Ell Yunatsite and the nearby settlement - comparative pedological analysis in the context of archaeological stratigraphy

Автор: Alexandrovsky A.L., Balabina V.I., Mishina T.N., Sedov S.N.

Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran

Рубрика: Эпоха бронзы. Проблемы и материалы

Статья в выпуске: 225, 2011 года.

Бесплатный доступ

The results of interdisciplinary studies performed at the Thracian sites dating from the Eneolithic to the Bronze Age are presented in the article. The data of soil, chemical, and micromorphological investigations of the sediments are compared to the archaeological stratigraphy of the two multilayer settlements for a long time excavated by joint Russian-Bulgarian expedition. The results of complex analytical studies do not agree in all aspects, since each method has certain limitations, which is clearly revealed when applied to the multilayer sites' deposits. The factors that cause disagreements should be established and analysed.

Еще

Короткий адрес: https://sciup.org/14328435

IDR: 14328435

Текст научной статьи Ell Yunatsite and the nearby settlement - comparative pedological analysis in the context of archaeological stratigraphy

В статье сопоставляются результаты почвенного, химического и микро-морфологического исследования профилей двух расположенных рядом многослойных поселений на фоне сравнительного анализа их археологической стра- тиграфии. Один из этих памятников – известный телль Юнаците, на котором в течение ряда лет велись комплексные палеоэкологические исследования, а второй – поселение большой площади, расположенное на пологом склоне террасы к западу от телля.

Телли отличаются от всех прочих типов поселений значительной мощностью напластований. Поскольку почвы формируются в условиях стабильной поверхности, на таких памятниках они фиксируют перерывы в накоплении культурных слоев и, кроме того, отражают характер растительного покрова и климатические условия своего образования. В зависимости от условий климата и биоты формируются почвы разного облика, на них влияют состав исходной породы и рельеф. В процессе почвообразования происходит накопление гумуса, а также миграция растворов и суспензий, оструктуривание, турбации, потеря исходной неоднородности седимента (слоистости, пятнистости), разложение растительных остатков, наследование материала от породы или от культурного слоя (в этом случае – керамики, костей и др.). Как известно, формирование почвы происходит относительно медленно. После стабилизации поверхности признаки гумусового горизонта появляются через 10 лет, а для образования зрелой почвы в результате проработки породы почвенными процессами на значительную глубину необходимо несколько сотен лет. На основании этого по степени развития почвы можно судить о длительности перерыва в накоплении слоя. Благодаря перечисленным факторам методы почвоведения дают возможность проводить разнообразные реконструкции природной среды на археологических памятниках ( Limbray , 1975; Дёмкин , 1997). Они широко используются при изучении курганов и культурных слоев древних поселений ( Czerney , 1965; Иванов , 1992; Дергачёва , 1997; Сычёва , 1999).

Применение почвенных методов на Юнаците показало их перспективность при палеоэкологических исследованиях мощных отложений теллей 1. Весьма обнадеживающими оказались итоги химического изучения колонки образцов на стратифицированном археологическом профиле этого памятника, поскольку они позволили выявить динамику изменения климата на протяжении полутора тысячелетий ( Александровский, Балабина, Мишина , 2004; Balabina, Mishina, Alexandrovskiy , 2003). Для проверки этих результатов педологические работы в окрестностях телля Юнаците были продолжены. Профиль расположенного рядом поселения дал еще одну колонку, соотносимую с теллем, что позволяет оценить достоверность уже имеющихся данных.

На обоих памятниках проведены традиционные в педологии анализы концентрации гумуса, фосфора и карбонатов. В почвах содержание гумуса преимущественно связано с поступлением органического вещества растительного происхождения и положительно коррелирует с увлажненностью климата. В культурном слое Юнаците, который нарастал сравнительно быстро, такая корреляция не была прослежена, т. к. здесь основной источник накопления гумуса – антропогенное поступление органического вещества. Концентрация фосфора в культурных отложениях указывает, главным образом, на деятельность человека и свидетельствует об интенсивности поступления органического вещества животного происхождения.

