Барыбинский клад второй половины I - начала II века (предварительная публикация)

Клад был найден в 2020 г. в результате незаконных раскопок с применением металлодетектора на территории муниципального образования г. Тула (бывший Ленинский р-н Тульской обл.) около дер. Барыбинка. В 2022 г. сотрудниками УФСБ по Тульской области была пресечена попытка его продажи на черном рынке. Клад был изъят у находчика и, по результатам судебного заседания, передан в фонды Государственного музея-заповедника «Куликово поле», где в настоящее время и хранится (ГМЗ-КП-2029/1-1544).

• ¹    Статья подготовлена в рамках выполнения НИР ИА РАН по теме «Панорама историко-культурных процессов на территории Восточной Европы в римское время и эпоху Великого переселения народов по археологическим данным (I–VII вв.)» (№ НИОКТР 122011200267-0).

Летом 2022 г. в ходе проверки сведений о нахождении клада сотрудниками музея-заповедника был выявлен памятник археологии «Барыбинка. Селище 1» (рис. 1: I, 1 ). В его западной части, практически на склоне оврага, было зафиксировано грабительское разрытие – крупная яма размерами 0,75 × 0,8 м и глубиной до 0,7 м. Согласно полученным сведениям, подтвержденным показаниями находчика, сделанными в ходе следствия, именно в этой яме на глубине около 0,4 м и был найден клад. Находчики возвращались на это место перед попыткой продажи и значительно расширили разрытие для проверки полноты выборки находок.

Шурф площадью 1 кв. м, заложенный на месте разрытия, позволил выделить два периода бытования поселения – памятник типа Упа 2 (I в. до н. э. – I в. н. э.) и эпохи Средневековья (XIV–XV вв.). В 2023 г. с целью изучения места сокрытия клада на селище был заложен раскоп площадью 12 кв. м ( Столяров , 2023б). В ходе работ было установлено, что он был спрятан в котловане наземной постройки столбовой конструкции (рис. 1: III ).

Постройка относится к слою памятника типа Упа 2. Среди находок необходимо отметить небольшую бронзовую сюльгаму (рис. 1: II, 1 ) и фрагменты груболепных сосудов с примесью дробленого известняка в качестве отощителя (рис. 2: 6–10 ). Аналогичные сосуды характерны для памятников типа Упа 2, которые датируются в рамках I в. до н. э. – I в. н. э., не исключая начала II в. ( Столяров , 2012. С. 85–86). Постройка не содержит слоя пожара и, судя по характеру заполнения и фрагментированности керамического материала, была заброшена.

Рядом с раскопом, на склоне оврага, был найден трехлопастной железный наконечник стрелы (рис. 1: II, 2 ). Такие наконечники, характерные для среднесарматской культуры, в большом количестве найдены на памятниках типа Упа 2, на которых прослежен горизонт пожаров середины I в. н. э., связанный с экспансией в лесную зону лесостепного населения ( Воронцов, Столяров , 2019. С. 57, 69. Рис. 8: 8–13 ; 9: 7–9 ; 10: 9 ; Столяров , 2023а. С. 74, 78. Рис. 1: 2 ; 4: 1–11 ).

Вместе с кладом у находчиков было изъято донце груболепного горшка с примесью дресвы в тесте диаметром 13 см и высотой стенок до 6,5 см (рис. 2: 4 ). При разбивке раскопа в 2023 г. недалеко от грабительской ямы был найден втоптанный в дерн пакет, по всей видимости, брошенный грабителями в 2020 г. В нем содержались фрагменты одного груболепного горшка, в том числе несколько фрагментов высоких отогнутых наружу венчиков (рис. 2: 1–3, 5 ). Некоторые из фрагментов позже были подклеены к вышеописанному донцу. К сожалению, горшок был практически полностью уничтожен грабителями в ходе извлечения клада из земли. Во фрагментах сохранилось не более 15 % от общего объема сосуда.

Таким образом, клад изначально находился в груболепном горшке (анализ его культурной принадлежности будет приведен ниже) и был помещен внутрь котлована заброшенной постройки.

