, подобие носа встречено однажды. У всех идолов изображены глаза, у большинства – брови. Глаза (и брови) «на лице» посажены по-разному:

  • (а)    высоко – ближе к узкому «лбу» (рис. 3, 2 ),

  • (б)    посередине (рис. 3, 1, 4 ),

  • (в)    в нижней части аверса (рис. 3, 5, 6 ).

Все особенности их размещения (а–в) встречаются и на плоских, и на выпуклых головах. Глаза подо лбом могут восприниматься в рамках антропоморфной схемы. А вот глаза у «основания треугольника» позволяют вспомнить и о головах рептилий. Этому способствует и их специфичная форма – циркульные кружки с точкой в середине (или 2 концентрических кружка с точкой) – «немигающий взгляд». Встречено только одно исключение: глаза – концентрические кружки без точек (рис. 3, 5 ).

Антропоморфные головы у двух идолов, но качество иллюстраций позволяет лишь в одном случае описать лицо (аверс) (рис. 3, 8 ). Здесь, безусловно, антропоморфны выпуклые щеки, прямой нос и прямые губы. Но пропорции лица тоже стремятся к треугольнику, поскольку лоб вдвое уже подбородка, а скулы оказываются почти вровень с ушами. Глаза – циркульные, как у прочих идолов.

Создается впечатление стилизации человеческого лица под треугольные серпентообразные личины (своеобразная билингва).

Прически на аверсах треугольных голов. У большинства идолов с треугольными головами на аверсах нет изображений причесок. Лишь в одном случае на головах спереди изображены серии вертикальных насечек, напоминающие челки (рис. 3, 5 ). У левой головы такие же насечки заметны на левом нижнем выступе – их трактуют как изображение бороды, а саму голову считают мужской ( www.barakatgallery.com ).

У обеих антропоморфных голов на лбу – элементы причесок или головных уборов, поддается описанию эта деталь лишь в одном случае. Заостренный лоб идола по самые брови покрыт не совсем ясным, но достаточно мелким выпуклым орнаментом (рис. 3, 8 ). Айдынгюн называет его «лентой» из-за сходства с традиционным женским головным убором ( Aydingün , 2005. P. 158).

Реверсы идолов (8 изображений) не только весьма информативны, но и удивительно технологичны. Жаль, что их приводят в публикациях редко, из-за того что реверс «плоский». Однако тут не одна плоскость, а две. Первая плоскость – собственно «диск». Вторая – грамотно продуманное узкое утолщение, сохранившее многие головы и шеи. Оно слегка возвышается над диском сзади. Соответствует затылку, шее и прическе, бывает той же ширины, что и шея, или расширяется к низу. Вместе с прической может занимать от ¼ до ¾ высоты диска (рис. 3, 10–12, 15, 16 ).

Прически (реверсы) . Прически изображались гравировкой, они чаще всего похожи на косы. На голове бывает одна коса и две.

Одна коса , заплетенная внутрь или наружу, встречена в группе 2 и неясной (сохр.), на треугольных и антропоморфных головах. На наиболее сохранном трехглавом идоле все три косы завершаются «бахромой» (рис. 3, 7, 10 ). Пока получается, что одна коса занимает по ширине всю голову и шею, но бывает разной длины (на ¼ или ⅔ спины).

Две косы фиксируются в группах 1, 3, 4. Могут быть во всю голову или уже, разной длины (на ½ или на ¾ спины), плетутся внутрь и наружу (рис. 3, 11, 15 ).

Встречены более сложные прически с поперечными косами (рис. 3, 16 ). У самого крупного трехглавого идола – прически с косами на каждой голове и горизонтальные косы, объединяющие все их в двух местах: по треугольным выступам голов и у края шеи – верхней части спины (1/5 высоты). На головах – либо разделенные пробором волосы, либо одна коса (наружу). На шеях уже по две косы рядом, также плетенные наружу. Верхняя горизонтальная коса (объединяющая головы) широкая, заплетена внутрь. Нижние горизонтальные косы (на шее-спине) – двойные, тоже заплетены вовнутрь.