Содержание карбонатов, по результатам исследования колонки Юнаците, отразило неоднородность накопления слоев и изменения увлажненности климата, по отношению к которой имеет отрицательную зависимость. Установлено, что сглаженная кривая содержания СаСО3 отражает характерные для почвообразования процессы миграции карбонатов (выщелачивания) и их аккумуляции (окарбоначивания). Изгибы этой кривой в сторону пониженного содержания карбоната кальция соответствуют периодам с более влажным климатом и интенсивным промыванием атмосферными осадками накапливающихся отложений. Наоборот, в периоды засушливого климата происходит накопление СаСО3 биогенным и эоловым путем. Велика роль «подтягивания» карбонатных растворов по капиллярам к поверхности и осаждения их там в результате высыхания почвенной влаги. Следы указанных миграционно-аккумулятивных почвенных процессов в виде тонких прожилок СаСО3 и пропиточных форм кальцита (последние обнаруживаются в шлифах) были прослежены по всей толще телля. Выявленные колебания концентрации СаСО3 в отложениях Юнаците особенно интересно сравнить с колонкой анализов стратифицированного профиля второго поселения, находящегося рядом.

Начнем с топографических и археологических характеристик изученных нами памятников, находящихся в Верхней Фракии, на правом берегу западного рукава р. Тополница, недалеко от ее впадения в Марицу. Поверхность территории, полого наклоненная к востоку-юго-востоку, осложнена невысокими террасами рек. К югу и северу от Фракийской долины расположены горные массивы – Родопы и Средна Гора.

Телль Юнаците столетиями формировался в нижней части пологого склона от надпойменной террасы к пойме на слабовыраженном мысообразном выступе. За счет разновременных культурных напластований он стал выше террасы. В настоящее время высота телля достигает 7,5–8 м от уровня современной дневной поверхности, а мощность культурных напластований – 9–9,5 м от уровня палеопочвы . Его склоны крутые, поверхность слабо наклонена к ЮЮВ, диаметр составляет около 100 м (рис. 1). Восточной стороной памятник выходит на пойму р. Тополницы. По ее древнему руслу более ста лет назад был проложен канал. Западный край телля поднимается до верхней части пологого склона террасы. Сравнительно недавно в этом месте был прорыт еще один канал, а также проложена дорога, разрушившая полу телля. Выше по склону, к западу от телля, на расстоянии не более 100–150 м находится интересующее нас поселение с отложениями эпохи энеолита и раннего бронзового века.

Палеогеографические исследования по данным трех шурфов (1 × 1 м) по обе стороны от телля позволили частично восстановить топографию древней поверхности. Шурф 1 был заложен в 10 м к северу от телля, в пойме, у края террасы, с целью выявления древней береговой линии Тополницы. Еще два шурфа были вырыты к югу от телля, на склоне террасы – на расстоянии 25 м (№ 2) и 100 м (№ 3) от памятника (рис. 1).

Рис. 1. Топографический план телля Юнаците и его окрестностей. Отмечены шурфы 1–3, а также зондаж «А» на соседнем поселении

В шурфе 1 верхние 30 см составлял пахотный горизонт. На глубине 30–110 см залегал слабооструктуренный слабо уплотненный темно-серый суглинок. Ниже, на глубине 110–195 см, находились намывные слоистые светло-желтые суглинисто-песчаные отложения. На глубине около 2 м был достигнут песок – видимо, край древнего берега Тополницы. Отметим, что в этом шурфе отдельные фрагменты античной и раннебронзовой керамики встречались до самого дна (до глубины 2 м).

В шурфе 2 (рис. 2) под дерном верхние 45–49 см сложены из темно-серого рыхлого суглинка со следами плантажной вспашки. На глубине 50–80 см присутствовал темно-серый плотный наносной грунт, который подстилала тонкая пепельная прослойка с включениями угольков, по-видимому представляющая собой последнюю дневную поверхность нижележащего культурного слоя. Здесь встречены отдельные фрагменты керамики, относящиеся к РБВ II, но преобладала энеолитическая керамика.

Ниже, на глубинах 80–125 см, фиксировался культурный слой эпохи энеолита, сложенный серо-бурым плотным суглинком с включениями мелких камней. В его пределах присутствовала керамика с графитным орнаментом, а также с углубленным орнаментом, инкрустированным белой пастой. В центральной части данной толщи выявлен наклонный углистый прослой толщиной около 5 см.

На глубинах 125–150 см находился темно-серый суглинок, плотный, комковатый, без каких-либо включений ( погребенная почва ). Ниже залегал светлый серо-желтый материковый суглинок.

В шурфе 3 верхние 80 см также сложены темно-серым комковатым суглинком со следами плантажной вспашки. До глубины 175 см залегал намытый (слоистый, слабо уплотненный, комковатый) суглинок с примесью гравия. Ниже, до 2 м, присутствовал более светлый суглинок с примесью песка и мелкого гравия. Обломки керамики встречались в шурфе до самого дна 2.

