Анализ мировой практики использования офшоров как инструмента международного налогового планирования и ее влияние на современное экономическое состояние России

Офшоры в классическом понимании стали активно развиваться с конца XIX -начала XX в. на фоне глобализации мирового хозяйства и активного экономического сотрудничества стран. Существенную роль в формировании и развитии офшорного сектора мировой экономики и формировании современных международных экономических отношений сыграли транснациональные компании (далее - ТНК) и банки (далее - ТНБ). Изначально ТНК и ТНБ использовали дочерние офшорные компании для создания сложных финансовых схем и цепочек производственного цикла с целью перераспределения внутрифирменных трансфертных потоков, что привело к существенной концентрации капиталов в офшорных финансовых центрах. Именно в этот период сформировались основные характерные черты и структурные особенности офшорного бизнеса как инструмента международного налогового планирования.

Бурное развитие технического прогресса и появление новейших средств телекоммуникации, в том числе глобальной сети Интернет, в начале XXI века стало катализатором для качественного и коли- чественного роста индустрии офшорного бизнеса. В том числе нерезидентные структуры в низконалоговых юрисдикциях стали использоваться в целях уклонения от уплаты налогов, нелегального сокрытия капиталов, что наносило вред национальным экономикам, а также повышался интерес к офшорам со стороны криминального бизнеса и международного терроризма, что составляло уже серьезную угрозу для мирового правопорядка. В связи с чем, со стороны ведущих экономических держав и международных экономических организаций началось активное противодействие офшорам как инструментам нелегальных и преступных финансовых схем.

Учреждение Группы по разработке финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ) и особое внимание Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) к проблемам уклонения от уплаты налогов и «отмывания» денег через офшорные компании стимулировали многие государства к разработке политики противодействия недобросовестной налоговой конкуренции. Однако зачастую принимаемые меры не были эффективными ввиду неудовлетворительной инвестици- онной ситуации в национальных экономиках, поскольку большинство субъектов бизнеса используют офшорные схемы по причине неблагополучного климата осуществления офшорного бизнеса внутри своей страны [2].

На сегодняшний день о роли офшоров в мировой экономике можно судить по их удельному весу в глобальном богатстве. По состоянию на 2020 год офшорная индустрия оценивается Конференцией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) в 12 трлн. долл. По оценкам экспертов в офшорных центрах сосредоточена четверть мировой денежной массы и около половины стоимости мировой торговли. Так, согласно исследованию, проведенному аналитическим центром «Граждане за справедливость в налогах», 358 (72%) компаний из списка крупнейших по совокупной выручке корпораций США Fortune 500, в том числе Apple, General Electric, Microsoft, хранят в офшорах, таких как Бермудские острова, Ирландия, Люксембург и Нидерланды, около $2,1 трлн. накопленной прибыли в целях оптимизации налоговых отчислений и налоговой экономии.

Практика использования офшорного бизнеса не обошла и российские компании. Так по данным Министерства финансов России за 2020 год, через офшорные компании осуществляется свыше 40% внешнеторговых операций и около 70% инвестиционных потоков.

Массовое развитие офшорного бизнеса в России началось с отмены государственной монополии на внешнеэкономическую деятельность в конце 1991 г., когда все предприятия и их объединения, зарегистрированные на территории РСФС, получили разрешение на осуществление внешнеэкономической деятельности без специальной регистрации и стали активно осваивать новации международной деловой практики, в том числе и офшорные структуры. В том же 1991 году в Москве был открыт офис швейцарской консалтинговой компании Riggs Walmet Group, осуществляющий, новую для российского государства, деятельность по сопровождению бизнеса в безналоговых юрисдикциях [5].

На сегодняшний день в офшорных юрисдикциях зарегистрированы до 70-90% всех крупных частных компаний России. По оценке профессора кафедры фондового рынка и инвестиций ВШЭ Абрамова А.Е., наиболее офшоризированы сфера инвестиций (в акции, недвижимость, частично – прямые инвестиции), обрабатывающая промышленность (в части трансфертного ценообразования), оптовый рынок и крупные экспортно-ориентированные компании.

