Impact of demographical and geographical factors on the state of corruption in the country

Бесплатный доступ

The Russian Federation occupies consistently low positions in the global corruption perception index. The article reasonably questions the applicability of certain anti-corruption measures in the most developed countries that successfully resist corruption. The author proposes to analyze the key demographic and geographical factors, identify countries with identical conditions, whose experience can be adopted.

Corruption, demographic and geographical factors, anti-corruption activities, foreign experience in the fight against corruption

Короткий адрес: https://sciup.org/148325565

IDR: 148325565

Текст научной статьи Impact of demographical and geographical factors on the state of corruption in the country

В настоящее время одной из системных угроз безопасности Российской Федерации признается коррупция, включающая в себя как дачу, так и получение взятки. Системность коррупции проявляется в её принудительном характере для тех, кто работает в ею охваченных государственных структурах. Таким образом, формируется «вертикаль сбора взяток» нижестоящими сотрудниками для вышестоящих. В такой системе не остаётся сотрудников, которые не принимают общепринятые правила игры [3, с. 276-278].

В современной практике реализации Национальной стратегии противодействия коррупции субъекты противодействия разрабатывают некоторый План мероприятий, направленный на устранение определенных факторов коррупции. Зачастую данные методы копируются на основе зарубежного опыта развитых стран или стран, успешно отражающих соответствующие угрозы. Здесь возникает вопрос, на какие страны ориентироваться и сработают ли эти меры в стране применения данных мер?

ГРНТИ 06.75.10

EDN QXZYUO

Виталий Николаевич Быков – кандидат экономических наук, советник председателя правления межрегиональной общественной организации «Общество «Знание» Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Статья поступила в редакцию 01.08.2022.

Общепризнанный факт состоит в том, что полностью коррупцию искоренить невозможно. Тем не менее, это не означает, что с ней нельзя бороться. Более того, это можно и нужно делать. Борьбу с этим крайне негативным общественно-социальным явлением ведут испокон веков с разным уровнем успешности. На сегодняшний день есть страны, устойчиво занимающие высокие позиции в мировых рейтингах борьбы с коррупцией, к опыту которых следует присмотреться.

Обзор инструментов по противодействию коррупции

Наиболее актуальными методами противодействия коррупции в развитых странах, применяемыми сегодня, выступают значительное повышение заработной платы госслужащих, стимулирование конкуренции и ужесточение ответственности за коррупционные деяния. В то же время на территории Российской Федерации данные методы не эффективны ввиду некоторых особенностей, присущих данному этапу развития страны:

  • 1)    жесткость законов компенсируется необязательностью их исполнения;

  • 2)    невозможность повышения легитимного дохода должностных лиц ввиду и так значительного расслоения населения, а также сверхвысоких доходов должностных лиц не от госслужбы;

  • 3)    отсутствие конкуренции ввиду низкой инвестиционной привлекательности страны, нерыночной конкуренции, лоббизма крупных чиновников и т.д.

Таким образом, нужна новая концепция и политическая воля, которая сможет преодолеть данные обстоятельства. При этом нужно понимать, что просто скопировать какую-либо модель не получится, но изобретать особый путь нет необходимости. Россия находится среди «догоняющих» стран. Если это признать и начать работать, то мало шансов попасть в «ловушки», в которые могут угодить страны-лидеры. Изучим передовой успешный опыт.

Образцом преодоления тотальной коррупции является Сингапур, стремительное превращение которого из страны третьего мира в развитый мировой финансовый центр обусловлено, в первую очередь, именно этой победой. Для России данный пример может быть интересен недемократическим характером реформ, но в то же время не репрессивным, то есть их проведением опосредованно от мнения населения. Программа антикоррупционной деятельности включила в себя: максимальное обеспечение прозрачности деятельности всех уровней чиновников; регулярную ротацию кадров, препятствующую формированию устойчивых коррупционных связей; борьбу с бюрократией во взаимоотношениях между чиновниками и гражданами. Совершенствование надзорных институтов, таких как правоохранительные органы, таможня минимизировало возможности получения взяток на разрешениях и штрафах [2, с. 200-204].

Кроме того, сингапурским должностным лицам серьезно увеличили зарплаты. И, возможно, важнейший механизм – формирование независимых от власти СМИ. Борьба с коррупцией в высших эшелонах власти невозможна без политической воли лидеров. Опыт Сингапур показал, что желание победить коррупцию должно сопровождаться готовностью уголовного преследования даже представителей ближайшего окружения лидера. Таким образом, эффективность напрямую зависит от неотвратимости наказания независимо от положения в обществе и уровня доходов.

