Архивные источники о системе органов охраны общественного порядка и совместной деятельности с общественными объединениями: 1922-1991 гг. (на примере юга Дальнего Востока СССР)

УДК 94(571.6)“1922/1991ˮ

В новейших условиях развития Российской Федерации не теряет своей актуальности решение задач по охране общественного порядка. Правоохранительная система в целом выступает одним из основополагающих акторов государственного управления. От эффективности ее деятельности во многом зависят стабильность и поступательная динамика общественного развития. Успешное противостояние современным вызовам, обеспечение общественной безопасности сегодня настоятельно требуют консолидации прежде всего сил гражданского общества и специальных государственных органов, таких как судебная система, прокуратура, органы внутренних дел и др. Повышенное внимание руководства Российской Федерации к поддержанию законности и охраны правопорядка в стране детерминировано первостепенной важностью защиты прав, свобод и законных интересов граждан, общества и государства, борьбы с правонарушениями и необходимостью их предупреждения. Одним из приоритетных направлений стало участие граждан в охране общественного порядка в форме народных дружин, что свидетельствует о возрождении общественных организаций, по собственной инициативе содействующих правоохранительным органам. Во многом эти аспекты легли в основу Федерального закона от 2 апреля 2014 г. № 44-ФЗ «Об участии граждан в охране общественного порядка»1, Постановления Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 г. № 345 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации “Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности”»2, Указа Президента Российской Федерации от 2 июля 2021 г. № 400 «О Стратегии национальной безопасности РФ»3 и др.

Для российского Дальнего Востока в совокупности с условиями его социально-экономического и политического развития, особенностями геостратегического положения, которое он занимает в Азиатско-Тихоокеанском регионе, территориальной удаленностью от центральных районов страны, протяженностью и видовым разнообразием государственной границы важность задач по обеспечению общественной безопасности и правопорядка в условиях новейшей истории российской государственности как никогда актуализируются с бóльшей значимостью (Исторические проблемы социально-политической безопасности…, 2014: 11; Платонова, Вериков, 2024: 27).

Накопленный многогранный исторический опыт в вопросах становления и развития системы органов охраны общественного порядка в целом, а также участие и вклад граждан в охрану правопорядка дают возможность современным ученым реконструировать многие процессы, проходившие на дальневосточной территории с 1917 по 1991 г.

Безусловно, важным источником информации, дающим возможность объективно оценить и детально проанализировать ведущие тенденции и итоги деятельности института негосударственной правоохраны, остаются архивные документы. Выступая средством познания, они позволяют выявить закономерность исторических процессов, указать на системный характер явлений, раскрыть территориальную специфику событий, в целом «…расширить представление о становлении и развитии государственных и правовых институтов, а также представить организационно-правовую характеристику через призму процессов их институционализации» (Ильина, 2021: 124–125).

В процессе исследования основными источниками являлись неопубликованные документы и материалы федеральных архивов – Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) – и региональных – Государственного архива Хабаровского края (ГАХК), Государственного архива Приморского края (ГАПК), Государственного архива Амурской области (ГААО).

Важное место в процессе изучения исторической ретроспективы тематики охраны общественного порядка занимают документы Народного комиссариата внутренних дел РСФСР – органа государственной власти, имевшего масштабные полномочия (Ф. Р-393 ГАРФ). Осуществляя контроль за выполнением постановлений и распоряжений Совнаркома, одновременно НКВД РСФСР курировал работу добровольных обществ и профсоюзов, собирал сведения о политическом и экономическом положении на местах, координировал органы мест заключения, занимался регистрацией актов гражданского состояния, регулировал правовое положение иностранцев, рассматривая дела о вступлении или выходе из советского гражданства, решал задачи по охране общественного порядка, ведал органами милиции и уголовного розыска и др. Документы управлений и отделов милиции, отложившиеся в делах Главного управления милиции, последовательно раскрывают процесс регулирования общественных взаимоотношений наркомата с местными органами милиции в вопросах правопорядка, борьбы с преступлениями, как уголовными, так и экономическими, реализации на местах законодательных постановлений высших органов власти4.

