Бюджетная устойчивость субъектов Российской Федерации в условиях макроэкономической турбулентности: региональная дифференциация и новые вызовы 2025–2026 гг.

Проблема бюджетной устойчивости субъектов Российской Федерации приобрела особую остроту в 2025-2026 гг. на фоне кардинального изменения макроэкономических условий функционирования региональных экономик. Период активного экономического роста 2023-2024 гг., поддержанного в значительной мере оборонным заказом и бюджетным стимулированием, сменился фазой замедления: по оценкам Банка России, прогноз средней ключевой ставки на 2026 г. составляет 13,5-14,5% годовых [1]. Гражданский сектор экономики испытывает стагнацию, инвестиции в основной капитал снижаются, а формальная макроэкономическая устойчивость маскирует реальную рецессию в обрабатывающих отраслях [2].

Одновременно с макроэкономическим охлаждением регионы столкнулись с последствиями масштабной налоговой реформы 2025 г., в рамках которой базовая ставка налога на прибыль организаций повышена с 20 до 25%, однако весь прирост направлен в федеральный бюджет (8% вместо прежних 3%), тогда как региональная доля осталась на уровне 17% [3]. Более того, в условиях замедления экономики налогооблагаемая база по налогу на прибыль сокращается: по итогам первого полугодия 2025 г. поступления по данному налогу снизились на 7,8%, а в 14 субъектах РФ – более чем на четверть [4].

Данные обстоятельства формируют качественно новый контекст для региональной бюджетной политики и актуализируют исследование дифференциации бюджетной обеспе- ченности субъектов РФ, механизмов межбюджетного выравнивания и перспектив фискальной устойчивости в среднесрочном горизонте.

Проблематика бюджетной устойчивости регионов находится на пересечении нескольких направлений экономической науки: теории фискального федерализма, теории межбюджетных отношений и пространственной экономики. Согласно Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2030 г. с прогнозом до 2036 г., одной из ключевых целей государственной политики является сокращение межрегиональных различий в уровне и качестве жизни населения [5]. При этом документ фиксирует нарастание дифференциации: разрыв по ВРП на душу населения увеличился с 3,7 раза в 2017 г. до 4,2 раза в 2022 г., а по инвестициям в основной капитал – с 4,1 до 4,7 раза [5].

Бюджетная устойчивость субъекта РФ в настоящем исследовании понимается как способность регионального бюджета обеспечивать финансирование расходных обязательств без избыточного наращивания долговых обязательств и зависимости от трансфертов федерального центра. Ключевыми индикаторами выступают: отношение государственного долга к налоговым и неналоговым доходам (долговая нагрузка), динамика собственных доходов, структура долга и уровень бюджетной обеспеченности.

Методологически исследование опирается на сравнительный анализ бюджетных показателей субъектов РФ за 2024-2025 гг. с использованием данных Министерства финансов РФ, Федерального казначейства, Росстата, рейтинговых агентств «Эксперт РА», АКРА и «РИА Рейтинг». Применяется метод группировки регионов по уровню долговой нагрузки, а также анализ структурных сдвигов в региональных налоговых поступлениях.

Экономическое развитие российских регионов в 2025 г. определялось рядом взаимосвязанных факторов. Во-первых, высокая ключевая ставка Банка России (средняя за 2025 г. – 19,2% годовых [6]) существенно ограничила инвестиционную активность. Стоимость коммерческого кредитования для бизнеса и региональных бюджетов многократно возросла, что отразилось на объёмах капитальных вложений. Вложения в основной капитал по ито- гам первых кварталов 2025 г. снизились на 3,1% относительно предыдущего периода [2].

Во-вторых, налоговая реформа 2025 г. создала неоднозначные последствия для региональных бюджетов. Повышение базовой ставки налога на прибыль с 20 до 25% увеличило федеральную долю (с 3 до 8%), при этом региональная часть осталась неизменной – 17% [3]. Для IT-компаний ставка повышена с 0 до 5%, а для недропользователей установлен особый режим [7]. В условиях замедления деловой активности фактические поступления по налогу на прибыль в региональные бюджеты снизились на 7,8% в первом полугодии 2025 г. [4].

