Американская пропаганда свободы и уникальности личности через образы антигероев комиксов DC

католической веры в нехристианских землях при помощи пропаганды, подчиняя своей политике новые территории (Феллоуз, 2009).

В XIX веке произошло расширение семантического поля слова «пропаганда», оно стало употребляться не только в религиозном, но и в политическом и военном смысле, в результате чего приобрело негативную коннотацию. Считается, что первыми странами, употребившими слово «пропаганда» в политических целях, были Америка и Франция (Феллоуз, 2009).

В толковом словаре под редакцией Д.Н. Ушакова пропаганда – это «распространение каких-нибудь идей, учения, знаний путём подробного и глубокого ознакомления»1. Сходное определение есть и в словаре С.И. Ожегова: «Пропаганда – это распространение в обществе и разъяснение каких-нибудь воззрений, идей, знаний, учения»2.

Серьёзные исследования пропаганды появились в западной науке в начале XX века. Одним из первых обратил свое внимание на этот феномен американский социолог У. Липпман. В работе «Общественное мнение» он дал следующее определение исследуемому явлению: пропаганда – «это стремление изменить картину, на которую реагируют люди, подставить одну социальную модель поведения вместо другой» (Липпман, 2004: 23). Для Липпмана пропаганда являлась инструментом, с помощью которого одну реальность заменяют на другую, и это, по мнению исследователя, – благо. Согласно ученому, политика невозможна без пропаганды. Ученый считал, что сама по себе пропаганда нейтральна, но её часто используют в неблаговидных целях. Поэтому слово имеет скорее негативный, чем нейтральный оттенок значения (Липпман, 2004).

Другим важным исследованием является работа американского писателя и политического обозревателя Г.Д. Лассуэлла «Теория политической пропаганды», в которой автор определяет пропаганду как «процесс управления коллективными установками путём манипулированием символами» (Lasswell, 1927: 627). Одним из важнейших условий эффективной пропаганды Лассуэлл считает единство. Когда разные организации, преследующие одну цель, преподносят населению различную информацию, возникает диссонанс, поскольку «разобщённость ведёт к удвоению усилий» (Лассуэлл, 2021: 61). Лассуэлл, как и Липпман, отмечает, что пропаганда сама по себе нейтральна. Автор уточняет, что ошибочно полагать, будто она оказывает влияние на ментальное состояние людей, изменяя что-то в мире, или на состояние духа (Лассуэлл, 2021).

По мнению Лассуэлла, методы, используемые пропагандой, должны строго соответствовать целям ее осуществления. Необходимо жёстко контролировать информацию, чтобы пропаганда могла эффективно воздействовать на массы. В этом случае важно применять цензуру, а также использовать интерес, с помо-щью которого пропаганда привлекает внимание масс и воздействует на их сознание (Лассуэлл, 2021).

Сравнивая определения пропаганды Лассуэлла и Липпмана, следует отметить, что, если для Липпмана пропаганда – это инструмент, то для Лассуэлла она сама нуждается в инструменте, а именно – в символе.

Известный американский исследователь Д. Най не дает чёткого определения данного понятия, но в работе «Soft Power» рассматривает ее признаки как «жёсткой» и «мягкой силы». Первая «часто не вызывает доверия и, следовательно, контрпродуктивна» (Nye, 2014: 107); вторая (soft power) – не принуждает, а влияет на адресата воздействия.

В США пропаганда затрагивает практически все сферы общественной жизни, в том числе и массовую культуру. В настоящее время индустрия комиксов стала одним из самых популярных элементов массовой культуры, завоевав любовь не только подростков и молодёжи, но и многих представителей более старшего поколения. Вопреки распространённому заблуждению, комиксы – это не только развлекательные картинки, но и мощный инструмент политической пропаганды.