Особый исследовательский интерес представляют нормативные документы структурных подразделений наркомата, в частности доклады, приказы, протоколы заседаний коллегии, циркуляры, сводки Отдела уголовного розыска Центрального административного управления НКВД РСФСР . Во многом эти документы дают возможность выявить и сравнить тенденции в динамике уровня преступности как в центральных регионах России, так и на местах, позволяют досконально изучить положение дел в отдельных аспектах правонарушений (например, наркомании, макосеянии, мелких краж и др.). Материалы и аналитические данные о бандитизме, массовых преступлениях, которые совершали банды хунхузов, вооруженные формирования из числа бывших белогвардейцев, также формируют детальную историческую картину деятельности органов правопорядка, раскрывают специфику регионального криминала в первой половине 1920-х гг.¹ В Отделе Центрального административного управления имеются сведения о работе с лицами, желавшими получить советское гражданство². Кроме того, в Статистическом отделе Управления делами НКВД значимым источником рассматриваемой проблемы являются докладные записки, отчеты, сведения о деятельности местных отделов уголовного розыска и об иностранных подданных, которые проживали на территории СССР и в южных дальневосточных регионах, а также информация о лицах, принявших советское гражданство³.

Другим значимым компонентом документальной базы представленной темы являются фонды Совета министров СССР, куда входят данные о работе Совета народных комиссаров СССР (Ф. Р-5446 ГАРФ)4, имеющих отношение к правоохранительной деятельности ОГПУ, НКВД/МВД СССР, а также постановления и распоряжения Совета министров РСФСР (Ф. А-259 ГАРФ), которые позволяют проследить процесс разработки мероприятий, связанных с правоохранительной деятельностью, работой органов суда и прокуратуры5. Необходимость обращения к документам этих фондов заключается в том, что их анализ способствует формированию общеисторического контекста рассматриваемой проблемы и дает возможность оценить социально-экономическую и политическую обстановку в отдельно взятых регионах юга дальневосточной территории.

Документы Главного управления по борьбе с бандитизмом НКВД/МВД СССР (Ф. Р-9478 ГАРФ) показывают структурные изменения, имевшие место в центральном аппарате, которые были детерминированы условиями военного времени. Формирование новых подразделений – отделов по борьбе с бандитизмом – представляло ответную реакцию на рост преступности, криминализацию социума, дезертирство и др. Отчетные сведения агентурно-оперативной работы дают возможность представить масштабы работы органов милиции в условиях военного времени. Наряду с преступлениями уголовной направленности, им приходилось раскрывать и тяжкие государственные правонарушения, например шпионаж, дезертирство, бандитизм, пособничество фашистским оккупантам и др.6 Кроме того, в этом фонде имеются особые сведения о формировании истребительных батальонов, в том числе на Дальнем Востоке СССР, начавшемся осенью 1941 г. Несмотря на то что они не принимали непосредственного участия в боевых действиях на фронте, тем не менее вклад истребительных батальонов в оказание помощи правоохранительным органам в борьбе с преступностью и охране общественного порядка на дальневосточной территории был крайне важным. Только на территории Хабаровского края военнослужащие истребительных батальонов задержали и нейтрализовали около 400 японских шпионов и агентов (Суверов, Фризен, 2018: 30, 32).