В-третьих, межбюджетные трансферты из федерального бюджета регионам сократились на 2,4 % по сравнению с первым полугодием 2024 г. [4]. Объём межбюджетных трансфертов на 2025 г. составил 3261,9 млрд руб., что на 9,3 % ниже оценки 2024 г. (3596,2 млрд руб.) [8]. Одновременно расходы консолидированных бюджетов субъектов выросли на 14,9%, достигнув 10,5 трлн руб. за первое полугодие 2025 г. [4].

В совокупности данные факторы привели к формированию «ножниц» между замедляющимися доходами и растущими расходами, что стало основной причиной рекордного агрегированного дефицита региональных бюджетов.

По данным Министерства финансов РФ, совокупный государственный долг субъектов Российской Федерации на 1 января 2026 г. составил 3,481 трлн руб., увеличившись за 2025 г. на 10,6% (на 333,5 млрд руб.) [9]. С учётом муниципального долга (391,6 млрд руб., +3,1%) суммарная задолженность достигла 3,873 трлн руб. (+9,8%) [9]. Это максимальный показатель за последние 15 лет наблюдений [10].

Наиболее значимым структурным сдвигом 2025 г. стало резкое наращивание коммерческого кредитования регионов. Объём банковских кредитов в структуре регионального долга увеличился в три раза (+448,5 млрд руб.), достигнув 676 млрд руб. [10]. Доля банковских кредитов выросла с 7% в 2024 г. до 19,4% (по оценке «РИА Рейтинг» [9]) и до 24% (по расчётам АКРА [10]). Доля бюджетных кредитов, напротив, сократилась с 78% до 67% [10]. Расходы на обслуживание долга увеличились на 39 %, составив 105 млрд руб. [10].

Данная динамика свидетельствует о «коммерциализации» регионального долга - переходе от относительно дешёвых бюджетных кредитов к дорогостоящим рыночным заимствованиям. В условиях средней ключевой ставки 19,2% обслуживание коммерческих кредитов создаёт значительную нагрузку на региональные бюджеты.

Таблица 1. Структура государственного долга субъектов РФ, 2024-2025 гг. [9; 10].

Показатель	2024 г.	2025 г.	Изменение
Совокупный госдолг субъектов, трлн руб.	3,15	3,48	+10,6 %
Доля бюджетных кредитов, %	78	67	-11 п.п.
Доля банковских кредитов, %	7	19-24	+12-17 п.п.
Доля облигаций, %	12	12	0 п.п.
Расходы на обслуживание, млрд руб.	~76	105	+39 %

Отношение совокупного государственного долга регионов к суммарному объёму налоговых и неналоговых доходов (долговая нагрузка) на 1 января 2026 г. составило 18,9%, что на 1,1 п.п. выше показателя годом ранее [9]. Однако за средними значениями скрывается колоссальная дифференциация: диапазон варьируется от 1,6% в Ненецком автономном округе до 122,5% в Архангельской области [9].

В 15 субъектах РФ государственный долг превышает 50% налоговых и неналоговых доходов, в шести из них - более 70% [9]. Наиболее критическая ситуация складывается в Архангельской области (122,5%, рост на 33,5 п.п. за год), Кемеровской области (рост долговой нагрузки на 37,8 п.п. при увеличении госдолга на 76,1%), Мурманской области (77,6%, +22,4 п.п.), Нижегородской области (77,1%) и Республике Коми (+20,8 п.п.) [9].

В группу лидеров по бюджетной устойчивости вошли Ненецкий АО (1,6%), Севастополь, Москва (3,9%), Ленинградская область, Санкт-Петербург и Республика Крым [9]. Москва, несмотря на значительный абсолютный объём госдолга (208,5 млрд руб., +24,4%), демонстрирует низкую долговую нагрузку благодаря масштабной собственной доходной базе [9].

