Авторская концепция выражения "эмоционального" и "рационального" в романах М. Арбатовой "Визит нестарой дамы" и "Семилетка поиска"

Художественный текст, в котором отразились мысли и чувства автора, является своеобразным способом передачи эмоционального и рационального опыта. Женщины-авторы выражают собственные жизненные концепции в художественных произведениях. В данной статье предпринята попытка проанализировать авторскую концепцию выражения «эмоционального» и «рационального» в романах М. Арбатовой «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска». Методология анализа художественных произведений, примененная в статье, представлена в работах таких исследователей, как М. Алешина [1], Л.В. Жаравина [5, с. 30–36], Е.Ф. Манаенкова [6, с. 106–109], Н.Е. Тропкина, Н.Е. Рябцева [13, с. 140–144], О. Рыкова [12], Л.Н. Савина [7, с. 132–136], С.В. Солодкова [10, с. 105–109], Ю.Н. Сысоева [11, с. 43–52], Н.Ю. Филимонова [14, с. 130–137] и др.

М. Арбатова в романах «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска» создала образы активных, рассудительных, самостоятельных и самодостаточных женщин, способных переосмыслить, а в некоторых случаях и преодолеть гендерные стереотипы, существующие в обществе. В произведениях писательницы различные аспекты соотношения и взаимосвязи эмоционального и рационального проявляются не только в мотивах поступков героев произведения, их речежестовом поведении, но и в принципах построения художественного текста. Откровенный разговор с читателем о семейных проблемах, обусловленных общественными мировоззренческими установками, становится возможен благодаря жизненной позиции автора.

Имя Марии Арбатовой ассоциируется с понятием «русский феминизм». Она активно и открыто выражает свои взгляды на жизнь в художественных произведениях и в средствах массовой информации. Проблемы, поднятые М. Арбатовой в романах «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска», шире, чем понятие «феминизм» в традиционном современном его понимании. Эти произведения посвящены не узко «женским» или «мужским» проблемам, в них отражены вечные проблемы на примере трех поколений: отношения между женщиной и мужчиной, матерью и детьми, отношения двух поколений «родителей» и «детей» с современностью.

Роман «Визит нестарой дамы» отчасти посвящен классической для русской литературы проблеме: взаимоотношения родителей и детей. В основу произведения положен принцип сравнения, сопоставления: «дети – взрослые», «родители – дети», «Россия советская и постсоветская». Читатель оценивает жизненный опыт трех поколений: родители – дети – дети «детей». Причем о последствиях влияния второго поколения на жизнь и взросление третьего читатель может только предполагать.

«Ее можно назвать феминисткой по большому счету лишь потому, что эти отношения – как единственно вечные – она ставит гораздо выше всех политик и экономик вместе взятых – как постоянно преходящих. <…> Женщина, живущая с мужчиной, должна ощущать себя единственно членом семьи, ориентированным в равной степени на реализацию своего потенциала и исполнение домашних обязанностей. Все – гармонично и в меру. <…> Штампы типа “мужественность” и “женственность” вообще должны перестать употребляться и должны быть заменены на единственно правильное в этом случае определение – “человеческая индивидуальность”. Хотя данного идеала, достигнутого в романе лирической героиней, в реальности большинству познать, скорее всего, так и не удастся. <…>.

Писательница подводит поколение “сорокалетних” к настоящему времени и пробует спроектировать “свои” проблемы на недостижимую, быстро убежавшую вперед современность, в которой – хочешь, не хочешь – все равно приходится существовать» [12].

«И конечно, в любом, даже “поколенческом” романе, несмотря на гигантский пласт информации и исследовательского материала, всеми своими гранями проступает личность автора, тем более что сам он вместе с другими “героями” является как бы образцом объекта исследования. Марии Арбатовой как писателю присущ творческий феномен-обманка – “самоирония с двойным дном”» [Там же]. В романах М. Арбатовой авторская индивидуальность проявляется в сочетании рациональности рассуждений с эмоциональностью описаний.

Говоря о психологических проблемах «отцов и детей», М. Арбатова отмечает, что «молодые люди всегда смотрят на себя глазами своих родителей» [1]. Это значит, что у детей, недолюбленных в детстве родителями, понижается самооценка и появляются проблемы в проявлении, выражении эмоций, что, в свою очередь, часто приводит к духовному одиночеству. По мнению М. Арбатовой, психологический климат (комфорт) в семье очень важен (модели отношений «муж – жена» и «родители – дети» должны основываться на доброжелательном партнерстве, а не на соперничестве и насилии в любых его видах). По мнению автора, важно найти в отношениях «золотую середину»: уход в рациональное так же страшен, как и безотчетное следование «рациональному».

В семье у ребенка формируется способность к установлению отношений и определяется форма идентификации по гендерному типу (т. е. гендерная индивидуальность). Закрепленные в семье процессы гендерного ролевого научения, различия в способности к установлению отношений и формы идентификации готовят мальчика и девочку к принятию взрослых гендерных ролей. Гендерное ролевое поведение с некоторыми модификациями передается от поколения к поколению [9, с. 124].

