Альтруизм и целостный взгляд на мир в философии буддизма и интегральной концепции П. Сорокина

Золхоева М. В. Альтруизм и целостный взгляд на мир в философии буддизма и интегральной концепции П. Сорокина // Вестник Бурятского государственного университета. Философия. 2025. Вып. 4. С. 3–10.

Специфическим объектом изучения философии традиционно выступает отношение человек-мир, рассмотренное «...в наиболее общем плане, прежде всего для того чтобы человек мог получить какие-либо устойчивые жизненные ориентиры, обрести смысл своего бытия» [9, с. 5]. В этом заключается одна из важнейших функций философии — мировоззренческая. С момента формирования философии как особого способа духовного освоения мира сформировались многочисленные и разнообразные картины мироздания, по-разному объясняющие место и роль человека в мире, смысл его бытия и предназначение.

Уже с конца прошлого тысячелетия мы живем в стремительно меняющейся реальности, вызвавшей к жизни множество теорий и идей, конкурирующих друг с другом в попытке описать и объяснить происходящее, выявить наиболее значимые характеристики современного мира и основные направления его развития.

Одним из наиболее значимых результатов, полученных в рамках философского познания мира, с полным правом можно назвать концепцию целостного мировоззрения, которая, по словам российского философа В. А. Балханова, «...неоднократно возникала в истории мысли: внутри философии, в богословских и теософских учениях, трудах естествоиспытателей, тяготевших к холистическому взгляду на мир» [1, с. 5]. Ее характеризует убежденность в том, что Человек и Мир неразрывно слиты, а их взаимодействие представляет единую систему, гармоничное и целостное образование.

Исследованию логики целостного мировоззрения посвятил свою докторскую диссертацию известный ученый из Казахстана С. Ю. Колчигин. По его мнению, «...мир — это органическое целое, и, следовательно, он един» [5, с. 9]. «Если же мир действительно един, то его единство должно заключаться именно в этом единстве... в недуальности, отсутствии субстанциального противоречия между материальным и идеальным... И если мир есть Единое, то и мышление и бытие в нем едины [4, с. 145–146]». Из этого следует, что материя и сознание слиты воедино на всех и на каждом этапе развития мира как живого и самоорганизующегося целого. Если мир есть органическое целое, то в нем все связано со всем. Это означает, что в мире все присутствует всегда и мир вечен. В вечности же нет предшество-вания и потому о хронологической первичности материи или сознания не может быть и речи [4, с. 146–147]. Причем недопустимо мыслить материю и сознание как сосуществующие в каких-то разных пространствах. Дело обстоит не так, будто где-то существует материя, а где-то, в совершенно ином пространстве, — дух. Таких границ, где кончалось бы одно и начиналось другое, нет, ибо в противном случае мир утратил бы всеобщность своих связей, перестал бы быть целостным и единым [4, с. 148].

Как упоминалось ранее, идеи целостного мировоззрения можно отыскать в различных философских построениях: в восточных учениях даосов, представителей индуизма, в теориях русского космизма, в философии всеединства Владимира Соловьева и др.

В своей статье мы хотим рассмотреть реализацию принципов целостного мировоззрения в буддизме Махаяны и в философии интегрализма русско-американского мыслителя Питирима Сорокина. Эти концепции, по нашему мнению, объединяет общий вывод о том, что следствием целостного миропонимания становится тезис о необходимости альтруистической трансформации Человека как единственном пути достижения высших целей бытия, будь то спасение, выход из круга сансары или дальнейшее развитие человеческой цивилизации, ее переход в новую фазу социокультурной динамики.

Важнейшей составляющей буддийского учения является представление о несуществовании, об отсутствии индивидуального «Я» («анатма»). Личность лишается качества самостоятельного бытия, субстанциальности, понимается как некая совокупность психических и материальных событий и процессов, находящихся во взаимодействии и постоянном движении, изменении. Как писал известный буддолог Б. Дандарон, «по учению буддистов понятие индивидуального Я человеческой сущности, или живого существа, лишено постоянной сущности. Индивидуальность — это лишь комплекс связи причин и следствий, это только пространственно-временная конфигурация пяти скандх [3, с. 26]». Скандхи — это разновидность дхарм, необходимых для формирования личности. Дхармы, как известно, в буддизме понимаются как «вечные и неизменные элементы существующего, безначального и безличного жизненного процесса, своеобразные «вспышки» психофизической энергии ...Посредством понятия дхармы буддизм отрицает существование какой-либо субстанции и утверждает только бытие процесса... Понятие дхармы считалось нереальностью в школах Махаяны (признание их «пустот-ности» в мадхьямике: нельзя утверждать ни того, что дхармы есть, ни того, что их нет) [10, с. 186]. Особо отметим, что в такой трактовке сознание и психика мыслятся неотделимыми от мира физического, внешнего. Поэтому Мир и Человек представляются неким психофизическим единством, целостностью, постоянно находящейся в движении и изменении. Они словно паутина бессубъектных взаимоотношений, лишенных каких-либо фундаментальных сущностей.

