Артефакты древних культур в тибетских медицинских сочинениях

Введение. Сравнительный метод в изучении традиционных медицинских систем используется достаточно часто. Например, этот метод использован для выявления лекарственных растений, применяемых бурятскими ламами для идентификации растений упомянутых в тибетских медицинских сочинениях (Асеева, Блинова, Яковлев, 1985; Баторова, Яковлев, 1988), при изучении лекарственных растений, применяемых тибетцами (17, 22).

Тибетской традиции врачевания посвящены такие медицинские сочинения, как «Чжуд-ши» (XI в.), «Вайдурья-онбо» (XVII в.), «Шелпх-ренг» (XVIII в.)1. В основу настоящего исследования положены материалы, полученные при сравнительном изучении текстов этих сочинений с древнеиндийским трактатом «Артхашаст- ра», сочинениями по медицине арабского Востока (Абу Али ибн Сина, 1980; 1982; Бируни абу Райхан, 1974), китайских источников «Бен цао гань му» (Ли Ши Чжен, XVI в.) и текстами по армянской народной медицине (3).

Цель исследования: найти фрагменты наиболее древних знаний разных народов, сохранившиеся в тибетских медицинских текстах.

Материалы и методы исследований

«Артхашастра» - политико-экономический трактат древней Индии, автором которого считается Каутилья, датируется периодом между IV и III вв. до н.э. (по индийской традиции) или первыми веками нашей эры, например, - III в. (по европейской традиции) (16). Сочинения по арабской медицине созданы в X-XI вв. В трудах Абу Али ибн Сины (1, 2), Бируни абу Райхана (9) приведены сведения о лекарственных средствах, применявшихся с древних времен в Индии, Египте, Персии, в арабской медицине, и их названия на разных языках. Такие же сведения изложены в энциклопедическом словаре лекар- ственных средств Амирдовлата Амасциаци «Ненужное для неучей» (3), армянского врача и естествоиспытателя XV в.

Сочинение по лекарственным средствам китайской медицины «Бен цао гань му» (Ли Ши Чжен, XVI в.) интересно тем, что рисунки из этого источника использованы при составлении иллюстраций к тибетскому сочинению «Шелпх-ренг» и тибетоязычному сочинению монгольского врача Жамбалдорчжэ «Дзейцхар миг-чжан» (15, 11), а многочисленные китайские названия лекарственного сырья в тибетских текстах свидетельствуют о значительном влиянии китайской традиции на формирование арсенала лекарственных средств тибетской медицины.

Результаты и обсуждение

При сравнительном изучении этих текстов мы обнаружили, что целый ряд упоминаемых в тибетских источниках растений, животных и минералов был известен в древней Индии, Древней Греции, среди народов арабского Востока, Китая. Тибетские кальки санскритских, китайских, греческих и других названий этих растений встречаются в «Чжуд-ши», «Вайдурья-онбо», «Шелпхренге» и «Дзейцхар мигчжан». Приведем некоторые примеры упоминания о растениях, которые известны в тибетской медицине в качестве лекарственных, из текстов древнеиндийского трактата «Артхашастра»:

Шалмали (ВО, л. 247а) - шелковистое хлопковое дерево Bomdax heptaphyllum Salmalia malabarica; badara - Zizyphus, ююба. Эти растения упоминаются в «Артхашастре» (4: с. 52-53) как насаждения, по которым устанавливаются границы селений.

Гунджа gunja, raktika - Abrus precatotius -семена этого растения имели хождение в виде монеты и являлись единицей веса (4: с. 582-583).

Мушкака (muskaka) - род известного дерева, зола которого применяется, очевидно, в качестве прижигательного средства - Symplocos rasemosa (4: с. 580).

Сома (soma) - весьма древнее, очевидно, вьющееся растение (Sarcostema viminalis Asclepia acida). Сомой называют также сок этого растения, хмельной напиток, который употребляется при жертвенных возлияниях и почитается священным. Упоминается в разделе об использовании негодной для обработки земли в связи с предоставлением брахманам леса для религиозных обучений и разведения сомы (4: с. 55).

В разделе о проверке драгоценностей, поступающих в казну, перечислено множество драгоценных и ценных камней (жемчуг, рубин, сап фир, лазурит, алмаз, коралл и др.), разные виды сандала (в том числе харичандана - желтый сандал) и др. (4: с. 81, 594-599).

