Есть ли достаточные основания полагать, что денежная эмиссия — ключевой институт управления финансами?

Научная дискуссия, подчас весьма острая, — важная и, по мнению автора настоящей статьи, неотъемлемая часть жизни любого научного сообщества, которая позволяет сделать эту жизнь яркой и интересной, продуктивной в плане обогащения ее участников новыми идеями, выявления заблуждений и ошибок.

Здесь хотелось бы вспомнить выдающегося отечественного ученого-юриста, академика В. Н. Кудрявцева. Размышляя о свободе научного творчества, он специально отметил, что условием успешного научного творчества, наряду с доброжелательной общественной атмосферой, также является критика и самокритика, включая широкие научные дискуссии, нелицеприятные оценки, советы, возражения и пожелания — в общем, гласность1. В недавнем прошлом такая научная дискуссия разгорелась в Институте государства и права Российской академии наук. 3 марта 2025 г. на заседании сектора административного права и административного процесса обсуждалась повестка дня международной научно-практической конференции «Пискотинские чтения — 2025». Один из членов сектора профессор С. В. Запольский предложил обсудить денежную эмиссию как ключевой институт управления финансами. Автор настоящей статьи выразил сомнение относительно того, что данный институт действительно ключевой. Тогда С. В. Запольский упрекнул его в незнании финансового права. На первый взгляд может показаться, что научная дискуссия в рамках одного небольшого научного коллектива не свидетельствует о том, что обсуждаемая проблема достаточно актуальна и представляет интерес для широкой аудитории.

Институт государства и права Российской академии наук — одно из старейших и авторитетных научных учреждений страны, на площадке которого нередко зарождались научные дискуссии, со временем перераставшие в широкое обсуждение той или иной проблемы в рамках отраслевых юридических наук. Достаточно назвать недавнюю дискуссию о предмете науки административного права, которая, будучи первоначально инициированной сектором административного права и процесса Института государства и права РАН, впоследствии развернулась и привлекла внимание широкого круга административистов, получила значительный отклик с их стороны2. Заметим, сам С. В. Запольский и Е. В. Васянина уверенно отмечают: «Научное правовое осмысление эмиссии как исходного института финансового права есть не что иное, как очередной шаг в развитии теории имущественно-властного регулирования экономических процессов»3. И еще, по мнению опять же С. В. Запольского, представляется своевременным поставить вопрос о необходимости разработки теоретических основ эмиссионного права как одной из подотраслей российского финансового права, что соответствует, полагает указанный автор, значению правового регулирования денежного обращения для нормального функционирования всего финансового механиз-ма4. Таким образом, избранная тема статьи представляется актуальной, развивающей теорию финансового права, обогащающей ее «эмиссионную» составляющую.

Будучи специалистом в области административного права, автор настоящей статьи в небольших работах, которые посвящены финансово-правовой тематике и периодически выходят из-под его пера5, всегда подчеркивал, что не причисляет себя к знатокам финансового права. Вместе с тем административное и финансовое право во многом являются родственными отраслями права и учебными дисциплинами, и у них немало общего. Они регулируют властные управленческие отношения, связанные с деятельностью органов публичной власти. В пользу этого свидетельствует и тот факт, что в недавнем прошлом в образовательных учреждениях юридического профиля существовали объединенные кафедры административного и финансового права. В свое время на такой кафедре во Всесоюзном юридическом заочном институте (позже — Московская государственная юридическая академия) в первой половине

90-х гг. начинал свою научно-преподавательскую деятельность и автор настоящей статьи. Тем не менее, рассматривая ту или иную тему из области финансового права, автор всегда стремился глубоко погрузиться в нее, изучить основательно и всесторонне.

Методология и материалы

В исследовании использованы общенаучные (диалектический, структурно-функциональный, формально-логический), междисциплинарные (исторический, конкретно-социологический) и специально-юридические (сравнительно-правовой, юридико-догматический) методы. Материальная база: научные статьи и монографии, учебная литература, российское финансовое и административное законодательство.