Другим ключевым аспектом антикоррупционной деятельности является четко выстроенная вертикаль. Основное внимание Бюро по расследованию коррупции сосредоточило на крупных взяточниках в высших эшелонах власти. Основным методом реализации политики было соотношение доходов и расходов. Наличие у чиновника имущества, стоимость которого превышала легитимные доходы, толковалось законодателем доказательством коррупционного преступления. Борьба с бытовой коррупцией осуществлялась посредством «разбюрократизации» управленческих процессов на муниципальном уровне и упрощенного толкования нормативно-правовых актов для населения, дерегулирования бизнеса, вплоть до отмены разрешений и лицензирования в менее важных сферах общественной жизни.

Наиболее актуальным примером успешного противодействия коррупции является кампания президента М. Саакашвили в Грузии. Она стала конструктивной частью коренных реформ государственного аппарата, и затронула большинство ключевых социально-экономических сфер.

Двукратное сокращение контролирующих органов и упразднение наиболее неэффективных надзорных ведомств, таких как Госавтоинспекция, пожарная охрана, техосмотр, санинспекция значительно повысили прозрачность ведения бизнеса и увеличили инвестиционную привлекательность страны.

Кроме того, налоговая реформа основывалась на сокращении количества налогов с 21 до 7 с одновременным снижением ставок по ним. Таможенная реформа представляла сокращение персонала на 11,5%, обновление штата на 80% и упрощение таможенных процедур в сторону открытости и прозрачности.

Административное дерегулирование бизнеса позволило повысить инвестиционную привлекательность страны и стремительно ворваться в пул стран с максимально легким ведением бизнеса. За 8 лет разрешительно-лицензионные процедуры уменьшились в объемах в 7 раз. Образовательная реформа более чем в 5,5 раз сократила количество ВУЗов в стране в пользу повышения качества образования и уменьшения коррупции в данной сфере. Результаты реформ: снижение количества ДТП, рост налоговых и таможенных доходов, снижение численности госслужащих и повышение уровня доверия граждан ко всем вышеуказанным институтам.

Для России данный опыт показателен, в первую очередь, с точки зрения ментальности. Во-вторых, с точки зрения масштабности преобразований: невозможно проводить реформы по отдельности, они увязнут в коррупционном болоте. В-третьих, большинство результатов достигнуты за счет применения организационных мер, не требующих значительных бюджетных расходов.

Важной особенностью современной России является высокая доля государственного сектора в экономике. Значительные финансовые потоки проходят через государственные закупки. Очевидно, что данный сектор серьезно подвержен коррупционному влиянию. Критически важно обеспечить бесперебойную и эффективную работу, что невозможно в условиях высокой коррупции. Здесь следует обратиться к опыту Гонконга. После образования Независимой комиссии против коррупции, обособленной от других правоохранительных органов и госбезопасности, арестованы по обвинениям в коррупции более двухсот высокопоставленных чиновников. В середине прошлого века масштабы коррупции там были катастрофические, и она охватывала до 90% госаппарата. К концу 1990-х гг. в результате преобразований удалось снизить данный показатель до 6%.

Таким образом, можно обосновать целесообразность выделения и обособления органов противодействия коррупции. С одной стороны, Гонконг – это, по сути, отдельный мегаполис, и возможность масштабирования данного опыта в размерах крупнейшей страны вызывает сомнения. С другой стороны данный механизм реализован в Австралии, что позволяет его рассмотреть для адаптации и к российским условиям.

Методика исследования

В целом, если разбирать опыт успешного противодействия коррупции, то к причинам, по которым данный опыт может быть не применим, на наш взгляд, относятся размеры страны, численность и плотность населения страны. Для подтверждения данной гипотезы проанализируем влияние данных показателей на уровень коррупции. Для этих целей нами разработана методика анализа влияния демографо-географических факторов на уровень коррупции в стране с целью поиска действенных методов противодействия коррупции. Рассмотрим основные этапы этой методики.

  • 1    этап. Изучение базовых показателей. Актуализация информации по обозначенным показателям (уровень коррупции, размер страны, численность населения, плотность населения).