Распущенные волосы или косы. У целого идола с антропоморфной головой плоский контур прически, расширяясь, опускается широким клином на ¼ спины. В верхней части шеи четыре вертикальных волнистых зигзага в контурах, что можно понимать и как несколько кос, и как волнистые распущенные пряди, что кажется более вероятным С. Айдынгюн ( Aydingün , 2005. P. 158). Ниже существует разрыв, после которого те же четыре полосы зигзага спускаются до края контура прически. У этого идола линия прядей (или кос) заметно уже и шеи, и общего контура выступа (рис. 3, 12 ).

У нас слишком малая коллекция реверсов, чтобы оценивать имеющиеся вариации причесок как случайные или индивидуальные. Пока установлено, что бывают косы (одна или две) и волосы, изображенные зигзагом . Различается и длина причесок. Есть информация о косах и у идолов варианта 2, в частности, у четырехголового (с изображением человека и льва в высоком рельефе) на реверсе тоже заметны «остатки плетеной косы» ( Aydingün , 2005. P. 70). Без выступа сзади и без прически на реверсе лишь один идол. Его головы сзади оформлены так же, как и спереди (рис. 3, 9 ).

Длина шеи обычно составляет от 0,3 до 0,4 высоты дисковидного туловища. У идолов с треугольными головами все шеи равной ширины, спереди выглядят округлыми. У идола с антропоморфной головой шея тоже округлая, несколько расширяется к низу.

Идолы с детьми. Дети встречены на руках у трех идолов. Один из них антропоморфный (гр. 4). Два других – с треугольными головами: двухголовый (гр. 1), трехголовый (гр. 4). У всех детей головы треугольные, их бывает по одной и по две (рис. 1, 3 ; 2, 8, 9 ).

К рассмотренным особенностям морфологии добавим украшения (детали костюма) – оплечья , а также ожерелья : под шеей, на разных частях шеи (шей)13. Оплечья встречены на нескольких идолах в группах 2, 3 и на «одетом» идоле вне групп (рис. 1, 4, 6, 9 ; 2, 1, 2 ). Вариантов оплечий несколько. Три из них включают разреженные циркульные кружки (единственный ряд или верхний среди трех)14, бывают оплечья из зигзага в контурах. У всех идолов (сколь позволила их сохранность, 14 экз.) фиксируются украшения под шеей . Для группы 1 – это единственное украшение: ожерелья в виде валика с насечками . Такие же отмечены еще у двух идолов группы 2 (рис. 1, 1–3 ; 2, 8, 9 ). У остальных идолов групп 2–4 под шеей один-два ряда насечек или зигзагов либо их сочетания. На шее бывает от одного до трех ожерелий : в группе 2 – два или три, в группах 3 и 4 – одно либо два. Одиночные украшения ( циркульные кружки ) и ожерелья ( насечки и зигзаги в контурах ) могут находиться: (а) на основании шеи, (б) на нижней трети шеи, (в) на верхней трети шеи, (г) под головой (рис. 1, 5, 9 ; 2, 1–4, 8, 9 ).

Специфичное и единственное украшение под шеей выделяет группу 1. Прочие пересекаются: оплечья фиксируются у части идолов в группах 2 и 3, но при этом группу 2 отличает несколько большее число ожерелий на шее (два или три) от групп 3 и 4, где у идолов на шее по 1–2 ожерелья. Поэтому единственным хронологическим «маячком» могут оказаться ожерелья в виде валика с насечками, представленные у всех идолов одной группы и у части другой. Но направление вектора остается загадкой.

Полученные морфолого-стилистические характеристики идолов продолжают, а точнее структурируют и обобщают, итоги наблюдений Контено, Черны, и супругов Озгюч. Ими уже были отмечены и варианты идолов, и большая часть их групп, что повышает надежность результатов.