Как видим, по обе стороны от телля по линии север – юг во всех трех шурфах на глубину от 1 до 2 м фиксируются намывные отложения, включающие керамику. Этот материал сносился вместе с делювием к подножию террасы. Таким образом, по мере роста культурного слоя на телле происходил и постоянный смыв отложений по склону в сторону поймы Тополницы, благодаря чему памятник заносился с флангов делювием, хотя и не сильно. Древняя почва , выявленная в шурфе 2, была соотнесена с палеопочвой под теллем, что позволило реконструировать дневную поверхность, существовавшую до образования поселения (рис. 3).

Край древнего берега Тополницы (по шурфу 1) находился в пойме ниже террасы, на которой расположен телль. Это показывает, что древнее русло реки огибало эту террасу, равно как и телль.

Многослойное поселение, сосуществовавшее с разновременными поселками на Юнаците, несомненно, было с ними связано, возможно, являлось их напольной частью. Сейчас оно занимает значительную площадь, до 40 000 м2, но систематическим раскопкам пока не подвергалось, поэтому какими-либо

Рис. 2. Стратиграфия шурфа 2

а – дерн; б – гумусовый горизонт, проработанный распашкой; в – темно-cерый суглинок; г – серо-бурый суглинок; д – фрагменты керамики; е – угольки; ж – углистая прослойка; з – темно-серый комковатый суглинок; и – номера проб; к – прослойка пепла; л – камни;

м – серо-желтый суглинок (материк)

сведениями о его планиграфии и архитектурных особенностях мы не располагаем. Предпринятая шурфовка позволила лишь в общих чертах описать стратиграфию памятника и соотнести ее со стратиграфией телля.

Поселение на поле рядом с теллем было обнаружено в 1980 г. при строительстве оросительной системы, когда в траншеях выявился культурный слой с материалами эпохи ранней бронзы. Тогда же в 150 м к ЗЮЗ от репера на телле

Рис. 3. Палеогеографические реконструкции на основании имеющихся разрезов был заложен зондаж (размерами 6 × 3 м), получивший в полевой документации название зондаж «А» (рис. 1). Он был ориентирован по сторонам света, доведен до глубины 2 м от поверхности, но материка не достиг.

В 2001 г. северная стенка зондажа «А» была зачищена, углублена шурфом 1 × 1 м до –2,90 м от поверхности. С этого уровня и до глубины 4,00 м исследование толщи продолжалось бурением. Материк был достигнут на глубине 3,6 м. Полное стратиграфическое описание зондажа «А» опубликовано (Телль Юна-ците, 2007. С. 11–14), приведем его основные результаты. Профиль поселения рядом с теллем Юнаците включает отложения РБВ III и РБВ II с дневными поверхностями и маркирующим материалом. Ниже – над палеопочвой и в ее верхнем горизонте – присутствуют перемешанные материалы РБВ и эпохи энеолита (Караново VI) (рис. 4, 1 ).

Полный профиль телля длиннее и подробнее (рис. 4, 1 , 2 ). Над палеопочвой зафиксированы отложения раннего энеолита (культура Марица), перекрытые несколькими горизонтами Караново VI, верхний из которых включает материалы культуры Селкуца III. Над энеолитическим пластом («В») расположена почва хиатуса , а выше последовательно залегают шестнадцать раннебронзовых горизонтов (пласт «Б»), отчетливо относимых к трем соответствующим периодам – РБВ I, II и III 3. Верхняя часть отложений телля (пласт «А» толщиной около 1 м) содержит материалы раннего железного века – раннего средневековья.

Археологическая синхронизация отложений зондажа «А» и телля Юнаците. Материалы РБВ II и III на телле и на соседнем поселении, по-видимому, синхронны. Примечательно, что между ними на обоих памятниках выявлены слабые следы почвообразования. При этом на телле период запустения памятника между РБВ II и III в процессе раскопок не прослеживался. Карпологические же исследования показали, что именно в пробах из соответствующих горизонтов (IX–VIII) нет культурных злаков ( Popova, Pavlova , 1994).