Результаты исследования и их обсуждение

Денежная эмиссия

Прежде всего, необходимо разобраться с понятиями и для начала уяснить, что есть денежная эмиссия. Термин «эмиссия» имеет латинское происхождение [< лат. emission — выпуск] и означает выпуск в обращение денег и ценных бумаг, который осуществляется государством или под его контролем⁶. В первые годы постсоветского периода принят Закон Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3537-I «О денежной системе Российской Федерации»⁷. В статье 2 данного нормативного правового акта установлено, что денежная система Российской Федерации включает, в частности, порядок эмиссии наличных денег. Как видно, такая эмиссия определялась не иначе как один из элементов денежной системы. Причем из текста закона однозначно следовало, что эмиссия наличных денег является элементом организации наличного денежного обращения . В дальнейшем значимость денежной эмиссии стала признаваться уже на конституционном уровне. В части 1 статьи 75 Конституции закрепляется, что денежная эмиссия осуществляется исключительно Центральным банком Российской Федерации. Введение и эмиссия других денег (денежной единицей Российской Федерации является рубль) не допускаются. Часть 1 статьи 75 регулирует прежде всего публично-правовые отношения в области экономического суверенитета Российской Федерации. Установление (введение) любым государством официальной (национальной) денежной системы — это атрибут суверенитета государства и одновременно основа экономической системы, которая формируется и функционирует в границах данного государст-ва⁸. Денежная эмиссия находится в ведении Российской Федерации (пункт «ж» статьи 71 Конституции). В пункте 2 статьи 4 Федерального закона от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)»⁹ закрепляется полномочие Банка России монопольно осуществлять эмиссию наличных денег и организовывать наличное денежное обращение. Эмиссионная деятельность, таким образом, является составной частью, особым видом финансовой деятельности государства.

Традиционно эмиссия понимается не иначе как выпуск денежных знаков, денежная эмиссия. Однако в науке финансового права нет единого мнения относительно понимания того, что есть денежная эмиссия, тем более что в законе ее дефиниция отсутствует. Известны трактовки в широком и узком смысле. В настоящее время, полагает Е. М. Ашмарина, термин «эмиссия» следует трактовать в широком смысле: не только непосредственно как выпуск в обращение наличных денежных знаков, но и как эквивалент общей денежной массы, выраженной, соответственно, в символах национальной валюты, учитываемой на счетах Центральном банке Российской Федерации как эквивалент национального дохода в опреде- ленный временной период10. Такая трактовка эмиссии имеет право на существование, но лишь как одна из возможных научных позиций, впрочем, позиций далеко не бесспорных.

Куда более узко денежную эмиссию понимает А. А. Ситник. В его интерпретации денежная эмиссия — направление государственной финансовой деятельности, заключающееся в планомерном выпуске денежных средств в обращение и изъятии их из обращения, осуществление которого возложено на Центральный банк Российской Федерации11.

Размышляя о денежной эмиссии в системе публичной деятельности, Р. В. Ткаченко отмечает, что в узком смысле денежная эмиссия представляет собой специализированную деятельность Банка России по регулированию порядка и непосредственному изготовлению и введению в обращение законных платежных средств, монопольно осуществляемую в рамках установленной законом компетенции. Это базовое значение понятия «денежная эмиссия», полагает указанный автор, является многоаспектным12.

Весьма интересна позиция Е. Ю. Грачевой. По ее мнению, под эмиссией денег следует понимать выпуск денег в оборот, что ведет к увеличению денежной массы, находящейся в обороте. При этом автор указывает, что в условиях рыночной экономики эмиссию наличных денег осуществляет центральный банк, а эмиссию безналичных денег — коммерческие банки, что регулируется также центральным банком страны13.

Наконец, в трактовке российского законодательства К. С. Бельским под эмиссионной деятельностью государства понимается деятельность Центрального банка РФ, направленная на: 1) выпуск наличных денег; 2) организацию наличного денежного обращения; 3) организацию безналичного денежного обращения кредитными организациями совместно с Центральным банком РФ14.

