Cоциально-экономическое бремя суицидальной смертности в России как научно-доказательное обоснование развития программ превенции суицидов
Автор: Любов Е.Б., Морев М.В., Фалалеева О.И.
Журнал: Суицидология @suicidology
Статья в выпуске: 2 (3) т.2, 2011 года.
Бесплатный доступ
Суммарные годы потерянной трудоспособной жизни вследствие суицидов (YLL) в России составили 723 на 100 тыс. населения трудоспособного и моложе трудоспособного возраста; или 0,46% ВВП; на долю мужчин пришлось 89%. На группу лиц 15-29 лет пришлось 1008 YLL на 100.000 населения, или более 30% суммарных YLL. Cуициды лидируют в ранжире бремени от смертей молодежи в связи с внешними причинами. Поэтому можно предполагать ресурсосберегающий эффект профилактических программ суицидов на национальном и региональном уровнях.
Суицид, социально- экономическое бремя, socioеconomic burden
Короткий адрес: https://sciup.org/140141316
IDR: 140141316
The social and economic burden associated with suicide mortality in Russia as a science based evidence for development of suicide prevention programs
The magnitude of socioeconomic burden of premature death from suicides of Russian residents before age 55 (for women) and 60 (for men) in 2009 and for the specific groups of youth and young adults was assessed using the years-of-life-lost (YLL) method. The total of YLL was 723 per 100000 population (89% for men) or 0.46 GDP. The high burden is particularly notable in the 15-29 age group (i.e., 1008 per 100000 age specific population) where up to 30% of the total YLL are due to suicide. Suicide ranks first as a burden of external death among youth. So we can assume cost-saving effect of national or regional suicide prevention programs.
Текст научной статьи Cоциально-экономическое бремя суицидальной смертности в России как научно-доказательное обоснование развития программ превенции суицидов
CОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ БРЕМЯ СУИЦИДАЛЬНОЙСМЕРТНОСТИ В РОССИИ КАК НАУЧНО-ДОКАЗАТЕЛЬНОЕОБОСНОВАНИЕ РАЗВИТИЯ ПРОГРАММ ПРЕВЕНЦИИ СУИЦИДОВ
Е.Б. Любов, М.В. Морев, О.И. Фалалеева
Московский НИИ психиатрии, г. Москва
Материалы и методы. Социальноэкономическое бремя самоубийств измерено cтандартизированными единицами ВОЗ, суммарными потерянными из-за суицида годами трудоспособной жизни (Years of Life Lost, или YLL), т.е. до выхода на пенсию по старости (55
лет для женщин и 60 – для мужчин). Половозрастное распределение суицидентов в возрасте с 5 лет получено из официального статистического источника. Экономические потери суицидов в рублях 2009 г., на уровнях страны и отдельного региона, определены умножением YLL на потерянный доход общества в виде подушевых ВВП или ВРП соответственно.
Результаты и обсуждение.
Потери от самоубийств в России (YLL 645.061, или 0,46% ВВП) превышают таковые от любых других причин смерти класса «Несчастные случаи, травмы и отравления» и сравнимы с потерями от наиболее распространенных причин смерти как злокачественные новообразования (640.249) и ишемическая болезнь сердца (675.369). По потерям ВРП от самоубийств лидирующие места в стране заняли Чукотский автономный округ (2,7%), Республика Алтай и Забайкальский край (по 1,6%).
При самоубийствах, в сравнении с другими причинами смерти, наибольшая доля (37%) суммарных потерь YLL в группе «молодежи и молодых взрослых» (20-29 лет); она составляет 27,5% трудоспособного населения. Среди молодежи (15-29 лет) YLL в связи с суицидами составляет 339.999, или 1008,1 на 100.000 населения соответствующего возраста; почти как из-за транспортных несчастных случаев (YLL 320.102), но более чем в 2,5 раза превышают суммарное бремя сердечных и онкологических заболеваний. На лиц до 24 лет пришлась 34% суммарных YLL от самоубийств. Самоубийства, наряду с дорожно-транспортными происшествиями (43% суммарных YLL), наносят наибольший экономический ущерб молодым людям. У лиц трудоспособного возраста (20-59 лет) суммарные YLL в связи с сердечными и онкологическими заболеваниями (1.608.234) немного превосходят таковые в связи с внешними причинами (1.576.934), в объеме которых на суициды приходится 35,7% потерь, тогда как в связи с транспортными несчастными случаями – 29,8%.
У мужчин бремя потерь (571.575 YLL, или 129,180 млрд. руб.) в связи с самоубийствами уступают лишь ишемической болезни сердца (608.686 YLL). Среди женщин суициды (73.486, или 16,608 млрд. руб.), при меньшей в 7,2 раза частоте, чем у мужчин, лидируют по сравнению с любыми иными причинами смерти. Суммарные YLL вследствие суицидов в России составляют 645.061, или 722,6 на 100000 населения «допенсионного» возраста; на долю мужчин пришлось 89%. Бремя самоубийств наибольшее в Приволжском (161.155 YLL, или 0,5% ВРП у мужчин и 17.687 YLL, или 0,06% ВРП у женщин) и Сибирском (у мужчин: 130.878 YLL, или 0,7% ВРП, у женщин: 19.553 YLL, или 0,1% ВРП) Федеральных округах. Экономическое бремя суицида мужчин и женщин трудоспособного возраста соответствует 308.331,7 и
226.002,3 руб., а каждый суицид мужчины и женщины 4.961.782,2 и 806.939,7 рублей соответственно, что привлекает внимание к «цене» жизни россиянина.
Выводы.
Консервативная оценка (возраст дожития в России выше для обоих полов) социальноэкономического бремени суицидов обосновывает необходимость развития национальной и региональной программ превенции суицидов, имеющих априорно ресурсосберегающий потенциал.
CОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ БРЕМЯ СУИЦИДАЛЬНОЙ СМЕРТНОСТИ В РОССИИ КАК НАУЧНО-ДОКАЗАТЕЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ РАЗВИТИЯ ПРОГРАММ ПРЕВЕНЦИИ СУИЦИДОВ
Е.Б. Любов, М.В. Морев, О.И. Фалалеева
THE SOCIAL AND ECONOMIC BURDEN ASSOCIATED WITH SUICIDE MORTALITY IN RUSSIA AS A SCIENCE BASED EVIDENCE FOR DEVELOPMENT OF SUICIDE PREVENTION PROGRAMS
E.B. Lyubov, M.V. Morev, O.I. Falaleeva
