«Чтобы действовать на сердце, надобно говорить от сердца»: принципы миссионерского служения православных миссионеров в Русской Америке

Ccc)

BY-NC

Результаты современных исследований свидетельствуют о том, что православие по-прежнему является преобладающей религией жителей Аляски: алеуты считают православие своей исконной религией [Петров, Комаров, 2014, 140], индейцы часто используют термин «православный» (orthodox) в значении «следующий традициям своего народа и сопротивляющийся ассимиляции в общую американскую культуру» [Виньковецкий, 2015, 240-241]. Сохранение православия жителями Аляски — следствие русского присутствия в Тихоокеанском регионе в XVIII–XIX вв. Заокеанские владения Российской империи охватывали острова Алеутской гряды и полуостров Аляска. Русская Америка — уникальный регион, для управления которым чиновники (и светские, и церковные) использовали беспрецедентные управленческие стратегии. Управление российскими заокеанскими владениями в Северной Америке было поручено осуществлять Российско-Американской компании (далее — РАК). Кроме того, российское правительство поручило Русской Православной Церкви важнейшую миссию — через обращение в православие интегрировать автохтонное население в социальную структуру многонациональной империи. Перед американским православным миссионером ставились особые задачи, которые было необходимо выполнять в особенных условиях.

Деятельность православных миссионеров в Русской Америке регламентировалась указами императоров, инструкциями Святейшего Правительствующего Синода, инструкциями правящего архиерея, а также правилами РАК.

Первым документом, определившим направления и методы миссионерского служения в российских владениях в Тихоокеанском регионе, стали инструкции Первой духовной миссии. В 1793 г. Св. Синод разработал инструкцию для участников Кадьякской миссии (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 41–46), а митрополит Санкт-Петербургский Гавриил (Петров-Шапошников) подготовил персональное наставление главе миссии — архим. Иоасафу (Болотову) (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 37-40 об.). Российский исследователь митр. Климент (Капалин) отмечает, что наставления были подготовлены на основе инструкции 1769 г., разработанной для тобольских миссионеров [Климент Капалин, 2014, 118]. Обе инструкции представляют собой указания последовательности действий миссионера и включают аналогичные разделы: «какое учение преподавать при обращении иноверцев в веру христианскую» и «что наблюдать в преподавании учения обращаемым» [Ястребов, 1892, 35–38].

Важным источником для изучения миссионерского служения являются инструкции, составленные прот. Иоанном Вениаминовым, будущим епископом Камчатским, Курильским и Алеутским Иннокентием. В 1840 г. по указанию Св. Синода прот. Иоанн Вениаминов подготовил инструкции для американских православных миссионеров (РГИА. Ф. 796. Оп. 121. Д. 162. Л. 77-103; Наставление, 1881) и благочинного американских православных церквей (РГИА. Ф. 796. Оп. 121. Д. 162. Л. 109– 112 об.). Инструкции были составлены на основе его 15-летнего опыта миссионерского и пастырского служения в Русской Америке, собственных этнокультурных исследований региона и инструкций Кадьякской миссии. Кроме того, инструкции учитывали географические, природно-климатические и этнокультурные особенности северной части Тихоокеанского региона.

При составлении инструкции прот. Иоанн также опирался на рескрипт Екатерины II (1777) астраханскому генерал-губернатору И. В. Якоби с наставлением в деле обращения осетин в православие (ПСЗРИ, 1830, 656), в котором, как отмечает автор инструкции, уже обозначены основные принципы служения православного миссионера (Наставление, 1881, 2–3).

Методы миссионерского служения были определены в инструкциях Кадьякской миссии: обращаться с инородцами кротко и с любовью и наставлять личным примером праведной христианской жизни. Митрополит Гавриил (Петров-Шапошников) наставлял миссионеров: «первое ваше попечение да будет представить им себя примером добродетели, дабы они, взирая на вашу жизнь, пленились ею» (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 37 об.).

Определяющий принцип миссионерской работы в Русской Америке — принцип добровольного и осознанного принятия крещения, был утвержден задолго до направления организованной миссии на Алеутские острова. Императрица Екатерина II и Св. Синод в рескрипте 1777 г. постановили астраханской администрации следить за тем, чтобы миссионер прежде совершения таинства Крещения осетин «старался бы внушить им (просвещаемым народам. — А. А. ) и силу христианского учения, и руководствовать ко всякому благонравию, без чего крещение, дикарям преподаваемое, едва ли не может назваться злоупотреблением одного из величайших таинств христианской веры» (ПСЗРИ, 1830, 656). Епископ Иннокентий, следуя этим заветам, наставлял миссионера, служившего в Русской Америке, совершать крещение только после того, как автохтоны будут научены основам православной веры, и «когда они и сами изъявят на то свое согласие» (Наставление, 1881, 14).