Морфология варианта 1 позволила разложить выборку на 4 группы, соотносящиеся с несколькими размерными совокупностями (график 3), что может указывать на серию модулей для дисковидных туловищ. У идолов были проанализированы особенности морфологии голов, причесок на аверсах и реверсах, также расположение украшений на туловище и шее15. По пересечению между группами эти признаки отражают либо «хронологические аспекты», о которых упоминал еще Черны ( Černý , 1952), либо сосуществование нескольких традиций.

Место идолов в периодизации эпохи бронзы найдено супругами Озгюч давно. Но представления о хронологическом соотношении «типов» у них были раз-личны16. Т. Озгюч полагал, что разница в стилистике идолов не является хронологическим признаком, поскольку их находили рядом in situ (но мы не знаем, каких именно).

Н. Озгюч выстраивала линию развития идолов как процесс уплощения и схематизации. По ее мнению, самые ранние идолы – с композициями в высоком рельефе (вариант 2, группа 2). Позже появляются идолы с композициями в низком рельефе (вариант 2, группа 1), за которым следуют «схематические» (обобщенно-антропоморфные) – вариант 1, группы 1 и 2. Айдынгюн видит историю трансформации идолов в обратном порядке – самые ранние идолы «тонкие», а более поздние – утолщенные ( Aydingün , 2005. P. 70). Поскольку моделировались оба варианта «процесса», а документировалось совместное залегание (каких-то) групп идолов в погребальных и «храмовых» комплексах, пока придется признать, что информации о микрохронологии недостаточно.

Большая часть текстов об идолах типа Кюльтепе – интерпретации. В конце 1950-х гг. о них упомянул О.Н. Трубачев в связи с поликефалией, в которой он усматривает отражение культа праматери ( Трубачев , 1959. С. 9, примеч.18). Не раз высказывались предположения о фаллизме треугольных голов на очень длинных шеях (с выводами относительно андрогинности персонажа и культе плодородия). Собственно морфология треугольных голов не вызывает подобных ассоциаций даже на фотографиях. Скорее следует усматривать в них серпенто-образие, особенно заметное у идолов с низко посаженными глазами – почти у основания головы. И это не удивительно, в Анатолии тема тождества одного из женских персонажей и змеи прекрасно прослеживается в изобразительной традиции от PPN до EBA.

Чуть более 60 лет назад Л. Черны отметил очень важную особенность идолов типа Кюльтепе: «…даже во времена их первой публикации, Каппадокийские идолы были менее изолированными, нежели теперь» (Černý, 1952. P. 602). Позволю себе заметить, что этот тезис остался непоколебимым. Аналогии ищут с 1927 г. Но все они неизменно оказываются частичными: либо дисковидное туловище в двойной перевязи и/или несколько голов (но не треугольных), либо (одинокие) плоские треугольные головы (без привычной детализации) при туловищах иной формы. Поэтому нет смысла еще раз приводить всю эту информа- цию. Единственная близкая аналогия варианту 2 – идол из соседнего Зенчидере (рис. 3, 19), как исключение, подтверждающее правило.

Это очень трудно комментировать. Любые малые скульптурные формы вписываются в плотную сетку соответствий на значительной территории, что закономерно для всех архаических сообществ и традиционных культур.

Идолы из Кюльтепе, хотя и делятся на варианты и на морфолого-стилистические группы, но обычная модель трансформации сочетается у них с единственной географической привязкой. Этого обстоятельства не может убедительно объяснить даже предположение Т. Озгюча о культовом характере архитектурных комплексов РБВ III на телле Кюльтепе ( Özguç T. , 1993. P. 484).

Сайт музея Метрополитен. URL: http://www.newyork-online.ru/ru/places-to-visit/museums/the-met-ropolitan-museum-of-art .

Статья научная