Сатирические изображения, нарисованные от руки, напечатанные или выгравированные, существовали ещё с древних времён. Примером их являются карикатуры английского живописца Уильяма Хогарта (1697–1764). Ещё раньше немецкий художник Эрхард Шен (1491–1542) создал карикатурное изображение Мартина Лютера, которому дал название «Дьявол с волынкой» (1535). Считается, что это изображение стало первой политической карикатурой.

Первым, кто создал комикс в том виде, в котором его принято видеть сейчас, был американский художник Р. Аутколд (1863–1928). Его произведение было напечатано американским газетным издателем Уильмом Рэндольфом Херстом в журнале «Американский юморист». Герой этого комикса, «жёлтый малыш», сразу стал популярен у читателей, завоевав их любовь и сделав «Американского юмориста» одним из самых продаваемых журналов того времени.

В 1938 г., в преддверии начала Второй мировой войны, комиксы стали для массового читателя некой опорой, надеждой на светлое будущее, и в то же время они использовались СМИ как удобный инструмент политической пропаганды. Комиксы незамысловаты по своему смыслу, легки для восприятия, а потому через них легче донести определённую мысль до широких масс.

Начало Второй мировой войны способствовало активному использованию пропаганды в комиксах: в художественных корпусах США рисовали не просто агитационные плакаты, а целые комиксы, посвящённые восхвалению армии Америки и насмешке над врагами.

На свет появились первые супергерои и суперзлодеи глобальных масштабов. В декабре 1941 г., за два месяца до атаки японцев на Пёрл-Харбор, популярный американский журнал «Look» опубликовал комикс «Как Супермен прекратил бы войну». В этом комиксе Супермен решает конфликт тем, что хватает Гитлера и Сталина, приносит в штаб-квартиру Лиги Наций и зачитывает им обвинение в «неспровоцированной агрессии против беззащитных стран». Супермен олицетворял силу Америки, которая наказывает тех, кого она считает виноватой – Гитлера и, что примечательно, Сталина (поскольку в то время в Америке уже начал формироваться образ России как враждебной и дикой страны).

Исследователь истории американских комиксов Г. Моррисон пишет: «Супермен уже обладал интеллектом гения, силой Геракла и был грозой преступников», а «его приключения предусмотрительно вписали в условия современного города, сильно напоминающего Нью-Йорк» (Моррисон, 2020:23).

С течением времени в комиксах начинают фигурировать президентские выборы. В статье специалиста в области кино Б. Янга, посвящённой влиянию политики на комиксы, упоминается, что «в преддверии самых спорных выборов в истории, комиксы DC решили выдвинуть Лекса Лю-тора на пост президента вместо Джорджа У. Буша»1. В выпуске «Spider-Gwen Annual #1» в роли космического злодея выступает Дональд Трамп, что отражает стремление пропагандистов очернить данного кандидата на роль президента Америки2.

Комикс-вселенная DC необъятна по своим размерам. Ни в одной другой нет такой продуманной галереи злодеев и антигероев, какая есть во вселенной DC. По словам соиздателя DC Comics Дэна Дидио, злодеи DC «действуют и ведут себя очень современно»3. Времена меняются, суперзлодеи – вместе с ними, и именно это делает их привлекательными для читателей и удобными для использования в пропаганде таких американских ценностей, как свобода и уникальность личности.

Истоки американской свободы лежат ещё в XVII в. Один из первых американских историков, Уильям Брэдфорд, называл свободу атрибутом истиной церкви, подразумевая под этим протестантизм, широко распространённый среди американских слоёв общества (Bradford, 2001). Следует отметить, что в современных лексикографических источниках понятие «свобода» тесно связано с понятием «независимость». Обратимся к американскому словарю «Webster’s New World Dictionary». В нём указано, что «личностная свобода подразумевает независимость (independence)», свободу от чужого контроля4. Во многих американских словарях понятие «независимость» (independence) неразрывно связано с понятием «свобода» (freedom, liberty). В свою очередь в американской традиции «неза-висимость» и «свобода» тесно связаны с «уникальностью». Все три понятия удачно объединяются в антигероях комиксов, которые воплощают собой американскую свободу, выраженную в стремлении к вседозволенности и отсутствии этических норм.