Фонд Главного управления милиции МВД СССР (Ф. Р-9415 ГАРФ) через изучение приказов, циркуляров, докладных записок руководства МВД СССР о работе милиции, адресованных ЦК КПСС, Верховному Совету СССР, Совету министров СССР, а также высшему руководству МВД СССР – о нарушении законности со стороны сотрудников милиции в послевоенный и восстановительный периоды – дает возможность сформировать представление об условиях и особенностях работы системы органов внутренних дел в 1950-е гг.7 Одновременно документы фонда раскрывают изменения, которые произошли в несении патрульной службы. В частности, анализ данных о количестве преступлений, нарушениях общественного порядка и оперативной обстановке способствовал существенным корректировкам графиков и схем дислокации постов милиции в отдельных населенных пунктах юга советского Дальнего Востока. Особо пристальное внимание постовые милиционеры уделяли местам массовых скоплений населения, паркам, скверам, набережным и т. д. Отдельного внимания заслуживает информация об участковых уполномоченных милиции, которые имели возможность привлекать общественность к охране правопорядка. Различного рода справки, обзоры, спецсообщения раскрывают особенности их работы, связанные с выполнением обязанностей и круга задач. Так, помимо работы на конкретном участке, в обязанности участковых милиционеров входил совместный с патрулями и общественниками ночной обход или объезд удаленных окраинных территорий населенных пунктов, где могли находиться преступники, воровские шайки и бандитские группировки. Документы отдела дознания также показывают значимость работы участковых с доверенными лицами, которые проживали в каждом микрорайоне города и сельских поселениях. Важной составляющей работы органов внутренних дел оставалась административная деятельность, которая во многом способствовала борьбе с преступными элементами, обеспечению охраны общественного порядка, контролю над индустриальными предприятиями (заводами, складскими помещениями, электростанциями и др.), станциями связи (телефоном, телеграфом), военными арсеналами, постами хранения оружия, типографиями (продуктовыми карточками и талонами для местного населения). Как правило, эти объекты имели стратегическое значение и нуждались в особой защите и контроле со стороны МВД СССР. Отдельного внимания заслуживают документы, раскрывающие преступления, которые совершали уполномоченные по выдаче продовольственных карточек на промышленных предприятиях, работники карточных и контрольно-учетных бюро. В отчетной документации отмечается, что одним из методов борьбы с мошенниками и спекулянтами этого специализированного аппарата распределения стало внедрение агентов и осведомителей. Эти способы были распространены повсеместно, в том числе на территории советского Дальнего Востока1.

В фонде Министерства внутренних дел СССР (Ф. Р-9401 ГАРФ) сосредоточена делопроизводственная информация: справки, докладные записки Главного управления милиции МВД СССР, переписка с министерствами, руководящим составом партийных и советских организаций, а также статистические данные. Кроме того, ряд документов, глубоко раскрывая ход реформы правоохранительной системы, осуществляемой с 1953 по 1968 г., показывают последствия сокращения централизованного финансирования органов внутренних дел, ограничения прав работников МВД и др. В отдельных документах внимание уделено выполнению постановления ЦК ВЛКСМ «О борьбе комсомольских организаций с проявлениями хулиганства среди молодежи» 1954 г., в результате которого по всей стране стали создавать народные дружины в целях поддержания общественного порядка. Документы фонда во многом дополняют исследовательское представление о состоянии дел в подразделениях, которые подчинялись Главному управлению милиции, детализируют сведения о структуре и штатной численности министерства, кадровом составе, положении в кадровой работе центральных и региональных подразделений, включая юг Дальнего Востока СССР2.

Формированию более целостной исторической картины системы органов охраны общественного порядка и деятельности общественных организаций граждан на территории юга Дальневосточного региона способствуют фонды Российского государственного архива социально-политической истории. В частности, главным источником информации является фонд ЦК КПСС (Ф. 17 РГАСПИ), документы которого широко освещают работу партийных и советских органов власти, совместную деятельность с органами внутренних дел и взаимодействие с негосударственными общественными организациями по охране правопорядка. Центральное место принадлежит постановлениям ЦК КПСС за разные годы об участии граждан в добровольных народных дружинах. Стенограммы краевых, областных, городских партийных пленумов, конференций, протоколы заседаний бюро и партийно-хозяйственных активов помогают выявить специфику деятельности местных руководителей всех уровней власти. Важность имеют аналитические справки, обзоры, информационные сводки об экономическом, политическом и военном положении в Дальневосточном регионе, борьбе с бандитизмом и контрабандой, хищении социалистической собственности, деятельности Дальбюро3.

В свою очередь, фонд Дальневосточного бюро (Дальбюро) ЦК РКП(б) (Ф. 372 РГАСПИ) содержит информацию о выработке практических мероприятий охраны общественного порядка, статистические сведения о численности милиции и уголовного розыска, а также данные по работе с населением приграничных районов через активное развитие военно-шефских связей, широкое вовлечение передовиков производства, партийно-советского актива в сельской местности и формирование социальной базы содействия пограничникам, т. е. общественных групп участников охраны государственной границы4.

