From the archaic period to the classic period: eastern lowlands of the Maya civilization (north-east of Guatemala) in 1000 вc
Автор: Savchenko I.A.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Статья в выпуске: 239, 2015 года.
Бесплатный доступ
Maya Classic culture genesis remains to be one of the most relevant andcontroversial issues in Maya historiography. Archaeologically, it is closely linked withdevelopment of an early Maya city as a place of residence of its ruler, a center of religiousworship and a social and economic core of society. Systematic archaeological studiesof dozens of sites began in the 1990-2010s. These studies substantially expanded ourunderstanding of the Preclassic period in the North-Eastern areas of Guatemala, whichwas based on earlier studies in Tikal and Uaxactun. New evidence shows that evolvementand development of the social and economic, cultural and political framework of Mayasociety are deep-rooted in the Archaic period (the turn of 2000-1000 ВC). Processesand phenomena determining social and cultural features of the Classic Maya seem tohave developed by the Late Preclassic period (4th century ВC - 3rd century AD), i. e.substantially earlier than the formal startup of the Classic period as has been consideredbefore
Mesoamerica, ancient maya, preclassic, guatemala, tikal, naranjo, holmul, cival, uaxactun
Короткий адрес: https://sciup.org/14328168
IDR: 14328168
Текст научной статьи From the archaic period to the classic period: eastern lowlands of the Maya civilization (north-east of Guatemala) in 1000 вc
Проблема генезиса классической культуры майя (III–IX вв. н. э.), еe природы и истоков остается одним из наиболее актуальных и дискуссионных вопросов в майяской историографии. Понимание обстоятельств возникновения и становления ключевых «цивилизационных» элементов культуры, среди которых сложная архитектура и искусство, письменность и календарь, развитые формы властных институтов, урбанизма, а также государственная организация, необходимо для решения ряда вопросов: был ли переход от архаики к классике внезапным или вытекал из общей логики развития древнемайяского социума; стал ли он
∗ Публикация подготовлена при поддержке гранта РФФИ № 14-06-00372 «Территориально-политическая организация древних майя в области Центральных низменностей (ГИС-моделирование)».
результатом длительного процесса внутренней аккумуляции знаний и навыков или произошел в силу внешнего влияния, оказанного на область майя соседними культурными ареалами.
Вместе с тем проблема возникновения государственности и становления классической культуры майя в археологическом плане наиболее тесно связана с проблемой формирования раннего майяского города. Именно город, служивший местом проживания правителя, центром культа и социально-экономическим стержнем майяского общества, концентрировал сложные формы искусства, монументальной архитектуры, письменности, будучи в некотором роде рефлектором институтов власти, социальной организации и, в конечном счете, сосредоточием государственности.
Выбор географических рамок настоящего исследования, а под северо-востоком Гватемалы понимаются прежде всего восточные области гватемальского департамента Петен, обусловлен несколькими обстоятельствами. В частности, именно здесь находятся два важнейших, ставших хрестоматийными для майяской археологии памятника – Тикаль и Вашактун. С экспедиции Института Карнеги в Вашактуне в 1920–1930-х гг. де-факто началась майяская археология как таковая, в то время как проект музея Пенсильванского университета в Тикале в 1950–1960-х гг. заложил основы майяской поселенческой археологии. Наконец, зарождение методов реконструкции исторической географии майя (в отечественной историографии это направление в настоящее время активно разрабатывается А. В. Сафроновым ( Сафронов , 2012), также происходило в Северо-Восточной Гватемале, где В. Буллард при исследовании социально-политической организации древних майя впервые применил метод «полигонов Тиссена» ( Bullard , 1960).
В результате вашактунского и тикальского проектов, а также пришедших им на смену гватемальских экспедиций 1980-х гг. (под руководством Х. Лапорте, Х. Вальдеса и др.), был вскрыт значительный пласт материала, относящегося к I тыс. до н. э. Так, ансамбль Е-группы (наиболее древний тип майяской монументальный архитектуры) своим названием обязан вашактунской архитектурной Группе Е – первому из обнаруженных комплексов такого рода. Описанный Ф. Бломом в 1924 г., долгое время ансамбль считался наиболее ранним примером подобной архитектуры на территории майя ( Ruppert , 1940. P. 222; Aveni, Hartung , 1989. P. 452). Однако в ходе исследования тикальской Е-группы Мундо-Пердидо (исп. «Затерянный мир») в 1980-х гг. оказалось, что первая версия ти-кальского комплекса была сооружена значительно ранее вашактунского, в VIII– VII вв. до н. э. ( Fialko , 1988; Laporte, Fialko , 1990; 1995).
