Prospects of traditional energy industry in post-COVID period
Автор: Onufrieva O.A.
Журнал: Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета @izvestia-spgeu
Рубрика: Экономика предприятий, регионов и отраслей
Статья в выпуске: 6 (138), 2022 года.
Бесплатный доступ
The sanctions war between Russia and Western countries makes the issue of the role of Russian energy in ensuring national security and sustainable development of the national economy in the post-Covid era urgent. The contemporary energy sector of Russian economy has a set of competitive advantages that should be used in the interests of maintaining Russia's position as one of the centers of the multipolar architecture of the world economy. Russia in its emerging energy strategy should proceed from the fact that traditional energy sources will retain their dominant position in the energy balance. At the same time, investments in alternative energy sources should also be in the area ofpriority attention ofpublic authorities and private business.
Globalization/regionalization, climate change, sustainable development, traditional energy industry
Короткий адрес: https://sciup.org/148325946
IDR: 148325946
Текст научной статьи Prospects of traditional energy industry in post-COVID period
Завершение на рубеже 2021-2022 гг. острой фазы пандемии Covid-19 стало отправной точкой для формирования новой архитектуры энергетической отрасли планеты. Ключевыми факторами, определяющими динамику развития отрасли на современном этапе ее развития, являются:
-
• восстановительный рост во всех ключевых регионах планеты, генерирующий увеличение потребления основных видов энергии;
ГРНТИ 06.51.21
EDN IKCFWF
Ольга Алексеевна Онуфриева – кандидат экономических наук, доцент специализированной кафедры ПАО «Газпром», начальник управления по работе с выпускниками и корпоративными партнерами, исполнительный директор Ассоциации выпускников Санкт-Петербургского государственного экономического университета.
Статья поступила в редакцию 11.12.2022.
Статья подготовлена по материалам сессии ПМЭФ-2022 «Глобальные вызовы энергобаланса-2022» (см.: https://roscongress.org/sessions/spief-globalnye-vyzovy-energobalansa-2022/about/#) .
-
• снижение популярности проблематики «зеленого перехода» и возвращение в повестку дискуссий, которые сегодня ведут ключевые акторы мировой энергетики, вопросов угледобычи и использования угля для электрогенерации, «реабилитации» атомной энергетики и расширения масштабов строительства АЭС;
-
• передел мирового газового рынка вследствие снижения доли российского трубопроводного газа на европейском рынке, вызвавший невиданный по масштабам с середины 1970-х гг. энергетический кризис в Европе и далеко за ее пределами;
-
• опасность вступления крупнейших государств Глобального севера (США и Европейского союза) в период высокой инфляции и стагнации экономики.
Цель настоящей статьи – дать оценку нынешнему этапу развития основных отраслей мировой энергетики в постковидный период, а также представить авторскую точку зрения на связанные между собой вопросы: что ждет рынок традиционной энергетики в ближайшие 3-5 лет; готов ли мир отказаться от углеводородов в более долгосрочной перспективе.
Развитие мировой энергетики в рассматриваемом периоде показывает, что большинство государств ищет ответ на возникающие вызовы главным образом на национальном уровне, игнорируя возможности многостороннего сотрудничества и координации действий в формате межправительственных организаций. Если три предыдущие энергоперехода в мировой истории (от дров к углю; от угля к нефти; от нефти к газу) в основе своей имели сходные технологии, то нынешний четвертый энергопереход, в рамках которого сегодня развивается мировая энергетика, основывается на комплексе инновационных технологических решений в сферах энергоэффективности, декарбонизации (ВИЭ, зеленый и голубой водород, улавливание углерода), цифровизации и децентрализации.
Богатый на потрясения глобального масштаба период 2020-2022 гг. дает достаточно оснований для того, чтобы зафиксировать формирование новых тенденций в мировой энергетике, качественно отличающих нынешнюю эпоху от предыдущей. Ниже мы рассмотрим четыре такие тенденции.
Восстановление спроса и дестабилизация энергетических рынков в постпандемийный период Масштабным вызовом для четвертого энергоперехода и поддержания в его рамках глобального энергобаланса является устойчивое восстановление спроса на ресурсы в постпандемийный период. V-образный характер связанного с пандемией Covid-19 кризиса, когда за резким падением основных социально-экономических показателей в 2020 г. последовало не менее резкое их восстановление в течение 2021 года, привел в большинстве регионов планеты к более резкому, чем ожидалось, росту спроса на энергоресурсы и возникновению их дефицита. Это особенно справедливо в отношении Европы и Латинской Америки, где предложение на рынке энергетических ресурсов ограничено, что зачастую ведет к росту биржевых и контрактных цен на них до рекордных за все время наблюдения уровней.
