Асимметрия формы проксимального сегмента верхней конечности у правшей юношеского возраста
Журнал: Саратовский научно-медицинский журнал @ssmj
Рубрика: Анатомия и антропология
Статья в выпуске: 3 т.22, 2026 года.
Бесплатный доступ
Цель: оценить билатеральную асимметрию формы видимого в латеральной норме контура проксимального сегмента верхней конечности (ПСВК) у правшей юношеского возраста. Материал и методы. Проведен анализ фотографий правого и левого ПСВК в латеральной норме у 32 практически здоровых правшей в возрасте 18–20 лет. По внешнему контуру на каждом изображении размещали 70 контурных полуметок (semilandmarks); их координаты после прокрустова наложения анализировали путем дисперсионного анализа прокрустовых координат, анализа главных компонент, анализа канонических вариат с разделением на 2 группы по полу. Результаты. Статистически значимых различий центроидного размера между правой и левой сторонами не выявлено (p=0,085), тогда как эффект стороны для формы был статистически значимым (p<0,001), что указывает на направленную билатеральную асимметрию формы ПСВК. Анализ главных компонент использовался как описательный метод визуализации основных направлений вариабельности формы: первая главная компонента объяснила 52,3% дисперсии и визуально разделяла правые и левые конфигурации. Анализ канонических вариат по полу выявил статистически значимые различия формы между девушками и юношами (расстояние Махаланобиса — 5,0769; p<0,001). Заключение. У правшей юношеского возраста билатеральные различия ПСВК проявляются преимущественно через форму, а не через центроидный размер; при этом половой фактор также связан с различиями формы ПСВК.
Короткий адрес: https://sciup.org/149152409
IDS: 149152409 | УДК: 611.08 | DOI: 10.15275/ssmj2203412
Shape asymmetry of the proximal upper limb segment in right-handed young adults
Objective: to assess bilateral shape asymmetry of the visible lateral-view contour of the proximal upper limb segment (PULS) in right-handed young adults. Material and methods. Lateral-view photographs of the PULS were analyzed in 32 practically healthy right-handed individuals (64 limbs in total) aged 18–20 years. Seventy semilandmarks were placed along the outer contour of each image; following Procrustes superimposition, their coordinates were analyzed using analysis of variance of Procrustes coordinates, principal component analysis, and canonical variate analysis stratified by sex. Results. No statistically significant differences in centroid size between the right and left sides were found (p=0.085), whereas the side effect for shape was significant (p<0.001), indicating directional bilateral shape asymmetry of the PULS. Principal component analysis was used as a descriptive method for visualizing the main directions of shape variability: principal component 1 accounted for 52.3% of the variance and visually separated the right and left configurations. Additional sex-based canonical variate analysis revealed statistically significant shape differences between young women and young men (Mahalanobis distance=5.0769; p<0.001). Conclusion. In right-handed young adults, bilateral differences in the PULS manifest primarily through shape rather than centroid size; additionally, sex is associated with differences in PULS shape.
Текст научной статьи Асимметрия формы проксимального сегмента верхней конечности у правшей юношеского возраста
EDN: UNNJRA Original article
Введение . Изучение билатеральной асимметрии представляет собой одну из фундаментальных проблем современной морфологии, имеющую существенное значение как для понимания общих принципов организации биологических систем, так и для решения прикладных задач в медицине и антропологии [1]. Верхняя конечность человека демонстрирует выраженный структурный полиморфизм, обусловленный сложным взаимодействием генетических факторов и функциональных нагрузок, связанных с функциональной латерализацией организма. Анатомическая сложность проксимального отдела верхней конечности и прилежащей области плечевого пояса, включающей костные структуры, мышечные комплексы и соединительнотканные компоненты, делает данный регион идеальной моделью для исследования взаимосвязи между функциональной латерализацией и морфологическими адаптациями [2].
