Цифровая экспансия Китая на рынках развивающихся стран

В настоящее время мы наблюдаем бурное развитие цифровой экономики Китая, масштаб которой в 2022 году превысил 50 трлн юаней, составив 41,5% ВВП страны [7]. Для Китая цифровая индустрия послужила мощным импульсом экономического роста, что особенно проявилось в период распространения COVID-19, когда вся экономика ушла в онлайн-пространство. В 2023 году руководство страны в очередной раз подчеркнуло, что развитие цифровой экономики является для страны главным приоритетом [3].

Опыт Китая по созданию национальной цифровой экономики с ежегодным ростом ее международного влияния представляется особенно актуальным, поскольку сегодня Китай задает направление научно-технического развития, являясь второй цифровой экономикой мира. Покупки в интернете, платежи с использованием интернет-сервисов, повсеместное использование QR-кодов – уже давно часть жизни рядовых китайцев. 5G-сети, искусственный интеллект и беспилотные авто – ключевые области

ГРНТИ 06.51.51

EDN KKZSPX

Анастасия Александровна Ковалева – аспирант кафедры мировой экономики и международных экономических отношений Санкт-Петербургского государственного экономического университета. ORCID ID 0009-0004-38747836

Данная статья подготовлена по материалам сессии ПМЭФ-2023 «Россия-Азия: мир уходит в «цифру»?» Информационно-аналитическая    система    Росконгресс.    [Электронный    ресурс].    Режим    доступа:

     (дата     обращения

20.12.2023).

развития цифровых технологий, активно финансируемые китайским правительством. Эти направления становятся особенно значимыми для КНР ввиду технологической гонки с США.

Китайские технологические компании уже стоят в одном ряду с флагманами западных стран: в число 20 крупнейших в мире интернет-компаний, по данным на август 2023 года, вошло 6 китайских компаний, включая Tencent, Alibaba, Meituan, Pingduoduo, JingdongMall, Baidu [6]. Китайская корпорация JDcom – третья по величине компания в мире по выручке, уступающая только Amazon и Google, но намного опережающая Facebook. На протяжении последнего десятилетия заметно увеличились масштабы присутствия китайских технологичных компаний в развивающихся странах.

Так, компании Huawei и ZTE являются доминирующими поставщиками в ряде стран, причем Huawei называют «основной телекоммуникационной инфраструктурой Африки», так как эта компания обеспечивает 70% сетей 4G на континенте [4, с. 187]. В 2020 году, несмотря на давление США, Huawei подписала контракт с Кенией стоимостью 175 миллионов долларов на строительство «умных городов» и центров обработки данных. У Alibaba более 22 зарубежных центров обработки данных за пределами Китая, и в 2020 году были открыты еще два центра в Великобритании и вторые центры обработки данных в Индонезии и Японии [8, с. 5].

«Цифровые» сферы приложения китайского капитала

В целом китайские компании задействованы в пяти основных аспектах цифровой инфраструктуры: это международная телекоммуникационная инфраструктура подводных, наземных и спутниковых линий связи; национальная телекоммуникационная инфраструктура 4G и 5G; розничные цифровые устройства, включая модемы, телефоны и планшеты; облака, серверы и инфраструктура центров обработки данных; прикладные платформы, такие как платформы электронной коммерции, проекты «умных городов», социальные сети.

В 1990-х и 2000-х годах основным направлением цифровой активности Китая в мире была телекоммуникационная инфраструктура; телефоны, веб-сервисы и прикладные платформы получили распространение с середины 2010-х годов. Это происходило параллельно с национальными и глобальными институциональными изменениями. Развитию электронной коммерции уделено внимание в 13-м пятилетнем плане социально-экономического развития КНР, который был принят в 2016 году, в общих планах Китая по цифровой глобализации, включая «Цифровой шелковый путь».

Стратегия китайского государства: Цифровой Шелковый путь как драйвер цифровой экспансии

С появлением «Цифрового Шелкового пути» (ЦШП) как компонента глобальной инфраструктурной инициативы «Пояс и путь» (ПиП), фокус китайского присутствия за рубежом сместился с транспортной инфраструктуры и торговых сетей на ускорение глобальной экспансии китайских технологий. Цифровой Шелковый путь – это технологическое измерение ПиП, направленное на улучшение цифровой связи в странах-участницах инициативы. Концепция была одобрена китайскими официальными лицами в 2015 году и получила дальнейшее развитие на втором форуме ПиП в 2019 году.

В связи с быстро меняющимся геополитическим ландшафтом, скоростью технологического развития, усилением международной конкуренции в технологической сфере, а также распространением COVID-19, ЦШП сегодня привлекает все больше внимания как внутри Китая, так и за рубежом. У китайского правительства есть несколько причин для продвижения ЦШП:

• •   во-первых, ЦШП соответствует амбициям Китая по достижению высокотехнологичного лидерства.

Подобно основным национальным стратегиям Китая, таким как «Сделано в Китае 2025» и «Китайские стандарты 2035», ЦШП нацелен на обеспечение технологического первенства, а также создает возможности для экспорта китайских цифровых экосистем в страны ПиП;

• •   во-вторых, ЦШП может снизить зависимость Китая от других мировых технологических лидеров.

