Барьеры развития образовательного потенциала российских детей: масштабы и дифференциация

Продуктивное развитие образовательного потенциала детского поколения представляется безусловно важной задачей, решение которой позволяет существенно расширить жизненные шансы молодых людей, получающих возможности достижения индивидуального успеха на основе сформированных возможностей. Одновременно выстраивание на страновом уровне соответствующих позитивных трендов способствует позитивной социальной динамике на горизонте десятилетий. При этом представляется очевидным наличие барьеров, препятствующих реализации желаемых образовательных траекторий массовых групп россиян, вследствие дефицита их ресурсных возможностей и неравенств в материальном и территориально-поселенческом измерении. В этой связи исследование, посвящённое выявлению ограничений реализации образовательных практик детского поколения в условиях текущего социальноэкономического контекста, видится важным и актуальным.

Необходимость развития индивидуальных и групповых образовательных возможностей концептуально обоснована разработками теории человеческого капитала [1– 4], закрепляющей рассмотрение ресурсной значимости образования в контексте задач повышения конкурентоспособности и достижения успеха — как на индивидуальном, так и на страновом уровнях. Исследования человеческого капитала подтверждают важность развития детей, начиная с ранних возрастов — в периоды жизни, когда происходит первичное формирование навыков и закладывается «фундамент» дальнейшего развития личности [5; 6].

В российской исследовательской практике внимание к развитию качественных характеристик населения имеет достаточно длительную традицию. В ходе установочных разработок, реализована структуризация проблем повышения качества человеческого потенциала, а также обоснована необходимость осуществления соответствующих инвестиций [7–9]. Важность проблема- тики объясняет неослабевающее внимание к ней и в последние годы: можно отметить широкий круг разработок, посвящённых исследованию человеческого потенциала, как в концептуально-теоретическом «разрезе», так и в эмпирическом измерении [10–13].

Представители различных групп российского населения демонстрируют выраженные интенции к развитию образовательного потенциала путём включённости в широкое пространство соответствующих практик [14; 15]. При этом важной особенностью, определяющей контекст и продуктивность осуществляемых поведенческих моделей, выступает значительное неравенство, проявляющееся, в числе прочего, по основаниям материальной обеспеченности и территории проживания [16–19]. Система существующих в обществе неравенств определяет существенные различия в возможностях формирования и развития человеческого капитала различных групп россиян [20–22], вследствие чего образование во многом превращается из фактора социально-экономической мобильности в инструмент консервации барьеров между различными группами населения [23]. При этом в условиях пандемии COVID-19, существенно повлиявшей на жизненные практики всех массовых групп российского общества, домохозяйственные инвестиции в развитие человеческого потенциала детей заметно сократились [24].

Предметом исследования выступают барьеры развития образовательного потенциала детского поколения, а объектом — домохозяйства, имеющие в своём составе детей дошкольного и школьного возраста. Развитие образовательного потенциала детского поколения крайне многоаспектно, и на стадиях жизненного цикла детей реализуется в различных форматах. Можно с уверенностью предполагать, что в актуальных условиях существенного социальноэкономического неравенства часть российских домохозяйств сталкивается с барьерами, ограничивающими возможности развития образовательного потенциала детей, и целью настоящей работы является рассмотрение актуальности данных барье- ров для различных групп населения. В фокусе настоящего исследования находится рассмотрение ограничений на двух уровнях, не только имеющих самоценную значимость, но также являющихся важными взаимосвязанными элементами в цепочке формирования образовательного и — шире — человеческого потенциала детей. Первый уровень — это включённость детей, не достигших восемнадцатилетнего возраста, в систему дополнительной подготовки, а второй — прожективно рассматриваемый переход школьников от общего к профессиональному образованию. Насколько массовой является ситуация вынужденного отказа домохозяйств от желаемых практик дополнительного образования детей? Какими факторами, в первую очередь, определяется актуализация данных деприваций детского поколения? Считают ли представители домохозяйств со школьниками свои ресурсные возможности достаточными для того, чтобы обеспечить подрастающему поколению возможности получения желаемого профессионального образования? Насколько существенной в этом отношении является социально-экономическая дифференциация домохозяйств, и по каким основаниям различия проявляются наиболее выражен-но? Для ответов на эти вопросы мы использовали результаты массового анкетного опроса, репрезентирующего взрослое население страны, реализованного с использованием специально разработанного автором исследовательского инструментария.