Принципиальное различие во взглядах между Е. Ю. Грачевой и К. С. Бельским состоит в том, что последний не признает эмиссию безналичных денег коммерческими банками. Его точка зрения выглядит предпочтительнее. В строгом соответствии с конституционными положениями российское банковское законодательство не предусматривает эмиссионных прав за коммерческими банками. Денежная эмиссия осуществляется исключительно Центральным банком Российской Федерации (часть 1 статьи 75 Конституции).

Cобственный взгляд на эмиссию денежных средств имеют сторонники выделения права денежного обращения в качестве подотрасли финансового права. Эмиссия рассматривается ими как составляющая финансовой деятельности органов государственной власти, направленной на организацию денежного обращения в наличной или безналичной форме, выраженной как в национальной, так и в иностранной валюте15.

Весьма широко и разнопланово к пониманию денежной эмиссии подходит Е. Л. Васянина. В его основе лежит характер обязательств: эмиссия кредитного рубля (кредитные обязательства), опосредованная банковской системой; эмиссия бюджетного рубля (бюджетные обязательства); кредитные деньги, регулятором эмиссии которых выступают финансовые институты развития, которые получили полномочия по определению условий возникновения и исполнения эмиссионных финансовых обязательств. Проведенный анализ управления денежной эмиссией позволил Е. Л. Васяниной констатировать, что осуществление денежной эмиссии происходит в условиях расщепления функций ее регулятора между Центральным банком Российской Федерации, бюджетной системой и институтами развития16. Однако здесь уместно задаться вопросом: насколько такое понимание денежной эмиссии соответствует конституционной норме о том, что денежная эмиссия осуществляется исключительно

Центральным банком Российской Федерации (часть 1 статьи 75 Конституции)? Заметим, что данная норма говорит об эмиссии как таковой, не различая эмиссию наличных денег и эмиссию тех же кредитных денег, которые существуют в безналичной форме, тогда как в статье 6 Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3537-I «О денежной системе Российской Федерации» говорилось об эмиссии лишь наличных денег. Е. Л. Васянина выдвигает весьма радикальное предложение о том, что управление кредитно-денежным механизмом государства должно быть основано на проведении административной реформы, направленной на разграничение функций Правительства РФ и финансового мегарегулятора и подчинение Банка России Правительству РФ17. Данное предложение критически оценивается как нереалистичное, имея в виду перспективы его практической реализации, пусть даже в отдаленной перспективе, так как потребует конституционных изменений, которых не предвидится. Что касается разграничения функций между Правительством РФ и Банком России, то оно четко проведено в новой редакции Федерального закона от 11 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» и, по мнению автора настоящей статьи, представляется оптимальным, какие-либо уточнения здесь едва ли нужны.

Как видно, в науке финансового права нет единого мнения относительно понимания денежной эмиссии. Это вопрос дискуссионный, а значит, нет оснований категорично утверждать, что денежная эмиссия является ключевым институтом управления финансами.

Финансы

Общепризнано, что финансы — основная категория науки финансового права. Тем не менее уместно задаться вопросом: что есть финансы, как они понимаются в науке финансового права? Заметим, что понимаются они опять же по-разному. Прежде всего, финансы — это одна из теоретических и практических категорий, которая относится к объекту (предмету) науки финансового права. То же можно сказать и о такой категории, как эмиссия наличных денег18. Несмотря на многозначность термина «финансы», юристы в большинстве своем определяют их как «экономические денежные отношения по формированию, распределению и использованию фондов денежных средств государства»19. По мнению той же Е. М. Ашмариной, финансы — это не сами денежные отношения, а отношения между людьми по поводу образования, перераспределения и использования денежных средств20. Наконец, Ю. А. Крохина считает, что «предмет финансового права — не зеркальное отражение финансов, а финансовые правоотношения», они «не копируют отношений финансовых»21.