Актуальность исследования морфологической асимметрии области плеча и плечевого пояса определяется несколькими аспектами. С клинической точки зрения понимание нормальных параметров асимметрии необходимо для разработки объективных критериев диагностики патологических состояний, включая импиджмент-синдром, нестабильность плечевого сустава и другие дегенеративные поражения [3]. В спортивной медицине анализ асимметрии позволяет оптимизировать тренировочные процессы, проектировать специализированное оборудование и разрабатывать индивидуальные программы коррекции мышечного дисбаланса [4]. Согласно данным систематического обзора и метаанализа 87 исследований, правая конечность в среднем на 6,7% сильнее левой, а доминирующая конечность на 11,6% превосходит недоминирующую, однако эта величина варьирует в зависимости от типа движения и исследуемого сустава [5]. Исследования в этой области проводятся среди разных возрастных и профессиональных групп, что подчеркивает актуальность данного аспекта в анатомии и антропологии [6].
Традиционные методы морфометрического анализа, основанные на измерении линейных размеров и угловых характеристик, обладают существенными ограничениями при изучении сложных пространственных преобразований формы [7]. В этом контексте применение методов геометрической морфометрии открывает новые возможности для количественного анализа целостной морфологической структуры независимо от масштаба и положения объекта [8, 9]. Метод прокрустова наложения ориентиров позволяет оценивать различия формы после удаления эффектов положения, ориентации и масштаба, что принципиально важно при анализе направленной и флуктуирующей асимметрии. Интегрированные программные пакеты, такие как комплекс программ TPS и MorphoJ, обеспечивают обработку морфометрических данных и визуализацию паттернов изменчивости формы, которые могут быть недоступны для традиционных линейных измерений.
В последние годы геометрическая морфометрия активно применяется в антропологии, эволюционной биологии и медицине для анализа
морфологических адаптаций, онтогенетических изменений и популяционной вариабельности [8, 9]. Анализ морфологии костей нижних конечностей у детей с использованием метода Procrustes выявил комплексные пространственные трансформации формы в процессе роста, демонстрируя превосходство этого метода над традиционными линейными измерениями [10]. Геометрическая морфометрия успешно применяется во многих комплексных антропометрических исследованиях [11, 12].
Таким образом, комплексное исследование морфологической асимметрии сегментов верхней конечности [13–18] с применением методов геометрической морфометрии представляет собой актуальную научную задачу, решение которой может внести существенный вклад как в фундаментальное понимание принципов билатеральной асимметрии в контексте функциональной латерализации организма, так и в развитие прикладных аспектов медицины, спортивной антропологии и медицинской реабилитации.
Цель — оценить билатеральную асимметрию формы видимого в латеральной норме контура проксимального сегмента верхней конечности (ПСВК) у правшей юношеского возраста.
Материал и методы . В исследовании добровольно приняли участие 32 человека юношеского возраста (возраст участников составил 18–20 лет), что обеспечивало минимизацию возрастных морфологических изменений, связанных с процессами инволюции, при одновременном завершении основных ростовых процессов. В работе применена возрастная периодизация, принятая в 1965 г. на симпозиуме Академии педагогических наук Союза Советских Социалистических Республик (юношеский возраст для мужского пола — от 17 до 21 года, для женского пола — от 16 до 20 лет). Все участники предоставили информированное добровольное согласие на участие в исследовании. Половой состав группы включал 23 (72%) девушки и 9 (28%) юношей. Для исключения влияния фактора моторной доминанты на морфологические характеристики в исследование включали исключительно правшей, что подтверждалось результатами стандартизированного опросника функциональной мануальной асимметрии [13]. Критериями исключения служили наличие в анамнезе травматических повреждений верхних конечностей, хронических заболеваний опорно-двигательного аппарата, а также врожденных аномалий развития.
Протокол получения изображений предусматривал фотографирование видимого в латеральной норме внешнего контура ПСВК при естественном положении верхней конечности вдоль туловища с полным мышечным расслаблением. Выбранная латеральная норма позволяла зафиксировать внешний контур исследуемой области, включающий латеральную проекцию проксимального отдела плеча и прилежащей дельтовидной области. Для каждого участника последовательно выполнялись отдельные снимки ПСВК справа и слева в идентичных условиях освещения, дистанции съемки и ориентации тела.