Одновременно усиливается дифференциация по ВРП на душу населения. По данным 2024 г., средний ВРП на душу населения составил 1,28 млн руб. (+14,56 % к 2023 г.), однако разброс крайне велик: от ЯмалоНенецкого АО (12,2 млн руб.) до Ивановской области (557,3 тыс. руб.) - различие более чем в 20 раз [11]. Коэффициент Джини по доходам населения вырос с 0,410 в 2024 г. до 0,419 в 2025 г., достигнув максимума с 2012 г. [12].

Таблица 2. Крайние значения долговой нагрузки субъектов РФ (на 01.01.2026) [9]

Субъект РФ	Долг/ННД, %	Изменение за 2025 г., п.п.
Архангельская область	122,5	+33,5
Мурманская область	77,6	+22,4
Нижегородская область	77,1	н/д
Кемеровская область	н/д	+37,8
Республика Коми	н/д	+20,8
Ненецкий автономный округ	1,6	н/д
Москва	3,9	н/д
Севастополь	н/д	н/д (один из лидеров)

По итогам первого полугодия 2025 г. доходы консолидированных бюджетов регионов составили 10,1 трлн руб. (+2,1% к аналогичному периоду 2024 г.). Собственные доходы (налоговые и неналоговые поступления) выросли на 4,2%, однако этот рост обеспечен преимущественно НДФЛ (+10,3%) и поступлениями по упрощённой системе налогообложения (+12,1%). Налог на прибыль, тради- ционно являющийся вторым по значимости источником региональных бюджетов, показал снижение на 7,8% [4].

Наибольший прирост поступлений по НДФЛ зафиксирован в Чукотском автономном округе (+40,1%), Амурской области (+29,5%), Новгородской области (+28,5%), Республике Хакасия (+27,6%) и Севастополе (+27,0%) [4]. Рост НДФЛ обусловлен увели- чением фонда оплаты труда, в том числе в секторах, связанных с оборонным заказом, а также введением прогрессивной шкалы налогообложения доходов физических лиц.

Расходы консолидированных бюджетов субъектов РФ за первое полугодие 2025 г. достигли 10,5 трлн руб., увеличившись на 14,9%. Агрегированный дефицит составил 393,9 млрд руб. за полугодие [4], а по итогам полного 2025 г. - 1,5 трлн руб. [10], что является рекордным значением. Опережающий рост расходов обусловлен необходимостью финансирования социальных обязательств, индексацией заработных плат бюджетного сектора и реализацией инфраструктурных проектов.

Налоговые и неналоговые доходы бюджетов субъектов РФ за полный 2025 г. выросли лишь на 4,4% - существенно скромнее, чем 13,4% по итогам 2024 г. [9]. Это замедление отражает охлаждение экономики и эффект высокой базы после нескольких лет ускоренного роста.

Налоговая реформа 2025 г. носит преимущественно фискальный характер и направлена на увеличение доходов федерального бюджета [13]. Повышение базовой ставки налога на прибыль с 20 до 25% с одновременным увеличением федеральной доли с 3 до 8% означает, что весь прирост налоговой нагрузки адресован центру [3]. Регионы формально сохраняют свою долю (17%), однако в условиях сокращения налогооблагаемой базы фактические поступления снижаются.

Дополнительным фактором давления стало введение 5-процентной ставки для IT-компаний (вместо нулевой в 2022-2024 гг.), при этом вся сумма зачисляется в федеральный бюджет [7]. Для регионов с высокой концентрацией IT-сектора (Москва, Санкт-Петербург, Новосибирская область, Татарстан) это не генерирует дополнительных региональных доходов.

Положительным элементом реформы для отдельных регионов является механизм инвестиционного налогового вычета, ставший бессрочным, а также возможность субъектов РФ устанавливать пониженные ставки для малых технологических компаний и участников региональных инвестиционных проектов [7]. Однако воспользоваться этими инструментами могут преимущественно экономически развитые регионы с диверсифицированной налоговой базой, что усиливает межрегиональную дифференциацию.

Как отмечается в научной литературе, налоговые изменения в основном носят фискальный характер, и, хотя доходы бюджетов увеличатся, «положение региональных и местных бюджетов не улучшится» [13]. Данный вывод подтверждается фактическими данными за 2025 г.