Эмпирическую базу исследования составляют две подвыборки, выделенные из данных репрезентативного опроса населения страны, который проведён Институтом прикладных экономических исследований (ИПЭИ) РАНХиГС в 2024 году 1. Опрос реализован методом телефонного анкетирования посредством случайной стратифицированной систематической выборки мобильных телефонных номеров. Реализованное на основе данных Росстата кво- тирование территориальных страт (столицы, Центр, Урал, Сибирь, Восток) позволило территориально распределить выборку в соответствии с показателями генеральной совокупности. Показатели достигнутой выборки, совокупный объём которой составил 2618 респондентов, по основным демографическим характеристикам соответствуют актуальным данным Росстата. Первую из подвыборок, используемую для анализа ограничений включённости детей в систему дополнительной образовательной подготовки (обучающих и развивающих занятий, выходящих за рамки программ основного дошкольного и общего образования), составляют представители домохозяйств, имеющих в своём составе детей от 2 до 17 лет (1024 респондента). Вторая подвыборка, объём которой составляет 966 респондентов, включает представителей домохозяйств, в составе которых представлены дети от 7 до 17 лет, и используется при анализе ресурсных ограничений, объективизирующих препятствия к будущему вхождению в желаемый сегмент профессиональной образовательной подготовки.

Ограничения доступности детских образовательных и развивающих занятий

В условиях современного социальноэкономического контекста достижение жизненного успеха во многом определяется возможностями, заложенными в ранние периоды формирующего возраста, и, вследствие этого, внимание домохозяйств к образовательным практикам детского поколения стало массовой социальной нормой. При этом результаты исследования показывают, что более 40% опрошенных, имеющих в составе домохозяйств детей младше восемнадцати лет, отмечают факт недостижимости каких-либо образовательных и / или развивающих занятий, посещение которых представляется желательным.

Данные, представленные на рис. 1, свидетельствуют о достаточно равномерном распределении ситуаций отказа от дополнительных образовательных практик детей по территориально-поселенческим группам. Как можно предположить, это иллюстрирует ситуацию, при которой в городах, особенно крупных, присутствует более широкая номенклатура выбора вариантов детской активности, часть которых видится желаемой и при этом недоступной. В сельских поселениях, в свою очередь, предложение соответствующих услуг гораздо уже, что ограничивает как фактологический набор доступных вариантов, так и пространство субъективно желаемого. Аналогичная ситуация небольших межгрупповых различий наблюдается при сравнении домохозяйств, характеризующихся различным уровнем материальной обеспеченности. При этом представители сравнительно благополучных в финансовом отношении слоёв общества в меньшей степени склонны отмечать вынужденную ограниченность возможностей дополнительного образования и развития подрастающего поколения.

Далее рассмотрим факторы, вызывающие ограничения доступности практик развития образовательного потенциала юных представителей российских домохозяйств (табл. 1). Наиболее распространённым основанием (указанным около 40% опрошенных) в этом отношении является финансовое, когда родители оказываются не в состоянии оплатить соответствующие занятия, а также обеспечить детей необходимыми материалами, инвентарём и пр. Немногим более трети семей проживают в населённом пункте или районе города, где мероприятия желаемой направленности отсутствуют. Дефицит времени у детей (особенно заметный в школьном возрасте в связи с загруженностью основными образовательными занятиями), а также отсутствие возможностей родительского сопровождения, также являются причинами вынужденных ограничений образовательной активности, имеющими массовую значимость.