Среди запасов, хранящихся в кладовых, наряду с продуктами земледелия, зерен, масел, сладостями, упоминаются соли, и среди них - явакшара (селитра) (4: с. 99, 603).

Среди пищевых продуктов, которые должны храниться в кладовых, упоминается приянгу (priyangu) - род проса (Panicum italicum), нимба (nimba) - растение, плоды которого горьки на вкус (Azadirachta indica), питали (pippali) - длинный перец (Piper longum) и др. (4: с. 603605).

Как сказано в «Артхашастре», на пользу всем жизненным потребностям и для защиты городов, для приготовления средств обмана впрок должны заготавливаться в лесах ядовитые и лекарственные растения, ценные деревья арджуна - arjuna (Terminalia arjuna). кхадира - khadira (Acacia catechu), материал для краски сафлор - kusumbha (Carthamus tinctorius), шафран - kunkuma (Crocus sativus), яды (аконит - vatsa-nabha, халахала), муста-musta (Cyperus rotundus), куштха -kustha - (Costus speciosus) (4: c. 724, 725). Все эти виды растений широко использовались в Тибете для приготовления лекарств, названия их приведены в «Шел-пхренге» (Данзин Пунцог, XVIII в.) в качестве синонимов - тиб. «минг» - букв, «другие названия», а цветные рисунки - в Атласе тибетской медицины (7).

В разделе о торговле крепкими напитками дано описание приготовления лекарственных спиртных напитков, при изготовлении которых упоминается широко известная в тибетской медицине композиция «три плода» - миробалан хебула, миробалан беллерический и эмблика лекарственная (4: с. 126, 622) и растение с санскритским названием Виланга (yilanga) - в тибетских сочинениях жи-танга (byi-tan-ga) - Embelia ribes.

Плод растения бильва (санскр. Bilva, тиб. билба - Aegle marmelos) упоминается в разделе организации боевых сражений в качестве аллегории: «Как плод бильва разбивается другим плодом билъва, так следует разбить и эту небольшую группу противника» (4: с. 391, 695).

Трава дарбха (Darbha - Cynodon dactylon) -род священной травы (куша), которая применяется при совершении жертвоприношений и в других различных религиозных обрядах. Упоминается дарбха в древних стихах, которыми советник и верховный жрец должны поддержи- вать сражающихся воинов (4: с. 418, 704).

При осаде и взятии вражеских укреплений среди зажигательных средств и горючих веществ для маскировки использовали смолу да-еадару - (Devadaru - Pinus devadaru), черную смолу Guggulu, сарджа (Sarja - Vatica robusta), в смеси с воском, кунжутным маслом и еловой смолой порошок цветков кумбхи (Kumbhi -Gmelina arborea), парибхадраки (Paribhadraka Eryihrina fulgens), палаша (Palaca - Butea frondosa (4: c. 466, 718).

Широк список растений и животных, которые использовались в перечне «тайных средств» для уничтожения врага. Некоторые использовались для поджогов, во время которых образовывался ядовитый или ослепляющий дым, другие -ядовитые растения - для введения в пищу и питье. Например, «растение с сотней корней» упомянуто в «Артхашастре» как dhustura (dhatura). В тибетских источниках под названием dhatura дано описание дурмана и пузырницы². Также в перечне «тайных средств» для уничтожения врага использовались кан та ка ри - паслен, хингу - ферула вонючая, шатавари - аспарагус, семе-карпус анакардиум - бхаллатака, аконит ядовитый - халахала, калакута - скорпион и др.³ В «Артхашастре» нет специального раздела, посвященного медицине, а врачи и медикаменты упоминаются в разделе «Меры против стихийных бедствий», где сказано, что «бедствия от болезней должны быть устраняемы противоядиями, указанными в отделе о «тайных средствах». Равным образом должны бороться с ними врачи со своими медикаментами» (4: с. 227). В других разделах, например, «Надзиратель за сырыми материалами должен принимать меры к тому, чтобы сырые материалы [в том числе и медикаменты] доставлялись надсмотрщиками за ценными лесами» (4: с. 105-106). Далее - надзиратель за пошлинами должен взимать пошлину за ввозимые и вывозимые товары, в числе которых означены и медикаменты.