Заметно иначе их определяет К. С. Бельский. Ученый полагает, что финансы — это денежные средства страны (финансовые ресурсы), внешне выражающие стоимость имеющихся в стране товаров и участвующие в обороте в наличной и безналичной формах. Финансы страны подразделяются на государственные (публичные) и частные (негосударственные). Государственными (публичными) централизованными финансами являются денежные средства, которыми непосредственно распоряжаются органы государственной власти и органы местного самоуправления22. Уточним, что в условиях современных конституционных реалий правильнее говорить «распоряжаются органы публичной власти». Основополагающим, думается, является словосочетание «внешне выражающие», то есть то, что лежит на поверхности, к примеру, те же наличные деньги. Запустив печатный станок, государство может эмитировать их, то есть легализовать юридически сколь угодно много. Вот только достаточным наполнением товарами, работами, услугами они обеспечены не будут, то есть экономическая составляющая денег как продукта закона стоимости не будет соответствовать их юридической составляющей как творения, продукта деятельности государственной власти. Избыточная денежная эмиссия, с помощью которой иной раз пытаются решать проблему недостатка денег в бюджете, пагубна для экономики, приводит к расстройству финансов, управление которыми осложняется. Неблагоприятные последствия эмиссии для экономики прекрасно иллюстрируют слова Г. Я. Сокольникова (1888–1939), видного советского государственного деятеля, который в 1922 г. занимал пост народного комиссара финансов РСФСР, а с 1923 по 1926 г. — народного комиссара финансов СССР и успешно провел денежную реформу 1922–1924 гг. Реформа, как известно, оздоровила финансы советского государства, экономика которого, разоренная революцией и гражданской войной, находилась в крайнем упадке, ее важным результатом стало введение твердой валюты — червонца, что благотворно сказалось на экономике, способствовало ее быстрому восстановлению в годы новой экономической политики (НЭП). Г. Я. Сокольников предложил повесить вывеску «Эмиссия — опиум народного хозяйства» возле Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ). Напомним, что ВСНХ СССР был создан в 1923 г. для общего регулирования и управления отраслями народного хозяйства как общехозяйственный регулирующий орган в условиях НЭПа. Просуществовав до 1932 г., ВСНХ был преобразован в Народный комиссариат тяжелой промышленности СССР с передачей отдельных полномочий в другие наркоматы. Подобному предложению наркома финансов СССР Г. Я. Сокольникова удивляться не приходится. Думается, ему есть вполне рациональное объяснение, а именно печальный опыт последних лет имперской власти в России и краткий период правления Временного правительства, которые, как известно, пришлись на годы Первой мировой войны. Основным источником пополнения государственного бюджета в те годы, отмечает К. С. Бельский, являлась бумажно-денежная эмиссия. Общая сумма бумажных денег, находящихся в обращении, выросла с 1,5 млрд рублей в 1913 г. до 10 млрд руб. накануне Февральской революции 1917 г. Началось быстрое падение курса бумажного рубля. Эмиссия бумажных денег, которую проводило Временное правительство Керенского, привела к дороговизне товаров, особенно продовольственных, что вызвало недовольство широких масс населения23. Повторять ошибки предшественников советская власть, разумеется, не хотела.

Понимание финансов как объекта финансовой деятельности государства возможно как в узком, так и в широком толковании. В узком толковании, которого придерживается автор настоящей статьи, это государственные и муниципальные финансы. Это те денежные фонды, источником формирования которых являются предусмотренные законом платежи в федеральный бюджет, бюджеты субъектов Российской Федерации, муниципальные бюджеты, государственные внебюджетные фонды. Это денежные отношения и отчасти отношения, выступающие как денежные, например государственные и муниципальные ценные бумаги, эмитируемые государством и муниципальными образованиями.

В постсоветский период получило распространение толкование финансов в широком смысле. По мнению его сторонников, необходимо расширить перечень публичных финансов помимо государственных и муниципальных финансов для целей публично-правового регулирования24. В качестве дополнительного критерия включения тех или иных фондов денежных средств в число публичных финансов может быть признак обеспечения публичных интересов25. Толкование финансов в широком смысле, безусловно, имеет право на жизнь. Однако этот вопрос находится вне пределов темы, рассматриваемой в данной статье.