Состав клада

Многовитковое бронзовое украшение (рис. 3: 1 ). Высота изделия – около 16 см. Представляет собой согнутый в спираль дрот круглого сечения (4 витка, диаметр витка – около 16 см, диаметр дрота – 0,35–0,38 см), оба конца которого

Рис. 1. Изучение места находки Барыбинского клада

I – место находки клада (1) в контексте памятников типа Упа 2; II – находки, полученные при исследованиях. Кольцевидная бронзовая фибула из раскопанной постройки ( 1 ) и железный наконечник стрелы ( 2 ), найденный на склоне оврага рядом с раскопом; III – постройка после выборки

Рис. 2. Фрагменты лепного горшка, связанного с кладом ( 1–5 ), и лепная керамика из изученной постройки ( 6–10 )

Рис. 3. Предметы из клада

1 – многовитковое украшение; 2–5 – височные кольца с лопастью; 6 – дротовый браслет;

• 7, 8 – многовитковые браслеты; 9, 10 – многовитковые перстни

• 1,    6–10 – бронза; 2–5 – серебро

раскованы в пластины (толщина – около 0,1 см), расширяющиеся в средней части (максимальная ширина – 3,5–3,7 см). Внешний край пластин узкий, массивный, отвертковидный. На пластины нанесен орнамент: по краям одна линия точечного орнамента, нанесенного пуансоном с внутренней стороны, по середине одна линия точечного орнамента, нанесенного пуансоном с внешней стороны, и по шесть крупных круглых выпуклостей (порядок 1:2:2:1), окруженных одним рядом точечного орнамента, нанесенного пуансоном с внешней стороны.

Полных аналогий этому предмету неизвестно, но предметы, изготовленные в этой стилистике (височные кольца с лопастью и многовитковые браслеты с окончанием в виде лопастей), найдены в составе Барыбинского клада и рассматриваются ниже. Это, несомненно, законченное изделие, а не полуфабрикат. Интерпретировать его можно либо как очень широкий многовитко-вый браслет, либо как украшение головного убора, вероятно, имевшего тканевую основу.

Височные серебряные кольца с лопастью (4 экз.) (рис. 3: 2–5 ). Представляют собой согнутый в спираль дрот округлого сечения (2,5 витка, толщина дрота – 0,15–0,18 см), один конец которого раскован в пластину-лопасть каплевидной формы (толщина – около 0,05–0,07 см, максимальная ширина – 2,1 см).

В кладе две пары колец – орнаментированная (несколько более крупные, диаметр – около 3,6 см) и неорнаментированная (диаметр – около 3,1 см). Орнамент представляет собой четыре крупные круглые выпуклости, окруженные одним рядом точечного орнамента, нанесенного пуансоном с внешней стороны. Выпуклости расположены в порядке 1:2:1. У одного из неорнаментированных колец пластина была сломана в древности у места перехода в дрот и соединена внахлест с помощью одной железной заклепки.

Такие украшения появляются на верхней и средней Оке в I в. н. э., известны на Окско-Донском водоразделе среди материалов памятников типа Ново-Клей-мёново до середины III в., а среди материалов рязано-окских могильников – до начала V в. ( Ахмедов , 2020б. С. 154–156. Рис. 6).

Наиболее близкие неорнаментированной паре колец происходят с городища Страхово 2 (памятник типа Упа 2), расположенного в непосредственной близости от Барыбинки, из постройки, относящейся к горизонту середины I в. н. э. ( Столяров , 2023а. С. 74. Рис. 4: 19 ). Наиболее близкая орнаментированной паре датированная находка происходит из постройки второй половины II – начала III в., изученной на городище Супруты (горизонт памятника типа Ново-Клеймё-ново) ( Воронцов , 2013. С. 19–20. Рис. 57: 2 ).

Браслет бронзовый дротовый, разомкнутый (рис. 3: 6 ). Представляет собой согнутый в круг (6,5 × 7 см) дрот округлого сечения (сечение 0,2 × 0,3 см), заканчивающийся овальными шишечками.

