Философские идеи как смыслообразующий аспект музыкальной культуры романтизма

Луганская государственная академия культуры и искусств имени Михаила Матусовского, Луганск, Россия, ,

,

Изучение музыкальной культуры романтизма в контексте смыслообразующего аспекта открывает перед современниками ряд актуальных и недостаточно исследованных вопросов культуры периода ХVIII–XIX вв. На сегодняшний день культурные ценности романтизма не утратили актуальности, а, напротив, получили развитие в истории философской мысли XIX–XX вв. и остаются значимыми для современного человека.

Открытие личной идентичности человека, его субъективного «я» исторически связано с эпохой романтизма. В культуре впервые происходит раздвижение реальности благодаря показу внутреннего мира человека. Субъективное «я» поднимается до уровня отображения противоречивости

и сложности мирового устройства, что оказывается представлено в сочинениях романтиков. В то же время отмечается тенденция к самостоятельности героя-романтика, который осознает свою всеобъемлемость, верит в собственные силы. Интерпретация героем мирового порядка может быть воспринята как единственно верная. В этом плане герой эпохи романтизма принимает облик проповедника, сверхчеловека, демиурга.

Отметим, что, несмотря на общность черт философии и искусства этого времени, художники разных национальных принадлежностей приходят к различным претворениям героя. Как сложная личность, бунтарь, восстающий против несовершенств окружающего мира, предстает герой в английской культуре. Он смело отстаивает свою свободу и всегда устремлен к новым открытиям. При этом произведения оказываются окрашены в трагические тона, так как герой чувствует свое одиночество и не может найти истинное предназначение (Дж.Г. Байрон, П.Б. Шелли). Центральной проблемой героя французской литературы становится противоборство добра и зла, противоречий внутреннего мира личности (Ф. Гюго, Ж. Санд), имеется интерес и к темной стороне души героя (Э. По).

Идеи неопределенности, бесконечности характерны для рассуждений философов эпохи романтизма. Именно в этой области происходит поиск определяющих тем культуры, наиболее распространенными из которых становятся творчество, свобода, сновидения, воображение и др.

Концептуализация бесконечности как вечного устремления души к идеалу, а также идеи всеединства приводит мыслителей к выводу о том, что законом бесконечности может выступать только творчество. Благодаря творчеству становится возможным снятие антагонизма и достижение тождества объективного и субъективного, природного и духовного. Основания идеи нивелирования этих конфронтаций философы находят в мировоззренческих концепциях первоначального единства космоцентризма античных мыслителей.

В эпоху романтизма новое прочтение идеи бесконечности и всеобщего единства раскрывается в философских трактатах И. Канта, Ф. Шеллинга, Ф. Шлегеля и в духе этого времени проецируется в область искусства. Красной линией в трудах философов-романтиков проходит мысль о том, что абсолютный синтез возможен только в одной сфере – сфере искусства, которое максимально предельно воплощает в себе конечное и бесконечное. Оно позволяет восстановить единство, синтезировать все сущее, постигнуть мир как целое. При этом главенствующую роль занимает музыкальное искусство.

Прежде всего обратимся к философским идеям И. Канта. Хотя музыка никогда не была в центре размышлений философа, его идеи на долгое время стали основополагающим вектором разработки философско-эстетических теорий. В труде И. Канта «Критика способности суждения» романтическая эстетика обретает философскую основу. Мыслитель выделяет две разновидности категории возвышенного. Первая – «математическая» (Mathematisch) – сопрягается с чувством наслаждения, которое может возникнуть от лицезрения каких-либо явлений в определенной форме. Эта разновидность имеет ярко выраженный позитивный настрой. Вторая разновидность – «динамическая» (Dynamisch) – оказывается связана с отрицательным восприятием, формирующимся из-за отсутствия у явлений выраженной формы (Кант, 1994: 117). При этом И. Кант отмечает, что в таком случае художнику представляется материал для осмысления. Разнонаправлен-ность категории возвышенного обусловливает равный интерес художников и к передаче идеализированного начала, и к созданию инфернальных образов. Такая биполярность послужила базой для эстетики контраста, дифференциации доброго и злого начал. Шире эта закономерность проецируется на принцип двоемирия, когда в художественных произведениях сталкиваются реальное и потустороннее, внешнее и внутреннее.

