Ценностные парадигмы коммуникации в обществе риска

Непрерывные трансформационные процессы современного общества, переход от традиционного развития к техногенному, а затем - к постиндустриальному, с доминантой информационных векторов порождают значительный массив наличных гештальтов культуры. Возникает множество новых штампов, ценностей, схем мышления и даже новых смыслов, своими корнями уходящих не в культурно-исторические глубинные процессы, а в массив наличного бытия. Таким образом, возникает общество риска, суть которого У. Бек определяет известным специалистам высказыванием, что в нем «прошлое теряет свою детерминирующую силу для современности» [1, с. 175]. С другой стороны, «незадетерминированность» прошлым избавляет общество и управленцев, выступающих в данном случае в качестве менеджеров, от мифогенного «концептуального каркаса», о котором предупреждал К. Поппер. Для общества открывается своеобразное «неизведанное будущее» [2, с. 109], наиболее позитивной характеристикой которого становится отсутствие жесткой предопределенности.

Одним из наиболее ясных и популярных определений риска, выражающих его суть, является положение о том, что «риск - целенаправленное поведение социального субъекта, осуществляемое в условиях неопределенности его исходов» [3, с. 65]. Характеристика риска как ситуации неопределенности в значительной мере выражает сущность данного феномена, однако дает своего рода «негативистское имя» лишь одной из его сторон. С другой стороны, риск может быть определен не как наличие неопределенности, а как отсутствие предопределенности. Таким образом, следует подчеркнуть, что отсутствие предопределенности является специфической ценностью общества риска, порождающей эвристические перспективы развития.

Однако в обществе риска, в отсутствие предопределенности, далеко не все является однозначно неопределенным. Например, И.В. Стеклова настаивает на необходимости и возможности выявления специфики научного разума в обществе риска [4, с. 313]. С такой же уверенностью следует сказать о существовании определенных ценностей и аксиологических моделей субъекта ценностных отношений и ценностных парадигм в данном обществе.

Ценности выступают ориентирами, позволяющими упорядочить жизненный мир и систему коммуникации человека. Система ценностей субъекта коммуникации имеет ключевые ценности, анализ которых видится необходимым в условиях общества риска. Конкретная ценность может занимать различное место в иерархии ценностей субъекта ценностных отношений. Например, ценность труда занимает высокое место в протестантской этике, когда в православии земной труд занимает менее значимое место в сравнении с ценностью молитвы как духовного общения с Богом. Эволюция субъекта ценностных отношений происходит как смена мировоззренческих установок и изменение статуса ценности.

Значение и особый статус высших ценностей в каждой культуре определяются тем, что в их свете рассматриваются все другие ценности, в том числе - коммуникационные. Высшими, таким образом, считаются такие ценности, которые обладают максимальной значимостью для субъекта и ради которых он готов пожертвовать ценностями низшего порядка. Характер высших ценностей определяется природой субъекта ценностного отношения. В связи с этим продуктивно использовать понятие базовых аксиологических моделей субъекта ценностного отношения, предложенных Г.Н. Кузьменко. Для анализа автором выбраны те ценности, которые играют принципиальную роль в социальном бытии человека. Это прежде всего ценности мирового и социального порядка, а также - ценности знания, жизни, счастья, здоровья и богатства. В совокупности они дают возможность содержательно раскрыть выявленные типы субъект-объектных ценностных отношений в социально-философском знании о ценном [5, с. 49]. Противоречия в процессах коммуникации и коммуникационные риски обусловлены плюрализмом субъектов ценностного отношения.

В целом выделяется пять базовых аксиологических моделей субъекта ценностных отношений: пантеистическая, монотеистическая, атеистически-материалистическая, экзистенциальная и позитивистская. Продуктивность такого выделения особенно заметна, если предложить к рассмотрению различные парадигмы коммуникационных отношений, опирающиеся на специфические системы коммуникационных ценностей. Парадигмы в качестве порождающих моделей формируют направленность и соответствующие векторы развития коммуникационных связей в обществе.

В рамках пантеистической аксиологической парадигмы природа субъекта ценностного отношения заключается в структурировании ценностей в поле отношений безличной природной или умопостигаемой божественной субстанции. Содержание коммуникационных ценностей в рамках этой модели сориентировано на установление и поддержание прямой или опосредованной связи человека и общества с безличным первоисточником.

Монотеистическая аксиологическая парадигма субъекта ценностного отношения опирается на представление об источнике норм нравственных отношений как проявления воли абсолютного божественного субъекта. Нормы и ценности коммуникации воспринимаются субъектом как иерархическая система высших, абсолютных, освященных божественным авторитетом сакральных ценностей и традиционных ценностей, принятых самим человеком и зависящих от цивилизационных и культурных особенностей общества.

Атеистически-материалистическая аксиологическая парадигма опирается на представление о социальной природе ценностей и нравственных отношений как проявлении сложившегося естественно-исторического процесса развития. Возникая естественным путем, ценности так же естественным путем могут отмирать и заменяться более «прогрессивными».