Российское правительство также позднее, в 1861 г., закрепило на законодательном уровне обязательное изучение предметов вероучения автохтонами перед крещением: таинство Крещения должно совершаться в храме, в присутствии местного светского начальства и только после того, как начальство удостоверится в том, что иноверец принимает крещение добровольно и имеет должное понимание христианской веры (ПСЗРИ, 1863, 591). Однако в указанном нормативно-правовом акте не были прописаны ожидаемые предметные результаты, что осложняло деятельность миссионеров. Основные положения православного вероучения, которые было необходимо усвоить автохтону прежде принятия крещения, в инструкциях Кадьякской миссии и наставлении свт. Иннокентия были указаны.

Святейший Синод определил проповедовать православную веру сообразно младенческому пониманию веры автохтонами и с опорой на Евангелие, Деяния и Послания апостолов (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 41–41 об.). Миссионеры также должны были учитывать, что первыми наставниками автохтонов Аляски в православной вере были российские промышленники, которые передавали им веру не в ее каноническом ортодоксальном виде, а в народном варианте (см. об этом: [Ляпунова, 1987, 93]). Перед миссионером ставилась задача раскрыть жителям Аляски основные идеи православного вероучения с учетом уже имеющихся у автохтонов представлений о русской вере. Поэтому Св. Синод определил порядок изложения православного вероучения для членов Кадьякской миссии: «1е Должен ты изъяснить, что есть Бог. 2е Что он дал человеку. Затем, тут объяснить хоть кратко, но еще о тех делах добрых, которые Бог предписал человеку в Законе» (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 41 об.). Этих положений, по мнению Св. Синода, было достаточно для формирования общего представления о вероучении и усвоения автохтонами главных нравственных правил, которые впоследствии дополнялись более серьезными предметами вероучения. Этого порядка изложения православного учения придерживались члены Кадьякской миссии и служившие позднее в Русской Америке миссионеры.

Епископ Иннокентий также наставлял миссионеров не отягощать умы обращаемых народов догматами православия: раскрывая догматы вероучения, нужно говорить ясно, четко «и сколько возможно, кратко, иначе проповедь твоя будет иметь мало успеха» (Наставление, 1881, 8). Опираясь на личный миссионерский опыт, еп. Иннокентий отмечал, что для знакомства с верой достаточно сказать, что «все учение I. Христа заключается в том, чтобы мы покаялись, веровали в Него и имели к Нему и ко всем людям любовь бескорыстную» (Наставление, 1881, 8). Такая проповедь способствовала лучшему пониманию основ нового для автохтонов вероучения. Глубокое же изучение заповедей Христа, учений апостолов и свв. отцов, по мысли епископа, предназначалось уже возрастающим в вере христианам.

Миссионеру воспрещалось принуждать к принятию православного крещения, обещать льготы, дарить подарки за принятие православия. Миссионеру позволялось дать новокрещенному автохтону только крестик, поскольку даже крестильная рубаха была ценной для автохтонов (Наставление, 1881, 13), и только после совершения таинства Крещения. Епископ Иннокентий отмечал, что только «простое усердное и безвозмездное наставление и учение в вере (каковое и требуется от служителя Евангелия) более и сильнее может действовать на душу и сердце новообращенных диких, нежели усердное и красноречивое, но сопровождаемое и награждаемое пожертвованиями и проч.» [Тихон Беллавин, 1901, 381]. Подобная мера позволяла не допустить формирования у новокрещенных автохтонов представления, что «Бог, подобно их духам, требует приношений или что они суть жертва очистительная или умилостивительная» (Наставление, 1881, 16).

Этот принцип также отвечал экономическим интересам РАК. Согласно правилам компании, миссионерам воспрещалось принимать любые подарки от коренных жителей, в т. ч. в виде пушнины или марок, не только за совершенное таинство Крещения, но и за исполнение треб [Устав Российско-Американской компании, 1863, 52] — таким образом защищались экономические интересы компании, которая имела монопольное право на добычу пушнины и торговлю ею. Епископ Иннокентий поддерживал политику Главного правления компании и в инструкции американскому миссионеру указывал: «Вклады пушными товарами должны поступать не иначе как в Компанию, как это делалось доныне; и никто из священно- и церковнослужителей ни под каким видом не может удерживать у себя и тем более пользоваться» (РГИА. Ф. 796. Оп. 121. Д. 162. Л. 115). Русский миссионер должен был действовать с апостольской искренностью, не получая подарков от автохтонов, во избежание формирования у новокрещен-ных впечатления, что они получают благодать Божию за свои пожертвования.