Из-за отсутствия надежных керамических маркеров остался открытым вопрос о присутствии в зондаже «А» отложений времени РБВ I, хорошо представленных на телле. Однако энеолитческую керамику, обнаруженную на этом памятнике в верхней части палеопочвы , можно уверенно синхронизировать с последним энеолитическим горизонтом телля (Караново VI). Таким образом,

Рис. 4. Стратиграфическое соотношение зондажа «А» (1) и телля (2). Схема напластований телля дана в горизонтально сжатом масштабе

А – камни; Б – кости; В – рыхлый серый суглинок; Г – темно-серый грунт с пеплом; Д – серый суглинок; Е – уголь и зола; Ж – углистая прослойка;

З –обожженная глина; И – материк; К – номера горизонтов; Л – номер пробы; М – колонка проб; Н – необожженная зеленоватая глина; О – погребенная почва

HMHWBdaM яо1нэилв4ф эинэпэИэ4пэв4

палеопочва , прослеженная в зондаже «А», развивалась значительно дольше, нежели палеопочва под теллем. Она существовала на протяжении энеолита (культуры Марица и Караново VI) и позже, в то время, когда на телле формировалась почва хиатуса.

Почвенные характеристики окрестностей телля. Основными почвами в районе телля являются смолницевидные и бурые лесные на поверхности террасы, а также аллювиальные в пойме Тополницы. Бурые лесные почвы свидетельствуют об относительно влажных условиях природной среды последнего позднеголоценового этапа почвообразования. Данные почвы в результате длительного использования в значительной степени прогумусированы и окарбоначены. Смолницевидные почвы формируются в безлесных условиях. Они указывают на наличие степных участков в составе ландшафтов, но эти участки могут иметь как природное, так и антропогенное происхождение. Кроме нормальных почв здесь имеются кумулятивные, формирующиеся при медленной седиментации, в частности пойменные. К ним относится и палеопочва под теллем. Сходные черты имеет и палеопочва из зондажа «А», нараставшая за счет медленной седиментации материала культурного слоя.

Почвенные характеристики телля. В центральном профиле памятника были обследованы три почвы. Верхняя ( современная ) развита слабо, что, вероятно, свидетельствует о недавних нарушениях поверхности телля. Средняя почва залегает между отложениями энеолита и ранней бронзы. Нижняя ( палеопочва ), находящаяся под теллем, была изучена по данным бурения. Кроме перечисленных очевидных почв следует отметить признаки слабого почвообразования в отложениях РБВ.

Палеопочва , подстилающая энеолитический пласт, имеет мощный профиль (рис. 4, 2 ). Ее гумусовая прокраска относительно слабая. Структура комковатая, выражена плохо, что связано с процессами диагенеза. Верхняя граница ее профиля прослеживается нечетко, переход к вышележащему слою выглядит постепенным, с признаками слоистости. Ниже гумусового горизонта мощностью 0,6–0,7 м, располагается карбонатный горизонт, содержащий мелкие частицы карбонатов песчаной размерности. Весь профиль содержит почвенные карбонаты. Отметим, что признаки лесного почвообразования – натеки и оподзолен-ность – отсутствуют. В верхней части почвенного профиля встречены фрагменты керамики.

Средняя почва сформировалась в течение хиатуса в накоплении культурного слоя. Эта почва ярко выделяется на фоне культурных напластований по цвету и сложению и четко прослеживается от южного до северного края телля на протяжении 60 м, почти по всей стенке раскопа (за исключением нарушенных и не докопанных участков). Уровень ее залегания неровный, наблюдается слабый уклон к ЮЮВ (Телль Юнаците, 2007. Рис. 111, 112). Профиль представлен системой гумусовых горизонтов А1-АВ-Вса, с постепенным ослаблением прокраски книзу, что характерно преимущественно для степных почв.

Мощность гумусового горизонта А1 составляет около 20 см, а вместе с переходным горизонтом АВ – до 40 см. Отметим, что в заглублениях мощность увеличена. Здесь во время образования кумулятивной почвы на ее поверхности происходило отложение почвенного материала, смытого с поверхности окружа- ющих повышений. В свою очередь на повышении почвенный профиль укорочен, что объясняется процессами смыва (рис. 4, 2).

Почва имеет темно-серо-бурый цвет и окрашена однородно. Хорошо выражена ее зернисто-комковатая структура, особенно в верхнем горизонте А1. Отмечается отсутствие глинистых натеков, что также присуще степным почвам. Местами ниже горизонта АВ имеются типичные для степных почв следы ходов грызунов-землероев округлой формы диаметром 5–10 см, заполненные темным материалом. К периоду почвообразования относятся частично вымытые из горизонтов А + АВ и накопившиеся под ними карбонаты (горизонт Вса), преимущественно пропиточные, слабо выраженные морфологически.