Исторически, экономически и логически, отмечает К. С. Бельский, первое место в системе финансового права принадлежит эмиссионному праву. Именно нормы эмиссионного права наиболее тесно связаны с феноменом денег и способствовали развитию других подотраслей и правовых институтов финансового права. Иными словами, эмиссионное право — ее системообразующий элемент26. По мнению ученого, эмиссионное право представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих отноше- ния в области эмиссионной деятельности Центрального банка РФ и кредитных учреждений (банков), направленной на организацию в стране наличного или безналичного денежного обращения27.

Деньги, как верно замечает К. С. Бельский, есть двойственная категория. Безусловно, в первую очередь они являются продуктом закона стоимости, особым товаром, стихийно выделившимся из товарного мира, который служит всеобщим эквивалентом. Но так же несомненно, продолжает ученый, что деньги суть творение государственной власти, особый товар, который обрел правовые качества в процессе эволюционного развития28. Итак, деньги — это, прежде всего, продукт закона стоимости, а их количество зависит от состояния экономики (от объема валового внутреннего продукта), объема товаров и услуг, которыми она наполнена.

Подмена закона стоимости денежной эмиссией влечет за собой разрушительные последствия для экономики. Примеров тому немало. Убедительным подтверждением может служить пример демократической Веймарской республики, существовавшей в Германии с 1919 по 1933 г. Там в 1922–1923 гг. масштабная, ничем не обеспеченная денежная эмиссия привела к гиперинфляции, расстройству экономики и, как следствие, к катастрофическому снижению уровня жизни громадного большинства населения страны. Эмитируемые деньги обесценивались буквально в считаные часы, а самой крупной тогда оказалась банкнота номиналом 100 биллионов марок. Именно так, в биллионах, был обозначен ее номинал. В Германии биллион — это число, изображаемое единицей с 12 нулями, то есть 10 ¹² , или триллион.

Волевые решения относительно денежной эмиссии приводят к уручающим последствиям для экономики и вызывают социальные потрясения. Вот лишь один, как представляется, весьма показательный пример. Правивший в Бирме (ныне Мьянма) генерал У Не Вин (1911–2002) в 1987 г. без предупреждения приказал изъять из обращения все купюры. Взамен ввел банкноты номиналом 45 и 90 кьятов (денежная единица Бирмы), по его мнению, счастливых, поскольку они делятся на девятку. Такая денежная реформа обесценила сбережения миллионов жителей страны и привела к массовым протестам.

Отказ от денежной эмиссии

Казалось бы, очевидно, что характерным атрибутом современного независимого суверенного государства является наличие собственной валюты и денежной системы, которую трудно представить без эмиссии, то есть выпуска и обращения в качестве средства платежа собственных денег. Однако на политической карте мира ныне есть государства, которые в силу разных причин, как правило экономических и отчасти политических, полностью или частично отказались от денежной эмиссии либо отказывались от нее на определенное время. Так, небольшое государство в Центральной Америке Республика ЭльСальвадор в 2001 г. полностью отказалось от собственной денежной эмиссии в пользу доллара США, а национальная валюта сальвадорский колон к 2004 г. была полностью выведена из обращения. Это пример того, когда суверенное независимое государство, долгое время осуществлявшее денежную эмиссию национальной валюты, в конечном счете от нее полностью отказалось и больше не осуществляет денежную эмиссию.

Черногория, государство на юго-востоке Европы, еще оставаясь частью Союзной Республики Югославия, с 2002 г. в одностороннем порядке использует евро в качестве законного платежного средства. В 2006 г. страна провозгласила независимость. Это пример того, когда государство, имея возможность денежной эмиссии, отказалось от нее, предпочтя использовать в качестве законного платежного средства деньги другой страны. Кстати сказать, в истории Черногории был короткий период в начале XX столетия, с 1909 по 1918 г., когда происходила денежная эмиссия собственной валюты — перпера. До ее введения в качестве платежного средства использовалась валюта опять же другой страны — австро-венгерская крона. В современной Черногории предпочли не возвращаться к исторической валюте, а вполне благополучно в одностороннем порядке перейти на евро. Аналогичная ситуация имела место в частично признанном государстве Республика Косово, которое провозгласило независимость в 2008 г., но опять же в одностороннем порядке уже с 1 января 2002 г. приняло евро в качестве национальной валюты.