Полученные фотографии стандартизировали: приводили к единому пространственному разрешению (960×1280 пикселей), выполняли зеркальную инверсию изображений одной стороны для обеспечения сопоставимости правых и левых контуров, после чего каждому изображению присваивали уникальное название. На каждом изображении в программе tpsDig2 вдоль внешнего контура ПСВК размещали 70 контурных полуметок (semilandmarks) на равном расстоянии друг от друга (рис. 1). Достаточное количество полуметок (70) было подобрано эмпирическим путем.
Рис. 1. Контурные полуметки (semilandmarks), нанесенные по внешнему контуру проксимального сегмента верхней конечности в программе tpsDig2
Координаты полуметок, экспортированных в единый tps-файл, были перенесены в программу MorphoJ 1.07a для последующей классификации данных (то есть присвоения каждому образцу характеристики «право» или «лево»и порядкового номера участника), проверки данных на нормальность распределения и наличия «выбросов» (команда «find outliers»), прокрустова выравнивания (команда «procrustes fit») и статистического анализа: создания ковариационной матрицы, анализа главных компонент (principal component analysis — PCA), дисперсионного анализа прокрустовых координат (Procrustes analysis of variance — Procrustes ANOVA), анализа канонических вариат (canonical variate analysis — CVA).
PCA был использован как описательный метод снижения размерности и визуализации основных направлений вариабельности формы в пространстве прокрустовых координат. Для визуальной интерпретации первой главной компоненты (principal component 1 – PC1) применяли визуализацию с помощью трансформационной решетки тонкопластинного сплайна при сопоставлении консенсусной конфигурации и конфигурациями, соответствующими отрицательному и положительному направлениям PC1.
Следующим этапом проводили Procrustes ANOVA. Критический уровень значимости ( p ) при проверке статистических гипотез принимался равным 0,05. Procrustes ANOVA позволяет оценить вклад следующих факторов (источников вариации): Individual (межиндивидуальные различия), Side (различия между правой и левой стороной по всей выборке) и Ind×Side (взаимодействие факторов «Individual»и «Side»). Для каждого фактора программа вычисляет суммы квадратов (SS), средние квадраты (MS), степени свободы (df), F -статистику и уровень значимости p . Анализ проводится отдельно для 2 характеристик: центроид-ного размера (centroid size) и формы (shape).
Для centroid size: SS (sum of squares — сумма квадратов отклонений centroid size от соответствующих по рассматриваемым эффектам средних значений; отражает сколько вариации объяснено тем или иным фактором), MS (mean square — средний квадрат отклонений centroid size, приходящийся на одну степень свободы для рассматриваемого эффекта, по сути это SS, деленное на df, отражает среднюю дисперсию по рассматриваемому источнику вариации), df (degrees of freedom, число степеней свободы, связанное с соответствующим источником вариации), F ( F -статистика, то есть показатель, показывающий насколько вариация, вызванная эффектом, больше случайной вариации (ошибки)), p ( p -value, p -значение — это вероятность при справедливости нулевой гипотезы получить значение статистики F не меньше наблюдаемого) [8, 19, 20].
Для формы интерпретация показателей отличается от centroid size: SS отражает сумму квадратов прокрустовых расстояний/вариацию прокрустовых координат, связанную с соответствующим источником вариации. Фактор Individual характеризует различия между индивидуальными консенсусными конфигурациями ПСВК, фактор Side — систематическое различие между консенсусными конфигурациями правой и левой сторон по выборке, а взаимодействие Individual×Side — индивидуально-специфическую праволевостороннюю вариацию. MS представляет собой средний квадрат соответствующего источника вариации, то есть SS, деленную на число степеней свободы [8, 19, 20].