Интересно, что к близким по содержанию умозаключениям в ХХ веке пришел физик-теоретик Джеффри Чу, выдвинувший теорию бутстрапа (принципа обратной связи, согласованности), суть которой заключается в том, что природу на атомном уровне нельзя представить как механическую вселенную, составленную из каких-либо элементарных частиц; скорее, это сеть отношений, и в этой взаимосвязанной паутине вообще нет никаких частей.

Если в классической научной парадигме всегда считалось, что в любой сложной системе динамика целого может быть описана через свойства составляющих ее частей, то, согласно идее Джеффри Чу, первично Целое, и если вы понимаете динамику Целого, появляется возможность вывести из нее свойства частей и их взаимосвязи. По отношению к Целому «часть» - всего лишь паттерн (объект, структура), который обладает некоторой устойчивостью и только поэтому привлекает внимание наблюдателя.

Это понимание природы не как совокупности фундаментальных сущностей с определенными фундаментальными свойствами, а как динамической сети взаимосвязанных событий сразу привлекло внимание Фритьофа Капра, американского физика, получившего степень доктора философии по физике. Позднее в своей работе «Уроки мудрости» Ф. Капра писал: «…основные предпосылки научной философии Чу радикально противостоят западной научной традиции, но полностью согласуются с восточным, в особенности буддийским, мышлением. Я немедленно занялся исследованием параллелей между философией Чу и буддизмом и изложил результаты в статье “ Бутстрэп ” и буддизм».

Я утверждал в этой статье, что противопоставление «фундаменталистов» и «бутстрэпщиков» в физике частиц отражает противопоставления преобладающих направлений мысли Востока и Запада. Я указывал, что сведение природы к основаниям — это, по существу, древнегреческая установка, возникшая в греческой философии наряду с дуализмом духа и материи, в то время как понимание Вселенной как сети отношений характерно для восточной мысли. Я напоминал, что единство и взаимосвязь всех вещей и событий наиболее ясно выражена и разработана в буддизме Махаяны, и показывал, что мышление буддизма полностью соответствует «бутстрэпной» физике как в отношении общефилософского подхода, так и в отношении специфических представлений о материи» [8].

Возвращаясь к буддийским представлениям о сущем, отметим, что созданная в его рамках целостная картина единого, недуального, не расчлененного на субъект и объект мира недоступна для обыденного познания сущего и открывает свое бытие только на уровне универсального сознания, которым обладают бодхисаттвы. «Бодхисаттвой называют существо, которое, постигнув целостность бытия, достигло нирваны, но, осознавая бесчисленные связи, соединяющие его с миром, из сострадания к живым существам остается в этом мире» [11, с. 31].

Бодхисаттва обладает набором совершенных качеств, парамит, среди которых особое значение имеет парамита даяния. Совершая даяние, обладающий единым универсальным сознанием бодхисаттва абсолютно бескорыстен. Он не ждет взаимной услуги в ответ на свое даяние, его действия лишены какого-либо расчета, выгоды, даже благодарности. Ко всем имеющим значение для обычных мирян ценностям он относится равнодушно, как к временному, преходящему, неподлинному. Его действия обусловлены исключительно его внутренним стремлением, потребностью к добру и состраданию. При этом бодхисаттва не делает различий между получателями его даров. Он одинаково с почтением и уважением относится ко всему, что его окружает. Он не стремится к почету, собиранию добродетельных деяний, поступков с целью обрести лучшие условия жизни. Иными словами, бодхисаттва демонстрирует подлинный альтруизм, улучшая мир, помогая другим и ничего не требуя взамен.

Таким образом, одним из следствий формирования целостного представления о взаимодействии Мира и Человека в буддизме стал образ бодхисаттвы, обладающего универсальным сознанием и выступающего образцом подлинно альтруистического отношения к природе и всем живым существам с целью оказания им помощи в деле спасения, освобождения из пут сансары, мира неподлинного и иллюзорного.

Подобную логику можно найти в концепции интегральной философии выдающегося русско-американского мыслителя Питирима Александровича Сорокина, подробно рассмотренную нами в книге «Социально-философские воззрения Питирима Сорокина» [2]. «Интегральный» в понимании ученого — это прежде всего один из основных типов социокультурных систем, существующий наряду с чувственным и идеациональным строем. Его отличает единство противоположных по природе качеств подлинной действительности, как эмпирических, так и сверхэмпирических. В интегральной реальности, по словам Сорокина, «наука, так же, как философия и теология, начинает расцветать... Предметы изящных искусств здесь частично сверхчувственные и частично эмпирические, но только в самых благородных и возвышенных аспектах чувственной реальности. Его герои отчасти боги, отчасти в высшей степени героические человеческие существа. Это искусство, намеренно пренебрегающее всем вульгарным, низменным и безобразным в эмпирическом мире чувств. Оно облагораживает недостойное, украшает безобразное, омолаживает старое и увековечивает смертное. Его стиль отчасти символический, отчасти реалистический и натуралистический. Его эмоциональный тон спокойный, мирный и невозмутимый» [6, с. 25].

