"1985" Д. Далоша как "текст-продолжение" романа "1984" Дж. Оруэлла

Термин вторичный текст в отечественной лингвистике и литературоведении появился благодаря М. В. Вербицкой [1; 2], опиравшейся на работы М. М. Бахтина (см.: [5]). Вербицкая в своей работе выделяет такие относительно несамостоятельные тексты, как пародия, стилизация, перифраз и т. п.; именно подобные тексты она относит к вторичным текстам, противопоставляя им тексты, обладающие оригинальностью, своеобразием, в которых присутствует индивидуальная авторская манера. По Вербицкой, вторичный текст – это «произведение стилистически вторичное, воспроизводящее важнейшие особенности стиля протослова, которые и придают этому последнему художественное многообразие» [6, с. 24].

В исследованиях М. В. Вербицкой и Н. Пьеге-Гро [7] названы конкретные виды вторичных текстов, среди которых, однако, отсутствует «текст-продолжение».

На наш взгляд, «текст-продолжение» – это вторичный текст, являющийся продолжением исходного текста, который стал прецедентным для культуры в целом и известным большинству ее носителей. Важной особенностью «текста-продолжения» является смена автора. «Текст-продолжение» может иметь свойства и других вторичных текстов: в нем может, как в стилизации, имитироваться стиль автора исходного текста; так же он может быть построен на основе литературной игры, представляя различные варианты завершения оригинального произведения, и др.

В этой связи особый интерес представляет рассмотрение межтекстовых связей «текста-продолжения» Д. Далоша «1985» и известного романа–антиутопии Дж. Оруэлла «1984».

Роман Дж. Оруэлла «1984» [6] имеет два известных продолжения. Одним из них является роман Э. Берджесса «1985», представляющий собой вариант квазипродолжения (Берджесс заимствует из романа «1984» саму идею антиутопии и хронотоп, помещая в «текст-продолжение» новых персонажей).

Роман Дьердя Далоша «1985» впервые был опубликован в 1983 году, по прошествии тридцати четырех лет после выхода оригинального романа Джорджа Оруэлла «1984» в 1949 году.

Само название романа венгерского писателя «1985» указывает на тесную связь с известным романом-антиутопией. Роман Далоша написан в постмодернистской манере и обладает всеми характерными для подобных произведений чертами, в основе которых лежит посмотдерни-стская игра.

Особенностью данного «текста-продолжения» является нелинейный нарратив. Нарратив в современном представлении есть «текстопорождающая конфигурация двух рядов событийности: референтного и коммуникативного» [8, с. 8]. Событие, о котором рассказывается, вступает во взаимодействие с событием рассказывания, и второе – с точки зрения сюжетной нарратологии – не менее, а более важно, чем первое. В романе Далоша событие рассказывания эксплицировано в сносках к основному тексту. Данные сноски авторизованы: их дает историк, который выстраивает все повествование «1985» на основании попавших в его руки документов и дневниковых записей главных героев романа Оруэлла. Происходит удвоение за счет того, что в сносках историка имеются не только пояснения основного текста, но и своя отдельная сюжетная линия, связанная с событиями собственной жизни историка-повествователя.

Название романа Далоша указывает на то, что события, о которых пойдет речь в романе, являются продолжением событий, описанных в тексте Оруэлла. Причем временной период, разделяющий действие претекста и вторичного текста, невелик и составляет всего лишь год. Таким образом, в романе «1985» изображена жизнь героев непосредственно после «1984» года.

Далош «снимает» трагичность финала романа Оруэлла, благодаря чему появляется возможность написания «текста-продолжения». В финале оригинального текста «1984» личность главных героев оказывается разрушенной, их воля сломлена и подчинена Старшему Брату. В начале «текста-продолжения» «1985» оказывается, что Старший Брат умер, Уин- стон Смит и Джулия Миллер живы и достаточно благополучны, О’Брайен больше не занимает пост в тайной полиции, а участвует в издании литературного приложения к газете «Таймс».