Хотя у рассматриваемой средней почвы профиль не столь мощный, как у палеопочвы и почв за пределами поселения, судя по степени развития ее профиля и структуры, по содержанию гумуса, а также прочим почвенным характеристикам, длительность хиатуса, которому она соответствует, составляла не менее 800 лет. Отметим, что такой диапазон хиатуса между финалом энеолита и началом РБВ подтверждают как результаты археомагнитного исследования, так и серия 14С дат, полученных для финала энеолита и нижних горизонтов РБВ телля Юнаците (Телль Юнаците, 2007. С. 222–238; Чичагова и др. , 2007).

Результаты микроморфологических исследований средней почвы. Микро-морфологические данные позволяют уверенно отличать почвы, обладающие специфической биогенной структурой, от археологических горизонтов антропогенного сложения, темная окраска которых связана с повышенным содержанием дисперсного угля. Гумусовый горизонт характеризуется хорошо развитой биогенной структурой и губчатым сложением. Отмечается сильная темная прокраска прогумусированных агрегатов, представляющих собой копролиты почвенной мезофауны, размер агрегатов – 0,05–0,5 мм (рис. цвет. III, 1, 2 ). В шлифах из подгумусовых горизонтов среди почвенной массы, слабо прокрашенной гумусом и не имеющей биогенной структуры, встречаются скопления мелких фрагментов угля древесных или травянистых растений (рис. цвет. III, 3 ), некоторые фрагменты раздроблены.

В горизонте А12 встречаются обломки раковин сухопутных моллюсков (2–3 мм, толщиной 0,05 мм) хорошей сохранности. При скрещенных николях на илл. 1, 4 видна раковина наземного моллюска, который жил в период образования почвы. Здесь также встречаются агрегаты первичного кальцита. В условиях влажного климата и лесной (лесостепной) растительности и первичный кальцит, и раковины должны активно растворяться. Выявленная же хорошая сохранность раковин и первичного кальцита свидетельствует об отсутствии периодов выщелачивания карбонатов из почвы – и следовательно, периодов с влажным климатом и лесным почвообразованием – для горизонта А12. Отмечается также отсутствие микроморфологических признаков иллювиирования глины, характерных для почв лесного генезиса. В горизонте А12 также встречаются выветренные фрагменты кости. Местами они нарушены трещинами, видны отслаивающиеся мелкие фрагменты размером 0,03–0,1 мм (рис. цвет. III, 5 ). Также имеются мелкие фрагменты керамики (около 1 мм). В их составе кроме глинистой прокаленной массы присутствуют включения минеральных зерен (0,1–0,2 мм), соответствующие по размерности фракции мелкого песка (вероятно, отощитель).

Четкую зернистую структуру и развитое поровое пространство имеет нижележащий горизонт АВ (рис. цвет. III, 2 ), что свидетельствует о проникновении процессов биогенного оструктуривания на большую глубину. Вместе с тем в следующем шлифе при скрещенных николях видны белые светящиеся точки – карбонатные новообразования по краям пор, представленные мелкокристаллическим кальцитом (рис. цвет. III, 6 ). Подобные новообразования характерны для иллювиальных карбонатных горизонтов и указывают на весьма засушливый, характерный для степи, климат. Еще ниже, в карбонатном горизонте Вса, новообразованный кальцит фиксируется в виде толстых пленок. Таково светящееся кольцевое образование левее центра при скрещенных николях (рис. цвет. III, 7 ). Резюмируя изложенное, отметим, что микроморфологические исследования свидетельствуют о степном климате в период формирования почвы хиатуса вплоть до горизонта А12.

Распределение карбонатов по профилю Юнаците (колонка «Д»). Результаты химического исследования почв и седиментов Юнаците по колонке «Д» (в середине центрального профиля памятника) показали, что почвы и отдельные слои телля существенно различаются по содержанию фосфора, гумуса и карбонатов (рис. 5, 2 ) ( Александровский, Балабина, Мишина , 2004; Балабина, Мишина , 2008). На основании распределения по профилю карбонатов, свидетельствующих о степени увлажненности климата, были выявлены следующие палеокли-матические закономерности.

Палеопочва под теллем имеет аллювиально-степной генезис. В конце ее формирования и позже, когда данный участок впервые стал обитаем (культура Марица), фиксируется некоторое снижение содержания карбонатов, указывающее на рост увлажненности. Но максимальная интенсивность выщелачивания СаСО3 соответствовала финалу культуры Марица и началу культуры Карано-во VI. Позднее, в период существования этой культуры, климат стал меняться в сторону аридизации. Отметим, что почва хиатуса начала развиваться в условиях сухой степи, но в конце ее формирования климат снова стал влажнее. Именно в этих условиях появился первый поселок эпохи бронзы (РБВ I). Выше по профилю опять наблюдается постепенное увеличение содержания карбонатов, что указывает на новое климатическое колебание в сторону засушливости, приходящееся на РБВ II. Наивысшая концентрация карбонатов (более 30%) в пределах колонки «Д» фиксируется в ее верхней части (на уровне около 3 м). Этот пик аридизации соответствует началу РБВ III.