Согласно статистике Центрального банка Российской Федерации (далее – Центробанк РФ), отток капитала из России в виде прямых инвестиций в зарубежные, преимущественно офшорные компании, в 2020 году вновь ускорился, а по ряду юрисдикций, включая Кипр и Сингапур, достиг исторических рекордов.

Кипр остается самой привлекательной юрисдикцией для значительного количества российских компаний. Во-первых, налоговый режим на острове, действующий с 2003 года, не предполагает разницу между местными и международными коммерческими кипрскими компаниями – все компании на Кипре облагаются налогом по ставке 12,5%. Согласно действующему налоговому режиму, также освобождаются от уплаты налога на прибыль:

• •    дивиденды, полученные на Кипре и за рубежом;

• •    прибыль от операций с акциями и ценными бумагами;

• •    прибыль от работы постоянного представительства за рубежом;

• •    50% процентного дохода, полученного компанией-резидентом Кипра.

Несмотря на то, что Кипр достаточно давно потерял статус налогового рая, законы и правила этой страны до сих пор позволяют прятать активы российских чиновников и бизнесменов, не желающих огласки на родине, а легальному бизнесу -упрощать партнерство с зарубежными компаниями.

Действительно, в сравнении с другими странами Евросоюза открыть мультивалютный счет кипрском банке сравнительно быстро, а стоимость обслуживания не- дорогая по сравнению с другими европейскими банками. Однако с 2018 года для открытия счетов в банках Кипра нужно соблюдать новые требования, по которым компаниям придется раскрывать бенефициаров, обосновывать источник дохода и благосостояния, предоставлять полную финансовую отчетность.

Страны Западной Европы сохраняют позиции второго важнейшего центра, где зарегистрированы компании с активами в России. По данным системы СПАРК, на середину 2020 г. на европейские страны (без учета Кипра) приходилось около 37% от общего числа таких иностранных компаний.

По количеству «российских» компаний с активами в России выделяются Нидерланды. Благодаря очень низким налогам на прибыль, а также налогам на дивиденды и доходы от процентов по займам эта страна имеет относительно привлекательный режим для создания дочерних структур, обслуживающих бизнес в РФ. Именно через нее экспортируются морем значительные объемы российских металлов, удобрений и других товаров. Кроме того, Нидерланды остаются одним из ведущих мировых финансовых центров. Среди крупных российских компаний эту юрисдикцию для регистрации материнской структуры выбрали крупнейшие ритейлеры «Пятерочка», «Перекресток», «Карусель», а также IT-гигант «Яндекс».

Швейцария, вопреки всеобщему убеждению, не так популярна среди российских компаний, как Кипр и Нидерланды, — россиянам принадлежит в ней активов всего на восемь миллиардов долларов. Одна из причин — более высокие налоги. Тем не менее страна привлекает миллиардеров возможностью платить фиксированную сумму налогов вне зависимости от дохода. Налоговыми резидентами этой страны являются такие российские холдинги, как ООО «Газпром экспорт» - Газпром Швайц АГ, ПАО «Лукойл» - Литаско, которая занимает первую строчку рейтинга крупнейших мировых нефтетрейдеров Forbes, ПАО «Северсталь» - Северсталь Экспорт, ПАО «Мечел» - Мечел Трейдинг АГ, ГМК «Норильский никель» - МТО АГ (Metal Trade Overseas AG), «Газпром нефть», «Сургутнефтегаз», «Роснефть» - ТОТСА (Total Oil Trading SA) и другие [7].

Популярной среди россиян офшорной юрисдикцией, которая расположена за пределами Европы, являются Британские Виргинские острова (БВО). Компаниям из РФ принадлежит в этой стране активов на 4,8 миллиарда долларов. Виргинские острова привлекательны тем, что на их территории отсутствуют налоги на прибыль, на доходы физических лиц, а также налоги с продаж или налог на добавленную стоимость. Таким образом, БВО — это классический офшор. Компании, зарегистрированные в БВО, платят фиксированную пошлину. Среди крупных российских компаний эту юрисдикцию для регистрации материнской структуры выбрал петербургский ритейлер «Лента». Однако с начала 2019 года на территории БВО был принят закон об экономическом присутствии, который ввел целый ряд новых требований для юридических лиц, претендующих на регистрацию в данной юрисдикции, а также лишил привилегий уже действующих компаний, что является неприемлемыми для множества российских компаний, имеющих «дочек» в этой офшорной зоне.