В течение ближайших 10 лет спрос на энергию на планете возрастет на треть вследствие увеличения численности населения до величины свыше 8 миллиардов человек, роста экономики в развивающихся странах, а также неспособности «зеленой энергетики» обеспечить устойчивое предложение ресурсов по приемлемым ценам, что становится крайне деструктивным фактором для глобальной стабильности в кризисные периоды.
Падение спроса на основные виды традиционных энергоносителей на начальном этапе пандемии было вызвано снижением мобильности граждан и масштабов хозяйственной деятельности компаний. Спрос на услуги по транспортировке энергоносителей в 2020 году снизился на 50% ввиду массовых локдаунов и перехода сотрудников на работу онлайн (см.: https://www.iea.org/topics/covid-19) . И хотя основной удар пандемии пришелся на мировой рынок нефти, на котором цены снизились до самого низкого за прошедшие 20 лет уровня, другие отрасли мировой энергетики, включая электрогенерацию, также столкнулись с ценовой волатильностью и оттоком инвестиций.
По мере того, как решения по введению локдаунов в начале 2021 года были повсеместно отменены (за исключением Китая), восстановление промышленного производства подтолкнуло вверх цены на природный газ и электроэнергию сначала в Азии, затем в других регионах планеты [1]. Особенно напряженная ситуация в 2021 году возникла в Европе, и для ее разрешения в некоторых государствах – членах ЕС для поддержки граждан и компаний были предоставлены налоговые послабления и прямые финансовые выплаты, призванные частично компенсировать выросшие счета на электроэнергию. На уровне комму- нитарных институтов ЕС в этот период предпринимались меры по координации усилий отдельных государств в рассматриваемой сфере, оказавшиеся впоследствии недостаточно эффективными (см.: https://eur-. Отметим, что именно в этот период в Евросоюзе активизируется дискуссия в поддержку более активного использования в экономике природного газа как «переходного источника энергии» (bridge fuel) от ее традиционных форм к возобновляемым (см.: https://www.channelnewsasia.com/commentary/europe-eu-electricity-price-green-energy-transition-2277291).
Нынешняя волна дестабилизации энергетических рынков планеты берет свое начало с серии санкционных мер государств коллективного Запада в отношении России. Первые такие меры были предприняты Вашингтоном и Брюсселем еще весной 2014 года, в ответ на воссоединение Крыма и Севастополя с Российской Федерацией по итогам всенародного референдума. Но на начало 2022 года пришлась беспрецедентная в мировой истории санкционная война, фактически направленная на уничтожение российской экономики. Введенные уже на начальном ее этапе, в феврале-марте 2022 года, меры против компаний российской энергетической отрасли простирались от ограничений доступа к финансовым рынкам и биржам до физической блокады экспорта отдельных видов энергоносителей: поставок нефти на рынки США и Великобритании, а также прекращения экспорта российской электроэнергии в государства Евросоюза. По оценке Всемирного банка, данные санкционные меры приведут в 2022 году к росту цен на энергоносители в Европе на 50% и с высокой степенью вероятности повлекут за собой нарастание стагфляционной волны, которую Европа не видела уже полвека, с начала 1970-х годов [2].
В 2019 г. государства – члены Европейского союза импортировали из России 40% всего ввозимого на единый европейский рынок природного газа, 25% нефти и 50% каменного угля. Возведение искусственных барьеров на пути поставок из России грозит дестабилизацией рынков традиционных энергоресурсов в постпандемийный период не только в Европе, но и в глобальном масштабе. Отметим, что падение фондовых рынков отдельных государств ЕС (Германии, Италии) в период пандемии оказалось более масштабным, чем снижение показателей фондовых рынков этих же государств в период мирового финансового кризиса 2008 года [3]. Фактор роста спроса на энергоносители в условиях восстановления европейской экономики от негативных социально-экономических последствий пандемии еще более дестабилизирует рынки ЕС, заставляя действующие в государствах союза компании всерьез изучить вопрос о релокации производства в США, Канаду или Австралию, где подобные политически-мотивированные потрясения в энергетическом секторе отсутствуют.