Сравнение графиков распределения карбонатов на телле и в зондаже «А». На рис. 5, 1, 2 приведены графики распределения гумуса, карбонатов и фосфора по профилям обоих памятников в соответствии с имеющимися данными об археологической стратиграфии. По сравнению с колонкой «Д» на телле, в зондаже «А» фиксируются меньшие колебания содержания гумуса, фосфора и карбонатов. При медленном накоплении отложений они нивелируются в процессе почвообразования. В результате этого и имевшихся перерывов в седиментации было возможно и перемешивание слоев. Значительно сильнее был переработан и карбонатный профиль. Видимо, имела место миграция фосфора в форме трикальцийфосфата. В целом толща культурного слоя в зондаже «А» по содержанию всех проведенных анализов несколько более монотонна, чем на телле.

Рис. 5. Результаты химического исследования

1, 2 – кривые распределения гумуса, карбонатов и фосфора по профилям телля и зондажа «А»;

3 – кривые распределения карбонатов в сглаженном виде и в масштабе времени

Существенно, что на телле и в зондаже «А» распределения карбонатов имеют некоторые общие черты. Узнаваемы отрезки кривых СаСО3 в нижней части обоих профилей – окарбоначенные участки, отражающие условия сухой степи и соответствующие времени образования палеопочвы. Пик увлажненности, приходящийся на телле на переходное время от культуры Марица к культуре Караново VI, повторяется и в нижней трети почвенного профиля открытого поселения. На обоих графиках за этим пиком следует аридизация, приходящаяся на телле на Караново VI, а на открытом поселении отмечаемая в средней части погребенной почвы.

Из-за осыпания центрального профиля Юнаците колонку «Д» удалось довести только до нижних горизонтов РБВ III, в то время как колонка зондажа «А» охватила этот период полностью, что отчетливо демонстрируют соответствующие участки графиков распределения карбонатов. Так, на телле пик резкого увеличения карбонатов (свидетельство сильной аридизации) на участке профиля, соответствующего РБВ III, только начинает расти, а в зондаже «А» он представлен целиком (рис. 5, 1, 2 ).

Для более корректного и наглядного сопоставления кривые распределения карбонатов сравнивались в масштабе времени и в сглаженном виде (рис. 5, 3 ). Это предполагает их графическую синхронизацию согласно времени накопления соответствующих отложений. В частности, из-за отсутствия в зондаже «А» отложений Марицы и дневных поверхностей времени Караново VI палеопочва здесь развивалась значительно дольше, нежели палеопочва под теллем. Поэтому в масштабе времени она должна охватывать периоды существования на телле и обеих энеолитических культур, и почву хиатуса . Сглаженные кривые распределения карбонатов на двух памятниках, построенные в одном временном масштабе имеют большое сходство. В нижней части палеопочвы , подстилающей оба памятника, содержание карбонатов с глубиной увеличивается, что характерно для естественного почвообразования. На протяжении энеолита (согласно стратиграфии телля) на обоих графиках фиксируется сначала заметное увлажнение климата, приходящееся на финал культуры Марица, а потом постепенная ари-дизация, совпадающая с концом Караново VI и началом формирования на телле почвы хиатуса . Завершению этого процесса и времени РБВ I соответствует пониженное содержание карбонатов на обоих графиках, что и позволяет с наибольшей вероятностью соотнести начало РБВ I на телле с верхом погребенной почвы на открытом поселении.

Выше по профилю и на телле, и на соседнем поселении последовательно залегают отложения РБВ II и III, между которыми в обоих случаях читаются слабые следы почвообразования. Переломный момент в интенсивности жизнедеятельности на Юнаците в это время, помимо упоминавшегося отсутствия культурных злаков в пробах соответствующих горизонтов, выявляют такие показатели, как количественное распределение остатков хозяйственных сооружений и керамики ( Балабина, Мишина , 2008).

РБВ II на обоих памятниках отмечает плавное увеличение карбонатов (вторая постепенная аридизация). Период РБВ III в том и другом случае маркирует пик карбонатности (полный для зондажа «А» и незавершенный по кромке колонки «Д» на телле). Можно полагать, что данный пик аридизации климата соответствует подобным событиям, выявленным и в других регионах, например, в Месопотамии ( Weiss et al. , 1993), Предкавказье ( Александровский, Александровская , 2005), на среднем Дону ( Спиридонова , 1991), и относимым к 2400–2300 ВС, что не противоречит датам РБВ III телля Юнаците.