Результаты. Первая главная компонента (PC1 — principal component 1) объяснила 52,3% дисперсии. Собственное значение (eigenvalue) PC1 составило 0,0005608, существенно превышая значения последующих компонент. Вторая главная компонента (PC2) с собственным значением 0,00021955 объяснила дополнительно 20,5% дисперсии, а третья компонента (PC3) с собственным значением 0,00008152 – 7,6% (рис. 2). Кумулятивная доля дисперсии, объясненная первыми 3 главными компонентами, достигает 80,4%. В пространстве PC1–PC2 правые и левые конфигурации визуально разделялись преимущественно вдоль PC1 (рис. 3).
На графике PC1–PC2 построены 95%-е доверительные эллипсы для групповых средних значений, то есть центров групп правых и левых наблюдений в пространстве первых 2 главных компонент. Эти эллипсы отражают неопределенность положения групповых центров в плоскости PC1–PC2 при доверительном уровне 95%. Разделение эллипсов вдоль PC1 использовано как визуальная иллюстрация праволевосторонних различий формы (рис. 3).
Рис. 2. Распределение дисперсии по главным компонентам
Рис. 3. Расположение правых и левых наблюдений в пространстве первых 2 главных компонент с 95%-ми доверительными эллипсами для групповых средних значений (центроидов), отражающими неопределенность положения групповых центроидов в плоскости PC1–PC2
На рис. 4 локальное искривление трансформационной решетки, построенной на основе тонкопластинного сплайна, наблюдается в нескольких участках внешнего контура ПСВК. Наиболее выраженная зона искривления расположена в нижнем отделе контура, преимущественно в области полуметок №32–36, с вовлечением соседних полуметок №31 и 37–38. На реальной верхней конечности этот
У'--..
►Я*1*,'f
Scale Factor +0,1
Scale Factor -0,1
Рис. 4. Деформация трансформационной решетки при сопоставлении консенсусной конфигурации проксимального сегмента верхней конечности с конфигурациями, соответствующими отрицательному и положительному направлениям первой главной компоненты (PC1). Трансформационная решетка построена на основе тонкопластинного сплайна; отрицательное направление вдоль оси PC1 преимущественно соответствует правым наблюдениям, положительное — левым участок соответствует дистальному переходу внешнего контура мягких тканей ПСВК к области локтевого сустава, включая зону проекции локтевого отростка. Дополнительная зона искривления определяется в верхнем отделе контура, ориентировочно в области полуметок №1–8 и 64–70. Этот участок соответствует наружному рельефу дельтовидной области и переходу плечевого пояса к проксимальному отделу верхней конечности. Менее выраженные, но визуально заметные изменения решетки также прослеживаются на боковых участках контура, преимущественно в области полуметок №8–23 и 52–64. Эти зоны соответствуют передне-и заднелатеральному рельефу мягких тканей дельтовидной и плечевой областей.
Результаты Procrustes ANOVA отражены в таблице.
Результаты Procrustes ANOVA представлены отдельно для размера центроида (centroid size, CS) и формы (shape). Для размера центроида фактор Individual статистически значим ( F =7,27; p <0,001), что указывает на межиндивидуальные различия общей размерной характеристики конфигураций ПСВК. Эффект стороны для размера центроида не достигает
Результаты Procrustes analysis of variance
|
Effect |
SS |
MS |
Df |
F |
p |
Centroid size
|
Individual |
582639,441937 |
18794,820708 |
31 |
7,27 |
<0,001 |
|
Side |
8165,19015 |
8165,190152 |
1 |
3,16 |
0,085 |
|
Ind * Side |
80147,222951 |
2585,394289 |
31 |
– |
- |
Shape
|
Individual |
0,19078384 |
0,0000452523 |
4216 |
8,03 |
<0,001 |
|
Side |
0,01058233 |
0,0000778112 |
136 |
13,81 |
<0,001 |
|
Ind * Side |
0,02375295 |
0,0000056340 |
4216 |
– |
- |
уровня статистической значимости ( F =3,16; p =0,085), следовательно, праволевосторонние различия размера центроида в исследуемой выборке статистически не подтверждаются.