«Поскольку идентичность женщины остается преимущественно в рамках роли жены / матери, женщина передает свои ролевые навыки и ожидания, свой образ жизни следующему поколению с большей вероятностью, чем отец» [15, с. 208]. Зачастую в отношениях «мать – дети» наблюдается отсутствие эмоциональной связи и, как следствие, «женское насилие» в семье (женщина эмоционально подавляет членов своей семьи).

Это утверждение можно проецировать как на сферу рационального, так и на сферу эмоционального. В романах М. Арбатовой «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска» мы наблюдаем примеры «протестного поведения» как одной из форм осознанного противодействия детей такой насильственной трансляции личного и культурного опыта матери. «Психологическая зависимость от матери – основная проблема европейской культуры. Матери хотят эмоционально жить за счет ребенка, хотят быть всем для него, поэтому они не готовят его к нормальному восприятию основных фаз отрыва от себя: переходного возраста, брака и собственной смерти.

• –    В переходном возрасте я только и слышала: убери челку с глаз – ты ослепнешь; не смей краситься – станешь проституткой; будешь противоречить – закончишь свою жизнь на помойке… – вспомнила Елена. <…>

• –    Я отвечаю за тебя перед обществом! – многозначительно оправдывалась мать, что означало: вообще-то ты мне по фигу, но общество заставляет меня интересоваться тобой…

После этого страстно хотелось спиться, пойти по рукам, чтобы “общество” наказало мать хотя бы за это!» [2, с. 301–302].

Женщина выполняет в культуре и в социуме важные функции. Женское начало имеет в философском и культурологическом понимании две основные ипостаси: мать, жена. «Материнство есть такая форма связи одного с другим, в которой два элемента имманентно связаны между собой, причем другое порождается одним, как причиной порождается следствие» [4, с. 29]. Эта связь не только фи- зическая, но и духовная. «Вторая форма женского начала – жена – является подчиненной в своей связи с мужским началом, в отличие от первой, материнской формы, в которой женское начало господствовало над мужским. И если в материнстве подчиненность мужского начала отрицала роль личности, сферу активного творчества и свободы, если ипостась матери связана только с субстанциональностью – повторением, естественностью, сохранением и заботой о том, что уже есть, то в браке господство мужского начала – это свобода и творчество, утверждение самоценности индивидуальности и личности. <…> Жена в браке – это преемственность между прошлым и будущим; она – само настоящее, то, что наделяет смыслом каждую определенность, стремящуюся вырваться на свободу личного самоутверждения» [4, с. 42–43]. Исходя из возвышенного понимания материнства, мать – это воплощение добра, любви, гармонии, в реальной же жизни матери, по мнению М. Арбатовой, зачастую являются трансляторами подсознательной жестокости, непонимания, морального и физического насилия. Это происходит не из-за того, что женщина не любит своего ребенка, просто она считает, что ее жизненный опыт позволяет ей принимать важные решения за ребенка (а не вместе с ребенком), т. е. ограничивает внутреннюю свободу ребенка. «Димкина мать <…> истязала единственного ребенка музыкальной школой <…>. Уж эти невостребованные судьбой мамашки, месящие потными ладонями вместо собственного жизненное пространство детей!» [2, с. 12]. Главная героиня романа «Визит нестарой дамы» Ирина Ермакова рассуждает о матерях послевоенного поколения: «Если б я была писательницей, я бы создала “Декамерон” о мамашах нашего поколения. – Я часто думала о том, что для них насилие было нормой жизни, и те из нас, кто перешел к новому гуманитарному стандарту, все время конфликтовали с матерями» [Там же, с. 28]. «Мать снилась мне идеальной, тактичной и ласковой, но поутру я налетала лицом на реальность. <…> Умом я понимала, что люди, изуродованные сталинским детством, не могут быть нормальными родителями, что насилие и безответственность впечатаны в них как нормы. Откуда они могли знать, что материнская любовь безусловна и ее отсутствие вызывает у человека чувство отчаяния и потерянности <…>. Откуда им было ведать, что мать любит своих детей не потому, что они хорошие, а потому, что они ее дети» [Там же, с. 74–75].

При помощи параллельного сцепления эпизодов М. Арбатова добивается широкой типизации: поколение отцов (родители Ирины Ермаковой и ее друзей) и поколение детей (Ирина Ермакова, Димка, Ека, Пупсик, Тихоня и Васька). Отсутствие имен и фамилий у некоторых персонажей (есть только прозвища) усиливают эффект типизации: группа друзей проецируется на все «поколение сорокалетних». Эпиграф к произведению расширяет исторические рамки и также способствует типизации:

В пятидесятых рождены.

В шестидесятых влюблены.

В семидесятых болтуны.

В восьмидесятых не нужны.

Ах, «дранг нах остен, дранг нах остен»!

Хотят ли русские войны?

Быть может, будем в девяностых

России верные сыны (Евгений Бунимович).