Смерть Старшего Брата представлена в ироническом ключе, благодаря чему «текст–продолжение» приобретает черты пародии: «По решению Специальной государственной комиссии с целью улучшения состояния больного у него были временно удалены правая рука и левая нога. Одновременно были приняты меры к временному удалению левой почки» [3, с. 299–300].

Далее следует рассказ о резекции правого легкого и о повторном удалении левой руки Старшего Брата, что вынуждает заключить, что у него было две левые руки. В качестве причины смерти Старшего Брата названо «временное недомогание». Данная ситуация абсурдна, что является свидетельством принадлежности данного произведения текстам, написанным в постмодернистской манере.

1985-й становится годом «лондонской весны», как его называет историк в примечании к дневниковым записям Смита. Далош заимствует героев из претекста, но их судьбы уже не кажутся столь трагичными. «Текст-продолжение» нельзя назвать антиутопией в строгом смысле слова. Сюжет антиутопии в основном строится на внезапном отказе одного из членов общества следовать привычному ритуалу: конфликт начинается, когда герой осознает себя как личность. В антиутопии царит атмосфера страха, панического страха не соответствовать нормам, принятым в обществе, и страха продолжать жить в этом обществе, а точнее, существовать в нем в постоянном подчинении. Вольнодумство, предательство общественной идеи, неподчинение наказываются крайне жестоко: от насильственного внушения веры в идеи общества и государства до ареста или ссылки [4, с. 68].

Так, например, главный герой романа «1984» Уинстон Смит, несмотря на все пережитые потрясения и страдания, в романе Далоша становится вновь востребованным и нужным империи человеком; оказывается, важна именно личность главного героя, его способности и профессиональные умения. Бывший палач Смита, О’Брайен, приглашает Смита на встречу и предлагает место главного редактора литературного приложения к газете «Таймс». Меняются и лозунги Океании: мир – это уже не война, как раньше, а мир теперь означает поражение. О’Брайен отмечает, что империя не может оставаться такой, какой она была до смерти Старшего Брата, и именно Смит призван помогать в формировании ее нового образа.

Далош пытается сохранить основные черты характера главного персонажа. В процессе работы в литературном приложении к газете «Таймс» у Смита начинает зреть идея освободительной революции. Не- смотря на все послабления, произошедшие в общественной и политической жизни, он не доволен тем, что вся власть в Океании сосредоточена в руках партии. Общественная борьба Смита, как и в «1984», не увенчалась успехом: он стал врагом народа.

Джулия, изображенная Оруэллом как поверхностная, но пылкая девушка, в «тексте-продолжении» действует в логике развития персонажа, предложенной автором претекста. Она занимает позицию партии и оправдывает Старшего Брата: «Не забудем, что власть Старшего Брата означала не только застенки и тюрьмы, но и созидательный труд миллионов людей, которые силой своего разума и рук сделали Океанию великой» [3, с. 306]. Благодаря верности идеалам партии Джулия поднимается на самую вершину власти, а Смит, по ее собственному выражению, оказывается «на мусорной свалке истории».

Когда Смита арестовывают во второй раз, он видит Джулию и произносит: «Да, твое место с ними» [Там же, с. 418]. Данная развязка оказывается символичной и перекликается с финалом романа Оруэлла, который заканчивается обоюдным предательством главных героев. Несмотря на то, что в «1985» Старший Брат умер, у него остаются последователи.

Таким образом, «1985» представляет собой «текст-продолжение», связанный с исходным текстом сильными межтекстовыми связями, заключающимися в заимствовании хронотопа и персонажей, которые действуют в логике их развития, представленной в исходном тексте. Роман-продолжение совмещает в себе черты текста-завершения с элементами пародии. Кроме того, роман Далоша обладает оригинальной чертой: повествовательная стратегия может быть охарактеризована как нелинейный нарратив, что связано с появлением образа историка, в примечаниях которого представлены многочисленные отсылки к роману «1984».