Полная аналогия этому предмету происходит из разрушенного погребения Андреевского кургана ( Гришаков, Зубов , 2009. С. 27. Рис. 20: 9 ). Насколько можно судить по схематичным рисункам, близкие изделия известны в сарматских погребениях середины I – начала II в. н. э. в лесостепном Подонье ( Медведев , 2008. С. 43. Рис. 47: 8, 10 ).

Браслеты многовитковые, бронза (2 экз.) (рис. 3: 7, 8 ). Высота изделий – 15 и 14,5 см. Оба браслета представляют собой согнутый в спираль дрот полукруглого сечения (15 витков, диаметр витка – около 6–6,5 см, сечение дрота – 0,45 × 0,2 см), оба конца которого раскованы в пластины треугольного сечения с продольным ребром посередине (толщина – около 0,15 см), расширяющиеся в средней части (максимальная ширина – 1 см). Оканчиваются простым сужением пластины. На пластины нанесен орнамент: по краям одна линия точечного орнамента, нанесенного пуансоном с внутренней стороны.

Многовитковые браслеты распространены достаточно широко территориально и хронологически. Известны они и в составе кладов первых веков нашей эры на позднедьяковских памятниках, например, в кладе, найденном на Щер-бинском городище ( Дубынин , 1974. Табл. XXVII: 8, 10 ). Наиболее близким изделием по количеству витков и оформлению пластин (форма, наличие продольного ребра и орнаментация) является браслет с городища Подмоклово ( Успенская , 1971. С. 160. Рис. 1: 3 ). В настоящее время он доступен для изучения в основной экспозиции ГИМ.

Перстни спиральные, бронза (2 экз.) (рис. 3: 9, 10 ). Представляют собой дрот прямоугольного сечения (0,2 × 0,1 см; 0,15 × 0,1 см), свернутый в 7,5 и 4,5 оборота соответственно. Диаметр – 2,0 и 1,9 см, высота – 2,3 и 1,2 см. Аналогичные украшения известны в древностях позднедьяковской культуры. ( Розенфельдт , 1982. С. 91–93).

Плоские круглые бронзовые бляшки с петлями для крепления на обороте (7 экз.) (рис. 4: 1–7 ). Внешняя поверхность ровная, на обороте с одной стороны – две петли рядом, с противоположной – также или на расстоянии около 1 см друг от друга. У одной бляшки на обороте с одной стороны три петли рядом, с противоположной – одна большая петля. У самой маленькой из них – по одной петле с двух сторон. Диаметр бляшек – от 2,3 до 6 см, толщина пластины – 0,1 см, толщина с петлями – около 0,5–0,7 см. Аналогичные украшения найдены на памятниках типа Упа 2 с выраженным горизонтом середины I в. н. э. ( Воронцов, Столяров , 2019. С. 52, 65. Рис. 5: 3 ; 13: 6 ). Известны они и в кладе с позднедьяковского городища Алтухово, а также в погребениях Андреевского кургана ( Тавлинцева, Кренке , 2017. С. 186. Рис. 3: 1–3 ; Гришаков, Зубов , 2009. С. 26. Рис. 20: 10 ; 21: 6, 8 ).

Бляшка плоская круглая с центральным отверстием для крепления, бронза (рис. 4: 8 ). Отверстие аморфной формы, орнаментации нет. Край неровный. Диаметр – 2,5 см, толщина – 0,1 см.

Аналогичные украшения найдены в Ныргындинском могильнике, где датируются II–III вв. ( Голдина, Красноперов , 2012. С. 65. Табл. 6: 15–24 ).

Умбоновидные круглые бляшки с отверстием в центре, внешним плоским полем и выпуклой средней частью, бронза (2 экз.) (рис. 4: 9, 10 ). Имеют точечный орнамент, выполненный пуансоном. Одна линия точек расположена по краю, вторая – по периметру центральной выпуклой части. На более мелкой бляшке (диаметр – 2,6 см, диаметр выпуклой части – 1,2 см) пуансон нанесен с лицевой части, на более крупной (диаметр – 4,6 см, диаметр выпуклой части – 1,8 см) – изнутри.