К этому моменту, впрочем, уже было очевидно, что весь монументальный центр Тикаля намного древнее. В ходе тикальского проекта было установлено, что к среднему и позднему доклассическому периоду относится активность в центральном секторе городского эпицентра (хозяйственная яма под Северным акрополем, VI в. до н. э.; триадная группа храмов Северного акрополя, IV в. до н. э.), а также ранние горизонты Центрального акрополя (нижние уровни Здания 5D-50), который в позднем доклассическом периоде мог быть не более чем элитной жилой группой, находившейся на границе сакральной зоны церемониального центра, и отдельные сооружения в других районах города (ср. триадный акрополь 3D-43).
Вместе с тем в последние годы систематические раскопки начались на территории нескольких десятков памятников восточного Петена. Особенно важно, что исследуются как крупные и средние майяские города, так и совсем небольшие поселения. В 1994 г. Институтом антропологии и истории Гватемалы ( IDAEH ) при финансовой поддержке правительства ФРГ был запущен Проект по защите археологических памятников Петена ( PROSIAPETEN ), который предполагал, в том числе, проведение работ по изучению Наранхо и его округи; а в 2005 г. под началом В. Фиалко стартовал масштабный Проект «по исследованию и спасению Наранхо» ( PIAREN ) ( Fialko , 2005. P. 2), работающий на территории памятника и по сей день. С 2000 г. экспедицией Университета Вандербильт под руководством Ф. Эстрада-Бэлли исследуется область Холмуля, включающая крупный докласси-ческий центр Сиваль. В 2000-х гг. увидела свет серия монографий, посвященных многолетним работам известного гватемальского археолога Х. Лапорте и проекту «Археологический атлас Гватемалы» на памятниках юго-восточного Петена. В результате деятельности этих и других (Сан-Бартоло, Шультун, Накум) экспедиций был собран великолепный материал, позволяющий совершенно по-новому взглянуть на историю майяских низменностей I тыс. до н. э.
По всей видимости, восточный Петен начинает активно осваиваться отдельными группами-общинами майя на рубеже II–I тыс. до н. э. Самые ранние следы человеческой активности на территории Наранхо, расположенного в 45 км от Тикаля на границе бассейнов р. Холмуль и р. Мопан и являющегося вторым по величине городом региона, датируются 900 г. до н. э. В керамической хронологии восточного Петена эта датировка приходится на горизонт пре-Мамом , маркирующий верхнюю границу ранней доклассики. Судя по обнаруженной в нижних слоях Центрального акрополя керамике, стилистически близкой сосудам с белизского памятника Куэльо, в этот период здесь оседает группа переселенцев майя из Белиза.
