Диагностика очаговых изменений щитовидной железы

Актуальность. Прогресс и растущая доступность ультразвукового исследования (УЗИ) щитовидной железы обусловили значительное увеличение частоты выявления очаговых изменений в этой железе[4,6,11].

Наряду с технологическим развитием, возможности тщательной оценки этих изменений с точки зрения риска злокачественности также расширяются[2,8,13]. Увеличение очагового изменения щитовидной железы или просто его размер как основной критерий повышенного риска злокачественности остались в прошлом[1,5,9].

Основой для проведения контроля у пациентов с очаговыми изменениями щитовидной железы является возможность достоверно оценить риск развития рака на основе ультразвукового исследования щитовидной железы с учетом наличия признаков повышенного риска и тщательная клиническая оценка, что требует контроля и повторного исследования даже в течение многих лет[3,7,15].

Цель исследования. Разработать комплексный алгоритм дифференциальной диагностики очаговых образований ЩЖ для прогнозирования наличия злокачественных поражений.

Материал и методы исследования. Для определения диагностической ценности изученных параметров УЗ-исследований с учетом степени выраженности пролиферативных изменений в очаговых образованиях ЩЖ было обследовано 277 пациентов, которые, в зависимости от исхода заболевания ретроспективно были дифференцированы на 4 клинические группы:

• I    - я группа (п=81) - включены пациенты, у которых определялись одиночные очаговые образования в ЩЖ, размеры образований в среднем

составляли 5-10 мм. Данная группа пациентов находилась под динамическим наблюдением у эндокринолога в течение 6-12 месяцев.

• II    - я группа (п=104) - пациенты, у которых определялись одиночные очаговые образования в ЩЖ, размеры образований в среднем составляли 1125 мм. Всем пациентам выполнялась ТАПБ с цитологическим исследованием. Доброкачественный характер образований верифицирован.

• III    - я группа (п=56) - пациенты, подвергшиеся оперативному лечению по поводу узловых образований. Показаниями к оперативному лечению являлись: множественные узловые образования, рост образований, размеры одиночных узлов, превышающие 25 мм, сомнительные цитологические данные ТАПБ, не позволяющие окончательно исключить опухолевый рост, нарушение функции соседних органов, в том числе и органов средостения (нарушение актов глотания, затруднение дыхания), но без патологически измененных лимфоузлов.

• IV    - я группа (п=36) - пациенты, подвергнутые оперативным вмешательствам по поводу различных форм рака ЩЖ. У 28 (77,8%) оперированных пациентов была гистоструктура папиллярного рака; у 6 (16,7%) - фолликулярного рака; у 2 (5,5 %) - медуллярного рака.

Результаты исследования. Ведение пациентов с очаговыми образованиями в ЩЖ согласно алгоритму комплексного ультразвукового исследования позволило улучшить раннюю диагностику рака ЩЖ и увеличило количество случаев раннего выявления рака ЩЖ на 5,4%.

Наиболее информативными ультразвуковыми критериями диагностики рака ЩЖ являются: нечеткий наружный контур очаговых образований с чувствительностью 68,5% и специфичностью 94,8%; гипоэхогенный ободок «хало» по периферии очаговых образований с чувствительностью 72% и специфичностью 88%; наличие кальцинатов в узле с чувствительностью 36,0% и специфичностью 93,0%.

Использование математической обработки ультразвукового изображения очаговых образований ЩЖ в режиме серой шкалы с построением гистограмм эхоплотности очаговых образований позволяет получить дополнительные УЗ-критерии рака ЩЖ. Наиболее информативными показателями являются среднее арифметическое эхоплотности (AV), среднее квадратичное отклонение эхоплотности (SD).

При раке ЩЖ наиболее характерными типами гистограмм эхоплотности очаговых образований являются: «асимметричный одновершинный» и «асимметричный многовершинный».

При проведении цветового допплеровского картирования наличие центрального и смешанного типов кровотока было характерно для активнопролиферирующих образований в ЩЖ. При импульсной допплерометрии во II, III и IV клинических группах обнаружены более низкие уголнезависимые индексы: ПИ, ИР, а также более высокие значения максимальных скоростей артериального и венозного кровотоков в сравнении с I клинической группой. Однако достоверные отличия определялись только между I и IV клиническими группами, р<0,05.

На основе дискриминантного анализа выявлено, что среди исследованных параметров наиболее информационно значимыми для диагностики рака ЩЖ (информационный вес более 0,30) оказались: отсутствие четкости контура узлового образования ЩЖ (0,37), коэффициент вариации контура очагового образования ЩЖ (0,39), отношение SD/S общего контура железы (0,35); из допплерометрических показателей: тип васкуляризации очаговых образований (0,35), а также данные ТАПБ (0,40).

Вывод. Разработанный комплексный алгоритм дифференциальной диагностики с оценкой информационной значимости параметров позволяет оценить состояние паренхимы ЩЖ в норме и при ее очаговых поражениях, определить степень риска наличия злокачественных поражений и оптимизировать тактику ведения пациентов. Данный подход улучшает раннюю диагностику рака ЩЖ и уменьшает количество неоправданных радикальных хирургических операций.