Стрессоустойчивость российской энергетики: глобальное и региональное измерения
Возрастающий общемировой спрос на энергоресурсы формирует оптимистичные оценки перспектив развития энергетической отрасли России и сроков ее выхода на устойчивые темпы роста после завершения пандемии Covid-19, а также нейтрализации негативных последствий санкционной войны, объявленной нашей стране коллективным Западом. Для усиления стрессоустойчивости энергетического сектора отечественной экономики требуется реализация комплекса мер, часть из которых носит первоочередной характер. Так, в ряде отраслей национальной энергетики ощущается недостаточный уровень развития производственной инфраструктуры (добыча, генерация, транспортировка, переработка), поэтому российские энергетические компании при поддержке государства должны быть готовы к многомиллиардным инвестициям.
В силу исторических причин, а также в условиях противостояния с Западом, роль государства в управлении энергетическим сектором экономики в течение предыдущего десятилетия возрастала. А поспешный уход большинства иностранных энергетических и логистических компаний с российского рынка в первой половине 2022 года усилил потребности в дальнейшем росте присутствия государства в этом секторе экономики. Мы считаем в том, что национализация собственности покидающих Россию по политическим причинам иностранных компаний не является рациональным, поскольку в перспективе такой шаг может отпугнуть других зарубежных партнеров из дружественных Российской Федерации держав. Но в ситуациях, когда такой уход может иметь серьезные социальные последствия для отдельных российских регионов, а также привести к сокращению производства или глубины переработки продукции, усиление государственного присутствия в этом сегменте экономики представляется необходимым.
Оригинальным российским ответом на вызовы энергобаланса является дальнейшее совершенствование отечественных атомных электростанций, в том числе в интересах развития регионов Крайнего Севера и Дальнего Востока. «Росатом» как флагман мировой атомной отрасли также стал объектом санкционных мер (отказ Финляндии весной 2022 года от практически полностью согласованного проекта строительства АЭС «Ханхикиви-1»). Перспективным направлением использования новейших технологических решений «Росатома» становится строительство плавучих атомных теплоэлектростанций, а также возведение в отдаленных районах Крайнего Совета атомных электростанций малой и средней мощности, от 1 до 100 мегаватт в наземном и плавучем исполнении на базе новейших реакторных установок серии РИТМ. Наряду с этим, «Росатому» при активной поддержке Правительства России следует наращивать темпы своей экспансии на внешних рынках, прежде всего в государствах, отказавшихся подчиниться санкционному давлению США в отношении нашей страны.
Отрасль СПГ в ходе нынешних потрясений на рынке энергоносителей показала свою устойчивость, во многом вытесняя трубопроводный газ в энергобалансе крупнейших государств Европы и Азии. Российская Федерация с заметным опозданием включилась в работу по завоеванию позиций на глобальном рынке СПГ. Достигнутые к настоящему моменту показатели следует рассматривать как недостаточные для сохранения за Россией позиций крупнейшего экспортера природного газа в долгосрочной перспективе. Новые российские проекты СПГ следует ориентировать на внешние рынки, прежде всего – Китай, Индию, Пакистан, государства Латинской Америки. Поскольку в короткие сроки российской промышленности не удастся создать всю линейку технологий, необходимых для крупномасштабного производства и транспортировки СПГ, отечественной дипломатии уже в ближайшие месяцы требуется активизировать усилия по формированию международной технологической платформы в области СПГ с участием дружественных и союзных России государств.
Секьюритизация транспортировки энергоносителей
Еще одним вызовом для энергетической отрасли, общим для большинства ведущих компаний России, является разрыв транспортно-логистических цепочек, используемых для экспорта ресурсов. Реакция российских транспортно-логистических компаний на перебои в обслуживании экспорта нефти и нефтепродуктов со стороны зарубежных партнеров в первой половине нынешнего года оказалась быстрой и в целом эффективной. Для адекватного ответа на меры санкционного характера потребовалось более активное использование отечественных ресурсов (танкеров, контейнеровозов, трубопроводов), а также изменение географии поставок нефти и нефтепродуктов, угля и СПГ. Сейчас данная работа продолжается, при этом следует признать, что оперативные усилия компаний российского транспортно-логистического сектора позволили отечественной энергетике избежать кризиса, казавшегося в начале весны 2022 года практически неизбежным.
С другой стороны, общий негативный информационный фон 2022 года, возникший вследствие локдаунов в Китае и ряде других государств Азии, а также в результате санкционных мер со стороны США и их союзников в отношении России, обусловил значительное снижение объемов инвестиций в геологоразведку углеводородного сырья и в добывающие мощности. По оценкам специалистов, в 2022 году мировая энергетическая отрасль недополучит 350 млрд долларов инвестиций. Это практически неизбежно гарантирует снижение добычи минеральных ресурсов в ближайшие 3-5 лет.