Об усилении работы сотрудников милиции с трудящимися и общественностью свидетельствует фонд Центрального комитета ВЛКСМ (Ф. М-1 РГАСПИ). Исследовательский интерес представляет взаимосвязь ряда нормативных документов. В частности, директива «О работе среди населения» от 10 мая 1954 г., принятая МВД СССР в целях укрепления правопорядка, расширения общественного контроля и направленная на повышение правовой культуры советских граждан, была воспринята руководящим составом союзной молодежи в духе того времени. В свою очередь, 25 июня этого года ЦК ВЛКСМ опубликовал встречное постановление «О борьбе комсомольских организаций с проявлениям хулиганства среди молодежи», в результате чего были сформированы бригады содействия милиции (БСМ)1.

С точки зрения многообразия и уникальности материала, позволяющего реконструировать общую парадигму взаимодействия органов охраны общественного порядка и участия общественных организаций в охране правопорядка юга Дальнего Востока СССР, способствующего целостному и завершающему воссозданию исторического контекста, необходимо выделить региональные архивы.

Сложности и противоречия развития дальневосточной территории, формирование органов власти на местах, деятельность правоохранительных структур нашли отражение в документах фонда Дальневосточного революционного комитета (Ф. Р-58 ГАХК). Дальревком представлял высший структурированный орган советской власти в регионе с 1922 по 1926 г. Одна из его главных функций, которая возлагалась на отдел уголовного розыска, заключалась в принятии законных мер в целях поддержания революционного порядка на дальневосточной территории. Сборники постановлений, протоколы заседаний, бюллетени Дальревкома, а также отчеты о работе губернских ревкомов, политохраны ОГПУ Дальневосточного края, прокуратуры дают представление о работе органов милиции в сложных условиях роста преступности, бандитизма, хунхузничества. Кроме того, многие документы, показывая организационное становление Дальревкома, одновременно раскрывают существенные противоречия, имевшие место между центральной и региональной властями2.

Продолжение темы развития системы органов охраны общественного порядка, борьбы с преступностью и участия общественных объединений на юге Дальнего Востока СССР нашло отражение в документах фонда Исполнительного комитета Хабаровского краевого совета народных депутатов (Ф. Р-137 ГАХК). На основе стенограмм, протоколов сессий, совместных постановлений с крайкомом КПСС и крайисполкомом, распоряжений и циркуляров, документов постоянной комиссии Хабаровского краевого Совета народных депутатов по социалистической законности и охране общественного порядка раскрывается содержание мероприятий органов исполнительной власти на местах, МВД и новых общественных объединений граждан – добровольных народных дружин3.

Внушительный по информативности массив фактического материала содержат фонды Даль-крайкома ВКП(б) (Ф. П-2 ГАХК) и Хабаровского крайкома КПСС (Ф. П-35 ГАХК). Информационные сводки, бюллетени прокуратуры Дальневосточного края, Дальневосточного краевого уголовного розыска и административных отделов о состоянии преступности и контрабанды, трудоустройстве ссыльных и переселенцев в регионе, настроениях рабочих, крестьян, интеллигенции отражают широкий спектр проблем, который стоял перед органами охраны общественного порядка в 1920– 1940-х гг.4 В частности, особое внимание местные власти уделяли охране советской границы от незаконного проникновения корейского населения и самостоятельной колонизации ими земельного фонда на территории Приамурья. В докладах полномочного представителя ОГПУ по Дальневосточному краю Ф.Д. Медведя на заседаниях бюро Далькрайкома регулярно освещались проблемы, связанные с «…приемом корейцев в Совгражданство, получение которого возможно проводить только через Далькрайисполком»5. Документы Хабаровского крайкома КПСС, охватывая раннесоветский, предвоенный, военный, восстановительный и позднесоветский периоды развития региона, показывают реализацию государственной политики по охране общественного порядка и вовлечению общественных организаций. Так, в протоколах, стенограммах краевых, городских и районных партийных конференций, заседаний бюро крайкома, пленумов, а также в справках, информациях отделов, отчетах партийных комитетов раскрывается деятельность добровольных оборонных организаций, которые действовали на территории советского Дальнего Востока в 1920–1930-е гг.6 Рассматриваются реорганизационные преобразования в городской милиции, в результате которого органы внутренних дел оказались подконтрольны местным партийным организациям, статистические данные раскрывают информацию о количестве народных дружин и их численности в разных регионах дальневосточной территории. Указывается важность и необходимость координации силовых структур, укрепления органов правопорядка, усиления пропагандисткой работы и военно-патриотического воспитания населения, проживавшего в приграничных селах Хабаровского края, создания специализированных добровольных народных дружин, взаимодействия их с пограничными подразделениями и оперативными отрядами накануне событий на острове Даманский1.