Для формы (shape) фактор Individual также статистически значим ( F =8,03; p <0,001), что отражает межиндивидуальные различия формы ПСВК. Для формы выявлен статистически значимый эффект стороны ( F =13,81; p <0,001), соответствующий направленной билатеральной асимметрии формы, то есть систематическому различию между правой и левой сторонами по всей выборке в целом. Взаимодействие Individual×Side отражает индивидуально-специфическую праволевостороннюю вариацию, то есть различия выраженности праволевосторонних отклонений между участниками.
Таким образом, отсутствие статистически значимых праволевосторонних различий центроидно-го размера при наличии статистически значимого эффекта стороны для формы указывает, что билатеральные различия ПСВК в исследуемой группе проявляются преимущественно через конфигурацию видимого внешнего контура, а не через общую размерную характеристику. С учетом двумерного фотографического протокола эти различия следует интерпретировать как различия формы внешнего контура мягких тканей исследуемой области, а не как прямое описание пространственных взаимоотношений костно-мышечных структур.
Для дополнительной оценки половых различий формы ПСВК выполнен CVA по прокрустовым координатам с группировкой наблюдений по полу. Поскольку сравнивали 2 группы, была получена 1 каноническая вариата (CV1), представляющая собой линейную комбинацию прокрустовых координат, обеспечивающую наилучшее разделение половых групп (рис. 5).
Рис. 5. Частоты наблюдений форм проксимального сегмента верхней конечности у участников мужского ( m ) и женского ( f ) пола вдоль оси первой канонической вариаты (CV1)
Расстояние Махаланобиса между центрами половых групп, рассчитанное в рамках CVA по прокрустовым координатам, составило 5,0769. По результатам пермутационного теста с 10 000 итераций различия статистически значимы (p<0,001). Этот результат указывает на наличие межгрупповых различий формы ПСВК между девушками и юношами в исследуемой выборке. Для качественной интерпретации выявленных половых различий использована визуализация с помощью трансформационной решетки, построенной на основе тонкопластинного сплайна, при сопоставлении общей консенсусной конфигурации ПСВК с конфигурациями, соответствующими положительному и отрицательному направлениям оси CV1 (рис. 6).
Рис. 6. Деформация трансформационной решетки при сопоставлении консенсусной конфигурации проксимального сегмента верхней конечности с конфигурациями, соответствующими положительному и отрицательному направлениям оси первой канонической вариаты (CV1)
Положительное направление CV1 соответствует конфигурации, более характерной для юношей, отрицательное — для девушек. Для наглядности использован масштаб визуализации, заданный в программе MorphoJ (коэффициент масштабирования ±15,0); поэтому рисунок следует интерпретировать как схему направлений локальных различий формы (через визуализацию деформации трансформационной решетки), а не как прямое измерение величины анатомического смещения. Наиболее выраженные различия визуализируются в проекции мягкотканного рельефа дельтовидной области, дистального отдела переднего контура плеча и заднелатерального контура ПСВК.
Обсуждение. Несмотря на свою актуальность, тема билатеральной асимметрии (как в морфологическом, так и функциональном аспектах) рассмотрена относительно небольшим числом исследователей. Прежде всего полученные результаты вписываются в глобальный контекст изучения моторной латерализации, подтверждая, что функциональное предпочтение одной из сторон тела находит свое отражение в морфологии опорно-двигательного аппарата [1, 5]. Однако ключевым и наиболее ценным результатом, требующим углубленного анализа, является тот факт, что выявленная асимметрия реализуется преимущественно через изменение формы, а не абсолютных размеров сегмента. Среди работ отечественных авторов, использующих геометрическую морфометрию для анализа верхней конечности, следует упомянуть исследование [17], в которых на примере пястных костей впервые была продемонстрирована возможность количественной оценки формы кисти и выявлены половые различия центро-идного размера, а также работу [18], показавшую отсутствие связи формы кисти с соматотипом. Однако эти исследования касались исключительно дистального отдела верхней конечности — кисти. Вопрос о морфологической асимметрии ПСВК у здоровых лиц с применением геометрической морфометрии до настоящего времени не рассматривался.
