The connection of political ideology with contemrorary reality

Бесплатный доступ

In the article the author considers the peculiarities of political ideology in contemporary reality and defines the concepts «political consciousness» and «political ideology». Analyzing the history of the political ideology in the twentieth and twenty-first centuries, the author makes up a conclusion about the connection of political ideology with reality. The radicalization of modern political ideology is evidence of a break in the existing world order, which cannot be overcome without a radical restructuring.

Political ideology, political consciousness, consensus, globalization, hegemony, empire

Короткий адрес: https://sciup.org/147228507

IDR: 147228507

Текст научной статьи The connection of political ideology with contemrorary reality

В связи с тем, что современная политика не перестает усложняться, актуальным является вопрос, о политическом сознании и его взаимосвязи с политической деятельностью. Политическое сознание занимает особое место в структуре общественного сознания. Оно отражает непосредственные интересы социальных групп, существующих в обществе, и самым прямым образом касается сферы государства и власти, охватывает «область отношений всех классов и слоев к государству и правительству, область взаимоотношений между всеми классами» [3, c. 79]. Отражая политику, оно также отражает и экономику, поскольку экономика непосредственно связана с политической жизнью общества. Таким образом, политическое сознание можно рассматривать как отражение сферы деятельности, связанной с отношениями между классами, нациями, а также другими социальными группами и государством.

Политика оказывает серьезнейшее влияние на общественное сознание в различных его формах, и в этой связи в политиче-

ском сознании формируется философский, моральный, этический и другие аспекты. Однако политическое сознание не является простым слепком с политической действительности существующего общества. Оно воздействует на деятельность партий, движений и иных политических групп и является важным фактором функционирования политической системы.

Важной составляющей политического сознания, является политическая идеология. Исторически понятие «идеология» нисходит к французскому философу и экономисту А.Л.К. Дестютом де Траси. Используя этот термин, он говорил об идеях, которые могли бы оказаться основанием для политической деятельности, этики и т.д. Не конкретизировав понятие «политическая идеология», де Траси указал на то, что идеология может быть основой для политики, то есть носить политический характер.

Понятия «политическая идеология» и «политическое сознание» нельзя смешивать. Политическая идеология – это теоретическая система взглядов и идей, связанная отношениями между классами (в первую очередь), нациями и другими социальными группами и государством, которые носят властный характер. Если политическое сознание – это отражение сферы деятельности, связанной с отношениями между классами, нациями, а также другими социальными группами и государством, то политическая идеология – это система взглядов, учение, связанное с этими сферами.

Вектор движения политической идеологии определяется характером связи, существующей между общественным сознанием и общественным бытием. К этой проблеме в Предисловии к Критике Политической Идеологии Карл Маркс пишет: «Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Hе сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание» [4, с. 7]. Помимо этого Маркс и Энгельс указывают на еще одну важнейшую особенность идеологии. В своем труде «Немецкая Идеология» они писали: «Но чем больше их (прежних традиционных представлений, прим. автора) лживость разоблачается жизнью, чем больше они теряют свое значение для самого сознания, – тем решительнее они отстаиваются, тем все более лицемерным, моральным и священным становится язык этого образцового общества» [5, с. 283–284]. Следовательно, можно сделать вывод, что чем сильней раскол между производительными силами и производственными отношениями, тем сильнее становится идеологический напор, осуществляющийся господствующими социальными группами.

Если середина XX в. была эпохой консенсуса, державшегося на идее классового мира, то уже с выступлений левого движения во Франции и других странах в 1968 г. можно сказать о том, что этому консенсусу пришел конец. Консенсус имел под собой в качестве основы политику всеобщего благоденствия, однако недоступность его благ многим социальным группам подтолкнула их к протесту и забастовке. Впоследствии последователи неолиберализма в лице Маргарет Тэтчер и ее сторонников нанесли ответный удар, заключавшийся в дерегулировании экономики, приватизации предприятий и так далее, что привело к забастовке британских шахтеров в 1984–1985 гг. Эти события отбросили идею классового мира и превратили идеологическую арену в поле боя. Однако идея классового мира – не единственный политико-идеологический конструкт, характерный для установившегося миропорядка XX и XXI вв.