  • 2    этап. Установление взаимосвязи между данными показателями и уровнем коррупции на основе ранжирования стран по данным показателям. Для этих целей все страны делятся на шесть групп по размерам страны, численности населения и его плотности. Порядок присвоения рангов по каждому показателю представлен в таблице 1.

  • 3    этап. Выделение областей сильного влияния факторов на уровень коррупции. Определение списка стран со схожими демографо-географическими характеристиками. Индекс восприятия коррупции за 2021 г. в России – 29 баллов. По нашей системе ранжирования это – 5 группа. Рассмотрим влияние данных показателей на уровень коррупции. Россия страна с наибольшей площадью (ранг 1), большим населением (ранг 1) и маленькой плотностью населения (ранг 5). Отберем страны со схожими показателями, по каждому показателю допускается отклонение на 1-2 ранга. Итоговая выборка стран с идентичными показателями из 28 стран представлена в таблице 2.

  • 4    этап. Определение стран, опыт которых применим, исходя из данных показателей. После ранжирования стран в соответствии с размерами страны, численностью и плотностью населения, отобраны страны со схожими условиями. В одну выборку с Россией включены страны, занимающие большую территорию, с большой численностью населения и низкой плотностью населения.

Таблица 1

Показатели присвоения рангов

Ранг

Площадь, тыс. кв. км

Население, млн чел.

Плотность населения, чел. на кв. км

1

> 1000

> 50

> 300

2

400-1000

20-50

150-300

3

150-400

10-20

100-150

4

50-150

3-10

50-100

5

20-50

1-3

20-50

6

< 20

< 1

< 20

Таблица 2

Выборка стран с идентичными демографо-географическими показателями

Страна

ИВК2021

Площадь

Население

Плотность населения

Балл

Ранг

Кв. км

Ранг

Чел.

Ранг

Чел. на кв. км

Ранг

1

Канада

74

1

9984670

1

38851470

2

3,89

6

2

Австралия

73

1

7686850

1

26448000

2

3,44

6

3

Чили

67

1

756950

2

20468065

2

27,04

5

4

США

67

1

9525067

1

336023460

1

35,28

5

5

Испания

61

2

504782

2

46934632

2

92,98

4

6

Сауд. Аравия

53

2

2149690

1

35218169

2

16,38

6

7

ЮАР

44

3

1219912

1

61956900

1

50,79

4

8

Колумбия

39

3

1138910

1

49258494

2

43,25

5

9

Марокко

39

4

446550

2

36970590

2

82,79

4

10

Аргентина

38

4

2780400

1

44938712

2

16,16

6

11

Бразилия

38

4

8515767

1

217516580

1

25,54

5

12

Перу

36

4

1285220

1

32162184

2

25,02

5

13

Алжир

33

4

2381740

1

45653000

2

19,17

6

14

Нигер

31

5

1267000

1

25314743

2

19,98

6

15

Мексика

31

5

1972550

1

128649565

1

65,22

4

16

Мали

29

5

1240000

1

20658000

2

16,66

6

17

Ангола

29

5

1246700

1

34825000

2

27,93

5

18

Россия

29

5

17125191

1

147190000

1

8,59

6

19

Узбекистан

28

5

447400

2

35702697

2

79,80

4

20

Камерун

27

5

475440

2

26348251

2

55,42

4

21

Мозамбик

26

5

801590

2

31366000

2

39,13

5

22

Мадагаскар

26

5

587040

2

28680342

2

48,86

5

23

Иран

25

6

1648000

1

87237626

1

52,94

4

24

Ирак

23

6

437072

2

41310000

2

94,52

4

25

Судан

20

6

1886068

1

46824150

2

24,83

5

26

ДР Конго

19

6

2345410

1

101780263

1

43,40

5

27

Йемен

16

6

527970

2

31162000

2

59,02

4

28

Венесуэла

14

6

912050

2

33509000

2

36,74

5

Составлено автором на основе [1].

Таким образом, большинство лидеров антикоррупционных рейтингов, таких как страны северной и центральной Европы, Сингапур, Новая Зеландия, Гонконг и Япония, были отсеяны. По нашему мнению, многие эффективные меры противодействия коррупции, применимые в маленьких странах с небольшим и компактным расселением людей, не могут быть применимы в нашей стране. По результатам проведенного анализа, ориентирами для Российской Федерации могут стать такие страны, как США, Канада, Австралия, Чили и, может быть, в некоторой степени Испания и Саудовская Аравия. Также целесообразно наблюдать за опытом стран, которые в современных условиях резко снижают уровень восприятия коррупции.