Уникальной особенностью служения православных миссионеров в Русской Америке был их искренний интерес к автохтонной культуре (см. об этом: [Ляпунова, 1987, 98-103]). Миссионеры не стремились насаждать европейскую духовную и материальную культуру, но изучали и сохраняли национальные культуры как самобытные и превосходящие в некоторых моментах русскую. Миссионеры изучали культуру коренных народов также и для воздействия на них: понимание нравов, особенностей обычаев, обрядов и условий жизни было необходимо для успешной миссионерской работы среди автохтонного населения. Епископ Иннокентий наставлял американских миссионеров: «отдавать справедливость их хорошим обычаям есть дело не маловажное для успеха твоего» (Наставление, 1881, 18). Проведение миссионерами этнографических исследований региона позволяло обрести в духовной и материальной культуре автохтонов основания для их последующей христианизации. Труды выдающегося миссионера Русской Америки еп. Иннокентия содержат богатый этнографический материал о верованиях и обычаях народов Алеутских островов и материковой Аляски.

Свои проповеди миссионеры строили с опорой на представления автохтонов о мироздании, культе святых, принципах жизни человека, которые не противоречили православию. Православные миссионеры, служившие в Русской Америке, отмечали схожие положения относительно вопросов мироустройства в недооформленных языческих вероучениях автохтонов и православии. Атхинские алеуты верили, что их предки «произошли от пары людей, сошедших с неба на остров, называемый Танаг» (Творения: Прибавление к запискам об островах Уналашкинского отдела , 1888, 557). Уналашкинские и атхинские алеуты и индейцы-тлинкиты верили в бессмертие человеческой души (Творения: Записки об островах Уналашкинского отдела , 1888, 357; Творения: Прибавление к запискам об островах Уналашкинского отдела , 1888, 559, 593), а также в зависимость будущего человеческой души от ее земных дел (Творения: Прибавление к запискам об островах Уналашкинского отдела , 1888, 593). Кроме того, для учений автохтонов была характерна вера в одного главного Творца мира: индейцы-тлинкиты веровали в одного верховного бога Эля, а уналашкинские алеуты «верили и признавали, что есть и должен быть Творец всего видимого и невидимого» (Творения: Записки об островах Уналашкинского отдела , 1888, 352). Схожие черты в картинах мира коренных народов северо-запада Америки и русских проповедников давали возможность преодолеть межкультурный барьер: автохтоны, не видя явных противоречий с их представлениями о мироустройстве, понимали православное вероучение и со временем принимали православное крещение.

Миссионеры, служившие в Русской Америке, также старались чаще проводить просветительскую работу в местах расселения автохтонного населения и реже приглашать автохтонов в русские поселения. Взаимодействуя с автохтонами в естественных для них условиях, миссионер демонстрировал уважение к местным племенам, знакомился с их культурными традициями и одновременно давал им наглядно личный пример христианской жизни. Миссионеры стремились расширить ареал расселения православной паствы за пределы Алеутских островов и распространить православие вплоть до берегов Северного Ледовитого океана. Члены Первой духовной миссии в основном проводили миссионерскую работу с алеутами и эскимосами, которые проживали на уже освоенных русскими промышленниками островах Алеутской гряды. Однако первые миссионеры также стремились нести слово Христово автохтонам, которые не находились в сфере русского влияния. Так, в 1795-1796гг. иером. Ювеналий (Говорухин) первым организовал миссионерскую работу на северо-западе материковой Аляски с эскимосами-чугачами, эскимосами-аглегмютами и индейцами-атапасками, которые отличались не только независимым от российского правительства положением, но и воинственностью. В 1840-х гг. миссионерская работа в этом регионе, на северо-западе Аляски, получила широкое развитие: еп. Иннокентий (Вениаминов) учредил три постоянно действующие в регионе миссии — Квихпакскую, Нушагакскую и Кенайскую. Миссионеры основывали миссионерские центры в местах расселения автохтонных племен и каждую зиму совершали поездки по туземным селениям для проведения проповедей и совершения таинства Крещения над желающими принять его автохтонами.