Эквадор и Панама осуществляют денежную эмиссию ограниченно, выпуская в обращение только разменную монету, приравненную к американскому центу — разменной монете. В качестве законного платежного средства используются доллары США, которые Эквадор и Панама не эмитируют.

Некоторые молодые государства, недавно освободившись от колониальной зависимости, предпочли не эмитировать собственные деньги, а продолжать использовать доллары США, бывшие платежным средством до обретения независимости. Речь идет о расположенных в Тихом океане островных государствах: Федеративных Штатах Микронезии, Республике Маршалловы Острова, Республике Палау.

В 2009 г. власти африканского государства Зимбабве из-за катастрофического упадка экономики, сопровождавшегося гиперинфляцией (в обращение была выпущена банкнота достоинством 100 триллионов зимбабвийских долларов!), приняли решение отказаться от национальной валюты — зимбабвийского доллара в пользу доллара США. Вплоть до 2019 г. Зимбабве не осуществляло денежную эмиссию. С 2024 г. в обращение введен зимбабвийский золотой, обеспеченный иностранной валютой.

Приведенные выше случаи полного, частичного или временного отказа от денежной эмиссии имели место в общепризнанных мировым сообществом независимых суверенных государствах.

Фактический отказ от собственной денежной эмиссии наблюдается у частично признанных государств. Так, Республика Абхазия и Республика Южная Осетия, хотя и имеют де-юре собственную валюту — апсар и зарин соответственно, денежную эмиссию осуществляют ограниченно, в основном в виде инвестиционных монет из драгоценных металлов и памятных монет. Как представляется, денежная эмиссия осуществляется не для реального денежного обращения и обеспечения нужд обеих республик в средствах платежа. Наличие, пусть даже номинальное, собственной валюты — весомый аргумент в пользу подтверждения их государственности и суверенитета, а также дополнительный источник неналоговых поступлений в республиканские бюджеты за счет продажи инвестиционных и памятных монет, а в Республике Абхазия — еще и банкнот, номинированных в апсарах. В качестве платежного средства обе частично признанные республики используют российский рубль, что закреплено на договорной основе. В статье 6 Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи между Российской Федерацией и Республикой Абхазия (17 сентября 2008 г.)29 закрепляется обязательство Российской Федерации принимать эффективные меры для поддержания и функционирования финансовой и банковской систем Республики Абхазия, исходя из того что платежным средством на территории Республики Абхазия является российский рубль. Денежная единица Республики Южная Осетия зарин выпускается в виде памятных и инвестиционных монет и памятных банкнот, которые в соответствии с законом не могут быть использованы как средство платежа. Право эмиссии принадлежит Национальному банку Республики Южная Осетия. Правовую основу составляет Закон Республики Южная Осетия от 31 января 2025 г. «О введении в обращение на территории Республики Южная Осетия памятных и инвестиционных монет и памятных банкнот»30. Таким образом, применительно к обеим республикам едва ли возможно говорить о полноценной денежной эмиссии, имея в виду обеспечение их экономик средствами платежа. Скорее уместно исходить из того, что имеются лишь отдельные, крайне ограниченные и основанные на договоре элементы денежной эмиссии.

Управление финансами

Сразу оговорим, что речь пойдет о государственном или, точнее сказать, публичном управлении финансами, опять же финансами публичными. Под государственным управлением финансами, полагает А. Б. Агапов, понимается организация процесса аккумуляции и расходования денежных средств, выраженных в деньгах (валюте, валютных ценностях), а также государственное регулирование рынка цен- ных бумаг и иных денежных документов, удостоверяющих имущественные права их владельцев31. Когда финансы уже аккумулированы в соответствующих бюджетах, ими нужно рационально распорядиться, включая перераспределение между различными уровнями и в рамках субъектов финансовой системы государства одного уровня. Собственно, в этом и состоит управление финансами. Еще великий английский экономист Адам Смит (1723–1790) в свое время заметил, что управлять — это искусство расходовать. Поэтому за скобками остается вопрос о том, как возникли финансы.