Рис. 4. Предметы из клада

1–7 – плоские бляшки с петлями на обороте; 8 – плоская бляшка с отверстием в центре; 9, 10 – умбоновидные бляшки с отверстием в центре; 11–14 – подвески с одним неподвижным кольцом и дополнительным подвижным кольцом; 15 – пронизка трубочка

1–15 – бронза

Аналогичные украшения найдены на памятниках типа Упа 2 и связаны с горизонтом середины I в. н. э. ( Воронцов, Столяров , 2019. С. 61. Рис. 14: 4–7 ).

Подвески с одним неподвижным кольцом и дополнительным подвижным кольцом, бронза (4 экз.) (рис. 4: 11–14 ). Литые изделия имеют круглую основу сегментовидного сечения (диаметр – 1,2–1,3 см, ширина – 0,8–0,9 см), расположенное перпендикулярно ей неподвижное кольцо круглого сечения (диаметр – 2,3–2,4 см, сечение – 0,3 см) и надетое на него подвижное кольцо круглого сечения (диаметр – 1,9–2,0 см, сечение – 0,3 см).

Близкое изделие найдено на городище Страхово 2, памятнике типа Упа 2, расположенном в непосредственной близости от Барыбинки, и связано с горизонтом середины I в. н. э. (Там же. С. 58–59. Рис. 13: 9 ).

Пронизка трубочка, бронза (рис. 4: 15 ). Представляет собой свернутую в трубку тонкую пластину (толщина – 0,05 см). Не орнаментирована. Длина – 4,9 см, диаметр – 0,4 см. Аналогичные украшения известны в древностях дьяковской культуры I–III вв. ( Дубынин , 1974. С. 268. Табл. XIV: 13 ).

Разделители кожаных шнурков Т-образной формы, бронза (2 экз.) (рис. 5: 1, 2 ). С внешней стороны идет ложновитой продольный элемент, с одной стороны ограниченный круглой плоской кнопкой, с другой – полусферической бляшкой с кантом, на обратной стороне которого канал для шнурка, перекрытый двумя перемычками. Далее – две расположенные перпендикулярно полусферические бляшки с кантом, ограниченные узким стержнем с внешней стороны. На обратной стороне бляшек – перемычки для двух шнуров. Длина – 4,6 см, максимальная ширина – 2,6–2,8 см.

Полных аналогий им подобрать не удалось, но они, безусловно, стилистически близки многим верхнеокским изделиям, изготовленным в технике литья по восковой модели.

Стержневидные бронзовые пронизки, полукруглые, с задними перекладинами, в три полутрубицы (2 экз.) (рис. 5: 3, 4 ). Внешняя поверхность ложновитая, на обороте две перемычки по коротким краям. Длина – 3,4 см, ширина – 2,1 см, толщина – 0,5 см.

Близкие изделия известны на позднедьяковских памятниках, а также найдены на памятниках чегандинской культуры, где датируются II в. ( Кренке , 2011. С. 57. Рис. 139: 852–84, 23–83; Генинг , 1988. Рис. 4: 105 ).

Ворворки бронзовые, конические (7 экз.) (рис. 5: 5–11 ). Представляют собой тонкое (0,05 см) коническое изделие, имеющее сквозной канал с валикообразным утолщением в узкой части. У одного экземпляра (рис. 5: 10 ) широкая часть имеет обрамление горизонтальным полем по кругу. Максимальный диаметр – 0,9 или 1,0 см, минимальный – 0,4 см, высота – 1,5 или 1,7 см. Аналогичные украшения происходят с Милоградского городища, из жилища I в. ( Мельни-ковская , 1967. С. 75. Рис. 31: 18 ).