Миссионерские поездки по автохтонным селениям были эффективным методом воздействия на сердца коренных жителей. Находясь в туземном селении, миссионер проживал в юрте, как автохтоны, и не изменял своего христианского образа жизни — исполнял утренние и вечерние правила, приглашая к молитве крещеных автохтонов и их соплеменников. Миссионеры отмечали полезность таких поездок: видя пример благочестивой жизни священнослужителя, крещеные автохтоны сами присоединялись к молитве и уже своим примером воздействовали на новокрещенных соплеменников (Памятник трудов: Извлечения из дневника Квихпакского миссионера , 1857, 365).

Отличительным принципом православного миссионерского служения являлось проповедование основ православной веры на понятном коренному населению языке. В начале служения в российских заокеанских колониях миссионер пользовался помощью толмачей из числа автохтонов, или креолов, или дьячков, которые владели языком в совершенстве, а уже в процессе взаимодействия с коренными жителями осваивал местные диалекты (Наставление, 1881, 18). По мысли еп. Иннокентия, только владея автохтонными языками, миссионер мог в полной мере быть полезным обращаемым в веру народам.

Миссионерская работа в Русской Америке включала в себя также создание письменности для коренных народов Аляски и перевод на местные диалекты Священного Писания, богослужебных текстов, молитв и поучений. Так, иером. Гедеон (Федотов) создал грамматику и словарь кадьякского языка, перевел молитвы на язык эскимосов-кониагов. Протоиерей Иоанн Вениаминов на основе кириллицы создал письменный язык алеутов и перевел на алеутский язык катехизис, молитвы и поучения. Также совместно со свящ. Григорием Головиным и свящ. Иаковом Нецветовым прот. Иоанн Вениаминов перевел на алеутский язык Евангелие от Матфея. Проповедь и чтение Священного Писания на местных диалектах обеспечивали понимание автохтонами основ вероучения и способствовали осознанному восприятию христианства.

Православные миссионеры также содействовали постепенной смене языческого образа жизни на христианский. Принимая православное крещение, автохтоны продолжали жить в общинах, в которых сохранялось язычество, поэтому миссионеры позволяли новокрещенным сохранять обычаи, которые прямо не противоречили христианству. Епископ Иннокентий наставлял: «от старых обычаев, не противных христианству, вдруг не отводить, но только объяснять, что им сие дозволяется по снисхождению» (Наставление, 1881, 12).

Ярким примером терпеливого отношения миссионера к языческим «пережиткам» служит случай, произошедший в Квихпакской миссии: в январе 1846 г. в туземном селении Икогмют эскимосы готовились к языческому празднику потлач, который планировали провести в субботу, накануне воскресной литургии. Миссионер свящ. Иаков Нецветов, креол по происхождению, понимал важность плавной смены культурных традиций, поэтому разрешил новокрещенным эскимосам отложить подготовку к причастию ради участия в празднике. Со временем терпимое отношение к языческим обрядам приносило свои плоды: эскимосы сами отходили от языческих обрядов и все большее число их изъявляло желание принять православие. В своем путевом журнале свящ. Иаков Нецветов отметил, что уже в мае 1853 г. служил литургию в поле в присутствии более 300 прихожан из разных племен: «Можно только представить радость в моем сердце при виде стольких душ, собравшихся в одном месте (их было более 300), молящихся Богу, разноплеменных людей, прежде живших в борьбе друг с другом, как враги, теперь объединившихся как паства Церкви Христовой, вознося молитвы истинному Богу» [Easley, 2017, 72]. Таким образом, миссионеры, не ломая устоявшиеся принципы жизни, способствовали плавному восприятию жителями Аляски нового для них христианского образа жизни.

Миссионеры выстраивали свою работу с автохтонами с учетом природноклиматических условий региона — старались соблюдать жизненный цикл коренных народов Аляски при организации миссионерской работы. Священнослужители планировали и совершали миссионерские поездки с учетом занятости местных жителей на промысловых работах — «во время удобное, т. е. когда жители тамошние бывают более свободны от промыслов зверей и рыбы, дабы неблаговременным путешествием не лишить выгод инородцев» (Наставление, 1881, 17). Поскольку с апреля по ноябрь автохтонное население было занято бортничеством и зверобойным промыслом, миссионерам оставалось организовывать миссионерскую работу с коренными жителями Аляски только в зимнее время, удобное для местных жителей (см. подр.: [Ляпунова, 1975, 69–71]).