Таким образом, очевидно, что эти данные приводят нас к истокам формирования представлений о лечебных свойствах природных объектов, применявшихся с глубокой древности в качестве пищевых, при религиозных обрядах, в военных целях, для различных хозяйственных нужд и, наконец, для лечения. Трансформацию этих знаний можно проследить и при сравнении названий лекарственного сырья и показаний к их применению. Эти два аспекта, на наш взгляд, дают возможность обнаружить факты заимствования в практической медицине разных народов в зоне культурных контактов. Как пишет в своем исследовании Ч.Ц. Гармаева (12), о влиянии традиционных медицинских систем Индии и Китая на формирование тибетской медицины известно достаточно много публикаций. Что касается арабской и античной медицины, то истоки имеющейся в тибетских сочинениях информации пока исследованы недостаточно, высказывания о «западном следе» в тибетской медицине очень осторожны.

Предположения о заимствованиях в тибетской медицине можно сделать при анализе названий лекарственного сырья и показаний к его применению в разных медицинских системах:

монголизированное тибетское зер шун, возможно, восходит к персидскому зиришк — барбарис;

пажитник - тиб. шу-мо-са восходит, очевидно, к арабскому шалмиз. Другое арабское название - хулба (ху-лу баи), и под этим названием в Китае также известен пажитник;

тиб. чжу ру ра, без сомнения, является заимствованным из арабского: зур'ур - боярышник;

тиб. шин-кун произошло, возможно, от санкр. хингуна - ферула;

тиб. гур-гум - от санскр. кун-ку-ма, арабск. гур-тум - шафран.

Кроме фонетических заимствований нередко встречаются названия, перевод которых с разных языков имеет одинаковый смысл:

тиб. шинг мнгар сладкое дерево - солодка, санскритское и греческое - «сладкий»; среди многочисленных синонимов, перечисленных в «Шел-пхренге» (л. 126 б) имеет название Gli-tsi-don-ri-tsi, созвучное с латинским Glycyrrhiza, в основу которого, возможно, положено греческое название солодки;

тиб. хонг-лен, кит. хуан-лян - желтый корень.

Сравнительный анализ показаний к применению некоторых растений также дает возможность убедиться, как в наличии прямых заимствований, так и в существовании различных путей трансформации знаний, обусловивших проявление тех или иных аналогий. Список названий лекарственных средств, имеющих одинаковые показания к применению, достаточно обширен, более того, часть материалов по этому вопросу уже опубликована разными авторами (6; 19; 20). Поэтому рассмотрим лишь несколько примеров:

Свойство подмаренника «свертывать молоко» упоминается и в тибетских текстах (18; л. 2256; 10; л.161 б) и в арабских (1: с. 810).

Можжевельник в тибетской медицине назначался при болезнях почек и разных язвах (21; Кунпан дудзи, 2008). В арабской медицине известно, что его плоды можно использовать при ранах, язвах. Кроме того, было известно, что плоды одного из видов можжевельника гонят мочу, заставляют мочиться кровью и изгоняют плод (1: с. 72, 604).

Барбарис в тибетской медицине известен как средство для лечения глаз, «мкхрис» (желчи) и жара почек (21). В арабских источниках сказано, что барбарис гонит желчь, используется в виде повязки при горячих опухолях, укрепляет печень, желудок, хорошо утоляет жажду (1: с. 85).

Пажитник, согласно тибетским источникам, лечит легкие, останавливает понос (Чжуд-ши, 2001). В арабской медицине также есть сведения об использовании пажитника при болезнях легких и кровавом поносе (21: с. 278).

Таким образом, в тибетских медицинских текстах при сравнительном изучении с арабскими, индийскими и китайскими источниками найдены фрагменты информации, которые можно считать артефактами древних культур разных народов.

Заключение

Сравнительное изучение письменных источников разных эпох, культурных традиций и медицинских систем дает возможность проследить процесс накопления, сохранения и трансляции знаний, полезных для выживания популяции, а также распространение этих знаний в зонах культурных контактов. Понимание этих процессов чрезвычайно важно как для правильной интерпретации теоретических основ тибетской медицины и обоснования правомерности замены лекарственных средств, так и для объяснения ритуалов, сопровождающих лечение.