Решающая роль в управлении финансами принадлежит российскому правительству. В соответствии с пунктом б) части 1 статьи 114 Конституции оно обеспечивает проведение единой финансовой, кредитной и денежной политики в Российской Федерации. Управление финансами правительство осуществляет, опираясь на федеральные органы исполнительной власти финансового блока. Главным образом это Министерство финансов Российской Федерации (Минфин России) и находящиеся в его ведении федеральные органы исполнительной власти (Федеральная налоговая служба, Федеральная пробирная палата, Федеральная служба контроля за алкогольным и табачным рынками, Федеральная таможенная служба, Федеральное казначейство, Федеральное агентство по управлению государственным имуществом). Соответствующие органы управления существуют и действуют на региональном и муниципальном уровнях бюджетной системы страны.

Если в системе финансового права, отмечает К. С. Бельский, каждой подотрасли соответствует ее исполнительная деятельность, то эмиссионному праву, можно полагать, соответствует ее эмиссионная деятельность. Действительно, продолжает ученый, эмиссионное право, как показывает название, есть совокупность юридических норм, которые регламентируют эмиссионную деятельность государства, направленную на выпуск в обращение денег и организацию денежного обращения32. Как видно, эмиссия — это, прежде всего, выпуск денег в обращение, с ним она и ассоциируется. К особенной части финансового права С. В. Запольский, относит, в частности, эмиссионное право33.

Того же мнения придерживается Г. Г. Пиликин. Правда, подходит он более щироко и включает в особенную часть финансового права эмиссионно-денежное право (включая валютное, публично-банковское и публично-фондовое) наряду с бюджетным правом, налоговым правом, международным финансовым правом. Причем автор специально подчеркивает, что первым среди равных выступает эмиссионно-денежное право34.

Если денежная эмиссия — ключевой институт управления финансами, как полагает С. В. Запольский, а осуществляет ее исключительно, то есть монопольно, Банк России, то, следуя логике указанного автора, получается, что именно Банк России управляет финансами страны, что вряд ли соответствует Конституции, которая наделяет Правительство Российской Федерации обширными полномочиями по управлению финансами. Именно оно обеспечивает проведение единой финансовой политики. Правда, что есть собственно финансовая политика, Федеральный конституционный закон от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ не определяет. В решающей степени управление финансами осуществляется через налоги и сборы, через исполнение федерального бюджета и иных бюджетов бюджетной системы страны.

Поэтому представляется глубоко ошибочным полагать, что эмиссионное право является ключевым элементом управления финансами. Лишь исторически эмиссионное право, по верному замечанию К. С. Бельского, может однозначно признаваться «первым цивилизационным институтом финансового права»³⁵. Было бы правильнее говорить не об эмиссионном праве, а о праве денежного обращения, в рамках которого в том числе рассматривается институт эмиссии, правовое регулирование эмиссионных отношений.

Выводы

Тем, кто причисляет себя к специалистам в области финансового права, тому же профессору С. В. Запольскому, хотелось бы сказать, что, прежде чем упрекать коллег в «незнании финансового права», следовало бы самим досконально разобраться в тех вопросах, по которым они берутся дискутировать. Автор статьи, не будучи специалистом в области финансового права и занимаясь им лишь эпизодически, все же постарался основательно разобраться в том, что есть эмиссионное право, каково его место в системе финансового права, как оно влияет на управление финансами, тогда как такой известный специалист, как профессор С. В. Запольский, по мнению автора, здесь особо не преуспел. Вспоминая древних, впору сказать ему: «Сure te ipsum» (лат. исцели себя сам).

Кроме того, приходится также признать, что попытка организовать и провести дискуссию по той или иной актуальной проблеме далеко не всегда находит понимание и отклик даже у некоторых авторитетных и уважаемых руководителей небольших научных коллективов. Такое положение вызывает глубокое сожаление и расценивается не иначе как стремление ограничить свободу научного творчества, о которой, как отмечалось выше, глубоко верно говорил академик В. Н. Кудрявцев.