Итоги и сопоставления. При исследовании методами педологии колонок телля и зондажа «А» получены кривые распределения карбонатов, сравнительный анализ которых свидетельствует об изменении увлажненности климата на протяжении более полутора тысяч лет. Кроме того, охарактеризованы две погребенные почвы, одна из которых подстилает телль, а вторая соответствует хиатусу между пластами энеолита и РБВ.

Эти результаты мы можем сопоставить с данными еще некоторых палеоэкологических исследований, проводившихся на Юнаците, – спорово-пыльцевого, фитолитного и диатомового.

На археологических памятниках чаще всего анализируются спорово-пыльцевые комплексы. Отметим, что редко исследуемые длинные колонки теллей отражают смену растительности и, соответственно, изменение ландшафтов для целых эпох. Опубликованная палинологическая колонка Юнаците свидетельствует о значительных колебаниях климата и изменениях ландшафта от раннего энеолита до современности ( Балабина и др. , 1999).

Нижние пробы колонки (комплекс I, культура Марица) соответствуют достаточно прохладному и влажному климату. В них присутствует пихта. Долина реки использовалась под пашню лишь частично. Рядом с поселением сохранялись пойменные луга. На время культуры Караново VI приходятся три спорово-пыльцевых комплекса – II–IV. Последний из них, видимо включающий низ почвы хиатуса , указывает на исчезновение лесов и аридизацию, что согласуется с результатами карпологического исследования, согласно которым, носители Каранова VI культивировали скороспелые злаки, приспособленные к аридным условиям ( Янушевич , 1983. С. 116).

По данным спорово-пыльцевого комплекса V (РБВ I – начало РБВ II, горизонты XV–XII), климат стал прохладным и влажным. Горный пояс леса продвинулся на более низкие отметки. В пробах снова присутствует пихта. Следующий, VI, спорово-пыльцевой комплекс (РБВ II – начало РБВ III, горизонты XI–VIII) отражает уже более сухой климат – господство пыльцы травянистых растений, среди которых доминируют злаки, в том числе культурные. VII комплекс (РБВ III, горизонт VII) диагностирует наиболее аридные условия внешней среды за все время существования памятника: засушливость, сокращение посевных площадей, перелоги. Позднее, к концу РБВ III, происходит постепенное похолодание, снова появляются леса.

Как видим, колебания увлажненности климата, фиксируемые по кривым распределения карбонатов по профилям Юнаците и поселения рядом с ним, в целом не противоречат результатам палинологического исследования телля. Повышенная влажность климата, соответствующая времени обитания на памятнике носителей культуры Марица, судя по данным палинологии, была связана с похолоданием. Постепенную аридизацию на протяжении существования здесь культуры Караново VI фиксируют и кривые распределения карбонатов, и спорово-пыльцевые исследования. Оба метода отметили колебания влажности в течение РБВ. Первое увеличение увлажненности, связанное с похолоданием (по данным палинологии), произошло в конце развития средней почвы и в РБВ I (около 3200–3000 BC). Потом, в РБВ II, происходит постепенная аридизация – как свидетельствует палинология, соответствующая потеплению. Она достигает своего максимума в середине РБВ III, после чего вновь становится прохладнее и влажнее. Существенно, что данный пик аридицации климата подтверждается разными исследователями на очень большой территории.

Обратимся к характеристикам двух погребенных почв.

  • 1.    Палеопочва . На основании визуального исследования и по данным химического анализа установлено, что палеопочва под теллем малогумусная, в ней отсутствуют глинистые натеки и, наоборот, очень много карбонатов. Это свидетельствует об аридных условиях времени ее формирования. Также мы имеем результаты исследования диатомей и фитолитов в этой палеопочве ( Киселева и др. , 2005).

  • 2.    Почва хиатуса , по данным педологического исследования, также формировалась в условиях степи. Об этом свидетельствует ряд ее признаков: зернистокомковатая структура, отсутствие глинистых натеков, наличие в нижней части профиля (горизонт Вк) ходов степных грызунов-землероев, заполненных материалом верхних гумусовых горизонтов (А1 + АВ). На степной характер этой почвы указывают и результаты микроморфологических исследований. В ней отмечается отсутствие признаков иллювиирования глины, характерных для почв лесного генезиса.