Фрагменты бронзового дрота (рис. 5: 12 ). Представляют собой сохранившийся в обломках (6 фрагментов) дрот прямоугольного сечения (от 0,3 × 0,2 см до 0,6 × 0,3 см), в двух случаях с раскованными концами (максимальная ширина – 1,6 см). К одному из фрагментов прикипела железная заклепка с бронзовой шайбой.

Рис. 5. Предметы из клада

1, 2 – разделители кожаных шнурков Т-образной формы; 3, 4 – стержневидные пронизки, полукруглые, с задними перекладинами, в три полутрубицы; 5–11 – ворворки; 12 – фрагменты бронзового дрота; 13 – комплекс из 74 пронизок с фрагментами кожаного шнурка; 14 – снизка из 1389 колечек

1–14 – бронза

Комплекс из 74 пронизок с фрагментами кожаного шнурка (рис. 5: 13 ). Пять пронизок в ряд и одна одиночная сохранились на фрагментах шнурка. Кроме того, сохранилось шесть его отдельных фрагментов. Все пронизки имеют сегментовидную форму или близкую ей, длина – 0,8–0,9 см, высота – 0,40–0,55 см, внешняя выгнутая поверхность имеет плоское сегментовидное сечение высотой около 0,1 см, перемычка на обороте – плоская и обычно более узкая. 46 прони-зок имеют более узкую внешнюю поверхность – шириной 0,3–0,4 см, 26 – более широкую – 0,6–0,7 см. Именно они сохранились нанизанными на шнурок. Еще две пронизки имеют форму, близкую овальной, и согнуты из пластины со сведенными в центре оборотной стороны концами.

Наиболее близкой аналогией нашим находкам являются пронизки (21 шт.) из клада украшений I–II вв. с дьяковского городища Дютьково ( Кренке и др. , 2011. С. 146. Рис. 4: А, 17–37 ). Также такие пронизки известны в I Ныргын-динском могильнике (Удмуртия) в погребениях II–III вв. ( Голдина, Красноперов , 2012. С. 80. Табл. XXI: 104–143 ).

Бронзовые колечки (1389 экз.) (рис. 5: 14 ). Кольца свернуты из дрота сегментовидного сечения, соединены внахлест и спаяны. Диаметр колец – 0,8– 0,88 см, ширина – 0,28–0,35 см, толщина – около 0,1 см.

Аналогичные колечки (472 экз.) происходят из клада украшений I–II вв. с дьяковского городища Дютьково ( Кренке и др. , 2011. С. 146. Рис. 4: Б, 1–28, 39 ), из клада III в. с городища Алтухово (66 экз.) ( Тавлинцева, Кренке , 2017. С. 187. Рис. 1: 33–45 ) и известны в I Ныргындинском могильнике (Удмуртия) в погребениях II–III вв. ( Голдина, Красноперов , 2012. С. 80. Табл. XXI: 155, 156 ).

Римская шарнирная бронзовая фибула типа Авцисса (рис. 6: 1 ). С двумя фигурами в виде кружков на передней площадке, массивной дуговидной спинкой, украшенной литым орнаментом. Ножка, постепенно сужаясь, переходит в заостренное окончание, на которое насажена полусферическая кнопка. Приемник сплошной. Длина – 4,9 см.

Эти фибулы характерны для памятников степной, лесной и лесостепной зон Центральной России финальной части среднесарматского времени и ранней части позднесарматского периода (вторая половина I – первая половина II в.). Наиболее полная свежая сводка находок, найденных на памятниках Поочья, По-сурья и Подонья, сделана И. Р. Ахмедовым ( Ахмедов , 2020а).

Стеклянные бусины (41 экз.) (рис. 6: 2 ). Большинство бусин – золотостеклянные боченковидные, 27 имеют диаметр около 0,9 см, одна такая бусина двучастная, 10 имеют больший диаметр – 1,3 см. Кроме того, найдена одна 14-гранная крупная бусина светло-зеленого цвета (1,7 × 1,8 см) и еще одна крупная 14-гранная бусина желтого стекла (1,6 × 1,6 см).