Отсутствие значимых различий в размере (centroid size; p=0,085) при выраженных различиях формы (p<0,001) позволяет предположить, что в юношеском возрасте, после завершения основных ростовых процессов, морфологический ответ на функциональные нагрузки может проявляться преимущественно в конфигурации видимого контура тканей, а не в изменении общего размера. Этот вывод согласуется с данными онтогенетических исследований. В одной из работ [14] показано, что прирост мышечной массы верхней конечности и ее звеньев (плеча и предплечья) у лиц обоего пола происходит неравномерно и гетерохронно, достигая пиковых значений в пубертатный период. К 20 годам темпы прироста существенно замедляются, и морфологические изменения переходят в фазу стабилизации и тонкой адаптации. Полученные в настоящем исследовании данные об отсутствии выраженных размерных различий, но наличии праволевосторонних различий формы дополняют эту картину. Метаанализ силовой асимметрии верхних конечностей [5] показал то, что доминирующая конечность в среднем сильнее недоминирующей, однако величина эффекта варьирует в зависимости от сустава и типа движения. В этом контексте выявленная асимметрия формы ПСВК может рассматриваться как возможный морфологический коррелят функциональной латерализации, но не как прямое доказательство ее механизма.
Характер выявленной асимметрии, вероятно, отражает адаптацию не только костного, но и в значительной степени мышечно-связочного аппарата к повседневной функциональной нагрузке. Эта гипотеза косвенно согласуется с исследованиями, использующими метод биоимпедансного анализа [2]. Авторы показали, что у более чем ½ участников наблюдается статистически значимая функциональная асимметрия мышечной и жировой массы конечностей, что связывается с преимущественным использованием одной стороны в бытовых двигательных актах. Косвенным подтверждением пластичности мягких тканей служат и исследования, проводимые с участием спортсменов. В работах, посвященных волейболистам [15], было обнаружено, что с увеличением спортивного стажа происходит не усугубление, а выравнивание коэффициента асимметрии мышечной массы верхних конечностей. У единоборцев формируются специфические профили состава тела [16]. В отличие от выраженных спортивных паттернов, выявленная асимметрия у правшей, не занимающихся направленно (и в том числе профессионально) каким-то видом спорта, может характеризовать более умеренно выраженный популяционный паттерн праволевосторонних различий формы.
Вместе с тем следует указать на некоторые ограничения исследования. Использование двумерных изображений в латеральной норме позволяет зафиксировать внешний контур исследуемой области, но не отображает полную трехмерную конфигурацию костно-мышечных структур. Кроме того, половой состав выборки был неравномерным (23 девушки и 9 юношей). Проведенный CVA позволил оценить межгрупповые различия формы по полу, однако не заменяет отдельного анализа взаимодействия пола и стороны, который требует расширенной выборки и может быть предметом самостоятельного исследования. Для получения более полной информации о пространственной организации асимметрии целесообразно применение методов трехмерной морфометрии на основе 3D-сканирования либо компьютерной или магнитно-резонансной томографии с 3D-реконструкцией.
Заключение. Методами геометрической морфометрии показано, что у правшей юношеского возраста праволевосторонние различия ПСВК проявляются преимущественно через форму видимого внешнего контура, а не через центроидный размер. Procrustes ANOVA выявил статистически значимый эффект стороны для формы (F=13,81; p<0,001), что соответствует направленной билатеральной асимметрии формы. PCA использовался как описательный метод визуализации основных направлений вариабельности формы и показал разделение форм правых и левых ПСВК преимущественно вдоль PC1. Проведенный CVA по полу выявил статистически значимые различия формы ПСВК между девушками и юношами (расстояние Махаланобиса 5,0769; p<0,001), что указывает на необходимость учитывать половой фактор при интерпретации праволевосторонней асимметрии. Полученные данные могут быть использованы в медицинской антропологии, спортивной медицине и медицинской реабилитации при дальнейшем изучении морфологической вариабельности и функциональной латерализации верхней конечности.