Прагматическая аксиологическая парадигма коммуникации обусловливает в качестве ведущей ценности и критерия полноценной деятельности субъекта успех. Успех обеспечивается прежде всего верой как спокойной готовностью действовать определенным образом. Нормы и ценности определяются не свободным выбором человека, а «интересами дела» и существуют в качестве полезных инструментов для достижения субъекта.

Экзистенциальная аксиологическая парадигма субъекта ценностных отношений исходит из подлинного субъекта коммуникации, способного к самостоятельному выбору ценностей коммуникации и построению всей ее системы. Опираясь на постулат приоритета индивида над родом, данная модель определяет бескомпромиссный ценностный конфликт личности с нивелирующими их природными и общественными структурами.

Позитивистская аксиологическая парадигма субъекта ценностных отношений исключает возможность научного и вообще рационального обоснования ценностей коммуникации. В рамках данной парадигмы определяется возможность «описания» ценностей и отвергается их императивный, «предписывающий» характер.

Нигилистическая аксиологическая парадигма коммуникации исходит из отрицания объективности высших ценностей. Ценности коммуникации обусловлены «векторами власти», навязанными обществу самостоятельными и независимыми субъектами, подчиняющими своей воле обстоятельства и направляющими развитие. Отдельного внимания заслуживает выделение таких индивидуальных и коллективных ценностей, которые, как подчеркивает Л.Н. Столович, не соответствуют общечеловеческим ценностям; такие ценности квалифицируются как псевдоценности [6, с. 195] или квазиценности. Выступая в качестве искусственных ориентиров развития и ценностей коммуникации, квазиценности разрушают сакральное начало ценностных ориентаций и подменяют реальные ценности сконструированными в рамках позитивистской парадигмы субъекта ценностных отношений.

Одной из наиболее значимых и сущностных особенностей общества риска выступает обширное многообразие коммуникаций, связывающих его в своеобразный тип социальной целост- ности. Возникновение телекоммуникационных технологий расширило коммуникационное пространство человека, с одной стороны, и усилило коммуникационные процессы и коммуникационные риски, с другой стороны. Риски коммуникации связаны прежде всего не с проблемой столкновения различных ценностный ориентаций и не с проблемой противостояния ценностных парадигм коммуникации, а с выработкой в различных парадигмах специфических квазиценностей. Коммуникация, таким образом, позволяет осмыслить и актуализировать общность ценностей в условиях их индивидуализации и распада.

Таким образом, коммуникации – это связи и отношения, имеющие какой-либо ценностный характер и смысл и включающие обмен информацией. Смыслы задаются прежде всего обществом и распознаются человеком, а связи понимаются в веберовском варианте с обязательным наличием целеполагающей деятельности человека. Любая связь с необходимостью включает обособленность, значение которой усиливается в обществе риска. Одним из наиболее наглядных примеров диалектики связи и обособленности в процессах коммуникации выступает ценность самоидентификации. Самоидентификация и знание собственных характеристик необходима для полноценной коммуникации и предполагает осмысление обособленности субъекта социальных отношений от других субъектов в рамках данного контекста реальности.

Основной целью коммуникации является взаимопонимание, предполагающее раскрытие сложной и многомерной структуры смыслов, опредмеченных в системе общественных отношений. Целями коммуникации в обществе риска могут также выступать установление согласия, поиски оснований совместного существования, самоидентификация субъектов и т. д. Например, и диалог, и монолог в рамках референтного общения выступают как проявление обособленности и направленности целей общения на выявление оснований и смыслов пространства коммуникации.

В аксиологическом плане коммуникация – действие, осуществляемое субъектом ценностного отношения. Социально-философский анализ позволяет обнаружить ценностные парадигмы коммуникации и исследовать основу ценностного объяснения и конструирования реальной коммуникации в контексте ценностных установок и ориентаций социальных субъектов, выявить и нивелировать влияние квазиценностей, понять антагонизм или гармонию интересов социальных субъектов, а также увидеть внутреннюю динамику коммуникаций в процессе жизнедеятельности общества и механизмы идентификации личности.

Ссылки:

• 1.    Бек У. Что такое глобализация? М., 2001. С. 175.

• 2.    Гидденс Э. Судьба, риски и безопасность // THESIS. 1994. Вып. 5. С. 109.

• 3.    Зубков В.И. Социологическая теория риска. М., 2003. С. 65.

• 4.    Стеклова И.В. Научный разум в условиях общества риска: коммуникационный аспект // Ценности, риски, коммуникации в изменяющемся мире. Саратов, 2012. С. 313.

• 5.    Кузьменко Г.Н. Базовые аксиологические модели в социально-философском знании : дис. … д-ра филос. наук. М., 2010. С. 49.

• 6.    Ценностный мир человека // Общество: пространство, риски, ценности : коллективная монография. Саратов, 2012. С. 195.