Отдельного внимания заслуживает архивная информация фонда Политчасти управления милиции МВД по Хабаровскому краю (Ф. П-513 ГАХК). Директивные указания, распоряжения политотдела, протоколы партийного актива, собраний, заседаний бюро партийных организаций органов милиции, обзоры политчасти, отчеты, докладные записки, политдонесения показывают успехи и трудности в деле привлечения социально активного населения юга советского Дальнего Востока к выполнению задач по охране общественного порядка в годы Великой Отечественной войны. В фонде сосредоточена информация о различных коллективных формах участия граждан в охране общественного порядка: бригадах содействия милиции, группах содействия ведомственной охране, группах под руководством участковых уполномоченных, истребительных батальонах2.

Другим источником фактических данных служебного характера, раскрывающих специфику и особенности совместной деятельности органов охраны общественного порядка и общественных объединений на территории юга советского Дальнего Востока, являются документы Приморского краевого комитета КПСС (Ф. П-68 ГАПК). Значительный информационный потенциал, свойственный стенограммам краевых, областных, городских и районных партийных конференций, отчеты, справки, статистические данные, письма и служебная переписка между центральными и региональными структурами управления разного уровня раскрывают важность проблемы охраны общественного порядка и участия граждан, показывают необходимость реализации совместной деятельности органов милиции и общественных объединений. В частности, исследовательский интерес представляют сведения об инициативах пограничников Приморского края в деле формирования отрядов содействия по охране границы из числа комсомольцев и школьников, проживавших в приграничных селах в конце 1950-х гг., а также о создании народных дружин в населенных пунктах вдоль дальневосточной границы, статистические данные о количестве нарушителей, задержанных членами народных дружин3. В ряде архивных документов отложилась подробная информация о проведении силами органов правопорядка и общественности регулярных рейдов и их результатах4.

Схожие процессы наблюдались в Амурской области, которая имеет общую границу с Китаем. Амурский областной комитет КПСС (Ф. П-1 ГААО), выполняя решения XXI съезда КПСС 1959 г., приступил к формированию общественных объединений – добровольных народных дружин. Эта информация нашла отражение в делопроизводственных документах областного партийного руководства, где также приводятся данные об итогах деятельности народных дружинни-ков5. Директивные указания, постановления, поручения ЦК КПСС, ЦК ВЛКСМ, докладные и пояснительные записки о ходе их выполнения раскрывают содержание работы местных комсомольских организаций по привлечению молодежи к охране государственной границы через формирование общественных объединений, деятельность партийного руководства области и правоохранительных органов в вопросах организации совместной учебы военнослужащих пограничных войск и членов народных дружин6.

Таким образом, неопубликованные (архивные) документы значительно дополняют и масштабно расширяют источниковую базу о системе органов охраны общественного порядка и совместной деятельности с общественными объединениями юга дальневосточной территории. Кроме того, расширяя и обогащая научно-исследовательское пространство представленной темы, они дают возможность обобщить накопленный исторический опыт, который с развалом Советского Союза в 1991 г., к сожалению, был забыт на длительный срок, и только на современном этапе постепенно возрастает его востребованность как у власти, так и у общества.