Миссионеры также не требовали от автохтонов, желающих принять православное крещение, обязательного посещения богослужений в течение недели (за исключением литургии) и разрешали принимать участие в богослужениях по возможности. Епископ Иннокентий наставлял миссионеров «только советовать и напоминать им, чтобы они в то время как можно чаще в сердце молились Богу о прощении грехов своих» (Наставление, 1881, 11–12). Эта мера была необходимым условием подготовки к крещению в Русской Америке, поскольку автохтоны из-за занятости на промысловых работах редко могли оставаться в селениях на неделю и участвовать во всех богослужениях.

Инструкция Кадьякской миссии утвердила еще один важный принцип работы миссионера в Америке — защищать права и человеческое достоинство просвещаемых народов: «Касательно всех, находящихся там сынов святыя Церкви и вновь присоединившихся к телу оныя иметь себе духовное правление… и по духовным делам чинить разбирательства, обидимых защищать» (РГИА. Ф. 796. Оп. 74. Д. 210. Л. 40 об.). Этот принцип был определен условиями освоения Алеутских островов российскими промышленниками, когда российские промысловые компании делили сферы влияния и эксплуатировали местное население. Участники Кадьякской духовной миссии защищали аборигенов от борьбы российских торгово-промышленных компаний (до 1799 г.) и от чрезмерной эксплуатации российскими промышленниками. В дальнейшем православные миссионеры, служившие в Русской Америке, придерживались этого принципа и следили за отношением служащих РАК к автохтонам, которых компания привлекала к промысловым работам.

Не менее важным принципом духовного просвещения населения Русской Америки было воспитание креолов и коренных жителей в христианстве с детства. В российских заокеанских владениях миссионеры открывали приходские школы при храмах, в которых дети креолов и автохтонов обучались письму, чтению, осваивали основы ведения хозяйства и технические науки, изучали Закон Божий. Епископ Иннокентий считал необходимым, помимо просвещения умов взрослых, заботиться и о духовном воспитании детей, «если мы не хотим сознательно, чтобы народ наш дошел до крайнего растления» (Творения: Записка о детском воспитании, 1886, 294). Епископ Иннокентий наставлял миссионеров прежде всего взращивать в воспитанниках христианские ценности, а затем уж формировать предметные навыки, полезные для жизни в Русской Америке. Таким образом миссионеры, воспитывая с юных лет автохтонное и креольское население в христианской среде, постепенно прививали им православные ценности и формировали глубокое понимание христианской веры.

Стоит отметить, что принципы и методы служения православных миссионеров в Русской Америке стали примером для других православных миссий Русской Православной Церкви. Святейший Синод отметил уникальность разработанной прот. Иоанном Вениаминовым инструкции и опубликовал в 1880 г. инструкцию для наставления всех миссионеров Русской Православной Церкви. Святитель Макарий (Невский) претворял заветы еп. Иннокентия в своей миссионерской деятельности на Алтае и сообщал члену Совета Миссионерского общества прот. Иоанну Рождественскому, что «наилучшим руководством для всякого миссионера должно служить наставление о порядке вероисповедания язычникам в Бозе почившего митрополита Иннокентия, изложенное в особой инструкции миссионерской, имеющей не только историческое, но и каноническое руководственное значение. <...> Желательно, чтобы эта инструкция под заглавием: „Наставление священнику, назначенному для обращения неверных и руководствовать обращенных в христианской вере“, имелась в достаточном количестве при каждой Миссии и выдаваема была каждому новому миссионеру для руководства» [Письма из Алтая, 1884, 499]. Принципы миссионерского и пастырского служения Русской Православной Церкви в Русской Америке получили общецерковное применение.

Таким образом, миссионерская работа Русской Православной Церкви в Русской Америке является уникальным феноменом. При проведении просветительской работы с автохтонами миссионеры, опираясь на церковные и правительственные инструкции, учитывали также географические, природно-климатические и этнокультурные особенности региона. Миссионеры проповедовали вероучение автохтонам сообразно их младенческому пониманию веры, сохраняли автохтонные культуры, взаимодействовали с коренными жителями с использованием местных диалектов и в их естественных условиях жизни, защищали их честь и достоинство, содействовали постепенному изменению образа жизни и сознания коренных народов, не используя мер принуждения и насилия. Деятельность православных миссионеров способствовала более глубокому усвоению основ православного вероучения автохтонами и креолами Аляски и формированию у народов региона устойчивого интереса к русской духовной культуре. Русские миссионеры сформировали фундамент для дальнейшего развития Православной Церкви на Северо-Американском континенте после продажи территорий Северо-Американским Соединенным Штатам.