В романе «Семилетка поиска» автор уделяет внимание в большей мере поколению «сорокалетних детей» и психологическим проблемам их возрастного кризиса. Главная героиня (журналистка Елена) меняет жизненную концепцию с «Я – гиперопекающая мать» на «Я – женщина» (которая проявляется, в первую очередь, через призму женской сексуальности). Позиция Елены «Я – гиперопекающая мать» реализуется в произведении в трех системах отношений: родители Елены, которые были своего рода большими детьми, ее мужья, дочь Лида. В каждой из этих межличностных систем есть внутренний конфликт, двусторонняя зависимость и властные отношения.

Модель взаимоотношений родителей в семье усваивается детьми. М. Арбатова показывает различные стратегии семейных отношений. Важен тот факт, что дети иногда попадают в ситуацию, когда родители расстаются (разводятся) и создают новые семьи. Или дети становятся свидетелями аморального поведения матери (отца) в ситуации измены партнеру.

Психологи предполагают, что «организация и идеология семьи все же воспроизводят гендерные различия и создают ожидание, что женщина, в отличие от мужчины, обретет первичную идентификацию именно в семье» [15, с. 208]. Девочка узнает, что значит быть (или не быть) женственной посредством личной идентификации с матерью или с другими важными в ее жизни женщинами (с родственницами, подругами матери, матерями друзей и т. д.). Эта модель гендерной идентификации имеет как положительные, так и отрицательные стороны, поскольку если в одном из поколений произошел «сбой» в гендерной идентификации, то могут поменяться гетеросексуальные компоненты роли. Если эта измененная модель начинает восприниматься последующими поколениями, то этот процесс приводит к неверному пониманию гендерной роли в эмоциональном плане: неспособности к эмпатии, изменению эмоциональной потребности к установлению позитивных отношений. В результате таких трансформаций человек не способен создать или сохранить семью, поскольку его поведение не соответствует существующему в обществе стереотипу гендерного поведения [8, с. 138].

«Девочка идентифицируется с матерью, чтобы обрести взрослую женскую идентификацию и научиться взрослой гендерной роли» [15, с. 210]. Что же происходит, если сама мать в психологическом плане не является взрослым человеком (в сфере эмоционального и / или рационального)? По-видимому, в таком случае происходит инфантилизация или позднее проблемное взросление следующего поколения, что и показано в романах М. Арбатовой «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска».

Например, Лида, взрослая дочь Елены, ведет себя как подросток: не осознает ответственность за совершенные поступки, не задумывается об их последствиях. Результат подобной жизненной позиции – отсутствие собственной семьи и неспособность самостоятельно зарабатывать себе на жизнь. Отличительная особенность романа «Семилетка поиска» заключается в том, что рациональный план отношений дается чаще всего в психологическом анализе отношений Елены и Лиды, представлен в тексте в восприятии либо автора, либо психолога Карцевой. Эмоциональная составляющая выражается в непосредственной речи персонажей.

Мария Арбатова в своих романах остро полемизирует с гендерными стереотипами общества. В частности, в вопросе о социальном статусе женщины. «Жизнь женщины и мнение о женщине помещают ее в сфере социального взаимодействия и личных отношений» [Там же, с. 212], т. е. семейных отношений. «В нашем обществе женщину в первую очередь определяют как жену и мать, т. е. определяют ее через углубленные отношения к кому-то еще, а мужчину определяют в первую очередь в универсальных терминах профессии» [Там же].

Главные персонажи-женщины в романах М. Арбатовой состоялись в профессиональном плане: Ирина Ермакова – известная художница, Елена – успешная журналистка. В личных (семейных) отношениях они сталкиваются с многочисленными трудностями. Выполняя в семье роль жены и матери, женщины несут ответственность за аффективно-зависимые функции [Там же].

Автор пытается опровергнуть устоявшийся стереотип, что женщина в обществе получает статус и положение в основном от мужа. М. Арбатова подчеркивает тот факт, что женщина в современном мире все чаще выполняет «мужские» функции: берет на себя активную роль не только в семье, но и в обществе в целом. Традиционно сложившиеся требования к гендерной роли женщины часто противоречивы, например, быть пассивной и зависимой в отношениях с мужчиной и быть независимым инициатором по отношению к детям [Там же]. Автор в своих произведениях «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска» задает вопрос: «А что же делать женщине, если муж в психологическом плане занимает в семье место сына?». Ответ на него косвенно дан в текстах романов: задуматься над предпосылками этой жизненной ситуации. М. Арбатова побуждает читателей поразмышлять над этим вопросом и определиться в жизненной стратегии, ведь если ты хочешь быть «сильной» женщиной (ус- пешной в работе, независимой и реализовавшейся в материнстве), то необходимо оценить свое влияние на членов семьи и смириться с тем, какую цену приходится платить за трансформацию своей гендерной роли.

Авторская концепция выражения «эмоционального» и «рационального» в романах М. Арбатовой «Визит нестарой дамы» и «Семилетка поиска» заключается в том, что писательница проявляет свою индивидуальность в манере повествования, сочетающей рациональность рассуждений с эмоциональностью описаний. М. Арбатова приглашает читателей к откровенному разговору о межличностных отношениях в семье. Она выстраивает повествование таким образом, что искреннее эмоциональное и рациональное осмысление героями собственной жизни и истории их семей затрагивает эмоции читателей и создает предпосылки для переосмысления собственного жизненного опыта.