Результаты исследования показывают, сколь существенна дифференциация в отношении причин отказа от представляющихся желаемыми образовательных и развивающих занятий. Роль финансового фактора при этом предстаёт сопоставимой, характеризуя от 31% (в сельской местности) до 41% (в городах) домохозяйств, деприви-рованных в рассматриваемом отношении. Для семей, проживающих в крупных мегаполисах, выраженно приоритетным основанием является загруженность детей образовательными и воспитательными мероприятиями, в то время как ограниченность образовательной инфраструктуры является существенно менее значимой, по сравнению с менее крупными городами и особенно — с сельскими поселениями. При этом сельские жители, наряду с тем, что для них основным фактором является отсутствие

Рис. 1. Распространённость вынужденного отказа от желаемых детских образовательных и / или развивающих занятий, %

Fig. 1. Prevalence of forced refusal of desirable educational and developmental activities for children, % Источник: расчёты автора по подвыборке репрезентативного анкетного опроса россиян; 1024 респондента, имеющих в составе домохозяйства детей младше 18 лет; 2024 год.

желаемых занятий в населённом пункте, характеризуются минимальной фокусировкой на недостатке времени у детей и их загруженности. Для представителей городов менее одного миллиона жителей, наряду с проживающими в сельской местности, сравнительно значимым является отсутствие возможностей сопровождения детей на занятия, которые, вследствие особенностей развития инфраструктуры, могут располагаться далеко от дома.

Таблица 1

Причины вынужденного отказа от желаемых детских образовательных и/или развивающих занятий, % от отказывающихся, допускалось несколько ответов

Table 1

Reasons for forced refusal of desirable educational and/or developmental activities for children, % of those who refused, multiple answers allowed

Группы	Причины
	Недостаток финансовых средств	Отсутствие желаемых занятий в населённом пункте / районе проживания	Отсутствие возможностей необходимого сопровождения детей	Недостаток времени у детей, их высокая загруженность
В целом	37,2	34,7	30,9	25,5
Типы поселений
Города 1 млн жителей и более	40,9	20,9	24,3	40,0
Города менее 1 млн жителей	39,2	30,4	34,3	23,5
Сельские поселения	31,1	60,0	32,2	10,0
Уровень материальной обеспеченности
Средний и выше	18,0	34,1	30,9	34,6
Ниже среднего	56,3	39,3	34,8	13,3
Низкий	61,4	28,6	24,3	19,8

Источник: расчёты автора по подвыборке репрезентативного анкетного опроса россиян; 1024 респондента, имеющих в составе домохозяйства детей младше 18 лет; 2024 год.

Различия в основаниях, которыми определяются барьеры включённости в представляющиеся желательными практики развития образовательного потенциала, также в существенной степени проявляются по группам материальной обеспеченности россиян. Если в сравнительно благополучной группе дефицит финансовых ресурсов фиксируется в 18% случаев, то среди обеспеченных на уровне ниже среднего доля таких ответов превышает половину опрошенных, а среди бедных — достигает более 60%. При этом в группе среднего и выше материального статуса на уровне трети домохозяйств, депривированных в отношении посещения детьми желаемых занятий, отмечается основание загруженности детей, которое сре- ди двух других групп материального статуса выделяется на 15–20 процентных пунктов реже.

Представления об ограничениях успешного перехода детей от общего к профессиональному образованию

Переход от общего к профессиональному образованию является одним из важнейших этапов реализации образовательных траекторий детского поколения. Подготовка к этому этапу и его реализация требуют приложения целенаправленных усилий и ресурсных затрат, предполагая соответствующее напряжение не только самих молодых людей, но и их семей. На основе са- мооценок представителей домохозяйств, имеющих в своём составе школьников, видно, что четверть опрошенных явно сомневаются в возможностях обеспечить детям качественную подготовку, предваряющую поступление в профессиональные учебные заведения (рис. 2).