К VIII в. до н. э. (керамический горизонт Мамом) относятся достаточно хорошо фиксируемые развалы церемониальных сооружений в районе Центральной площади, Акрополя В-5, Северной дороги и Пирамиды С-9. Важно отметить: характер построек указывает на то, что древнейшие обитатели Наранхо уже обладали глубокими познаниями в архитектуре и календаре. Кроме того, социум эпохи средней доклассики характеризовался наличием весьма сильной центральной власти, способной в случае необходимости мобилизовать значительные человеческие ресурсы. Так, для сооружения Центральной площади и размещения на ней так называемого комплекса «вашактунской» Е-группы (он состоял из ранних версий радиальной пирамиды В-18, восточной платформы В-20, а также зданий В-19 и В-24) ранним поселенцам пришлось полностью засыпать находившийся на этом месте естественный водоем. Как показала шурфовка, строители заполнили озерную глину камнями, после чего перекрыли каменную «кладку» семью штуковыми полами; это позволило полностью выровнять поверхность площади. Что касается желания возвести Е-группу на месте водоема, то оно, по мнению В. Фиалко, могло быть обусловлено некой космологической концепцией (Fialko, 2007. P. 6). Недалеко от Северной дороги археологами были обнаружены расположенные на известняковых возвышенностях низкие платформы – по всей видимости, остатки жилищ периода средней доклассики. Поблизости были найдены синхронные им свалки мусора. В северной части Акрополя В-5 вскрыты стены и полы комнат, группировавшихся вокруг ранней версии Пирамиды В-5 – высота ее платформы тогда не превышала 6 м. Внутри главной городской святыни, Пирамиды С-9 – вероятного вица 1 Наранхо (Tokovinine, Fialko, 2007. P. 13), найдены стены и штуковые полы, связанные с вырезанной в известняковой скале пещерой. Все указывает на то, что уже в эпоху средней доклассики Пирамида С-9 была местом особого почитания и культовой активности жителей города. В частности, между поверхностью дна пещеры и нижним уровнем пола обнаружено множество раковин, фрагментов курильниц, каменных и базальтовых осколков.
Между VII в. до н. э. и I в. н. э. в радиусе 5 км от Наранхо возникают, как минимум, четыре важных второстепенных административно-ритуальных центра – Ла-Тракторада, Канахау, Лас-Транкас и Чунвиц. Эти комплексы должны были складываться как центры сельских общин. В этот же период в теменосе сооружаются четыре триадных акрополя – D-1, В-5, С-9, С-10. Не стоит исключать, что эти дворцовые комплексы могли символизировать и архитектурно воплощать четырехчастное деление доклассического Наранхо, объединившего в рамках единой городской агломерации несколько – четыре или больше – соседских общин.
Четырехчастное деление Наранхо упрочняется и за счет формирования двух основных осей города, растянувшихся по линиям север – юг и восток – запад. Дорога восток – запад, видимо, представляла собой церемониальный путь, берущий начало у западной оконечности Наранхо, вблизи основного городского водоема, который, вероятно, ассоциировался в соответствии с майяской космологией с «первозданными водами», на которых зиждется земля. Дорога пролегала вдоль северного фасада Центрального акрополя, южной стороны платформы триадного акрополя В-5, огибала Е-группу с севера, пока, наконец, не достигала главной святыни Наранхо – Пирамиды С-9. Обнаруженные в районе стадиона для игры в мяч две невысокие платформы также примыкали к дороге. Ось север – юг образовывалась Северной дорогой, переходившей в Центральную площадь и уходящей на юг от здания В-24.
В ходе закладки стратиграфических шурфов было установлено, что городской ландшафт Наранхо есть по большей части прямое отражение ландшафта природного, виртуозно использованного древнейшими обитателями Наранхо в процессе градостроительства. Естественный рельеф Наранхо формировался вокруг семи невысоких холмов, на которых в доклассический период осели Западный акрополь, Центральный акрополь, триадные акрополи D-1, В-5, С-3, С-10 и С-9. Впоследствии эти холмы использовались для сооружения чульту-нов, тайников и искусственных пещер.
К поздней доклассике (керамический горизонт Чиканель) относится появление ранней версии одного из главных сооружений Наранхо – «радиальной» Пирамиды В-18, известной также как «Пирамида иероглифической лестницы». Пирамида В-18 – западная пирамида Е-группы, с вершины которой осуществлялось наблюдение за движением солнца и фиксировались с помощью расположенной напротив восточной платформы В-20 дни солнцестояний и равноденствия. Главная особенность пирамиды – четыре лестницы, ниспадающие по четырем сторонам света и ведущие к расположенному на ее вершине храму, что может объясняться особой ролью пирамиды (в качестве axis mundi) во время общественных церемоний в дни равноденствия (Cohodas, 1980. P. 208). Архитектурные корни «радиальных» пирамид уходят глубоко в доклассический период, в данном случае в грабительских туннелях также зафиксированы остатки двух доклассических версий здания, архитектурно близких пирамиде 5С-54–2 в Тикале и субструктуре E-VII из Вашактуна (Gámez, 2004). Две последние хронологически синхронны Пирамиде В-18.