Диатомеи – панцири определенных разновидностей микроскопических водорослей. Присутствие в спектре чисто почвенных видов, развивающихся на дневной поверхности вне водоемов, может быть показателем периода стабильного развития территории. Как оказалось, в верхнем горизонте палеопочвы доминирует почвенный вид диатомей Hantzschia amphioxys (67%). Однако в препарате велика доля обломков раковин (до 50%), что может свидетельствовать об их переотложении, т. е. о нарушенности верхнего горизонта данной почвы.

Под фитолитами чаще всего подразумеваются кремневые образования растительного происхождения, и они оказываются весьма информативными в палеоэкологическом отношении. Фитолиты формируются в процессе жизнедеятельности растений и обнаруживаются преимущественно в почвах. Это позволяет использовать их при реконструкции растительного покрова, причем наиболее достоверными будут результаты их анализа из гумусовых горизонтов. Палеопочва , подстилающая телль, сформировалась на естественных почвообразующих породах и имеет состав фитолитов, в основном отражающий структуру естественного растительного покрова. Вместе с тем в ее спектрах присутствуют фитолиты посевных хлебных злаков, что указывает на антропогенное воздействие на исходную поверхность в период возникновения поселения.

Некоторые характеристики фитолитных комплексов погребенных почв, в частности индекс аридности, могут быть использованы в качестве палеоэкологических показателей ( Twiss et al. , 1969; Twiss , 2001). Верхний гумусовый горизонт палеопочвы характеризуется наиболее высоким коэффициентом аридно-сти (по сравнению с почвой хиатуса и современной почвой ), что тоже указывает на аридные условия развития экосистемы до возникновения поселения на этой территории ( Киселева и др. , 2005).

По результатам диатомового анализа в средней части почвы хиатуса доминирует почвенный вид диатомей Hantzschia amphioxys (48%), а его вариа- ция Hantzschia amphioxys f. capitata достигает 35%. Существенно, что этот вид представлен преимущественно целыми панцирями, что свидетельствует о естественном сложении данной толщи. Эта почва начала развиваться на наносах культурного слоя (Телль Юнаците, 2007. С. 125; Балабина, Мишина, 2010) и в значительной мере унаследовала фитолиты, привнесенные в результате хозяйственной деятельности. Вместе с тем на протяжении длительного времени ее гумусовый профиль формировался без антропогенного воздействия.

Наиболее стабильные фитолитные спектры характерны для слоев средней части профиля почвы хиатуса , от которых заметно отличаются ее верхние слои. Индекс аридности в ней не одинаков. В нижней части гумусового горизонта он достаточно высок, а в верхней – втрое ниже и характеризуется минимальными значениями. Столь резкое колебание коэффициента аридности в пределах толщи одной и той же почвы можно объяснить тем, что на последних зафиксированных этапах развития почвы хиатуса фитолитные спектры формировались в условиях, благоприятных для произрастания (на поверхности телля) достаточно влаголюбивых злаков. Верхняя же часть гумусового горизонта была нарушена при строительстве первого поселка РБВ. Таким образом, диатомовый и фито-литный анализы подтвердили не только естественный степной генезис обеих погребенных почв телля, но и диагностировали нарушенность верхних горизонтов той и другой.

Итоги разносторонних естественнонаучных методик не всегда безупречно согласуются друг с другом. Каждая из них имеет свои ограничения. Особенно остро они ощущаются именно на теллях, где необходимо соотнесение всех полученных результатов на многометровых разрезах. Причины противоречий необходимо выявлять и анализировать. Поэтому считаем необходимым отметить некоторые расхождения.

  • 1.    По итогам пыльцевого анализа влажным было время культуры Марица, по почвенным данным – время перехода от культуры Марица к Караново VI.

  • 2.    Исследования фитолитов свидетельствуют о присутствии влаголюбивых растений в верхнем сохранившемся горизонте почвы хиатуса , что согласуется с данными палинологии (увлажнение и похолодание к началу РБВ), но расходится с результатами микроморфологического исследования, указывающими на достаточно засушливый, характерный для степи, климат на последних стадиях ее формирования.

Хорошо известно, что почвы показывают усредненную картину событий для более продолжительных периодов. Возникшие расхождения, помимо вероятных технических погрешностей, могут быть связаны и с различиями механизмов записи истории природной среды в почвах (карбонатность, гумусность, характер структуры и микростроения почвенной массы), пыльцевых, фитолитных и диатомовых спектрах, других природных и антропогенных записывающих системах.

Поэтому только разносторонние комплексные исследования позволяют получать действительно корректные результаты.

Статья научная