Рис. 2. Представления о возможностях семьи обеспечить детям подготовку к поступлению в профессиональные учебные заведения приемлемого уровня

Fig. 2. Perceptions of the family’s ability to provide children with preparation for entering vocational educational institutions of an acceptable level

Источник: расчёты автора по подвыборке репрезентативного анкетного опроса россиян; 966 респондентов, имеющих в составе домохозяйства школьников; 2024 год.

В каких группах населения рассматриваемые ограничения проявляются наиболее выраженно? Данные, представленные в табл. 2, показывают, что рассматриваемые барьеры в несколько большей степени проявляются среди жителей крупных городов и сельских поселений, а население мегаполисов предстаёт в сравнительно благополучном положении. При этом территориально-поселенческие различия в целом измеряются лишь несколькими процентными пунктами, и в каждой из трёх выделенных групп отмечается существенно более половины ответов, фиксирующих позитивную оценку домохозяйственных возможностей. Как можно предполагать, территориально-поселенческая дифференциация скорее проявляется в уровне образовательных амбиций, а также в результатах реализации прожектив-ных практик развития образовательного потенциала.

Одновременно подтверждается существенное влияние материального неравенства российских домохозяйств на их возможности в отношении развития детского образовательного потенциала. В ситуации сравнительно благополучного статуса позитив в самооценке достаточности домохозяйственных ресурсов приближен к 80%, в группе пониженных материальных возможностей шансы успешной подготовки детей к окончанию школьного образовательного этапа и поступлению в желаемое профессиональное учебное заведение снижаются до немногим более половины, достигая минимума (37%) среди тех, чей материальный статус низок. При этом важно отметить, что ограниченный материальный статус, кардинально снижая жизненные шансы в рассматриваемом отношении, не сводит их совсем к нулю.

Представления о перспективах домохозяйственной поддержки образовательных амбиций детей при переходе к профессиональному образованию существенно взаимосвязаны с декларируемым уровнем общей жизненной удовлетворённости (табл. 3). Только каждый пятый из россиян, полагающих достаточность ресурсной обеспеченности для эффективного осуществления данного перехода, скорее и полностью не удовлетворён своей жизнью. При этом те, кто декларирует негативные представления относительно своих возможностей помочь детям на данном важнейшем этапе образовательной траектории, склоняются к жизненной неудовлетворённости в более чем половине случаев.

Основные выводы

Результаты исследования свидетельствуют о наличии выраженных барьеров, огра-

Таблица 2

Представления о возможностях семьи обеспечить детям подготовку к поступлению в профессиональные учебные заведения приемлемого уровня, % по строке

Table 2

Perceptions of the family’s ability to provide children with preparation for entering vocational educational institutions of an acceptable level, % by row

Группы	Представления о возможностях
	Скорее присутствуют	Скорее отсутствуют	Затруднились ответить
В целом	64,5	24,9	10,6
Типы поселений
Города 1 млн жителей и более	66,4	22,1	11,5
Города менее 1 млн жителей	64,7	26,6	8,7
Сельские поселения	60,9	25,9	13,2
Уровень материальной обеспеченности
Средний и выше	77,3	11,9	10,8
Ниже среднего	52,2	37,4	10,4
Низкий	37,2	53,3	9,5

Источник: расчёты автора по подвыборке репрезентативного анкетного опроса россиян; 966 респондентов, имеющих в составе домохозяйства школьников; 2024 год.