Потускнение «зеленой повестки»
Еще одним вызовом глобальной энергетической отрасли, проявившимся в течение 2022 г., стало заметное падение интереса бизнеса и структур гражданского общества к «зеленой повестке», доминировавшей в предыдущие годы в научных и политических дискуссиях о будущем мировой экономики. В рассматриваемый период произошло существенное снижение внимания финансовых институтов, инвесторов и общественности к проблемам экологии и устойчивого развития. Основными причинами этого выступили пандемия и специальная военная операция на Украине, но резкое снижение интереса к тематике «зеленой энергии» и «углеводородной нейтральности» отмечается также в страдающих от последствий энергетического кризиса странах Европы и Северной Америки.
На возобновляемые источники энергии (ВИЭ) в настоящее время приходится лишь 7-8% общемирового производства энергии, и в течение предыдущих нескольких лет этот показатель оставался стабильным. Следует также отметить, что инвестиции в ВИЭ в России и в мире продолжаются, но их объемы сейчас падают даже с большей скоростью, чем валовые инвестиции в геологоразведку и добычу сырья. Причинами снижающейся привлекательности инвестиций в ВИЭ в современную эпоху выступают неуверенность в стабильности уже сформированных производственно-сбытовых цепочек в энергетике, низкие показатели мобильности рабочей силы в отрасли, а также снижающаяся отдача от уже осуществленных инвестиций [4]. Пандемия Covid-19 резко замедлила движение мировой экономики к достижению Целей устойчивого развития, поскольку экономический спад во многих государствах планеты снизил возможности их правительств и крупного бизнеса реализовать уже анонсированные проекты в рассматриваемой сфере.
Потускнение «зеленой повестки» следует рассматривать как одно из последствий агрессивной и провокационной политической стратегии США и их европейских союзников в отношении России. Основным направлением санкционной политики в энергетической сфере является ограничение доступа российских энергоносителей на мировые рынки. Поскольку образовавшийся недостаток предложения ведет к росту цен на практически все виды энергоносителей, ответные меры Запада сосредоточены на снижении экологических стандартов в результате возвращения к использованию угля и мазута на теплоэлектростанциях, а также к отказу от давно анонсированного и частично реализованного закрытия атомных электростанций. Данные меры коллективного Запада носят реактивный характер, они продиктованы стремлением сбить инфляционную волну, одним из главных драйверов которой являются высокие цены на электричество, нефтепродукты и природный газ. Таким образом, «зеленая повестка» становится жертвой нарастающего конфликта России и Запада, а само распространение конфликта России и США на область энергетики приучает общественность во всем мире к утилитарному восприятию проблем защиты окружающей среды и сомнениям в объективной необходимости «зеленой повестки». Заключение
Вопреки рассуждениям некоторых отечественных и зарубежных экспертов о приверженности экономики и политической системы России «ресурсному проклятию», энергетические ресурсы страны в период обострения отношений с США и их союзниками становятся одним из основных инструментов в распоряжении органов государственной власти нашей страны [5]. Они обеспечивают экономическую безопасность и социальную стабильность в период нарастающей межстрановой конкуренции и высокой волатильности рынков. Сталкиваясь с глобальными вызовами, возникающими в мировой политико-экономической системе сегодня, Россия должна стремиться сохранить либеральный характер национальной экономики, поддерживать баланс между интересами безопасности страны и благоприятным климатом для отечественного бизнеса, играющего ведущую роль в развитии энергетики.
В ближайшие годы позиции зарубежного капитала в российской энергетике будут ослабевать. Такой курс соответствует интересам развития страны в качестве одного из полюсов многополярной мировой системы. Основными драйверами инноваций в энергетике страны призваны стать газовая отрасль (в рамках стратегии полной газификации страны к 2030 году), а также атомная энергетика, с помощью которой в опережающем темпе будут осваиваться природные ресурсы Крайнего Севера и Дальнего Востока.
Санкционный конфликт России и стран Запада делает актуальным вопрос о роли российской энергетики в обеспечении национальной безопасности и устойчивого развития национальной экономики. Современная энергетическая отрасль России обладает комплексом конкурентных преимуществ, которые должны быть использованы в интересах сохранения за Россией позиций одного из центров многополярной архитектуры мировой экономики. России в ее будущей энергетической стратегии следует исходить из того, что традиционные источники энергии сохранят свое доминирующее положение в энергобалансе. При этом инвестиции в альтернативные источники энергии также должны находиться в сфере приоритетного внимания органов государственной власти и частного бизнеса.