Анализ причин использования офшорных юрисдикций российскими компаниями представлен на рисунке 1.

Рис. 1. Причины использования офшоров российскими компаниями, %

На основании данных диаграммы можно сделать вывод, что больше трети опрошенных владельцев офшорных компаний используют их в целях оптимизации налоговых платежей, что свидетельствует об актуализации офшоров как инструментов международного налогового планирования в бизнесе отечественных компаний.

На общем фоне оттока капитала из страны использование офшоров в целях защиты бизнеса и обеспечения конфиденциальности носит разрушительный характер для экономики страны. Так, по оценкам экспертов, бюджетная система России, ежегодно недополучает порядка 500-600 млрд. руб., которые могли бы пойти на модернизацию социальной сферы, улучшения инвестиционного климата регионов. Общие же потери российского бюджета из - за реализации офшорных схем оцениваются примерно в 1 трлн. рублей в год.

Негативное воздействие использования офшорных юрисдикций также проявляется в ухудшении имиджа страны, формирва-ние негативного общественного мнения, а также роста коррупции, подрыва экономической безопасности и экономического суверенитета России из-за уязвимости перед рисками глобализации.

Очевидно, что, несмотря на очевидные преимущества для крупного отечественного бизнеса, использование офшорного механизма в Российской Федерации на сегодняшний день является серьезным препятствием на пути экономического развития страны, сужая налоговую базу и объемы инвестиций национального хозяйства. Всё это предопределяет необходимость деофшоризации экономики и обуславливает тенденции ужесточения валютного контроля и предотвращения незаконного вывоза капитала. Основополагающей задачей для экономики России в данных условиях выступает пополнение бюджета страны посредством поступающих налогов, а соответственно, минимизация использования офшорных схем субъектами экономической деятельности в рамках нарушения правового поля, совершенствование методов обеспечения экономической безопасности.

В свою очередь, как отмечают эксперты, использование офшорного инструментария является неотъемлемым условием поддержания конкурентоспособности российского бизнеса. На сегодняшний день значительные объемы финансовых ресурсов сосредоточены в добывающих отраслях промышленности, где компании могут конкурировать между собой не потребительскими качествами товара, а ценой и объемом добываемой продукции. При этом особое значение приобретает оптимизация транзакционных издержек, что актуализирует потребность применения офшорных схем отечественными компаниями. На примере крупного бизнеса, средние и мелкие фирмы также интегрируются в офшорные схемы.

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод: чтобы сохранить экономическую стабильность и защищенность в государстве, необходима постоянная поддержка экономического суверенитета хозяйствующих субъектов, защита прав и интересов граждан. Необходимо понимать, что, уничтожая офшорные зоны, нужно предложить бизнесу удобные условия хранения и обращения активов с более прозрачными условиями и гарантиями защиты прав собственности. Если в государственной налоговой политике будут присутствовать меры по сокращению налоговой нагрузки, а также преференции отечественным инвесторам, гарантии безопасности и защита интересов собственников бизнеса, это позволит сократить уход бизнеса в офшоры.

Наряду с улучшением инвестиционного климата и оптимизации налоговой системы, было бы целесообразно совершенствовать законодательство в части установления 15 процентного налога на вывоз капитала для акционеров компаний. Так же, совершенно на законных основаниях, можно сократить в офшорах долю российских компаний с государственным капиталом [4].

Таким образом, России необходимо взять курс на системные преобразования экономики, улучшение инвестиционного климата, в долгосрочной перспективе, развития особых экономических зон, обеспечение стабильности законодательства, независимости и беспристрастности судебной системы, проведение налоговой политики, направленной на привлечение капитала, т.е. сделать государственную политику предсказуемой и прозрачной для бизнеса, что в свою очередь позволит отечественным предпринимателям использовать экономически оправданные легальные способы снижения рисков и оптимизации налогового бремени в рамках международного налогового планирования.