Таблица 3

Уровень удовлетворённости жизнью в целом, по группам представлений о домохозяйственных возможностях обеспечения детям подготовки к поступлению в профессиональные учебные заведения приемлемого уровня, % по столбцу

Table 3

Overall life satisfaction by groups differentiated according to perceptions of households’ capabilities to provide children with preparation for entering vocational educational institutions of an acceptable level, % by column

Уровень удовлетворённости жизнью в целом	Представления о возможностях
	Скорее присутствуют	Скорее отсутствуют	Затруднились ответить
Удовлетворены	45,5	21,8	35,4
Скорее удовлетворены	33,7	26,5	32,3
Скорее не удовлетворены	12,5	30,7	19,2
Не удовлетворены	8,3	21,0	13,1

Источник: расчёты автора по подвыборке репрезентативного анкетного опроса россиян; 966 респондентов, имеющих в составе домохозяйства школьников; 2024 год.

ничивающих продуктивность образовательного потенциала детского поколения.

В отношении детей дошкольного и школьного возраста ситуация недостижимости желаемого комплекса образовательных и развивающих занятий фиксируется представителями более 40% домохозяйств. Сопоставимость распространённости подобных ситуаций в городских и сельских территориально-поселенческих груп- пах, а также умеренные различия в группах материального статуса, позволяют предполагать разнообразие факторов формирования и закрепления подобных деприваций. Полученные данные подтверждают неоднородность выявляемых барьеров развития юных россиян. Достаточно распространённым фактором предсказуемо является материально-финансовый, фиксируемый на уровне около 40% опрошенных; сопо- ставимую значимость (31–35%) имеют причины, связанные с инфраструктурной обеспеченностью населённых пунктов и временными возможностями родителей. Ограничения в посещении желаемых занятий вследствие загруженности детей основными и дополнительными активностями отвечают ситуации каждого четвёртого домохозяйства из числа ощущающих депривации в рассматриваемом отношении.

При этом основания недостижимости для детей желаемых образовательных и развивающих занятий предстают существенно дифференцированными. Так, для домохозяйств сравнительно благополучного материального статуса, а также в целом для жителей мегаполисов, сравнительно значимым является недостаточность времени у детей, которые уже имеют нагрузку, близкую к предельной. В сельской местности максимальную значимость имеет фактор развития инфраструктуры, вследствие чего желаемый спектр образовательной и воспитательной активности остаётся зачастую недостижимым. Недостаток финансовых средств, по очевидным причинам, чаще обуславливает жизненную ситуацию домохозяйств ограниченного материального статуса, при этом обращает на себя внимание уровень соответствующих различий, которые в сравнении с относительно благополучной группой населения более чем троекратны.

Выраженной точкой напряжения и приложения целенаправленных усилий для современной российской семьи является обеспечение подготовки детей к успешному переходу от общего к профессиональному образованию. Четверть опрошенных родителей школьников явным образом сомневаются в том, что смогут обеспечить своим детям качественную подготовку, предваряющую поступление в профессиональные учебные заведения желаемого уровня. Важно отметить достаточную равномерность представлений в этом отношении представителей различных территориальнопоселенческих групп, что свидетельствует о том, что в каждой из них заметное большинство находят достижимыми выбирае- мые для себя сегменты профессионального образовательного пространства страны. При этом домохозяйственная ресурсная дифференциация предстаёт крайне существенной, и можно констатировать, что материальные депривации средневозрастных россиян имеют явные интенции к переходу в депривации развития человеческого потенциала младшего поколения, вступающего во взрослую жизнь.

Проведённое исследование, безусловно, имеет ряд значимых ограничений, в первую очередь связанных с тем, что предметом рассмотрения здесь выступают только два звена многомерной «цепочки» развития образовательного потенциала детского поколения. При этом полученные результаты представляются значимыми для выявления соответствующих барьеров и могут служить основой будущих исследовательских разработок в данной сфере и быть полезными при совершенствовании социальной политики для обоснования мер, направленных на сглаживание проблем, актуальных для различных групп населения страны. Эффективная поддержка усилий российских домохозяйств в отношении развития детей с очевидностью способна повысить продуктивность социальной динамики, расширяя перспективы страны не только в ближайшем будущем, но и на горизонте десятилетий.