Одним из самых ярких персонажей DC-комиксов является Джокер. Его персона чрезвычайно запоминающаяся и сочетает в себе самые разные качества. Наиболее яркие из них – анархичность, разрушительность, противоречивость. Образ Джокера отлично передаёт настоящую природу американской свободы и уникальности, которая выражена в абсолютном пренебрежении к правилам, моральным нормам, законам, что ведёт к разрушительным последствиям, анархии.

Символ Джокера – нахальная красная улыбка – известен практически во всём мире. Не раз именно образ Джокера использовался людьми для выступлений на митингах5, чтобы своим внешним видом продемонстрировать стремление к свободе как отказу от любой системы.

Уникальность образа неразрывно связана с жестокостью и разрушениями. Получив химический ожог, Джокер стал мстить за это всему миру. Свою уникальность он видит в противостоянии моральным нормам, стремлении выйти за рамки дозволенного, в отказе от традиционных ценностей. Злодеяния для антигероя есть способ самовыражения, доказательство своей неповторимости.

Преступный клоун-принц не единственный герой DC, воплощающий американскую мечту о «свободе» и «уникальности». Ещё одним ярким примером является Харли Квинн. Вся история этой героини связана с борьбой за собственную неповторимость посредством разрушений, преступлений. Она – суперзлодей и гордится тем, что её узнают по яркости её преступлений. В комиксе «Batman: White Knight»1 Харли отказывается от своего злодейского трико, чтобы скрыться среди обычных людей. Однако её вычисляют по поведению – она ведётся себя как тот самый арлекин-злодей. Даже сняв костюм, Харли остаётся собой и сохраняет свою преступную натуру.

Стоит упомянуть об относительно новой суперзлодейке во вселенной DC – Панчлайн, или Алексис Кэй. Она заявила о себе как о неординарной личности. На маскарадную вечеринку, посвящённую супергероям, Алексис оделась в стиле Джокера, тем самым бросая вызов всем остальным, которые выбрали лишь положительных героев. В выпуске «Punchline»2, посвящённом становлению Алексис как напарницы Джокера, её спрашивают, что в ней такого особенного, чтобы на неё обратили внимание. В ответ на это Панчлайн рассказывает, что раньше она была такой же, как все, обычной, не выделялась из толпы. Появление Джокера «пробудило её», но она не стала «обычной фанаткой». В отличие от других, она не подражает Джокеру. Панчлайн уверена, что способна сделать то, чего не удалось даже ему, а именно стать самим символом свободы, выраженным в тотальном уничтожении закона и моральных ценностей. Она не смеется над системой, как Джокер, а целенаправленно уничтожает её, при этом внушая читателю, что это – необходимость для освобождения от оков.

Все вышеназванные герои самовыражаются посредством злодеяний. И в этом они видят проявление своей значимости, уникальности, свободолюбия. В американском понимании свобода – это Джокер, разрушающий, нарушающий правила, уничтожающий всё по своему желанию, а уникальность – Харли Квинн и Панчлайн, запоминающиеся всем своими безумными преступлениями и маниакальностью.

Таким образом, американские ценности свобода и уникальность транслируются читателям через негативных героев. Пропаганда данных ценностей происходит через комиксы. Свобода в американском понимании является отсутствием ка-ких-либо норм, сдерживающих человека, а уникальность проявляется не в добродетели, самопожертвовании, а в уничтожении чего-либо наиболее оригинальным способом. Злодеяния являются вспомогательным инструментом на пути к достижению своей уникальности. Комиксы DC имеют много читателей почти во всём мире. Так, ценности американской свободы и уникальности внедряются в сознание этих читателей, в особенности молодого поколения, что обеспечивает возникновение деструктивных направлений среди наиболее активной части общества и обеспечивает США возможности для усиления своего влияния в мире с опорой на подготовленные массы.