Впоследствии интегрализм стал главным, основополагающим принципом бытия мира и человека в концепции Сорокина. Именно сквозь призму интегрального толкования сущего, как считает мыслитель, можно прийти к достоверному знанию о мире, который суть «...бесконечное Х бесконечных качеств и количеств: духовных и материальных, моментальных и вечных, вечно меняющихся и неизменных, личностных и сверхличностных, временных и безвременных, пространственных и лишенных пространства, единых и многих, меньших, чем малое, и больших, чем большое... Наивысшей точкой действительности является Бесконечное (неопределенное) Творческое Х, которое проходит через весь человеческий разум» [7, с. 134], а высшей ценностью этого мира служит единство Истины, Красоты и Добра.

С гноселогической точки зрения Сорокин настаивает, с одной стороны, на принципиальной невозможности схватить в любом рациональном акте познания сущность интегрального мира и составляющие его единство компоненты. Силы разума, по мнению ученого, «могут определить некоторые из пульсаций этого океана, но не сам океан; он содержит в себе все пульсации и в то же время не идентичен ни с любой, ни со всеми ними [6, с. 33]». С другой стороны, неопределенность не означает принципиальную непознаваемость, поскольку человек как субъект познания — неотъемлемая часть этой неопределенной творческой реальности, и его природа конгениальна миру и представляет собой единство эмпирически-чувственного, рационально-умственного и сверхчувственно-сверх-рационального начал.

В то же время человек в своей природопреобразующей деятельности все больше отдаляется от идеалов Добра, от увеличения производства и аккумуляции неэгоистической любви к человеку и человечеству, что является причиной бесконечных социальных кризисов, сотрясающих общество и нарушающих порядок и гармонию в отношениях человека и мира.

Средством преодоления кризисных явлений Сорокин, создатель Гарвардского исследовательского центра по проблемам творческого альтруизма, считает поиск путей развития сострадания, симпатии, любви и соучастия в общественных отношениях и теоретическую работу по изучению феномена альтруистической любви.

Сорокин на завершающем этапе своей исследовательской деятельности, опираясь на обширные эмпирические данные, подробно рассматривает проявления, особенности альтруистического поведения, его роль в развитии социокультурной системы, выделяет основные критерии альтруизма, факторы общественной и индивидуальной жизни человека, способствующие или препятствующие проявлению альтруизма в поступках и действиях членов общества.

В результате проведенных исследований Сорокин и его соратники приходят к выводу о необходимости сознательной альтруистической трансформации человечества, которая прежде всего означает неэгоистическое объединение человеческих сообществ в целях реализации любого разумного, проверенного плана реконструкции социокультурных институтов, способного вернуть утраченную человеком свободу, творческое лидерство, сознательную и сверхсознательную энергию. Ученый особо отмечает то обстоятельство, что процесс альтруизации в равной степени касается каждого. Никто не сможет переложить бремя выполнения этой задачи на других членов общества. При этом он одновременно должен охватить и мир индивидуального человеческого бытия, и все социальные институты, общество в целом.

Подобная альтруистическая трансформация, по мысли Сорокина, способна вывести человечество из череды войн, революций, потерь во всех без исключения областях социальной жизни, вызванных глобальным кризисом социальной системы, и обеспечить выживание человеческой цивилизации и ее выход на новый, более высокий, более прогрессивный по сравнению с предыдущими этап социокультурного развития.

Данный вывод, по нашему мнению, стал возможен благодаря теоретическому и методологическому фундаменту, образованному концепцией интегрализма, интегрального, целостного видения Мира, Человека и их взаимодействия, который был положен в основу всех исследовательских проектов, организованных и проводимых Гарвардским центром под руководством Питирима Сорокина.

Подобно ранее рассмотренному буддистскому учению Махаяны теория инте-грализма Сорокина фактически отстаивает тезис о наличии теснейшей взаимосвязи между восприятием Человеком Мира как единства, недуальной, не расчленимой на отдельные части целостности и альтруистическим отношением Человека к Миру, наполненным энергией творческой неэгоистической любви, которая становится важнейшим фактором социокультурных изменений, основным средством преодоления кризисных явлений и морального возвышения, развития, процветания самого Человека, человечества в целом, наконец осознавшего свое родство, единство, связанность, слитность.

Безусловно, одного понимания сущностных основ бытия, единства мироздания недостаточно. Необходим осознанный деятельный труд, неутомимая работа души Человека, осознавшего важность и первостепенную значимость творческой сознательной трансформации, преобразования мира Человеком. К этому общему выводу с абсолютно разных теоретических позиций в разные промежутки исторического времени пришли совершенно разные мыслители, что заставляет нас вновь задуматься о предназначении Человека, его месте и роли в мире, возможностях и перспективах предпринимаемых им практических действий.