На севере Центральной площади под зданием В-19 найден сводчатый дворец, относящийся к терминальной фазе доклассики, который следует относить к древнейшим примерам подобного архитектурного стиля в южных областях майя. Примерно в этот же период в Наранхо возникает традиция возводить стелы у основания храмовых лестниц, в частности, стелы устанавливаются у Пирамид С-9 и С-10.
В Центральном акрополе материал позднего доклассического периода зафиксирован при разборе восточного дворика, где под девятью пластами пола были найдены предположительно остатки фундамента ранней версии дворца. В ходе исследований здесь также были обнаружены фрагменты настенной росписи, а в верхнем пласте найдена антропоморфная скульптура со скипетром и каменной чашей для подношений, возможно, изображающая первого правителя Наранхо ( Fialko , 2005. P. 32–35; 2007. P. 9). Не исключено, что именно он упоминается в одной из ретроспективных надписей из Наранхо кон. VI – нач. VII в.: на алтаре 1 под 258 г. до н. э. ( Беляев , 2002. С. 140–143) или на стеле 25 под 158 г. н. э.
Холмуль, расположенный в 45 км к востоку от Тикаля и в 17 км к северу от Наранхо на левом берегу р. Холмуль, был ядром обширной городской агломерации площадью свыше 100 км2, непрерывно функционировавшей с раннего доклассического и вплоть до терминальной фазы классического периода. Как показали исследования последних лет, первые поселенцы оседают в Холмуле не позднее 800 г. до н. э. На это указывает керамический материал, собранный в нижних слоях Группы II. В средний доклассический период (горизонт Мамом ) на месте будущего акрополя возводится храмовый ансамбль, состоящий из первых версий Зданий В и F, а также здания Ν, впоследствии перекрытого более поздней пирамидальной платформой. По одной из версий, Здания В и Ν вместе с ещё одним не сохранившимся сооружением образовывали триадный акрополь, существовавший вплоть до эпохи поздней доклассики. На южном фасаде ранней версии Здания В возле лестницы среднедоклассического времени обнаружен гигантский зооморфный штуковый рельеф-маскарон, датируемый 400–340 гг. до н. э. Иконографические мотивы скульптуры (вылезающее из глубин зооморфное существо, воплощающее некое земляное божество или божество мертвых, в сочетании с мотивом повязки в виде геометрических фигур) типичны для иконографии, связанной с вицем ( Estrada-Belli , 2008. 15–19).
В поздний доклассический период (IV в. до н. э. – III в. н. э., керамический горизонт Чиканель ) ранние версии зданий В, Ν и F перекрываются массивной платформой, высота которой превышает 10 м при длине 110 м, а ширина – 89 м.
Этот рукотворный акрополь становится основой для храмового комплекса, известного как Группа II.
В 200 м к юго-востоку от него в этот же период начинает формироваться новое ядро города, образованное широкой площадью, размеры которой составляют 0,9 га, и примыкающими к ней с юга архитектурной Группой III, южная часть которой (дворик А) приобретает ритуальные функции, и с востока – первой версией комплекса Е-группы. Стоит отметить необычный момент – по своим габаритам холмульская Е-группа полностью воспроизводит центральную Е-группу Сиваля ( Estrada-Belli , 2011. P. 73).
В 1911 г. Р. Мервин обнаружил в Здании В Группы II 6 захоронений, датированных рубежом доклассического и классического периода (I–II вв. н. э.). Среди найденного в погребениях керамического материала были и великолепные образцы полихромной керамики.
Наиболее ранняя человеческая активность в Сивале, который находится в 6,5 км южнее Холмуля, относится к началу среднего доклассического периода (горизонт пре-Мамом ), к 900–800 гг. до н. э. К этому же времени принадлежит разветвленная сеть чультунов, обнаруженная под северной пирамидой центральной Е-группы. В одном из них найдено погребение мужчины, радиоуглеродный анализ костей которого позволяет датировать захоронение 900–790 гг. до н. э. Сама пирамида была сооружена в поздний доклассический период.