  • 5    этап. Изучение опыта борьбы с коррупцией в выделенных странах. На данном этапе изучается антикоррупционная деятельность в отобранных странах. Необходимо оценить динамику индекса восприятия коррупции за последние годы. Далее рассмотреть меры противодействия коррупции и оценить их эффективность. Например, анализ антикоррупционной стратегии США показал следующие интересные направления:

  •    наличие большого количества транснациональных корпораций вывело США на новый уровень борьбы с коррупцией – транснациональный. То есть американские компании несли экономический ущерб от коррупции в других странах или коррупционного воздействия конкурентов из других стран [7, с. 67]. Меры противодействия в законах США могут быть интересны и для России, как страны, в которой базируются компании, ведущие бизнес не только на территории России;

  •    одной из наиболее распространённых форм коррупционных отношений в США выступает лоббизм. Американские корпорации, вкладывающие средства в лоббирование, платят налоги в пропорционально меньших суммах, чем те, кто лоббистам не платит. В США лоббисты обозначают себя в реестре конгресса и не скрывают, сколько и кто им платит [4, с. 123-124]. Вопрос лоббизма, как формы коррупционного взаимодействия чиновников и бизнеса, на территории нашей страны также представляется актуальным, но совершенно не изученным;

  •    институт общественного антикоррупционного надзора в США основывается на закреплении в законодательстве права граждан на свободный доступ к рассекреченной информации из госструктур и выявление противоправных деяний чиновников. Включение реального общественного антикоррупционного надзора на территории Российской Федерации представляет собой важнейший элемент развития демократического общества;

  •    самой интересной и труднореализуемой в нашей стране представляется такая мера, как ограничение возможности получения дополнительного дохода сверх зарплаты. Должностные лица законодательно не имеют права получать доходов в течение всего срока службы за услуги и деятельность, выходящую за рамки непосредственных служебных обязанностей [6, с. 132-134].

Особенностью антикоррупционной деятельности в Австралии является ее многоуровневый и многослойный характер. Для этого необходимо наладить более четкое межведомственное взаимодействие с целью предотвращения фрагментации усилий и обеспечения существования эффективной системы контроля и компенсации для успешной борьбы с коррупцией.

Авторитарный чилийский неолиберализм стал первым опытом отказа от экономического этатизма в мире и уникальным примером успешной свободнорыночной модернизации в Латинской Америке. Для России актуальность демократизации общества и проведения экономических реформ значительно усложнились в условиях изоляции и значительных ограничений в возможностях технологического обновления и интеграции [5].

Анализ антикоррупционной деятельности в Канаде показал аналогичную США форму коррупционных отношений – лоббизм. Наибольший интерес представляет механизм госзакупок. Отличительной особенностью канадской системы является соблюдение принципов этики при проведении торгов, наличие контрольных отделов, к функциям которых относится профилактика коррупции, а также изучение разногласий между сторонами. Важным аспектом является стимулирование конкуренции. Заключение контрактов с единственным поставщиком в Канаде происходит редко.

Другим антикоррупционным механизмом выступает разделение сфер обязанностей. Так исполняющий менеджер контролирует целевой характер расходов фондов, а финансисты осуществляют непосредственно транзакции. Все процедуры торгов, документация по закупкам и сделкам подлежат обязательному независимому аудиту. Исполнение должностных обязанностей чиновниками анализируется после в соответствии с Законом о защите госслужащих. В случае нарушений, чиновника не просто увольняют или назначают на другую должность, а выносятся рекламации или предупреждения, накладываются значительные штрафы.

  • 6 этап. Разработка перечня потенциальных мер противодействия коррупции.

Выводы

На основе изучения зарубежного опыта предлагается изучить следующие направления борьбы с коррупцией: разработка Закона «О зарубежной коррупционной практике»; законодательное закрепление понятия «лоббизм»; формирование института общественного антикоррупционного надзора; минимизация доходов от неосновной деятельности для должностных лиц с одновременным ростом основных доходов; многоуровневое распределение антикоррупционных полномочий; совершенствование механизма государственных закупок.

На основе предложенной методики отобраны потенциальные меры борьбы с коррупцией в России на основе демографических и географических особенностей. Дальнейшая их реализация требует анализа стоимости внедрения, сроков реализации, потенциального эффекта, определения ответственные субъектов и формирования соответствующего правого поля.

Статья научная