Эта инициатива закладывает основу для реформирования глобального цифрового порядка и создания региональной, а затем и международной цифровой экосистемы, контролируемой Китаем, а не США. К концу 2018 года более половины пропускной способности подводных кабелей, по которым передается около 98% международного интернет-трафика данных и телефонной связи, принадлежало или арендовалось ведущими американскими технологическими гигантами [2]. Напряженность в отношениях между США и Китаем побуждает Китай уделять больше внимания своей технологической независимости;

• •    в-третьих, ЦШП может помочь ведущим китайским технологическим компаниям стать глобальными чемпионами путем получения более широкого доступа к местным рынкам в странах ПиП. Кроме того, ЦШП также имеет целью решить проблему избыточных внутренних мощностей по производству цифровых товаров, способствовать интернационализации юаня, а также в более широком смысле создать положительный имидж Китая. В этом смысле проекты ЦШП направлены не только на открытие новых цифровых рынков, но и на активизацию политических связей и обеспечение лояльности к Китаю, особенно в странах, богатых сырьевыми ресурсами.

Стратегия бизнеса

В то время, как руководство КНР продвигает цифровую повестку и работает над международным имиджем ЦШП, непосредственно экономическая деятельность, включая реализацию инвестиционных проектов, осуществляется компаниями. Китайские технологические компании используют ЦШП для расширения своего присутствия на внутреннем рынке и за рубежом. Движущие силы глобальной экспансии китайских технологических компаний включают реализацию возможностей для получения прибыли ввиду усиления конкуренции и насыщения китайского внутреннего рынка, а также использования государственных мер поддержки в рамках национальных стратегий и глобальных инициатив. В некоторых случаях, например, в сфере финансовых технологий, еще одной движущей силой стало усиление регулирования китайского рынка, что привело к миграции китайских предпринимателей в менее регулируемые регионы [9, с. 19].

Заметим, что Китай в своей цифровой экспансии, в частности в сфере электронной коммерции, часто стремится следовать подходу «под ключ», что подразумевает упор не только на технические элементы – строительство телекоммуникационной инфраструктуры и платформ, – но и на финансовые и институциональные компоненты. Например, китайское государство и ведущие цифровые компании продвигают китайскую валюту и финансовую инфраструктуру в качестве основы для трансграничных транзакций. Странам предлагается присоединиться к Системе трансграничных межбанковских платежей (CIPS), которая была создана в 2015 году в качестве альтернативы базирующейся на Западе системе SWIFT. Кроме того, платформы электронной коммерции китайских компаний всегда предлагают возможность осуществления платежей в юанях.

Этот тренд особенно отчетливо прослеживается в стратегии глобальной экспансии китайского конгломерата Alibaba, которая также отдает приоритет своей платежной системе AliPay. Сейчас в КНР на долю онлайн-платежных систем Alipay и WeChat приходится около 95%, что делает Китай ключевым игроком на этом рынке [1]. Глобальная стратегия AliPay реализуется в основном дочерней компанией Ant Financial, которая выражает инвестиционную заинтересованность в платежных системах, компаниях банковской сферы и страхования (V-Key, Ascend Money, Paytm и K Bank) стран Юго-Восточной Азии и Европы. Однако попытка Ant Financial приобрести американскую компанию MoneyGram была отклонена регулирующими органами США в январе 2018 года по соображениям национальной безопасности.

В качестве программы-максимум, Китай стремится предложить сразу «экосистему» – интегрированные меры, направленные на развитие электронной коммерции в развивающихся странах путем одновременного преодоления барьеров технологической, физической, человеческой, финансовой и институциональной инфраструктуры. В качестве примера можно привести электронную торговую платформу Alibaba (eWTP). Помимо лоббистской инициативы с сильной риторикой развития, направленной на помощь малым предприятиям, eWTP – это инициатива по содействию торговле, основанная на собственной платформе электронной коммерции компании, но затем создающая вокруг нее физические транспортные и логистические узлы, цифровые платежные системы, цифровые и коммерческие тренинги и консультации для местных предпринимателей [5, с.65]. В 2017 году дочерними компаниями Cainiao (логистика) и Lazada (электронная торговля) был создан зарубежный цифровой центр eWTP в Малайзии, затем – в Руанде и Эфиопии.

Заключение

В условиях усиления конкуренции и роста напряженности в отношениях с США вполне ожидаемо, что значение инициативы «Цифровой Шелковый Путь» для Китая будет увеличиваться. Однако, несмотря на закрепление ЦШП в национальных стратегических документах Китая и усилия Пекина по продви- жению ЦШП на международной арене, многие страны выражают свою обеспокоенность рисками, которые несет в себе такая стремительная цифровая экспансия Китая. В отличие от традиционных проектов, цифровая сфера имеет дело с большими объемами персональных данных, по проложенным кабелях передается важнейшая информация о финансовых транзакциях, разведданные, что делает страны, занимающиеся прокладкой и обслуживанием подводных сетей, серьезными геополитическими игроками, одновременно создавая угрозу национальной безопасности других стран.

В целях «принятия» этой китайской инициативы большим числом стран при их дальнейшей заинтересованности в непосредственном участии, автору представляется необходимой активизация международного диалога и создание по-настоящему инклюзивных институциональных механизмов, которые позволят каждой стране-участнице соблюдать баланс национальных интересов. В частности, предлагается подумать над созданием новых систем управления при реализации трансграничных инвестиционных проектов, совершенствованием механизмов разрешения инвестиционных споров, расширением форм кооперации в цифровом пространстве.

Наконец, требуется инициирование работы по разработке универсального протокола странами БРИКС, ЕАЭС, АСЕАН для использования QR-кодов в трансграничных платежах и переводах. Необходимость проведения работы в этой области уже четко осознается азиатскими экономиками и обсуждалась в рамках сессии ПМЭФ-2023 «Россия-Азия: мир уходит в «цифру»?»