В эпоху средней доклассики на центральной площади Сиваля возникает первая версия Е-группы. Ее восточная платформа (Здание 7), сооруженная около 500 г. до н. э., имела 5 строительных горизонтов, каждый из которых маркирован камнем правильной формы без резьбы. Самый ранний из этих монументов, синхронный первой версии Здания 7, возможно, является древнейшим в низменностях майя, зафиксированным in situ . У западного основания платформы была установлена стела 2, судя по иконографическому стилю, датируемая 300–200 гг. до н. э., что делает ее одним из наиболее ранних резных монументов майя. Кроме того, возле стелы были найдены следы не типичной для майя конструкции, своеобразной «триадной» композиции – три деревянных балки высотой 5 м, вероятно, связанные с некими наблюдениями космологического характера. Наконец, под платформой Здания 7 был обнаружен крестообразный вырез в скале – богатейший среднедоклассический тайник (Тайник 4) с сосудами и жадеитовыми топорами-кельтами, имеющий четкие коннотации с тайниками из Сейбаля, Ла-Венты, Сан-Исидро-Чиапаса. По мнению руководителя холмульского Проекта Ф. Эстрада-Белли, установка деревянных столбов есть завершающий этап ритуала, связанного с освящением тайника и формированием локального axis mundi ( Estrada-Belli , 2011. P. 83).
Одновременно на восточной оконечности площади вырастает самый внушительный комплекс городского эпицентра – Группа I, представляющая собой акрополь 70 м в длину, 40 м в ширину и 27 м высоту, на котором разбит «триадный» ансамбль. Возможно, ее первоначальные размеры были несколько скромнее, но вряд ли значительно. Архитектурно группа напоминает раннеклассические комплексы Эль-Мирадора и Накбе, но больше всего аналогий с вашактунской группой Н-5. В 2003 г. в группе обнаружен маскарон 5 м на 3 м, датированный поздней доклас-сикой и имеющий параллели в Серросе, Вашактуне, Эль-Мирадоре и Кохунли- че. Маскарон представляет собой лик солнечного божества – К’инича. В главном сооружении акрополя (Здание 1) обнаружена роспись, создававшаяся на протяжении нескольких десятилетий, вероятно, в период между 200 и 160 гг. до н. э. и изображающая 15 фигур молодого бога маиса.
В средний и поздний доклассический периоды в Сивале возникает множество других архитектурных групп. Возникают новые комплексы ритуального характера, такие как стадион для игры в мяч, а также еще пять (помимо центральной) Е-групп. В том числе проводится нехарактерное для майяской архитектуры строительство западной пирамиды и восточной платформы на искусственном акрополе (Группа XV). Активно строятся группы жилого характера, в том числе и триадный акрополь Группы VIII, ставший новой резиденцией правителей Сиваля. Градостроительная активность в кон. I тыс. до н. э. выливается, в частности, в семь позднеклассических строительных горизонтов в Группе VIII и пять – в Группе XIII.
Одним из последних актов градостроительства около 100 г. н. э. становится очередная перестройка Здания 7 и Здания 1 Группы I. Заключительная версия комплекса относится к 100 г. н. э., причем применялась та же строительная техника использования вертикальных известняковых блоков, как при возведении тикальского Мундо-Пердидо в I в. н. э.
Помимо прочего, из других находок последних лет, сделанных на территории восточного Петена, отдельного внимания заслуживают также северная Е-группа Накума (датирована X–IX вв. до н. э.)2 и настенные росписи II–I вв. до н. э. из СанБартоло ( Saturno, Taube , 2004). Значительная активность, датируемая докласси-ческим периодом, фиксируется в Ишкуне, Иштуце, Курукуице и др.
Наконец, ряд важнейших находок был сделан экспедицией Института археологии и истории Словакии, с 2009 г. работающей в Вашактуне. В частности, речь идет об обнаружении иероглифической стелы 28, возможно, древнейшего эпиграфического памятника майя, который датируется кон. II в. до н. э., и «три-адного» комплекса Эль-Тибурон (исп. «Акула»), высота которого составляет 32 м, что делает его самым высоким сооружением доклассического периода в центральном Петене ( Kováč , 2014. P. 4–9).