Профессор университета Манитобы Радика Десай в своей книге «Геополитическая экономия: после американской гегемонии, глобализации и империи» (Geopolitical Economy: After US Hegemony, Globalization and Empire) рассуждает о других подобных политико-идеологических направлениях. В их число входят теория гегемонистской стабильности, теория и практика международных отношений, международная политическая экономия и другие. Связующими звеньями этих политических учений являются более общие идеи, среди которых идея гегемона, глобализации и империи. В общем и целом, сердцевиной этих идей является представление мировой экономики как единого целого. Они уходят корнями в так называемое «фритрейдер-ство», учение, являвшееся идеологической базой господства Великобритании в XIX в. [6].

Согласно обсуждаемым учениям, миром правит либо рынок, либо гегемон. Первая мысль отражает суть глобализации, вторая – гегемонистского правления одной главенствующей страны. Государства либо играют незначительную роль, либо главную роль играет лишь одно государство. На место государств приходит идея мультикультурализма, опирающаяся на культурное многообразие, существующее в безграничном океане, подчиненном либо мировому рынку, либо гегемону.

Однако, как в случае и с идей классового мира, эти учения не прошли проверку исторической практикой. Вопреки предсказаниям об уходе государств современность демонстрирует совершенно иную тенденцию – мир становится многополярным. Гегемону – в лице Соединенных Штатов Америки – бросают вызов другие страны, среди которых Китай, Россия, Иран и другие. Кардинальные изменения происходят и внутри самого гегемона. Победа Дональда Трампа на выборах президента обнажила идеологические противоречия внутри Соединенных Штатов Америки.

В этой связи обостряется и идеологическая борьба. Несмотря на то, что, по мнению западных идеологов, современный мир является однополярным, их риторика не отличается от той, что существовала в эпоху Холодной Войны. Разница заключается лишь в том, что Холодная Война являлась противостоянием между Соединенными Штатами и Советским Союзом, а современное противостояние ведется между блоком западных стран (главным образом США и ведущие страны Евросоюза) и их соперниками.

Известно, что одной из главных целей западных идеологов является Россия. Одним из главных средств, используемых против России, является идея о том, что на исход президентских выборов в США повлияли хакеры, действовавшие по указке российского правительства. Вот что написала об этом бывший кандидат в президенты США Хиллари Клинтон по этому поводу в своей книге «Что случилось», посвященной президентским выборам в США в 2016 г: «В официальном докладе разведывательного сообщества говорится, что российская стратегия пропаганды совмещает в себе тайные разведывательные операции – к примеру, кибероперации – и открытую деятельность российских правительственных агентств, финансируемых государством СМИ, посредников и оплачиваемых пользователей социальных сетей, то есть “троллей”» [2]. Очевидно, целью подобного утверждения является дискредитация результатов выборов, но также и формирование образа нового врага. Западные идеологии говорят о том, что русские атаковали США в интернете, что свидетельствует об осознании ими факта, что традиционные СМИ ослабевают по сравнению с неформальными СМИ (ютуб, твиттер и другие сервисы распространения информации). Однако именно здесь катастрофический разрыв между идеологией и действительностью проявляется сильнее всего. Еще до того, как стали известны результаты выборов, Борис Кагарлицкий обратил внимание на один важнейший факт: «Мало того, что миллионы людей не голосуют и не ходят на политические собрания, многие из них не имеют и стационарных телефонов, не фигурируют в базе данных социологических служб, являясь для них (политических опросов, прим, автора) фактически невидимыми» [1]. «Невидимая Америка» оказалась миной, на которую наступил американский истеблишмент. И теперь «Невидимая Америка» – один из главных его врагов. Она далека от интернета – идеологи обвиняют во всем влияние русских на него. Она объединяет людей разного цвета кожи – в США начинает искусственно культивироваться напряжение между белым и цветным населением. Риторика либеральной политической идеологии становится все более радикальной, и это свидетельствует о том, что в современном миропорядке существует разлом, который нельзя преодолеть без кардинальной его перестройки.

Статья научная