Принцип двоемирия проистекает от разлада взаимоотношений человека и окружающего его реального мира. В этой области В.Д. Конен подчеркивает обязательную отсылку к духовности: «Освобождение личности от психологии феодального общества привело к утверждению высокой ценности духовного мира человека. Глубина и многообразие душевных переживаний вызывают огромный интерес художников. Тонкая разработанность лирико-психологических образов – одно из ведущих достижений искусства XIX столетия. Правдиво отражая сложную внутреннюю жизнь людей, романтизм открыл в искусстве новую сферу чувств»1. Схожие идеи высказывал и русский критик В.Г. Белинский: «В теснейшем и существеннейшем своем значении романтизм есть не что иное, как внутренний мир души человека, сокровенная жизнь его сердца» (Белинский, 1948: 2017).

Художники-романтики опираются на субъективную целесообразность способности философско-эстетического суждения (И. Кант). Отсюда проистекает указание на необходимость обращения к духовности личности и ее внутренней конфликтности. Так как эти две стороны представлены у романтиков в качестве синтеза, то эта особенность становится ярким отличием от клас-сицистской эстетики, для которой типичен показ внутренней гармонии героя. У представителей романтизма герой характеризуется раздвоенностью личности. Наиболее ярким примером в музыкальном искусстве являются образы Флорестана и Эвзебия Р. Шумана, открывающиеся двумя сторонами личности композитора и героев его произведений.

Формирование романтизма происходило в недрах литературы. Сам термин первым представил Г. Новалис, после чего художественное течение распространилось и на музыку. При этом музыке в направлении романтизма была отведена главенствующая роль. Г. Новалис считал, что сила музыки способна опоэтизировать предметы реального мира и даже преобразить мертвую материю (Дмитриев, 1977: 24). Таким образом, философ в музыкальном искусстве видел предел для обретения того самого единства, в поисках которого разворачивается все мировоззрение романтической эпохи.

Оригинальные идеи о чувственности как средоточии единства бытия представлены в работах В.Г. Вакенродера. Он был противником научного познания мира и представил иной путь, связанный с отражением индивидуальных чувств в творчестве. Это позволило исследователю прийти к выводу, что «между чувствующим сердцем и исследующим разумом лежит пропасть» (Вакенро-дер, 1977: 173). Поэтому категория чувств становится самостоятельной, она выражает божественную сущность, и на нее не может повлиять рассудок. Художник входит лишь «в мысли о чувстве, но не в само чувство», – заключает он (Вакенродер, 1977: 173). Такая эстетика представляет своего рода ответ на предшествующую рациональность Просвещения. На первый план теперь выводится то, что связано с душой человека, его чувствами. Так, В.Г. Вакенродер считает, что скульптура тяготеет к запечатлению конечности, а музыка представляет явление бесконечное, поскольку разворачивается во времени, т. е. является «текучей» (Вакенродер, 1977: 190). Живопись же располагается между этими двумя видами искусств. Только музыка способна к раскрытию абсолютных чувств, она может передавать малейшие нюансы души человека. В этом представления философа находят точки соприкосновения с позицией Г. Новалиса.

Идея единства и ее воплощение в синтезе искусств является одной из центральных тем риторики Ф. Шлегеля. Философ настаивал на том, что искусство должно отображать мировой синтез, а потому в нем должны соединяться все формы поэзии и философии, вся совокупность жизненных элементов – поэзия и проза, гениальность и критика, искусственная и природная поэзия, то в смешении, то в соединении (Шлегель, 1983). Тема ранжирования видов искусства, присуждение им различных уровней значимости как попытка выстроить синтезированный взгляд на искусство как синтез духовности человечества является одной из ключевых тем рассуждений философов-романтиков.