Впрочем, особое значение имеет не столько сам факт вскрытия мощных слоев I тыс. до н. э. на территории большинства классических поселений восточного Петена, сколько характер обнаруженного материала. А он, в свою очередь, указывает на серьезные фундаментальные сдвиги, происходившие в майяском социуме на протяжении всего I тыс. до н. э.
Говоря о фундаментальных социальных трансформациях, прежде всего стоит принять во внимание масштаб строительных работ, повсеместно фиксируемых на территории доклассических памятников данного региона. Подобный масштаб, вне всякого сомнения, требовал огромных человеческих ресурсов, мобилизация которых возможна только при условии достижения весьма высокого уровня социальной организации. Он также требовал появления особых рычагов принуждения, позволяющих оторвать общинника-земледельца от его собственного хозяйства и отправить на строительные работы в десятках километров от дома, как это происходило, например, в Сивале (Estrada-Belli, 2011, P. 175–176).
Исследование центральных районов Сиваля показало, что его монументальный центр возведен на искусственной платформе шириной до 500 м, достигающей 7 м в высоту. Платформа была построена за короткий период (не более 50 лет) между 900 и 800 гг. до н. э. Общий объем строительных материалов, потраченных на сооружение самой платформы с первой версией комплекса Е- группы – 1,3 млн м3. Для сравнения, за весь период поздней доклассики (350 г. до н. э. – 100 г. н. э.) объем строительных работ на этом же участке монументального центра составил 555 тыс. м3, т. е. почти в три раза меньше.
С похожей ситуацией мы имеем дело в Наранхо. Между 800 и 700 гг. до н. э. для сооружения Центральной площади и размещения на ней комплекса Е-группы ранним поселенцам пришлось полностью засыпать находившийся на этом месте естественный водоем ( Fialko , 2007. P. 6). Как показала шурфовка, строители заполнили озерную глину камнями, после чего перекрыли каменную «кладку» семью штуковыми полами; это позволило полностью выровнять поверхность площади.
Вместе с тем строительство Е-групп и связанных с ними архитектурных комплексов, маркирующих, в том числе, линии зенита и надира, само по себе представляет особую важность, свидетельствуя о высоком уровне астрономических, календарных и математических познаний в майяском социуме уже на рубеже II и I тыс. до н. э. Кроме того, с Е-группами связаны наиболее древние из обнаруженных in situ монументы – в Сивале каждый из 5 строительных горизонтов маркирован не содержавшим резьбы монументом – каменным блоком правильной формы.
К восточной платформе сивальской Е-группы относится и стела 2 – один из наиболее ранних резных монументов майя. О динамичном развитии искусства в конце эпохи средней доклассики говорит находка штукового рельефа на ранней версии Здания В в Холмуле.
Наконец, основные черты одного из важнейших маркеров майяской государственности – «царского» погребального обряда, включающего характерный для богатых классических захоронений погребальный инвентарь (полихромная керамика, жадеит, предметы мелкой пластики), складываются намного раньше формального наступления классического периода III в. н. э. К ним, в частности, относятся доклассическое погребение 160 из Куэльо ( Hammond , 1992), доклас-сические погребения из Сан-Бартоло ( Pellecer Alecio , 2005) и К’о ( Estrada-Belli , 2009. P. 172) (примечательно, что все они были обнаружены под жилыми группами, а не в акрополях), не говоря уже о богатых погребениях 166, 167 и 85 из Северного акрополя Тикаля ( Coe , 1991), датируемых I в. н. э.
Таким образом, данные археологических исследований последних десятилетий свидетельствуют, что все основные достижения классической майяской культуры не были продуктом исключительно классического периода. Зарождение и развитие социально-экономической, культурной и политической основы классического майяского общества уходит корнями глубоко в период архаики. Очевидно также, что эти процессы в основном не выходили за рамки указанного историко-культурного и географического ареала.
Более того, все указывает на то, что в будущем по мере дальнейшего накопления материала хронологические рамки предполагаемого генезиса классической культуры продолжат движение по временной шкале вниз. Уже сейчас очевидно, что в I тыс. до н. э. следует искать не столько истоки, сколько сами процессы и явления, определившие социокультурный облик классических майя.