Бюджетные перспективы субъектов РФ в 2026 г. определяются несколькими ключевыми факторами. Во-первых, по прогнозу «Эксперт РА», госдолг регионов может достичь 3,6 трлн руб. при долговой нагрузке 1920% [10]. Планы по выходу на облигационный рынок заявили 22 региона с совокупным объёмом размещений 738,4 млрд руб. [10].

Во-вторых, продолжающаяся налоговая реформа и возможные новые инициативы по перераспределению налоговых поступлений создают неопределённость для регионального бюджетного планирования [14]. В условиях снижения поступлений по налогу на прибыль регионы становятся всё более зависимыми от НДФЛ, динамика которого тесно связана с состоянием рынка труда.

В-третьих, 2026 г. является выборным годом, что традиционно влечёт увеличение расходов социальной направленности [14]. Сочетание необходимости повышенных расходов с ограниченными доходными возможностями создаёт предпосылки для дальнейшего роста бюджетных дефицитов.

В-четвёртых, базовый сценарий Банка России предполагает среднюю ключевую ставку 13,5-14,5% годовых в 2026 г. [1], что, несмотря на снижение относительно 2025 г., остаётся значительно выше нейтрального уровня (8,0% [6]). Стоимость обслуживания коммерческих кредитов для регионов сохранится на высоком уровне.

Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2030 г. ставит целевой ориентир по сокращению разницы среднедушевых денежных доходов между 10 лидирующими и 10 отстающими регионами с 2,3 раза (2023 г.) до 2,11 раза к 2030 г. и 1,88 раза к 2036 г. [15]. Достижение этих целей потребует значительных усилий в сфере межбюджетного выравнивания и стимулирования экономического роста периферийных территорий.

На основании проведённого анализа представляется возможным сформулировать сле- дующие рекомендации по повышению бюджетной устойчивости субъектов РФ.

Во-первых, необходимо совершенствование механизма межбюджетных трансфертов с учётом фактической дифференциации долговой нагрузки. Существующий механизм выравнивания бюджетной обеспеченности нуждается в адаптации к условиям высоких процентных ставок и структурных сдвигов в экономике.

Во-вторых, целесообразно ограничение доступа высокодотационных регионов к коммерческому кредитованию при одновременном расширении объёмов бюджетных кредитов на инвестиционные цели. Тройной рост банковских кредитов в 2025 г. свидетельствует о нехватке альтернативных источников финансирования.

В-третьих, стимулирование диверсификации региональных налоговых баз через развитие инструментов поддержки малого и среднего предпринимательства, технологических компаний и региональных инвестиционных проектов приобретает критическое значение в условиях сужения поступлений по налогу на прибыль.

В-четвёртых, реализация потенциала индивидуальных программ развития для субъектов с низким уровнем бюджетной обеспеченности (с расчётной бюджетной обеспеченностью до выравнивания не более 0,65 [8]) требует по- вышения адресности и контроля эффективности использования средств.

Проведённое исследование позволяет сделать следующие выводы. Бюджетная устойчивость субъектов РФ в 2025-2026 гг. подвержена значительным рискам, обусловленным совокупным действием макроэкономического охлаждения, последствий налоговой реформы и структурных ограничений доходной базы регионов.

Государственный долг субъектов достиг исторического максимума в 3,48 трлн руб. при одновременной «коммерциализации» структуры долга. Бюджеты регионов в 2025 г. исполнены с рекордным дефицитом в 1,5 трлн руб. Усиливается дифференциация: разрыв в долговой нагрузке между наиболее и наименее обеспеченными регионами достигает 76-кратного масштаба (от 1,6 до 122,5%).

Достижение целевых ориентиров Стратегии пространственного развития по сокращению межрегиональных различий требует комплексного подхода, сочетающего совершенствование межбюджетных отношений, адресную поддержку наиболее уязвимых территорий и создание условий для диверсификации региональных экономик. В противном случае нарастающая бюджетная дифференциация рискует стать самовоспроизводящимся процессом, подрывающим территориальную целостность и социальную стабильность гос- ударства.