Ф. Шеллинг выстраивает виды искусства в порядке восхождения: словесное – изобразительное – музыка. Самое высокое место у мыслителя отводится музыке, что значительно отличает его подход от кантовского. Ф. Шеллинг стремится к обоснованию органической связи разных видов искусства, указывает на их «омузыкаливание». В архитектуре он усматривает средства, характерные для музыки, в частности мелодические, гармонические и ритмические компоненты. Разные формы искусств максимально сближаются. Говоря о музыке, философ рассматривает ритм как музыку, гармонию как живопись и мелодию как пластическое искусство (Шеллинг, 1996).

Квинтэссенцией учения Ф. Шеллинга считается его теория о музыкальном творчестве. Приведем цитату, в которой сосредоточена его ключевая мысль о музыкальном искусстве: музыка должна стать «наивысшим и наиболее общим началом, в котором все, что есть беспорядочного в конкретном, непосредственным образом разрешается в чистейший разум» (Шеллинг, 1996: 208). Философ придерживался идеи космологического значения музыки. Идеи Ф. Шеллинга нашли отклик у музыкальных исследователей Т. Адорно, Р. Арнхейма, Дж. Годвина, Л. Феррары и др. Обобщив эти идеи, отметим, что дух, данный человеку, можно воплотить в музыке, в то время как физическому миру в музыке нет места.

Современный исследователь музыкальной культуры романтизма А.В. Михайлюта рассматривает взаимодействие философии, мифа и музыки, объединенных в единый философский концепт в культуре позднего немецкого романтизма1. В. Невзорова представляет романтизм как направление и ярко выраженный исторический стиль, характеризует философские идеи романтизма, выявляет принципы композиторского мышления, важнейшие средства музыкального языка и приемы композиционного материала2.

Ряд поэтов и композиторов, принадлежавших к романтическому направлению (Э.Т.А. Гофман, Г. Гейне, позднее – Ф. Лист, Р. Вагнер и др.), указывают на то, что музыка олицетворяет сам романтизм и через нее различные явления становятся символом бесконечности.

Лирика – ключевая тема, в которой раскрывались философские представления о романтизме. Качество лиризма определяет основной модус высказывания в произведении, который может быть взволнованным, интимно-доверительным, искренним, а также становится настоящей исповедью. Лирический герой трактуется композиторами-романтиками двояко. Некоторые его представители отталкивались от идей «бури и натиска», представляя образ героя таким, каков он есть во всей полноте жизненных проявлений. Данный герой глубоко чувствует, может демонстрировать свои душевные качества, его быт оказывается проникнут фольклорными элементами, связями с природой. Такой тип отображен в творчестве композиторов И. Брамса, Э. Грига, Ф. Мендельсона, П.И. Чайковского, Ф. Шуберта, Р. Шумана. Противоположный тип героя идет от образов В. Гюго, он связан с отвержением обыденности, отходом от естественности, обострением контрастов, введением театральных характеристик героя. Персонажи такого плана показательны для произведений Г. Берлиоза, Р. Вагнера, Ф. Листа, они предстают как исключительные, что возвышает их над обычными людьми.

Общей чертой для героев обоих типов является выведение на первый план личностного высказывания, исповедальности, которая может быть сопряжена с различными эмоциональными оттенками. Так, у Ф. Шуберта преобладает элегичность, а философичность высказывания характерна для Ф. Листа и Р. Вагнера, у Г. Берлиоза появляется обостренный гротеск, у П.И. Чайковского исповедальность приобретает трагическую окраску (Бэлза, 1985: 55).

Лирическая исповедальность часто оказывается связана с проявлением любовного чувства. Такая тема буквально пронизывает творчество всех композиторов-романтиков. Она возникает уже в вокальных циклах Ф. Шуберта и охватывает также различные жанры инструментальной музыки – от песен без слов Ф. Мендельсона до симфоний Г. Берлиоза и эпических музыкальных драм Р. Вагнера. Любовное чувство обычно омрачается каким-либо мотивом – неразделенности, недосягаемости, разлуки и даже смерти (Бэлза, 1985: 78).