Золотостеклянные бусины распространены очень широко, наиболее близкие территориально находки известны на памятниках дьяковской культуры, где они датируются II–III вв., в том числе в составе клада с городища Алтухово, в ранних погребениях рязано-окских могильников, а также на синхронных памятниках типа Ново-Клеймёново ( Кренке , 2011. С. 83–85. Рис. 17–18; Тавлинцева, Кренке , 2017. С. 188. Рис. 1: 18–21 ; Воронцов , 2013. С. 21. Рис. 34а: 2 ). Массивные одноцветные 14-гранные бусы характерны для I–II вв. н. э. ( Алексеева , 1978. С. 62. Табл. 33).

Рис. 6. Предметы из клада

1 – фибула типа Авцисса; 2 – стеклянные бусины

1 – бронза; 2 – стекло

Культурно-исторический контекст и датировка клада

Предварительный анализ изделий из клада позволяет сделать ряд наблюдений. Наиболее статусные вещи, такие как уникальное многовитковое украшение (возможно, часть головного убора), многовитковые браслеты и височные кольца с лопастью (рис. 3: 1–5, 7, 8 ), выполнены в технике ковки с последующим нанесением орнамента пуансоном. Украшения, выполненные в этом стиле, характерны для памятников верхнего и среднего Поочья финальной части среднесарматского времени и ранней части позднесарматского периода (середина I – первая половина III в.). Наиболее поздние из них (височные кольца с лопастью) известны в древностях рязано-окских могильников вплоть до начала гуннского времени. Барыбинский клад демонстрирует наиболее комплектный набор украшений этого стиля на этапе его становления. Судя по всему, к этому же набору относятся многовитковые перстни и умбоновидные бляшки (рис. 3: 9, 10 ; 4: 9, 10 ).

Другая часть предметов (в основном бляшки, пронизки, ворворки и т. д. – вероятно, части ожерелья и металлические детали одежды) изготовлена в технике литья по восковой модели (рис. 4: 1–7, 11–14 ; 5: 1–11, 13, 14 ). Эта техника была наиболее популярна для предшествующего депонированию клада времени – эпохе раннего железного века лесной и лесостепной зон европейской части России.

Обращает на себя внимание лепной горшок, в который был положен клад (рис. 2: 1–5 ). Судя по оформлению венчика – прямой, высокий, отогнутый наружу, – данная керамическая традиция не имеет прямых аналогий в керамике памятников типа Упа 2, но находит отдаленные параллели в древностях сменяющих их памятников типа Ново-Клеймёново (II – середина III в.) ( Воронцов , 2013. С. 21–22). Это наблюдение, возможно, подчеркивает некий переходный этап и преемственность в развитии древностей первых веков н. э. на территории Окско-Донского водораздела.

Кроме вышеперечисленных категорий вещей в Барыбинском кладе содержится небольшое количество импортных вещей, связанных с «сарматским миром», – фибула типа Авцисса и стеклянные бусы (рис. 6).

Относительно датировки клада необходимо обратить внимание на следующие соображения. Он был сокрыт в заброшенной, но, вероятно, еще существовавшей в виде руины постройке памятника типа Упа 2 (I в. до н. э. – I в. н. э.), о чем говорит помещение горшка с кладом в ее котлован. В составе клада присутствует фибула типа Авцисса, датируемая в рамках второй половины I – первой половины II в. В кладе присутствуют две пары височных колец с лопастью, одна из которых (неорнаментированная) находит аналогии на памятниках типа Упа 2, имеющих выраженный горизонт пожара середины I в. н. э., другая – орнаментированная – аналогична находке из постройки второй половины II – начала III в., относящейся к горизонту памятника типа Ново-Клеймёново. Горшок, в котором был сокрыт клад, как было отмечено выше, не имеет прямых аналогий в керамике памятников типа Упа 2 и ближе к сосудам с памятников типа Ново-Клеймёново.

Таким образом, наиболее вероятное время сокрытия клада, на основании анализа всего вещевого комплекса, определяется в рамках второй половины I – начала II в., при этом не исключено, что верхняя дата может быть шире, вплоть до середины II в.