Итак, тема лирики связана с раскрытием психологически сложного индивидуального мира раздвоенности личности лирического героя. Ведущей стала тема личной драмы одинокого, непонятого художника, тема безмолвной любви и социального неравенства. В творчестве таких композиторов, как Г. Берлиоз, Р. Вагнер, Ф. Лист, Ф. Шуберт, Р. Шуман, эта тематика приобретает черты автобиографичности, что, в свою очередь, придает их музыке особую искренность личного тона. Эпоха романтизма ориентируется на движение, перемены, в ней нет места канону и правилам. Вместо этого отмечается погружение героя в мир собственных эмоций. Причина ухода художника в личный, закрытый для других мир видится в невозможности человека повлиять на какие-либо события социальной жизни. Поэтому герой оказывается одинок, он остается наедине со своими внутренними конфликтами, а также погружается в фантазии и мечты, уходя от реальности. Последняя черта становится одной из ведущих для романтизма тем.

Романтики отвергали действительность как нечто обыденное и бездуховное, связанное с филистерством. Уходом от реальности становится мечта, воплощающая в себе прекрасное и совершенное, что может быть достигнуто только сердцем. Следовательно, разум не может быть связан с мечтой. Мир мечты определяет особенности души лирического героя, поэтому наиболее адекватным ее выразителем становится музыка, являющаяся центром искусств в эпоху романтизма.

Образы природы соприкасаются в произведениях XIX в. с недостижимостью идеала, лирической исповедальностью, в результате чего они приобретают мрачные оттенки. Природа в романтизме имеет философское значение. Романтиков интересовали лес, полный тайн, одиночество, тишина, природа, возбуждающая фантазию, облака, отгоняющие мечты вдаль, сумерки, стирающие четкие очертания. Любой тип героя-романтика (мечтатель, бунтарь, изгнанник и др.) связывается с особой исключительностью, наличием внутренней силы. Этот герой пылко и искренне воспринимает реальность, но она угнетает его. Он встает против всего мира, отстаивая свое право на внутреннюю индивидуальную свободу, прежде всего свободу чувств. Романтизм стремится к бесконечности и безграничности; преодолению границы между мечтой и действительностью; идеалу универсального искусства, которое должно быть одновременно научным, религиозным, поэтическим, а также лирическим, эпическим, драматическим, музыкальным; преимуществу фантазии; пылко движущему, загадочному, необузданному; субъективизму и индивидуализму, беспорядочности и беспредельности между эпосом, лирикой и драмой; прошлому, прежде всего эпохе Средневековья, пространству, мечтательному и загадочному; он пробуждает национальное сознание (Проблемы музыкального романтизма, 1987: 12). Образы природы романтиками выражаются живописно, одухотворенно и предельно конкретно.

Итак, ключевыми темами философских размышлений, которые нашли отражение в искусстве, прежде всего в музыке, являются лирика с ее любовной исповедальностью и автобиографической искренностью; одиночество и странствие как вечный поиск утраченного идеала; мечта и фантазия; связь с природой. Синтез искусств явился одной из главных идей культуры романтизма, которая нашла отображение в музыкальном искусстве. В качестве источников программных замыслов выступают произведения литературы, живописи, скульптуры.

Романтическое мировоззрение отчетливо проявляется в чрезвычайно большом внимании романтиков к человеку, его внутреннему духовному миру, его субъективности, в идее защиты уникально-отдельного бытия (человека, нации, национально-культурных феноменов и т. д.). Акцент на лирической стихии, возникновение феномена лирического героя (с его особой тематикой испо-ведальности и трагической любви), автобиографичность творчества, центральные сюжеты одиночества и борьбы, особое значение мечты и фантастики, обращение к природе как к идеалу и носителю духовного начала, подражание народному творчеству, обращение к истории, синтез искусств как ключевая черта – все это создает особую специфику художественного стиля, мировоззрения и культуры эпохи романтизма.