Формирование общегражданской идентичности в России: современное состояние

С момента распада СССР в отечественной научной литературе и политической практике особую актуальность приобрел вопрос о формировании общегражданской идентичности, способной преодолеть социокультурный раскол в условиях современного полиэтнического и поликонфессионального российского государства. Признается, что, хотя наша страна имеет вековой опыт мирного сосуществования всех национальностей и религий, проблемы межрелигиозных и межнациональных противоречий стали болезненными явлениями последних десятилетий. «Реальность сегодняшнего дня – рост межэтнической и межконфессиональной напряженности. Национализм, религиозная нетерпимость становятся идеологической базой для самых радикальных группировок и течений. Разрушают, подтачивают государства и разделяют общества»¹. Для укрепления общественно-политической и социально-экономической стабильности российского общества эксперты считают необходимым развитие этнокультурного потенциала народов России, социализацию этнокультурных сообществ, их интеграцию, межэтническое и межрелигиозное сотрудничество, преодоление этнического изоляционизма и экстремизма, формирование российской мы-идентичности [Шпагин 2003; Хоперская, Горшколепов, Арикбаев 2009; Моисеева 2011; Авксентьев, Аксюмов 2014; Каримов 2014].

Считается, что идея коллективной российской идентичности была впервые представлена в тексте российской Конституции 1993 г. в понятии «многонациональный народ России». Исследователи неоднократно акцентировали внимание, что, в отличие от западной традиции, оно изначально сочетало в себе не только государственное, гражданское, но и этническое значение. «В слова “народ”, “национальная принадлежность”, “национальное развитие”, используемые для характеристики федеративного устройства России, закладывалось как общегосударственное (политическое, гражданское), так и этническое содержание» [Зверева 2009: 73]. В государственных документах последних лет сходным образом применялся целый ряд дефиниций: «единая российская граждан- ская нация», «российская политическая нация», «национально-государственная идентичность», «общегражданская идентичность» и др.1

Одновременно в научной литературе обсуждалась трактовка понятия «нация» применительно к современным российским реалиям. Центральной категорией теории либерального национализма является понятие нации как политического сообщества граждан. Однако осмысление многонационального российского народа как российской (политической, государственной, гражданской) нации поставило вопрос о правомерности применения этого термина к отдельным российским этносам. Чаще всего современные исследователи применяют категорию «российская нация» в значении государственной, гражданской общности, тогда как для обозначения составляющих ее этносов (русских, татар, башкир, чувашей, якутов и др.) используют понятия «этническая общность» или «этническая группа». В то же время понятие нации продолжает применяться в отношении представителей крупных российских этносов (прежде всего, русских) и в научной литературе, и в политической сфере, и в повседневной практической жизни.

Наиболее дискуссионной проблемой последних десятилетий стал вопрос о соотношении общероссийской гражданской идентичности с региональной, этнической и религиозной идентичностями и об оценке их как совмещающихся по принципу иерархии, дополняющих друг друга либо вступающих в конфликт [Денисова, Клименко 2011; Литвинова 2012; Данилов 2013; Лошкарева-Имгрунт 2014; Алексеенко, Сафин, Халиулина 2015; Попов 2015]. Опросы 1990-х гг. зачастую демонстрировали преобладание региональной (этнической, конфессиональной) идентичности над общероссийской. Высказывались опасения, что ее актуализация (особенно в этнических республиках) может привести к отрицанию общегражданской и тем самым способствовать дезинтеграционным процессам в российском обществе. «Существуют представления, что гражданскую идентичность мы стимулируем для того, чтобы снизить сильную этническую идентичность, и в чем-то это действительно так. К сожалению, некоторые специалисты даже сильно переусердствуют в этом отношении, пишут о желании “в теоретико-практическом ключе рассмотреть возможность постепенного замещения в иерархии идентичностей этнической идентичности общенациональной”. Такое представление есть и на повседневном уровне» [Ресурс межэтнического… 2014: 110].

Между тем наиболее авторитетные авторы апеллируют к теории множественных идентичностей: «Совмещенные множественные идентичности, а не конкурирующие и выстраиваемые иерархически – государственно-гражданская, этническая, региональная, локальная идентичности – признак гармоничного развития общества» [Дробижева 2014]. В.А. Тишков неоднократно подчеркивал, что «поддержка и укрепление региональных и этнических сообществ россиян есть одно из важнейших условий формирования российского народа», который представляет собой «единство в многообразии» [Тишков, Степанов 2009: 79].

Справедливость данной точки зрения подтверждают опубликованные материалы многочисленных социологических исследований, проводившихся в последние десятилетия в различных регионах России. К примеру, опросы, проведенные сотрудниками Центра исследования межнациональных отношений Института социологии РАН в 2008–2014 гг. в Москве, Татарстане, Республике Саха (Якутия), Башкортостане, других регионах, показали, что в начале второго десятилетия XXI в. региональная идентичность уже не была столь конкурентной, как в предыдущий период [Российская идентичность… 2008; Социологический ответ… 2012; Ресурс межэтнического … 2014]. Исследователи выражают уверенность, что «в последнее десятилетие у нас нет оснований драматизировать балансирование государственно-гражданской и региональной идентичности» [Ресурс межэтнического… 2014: 110].

Исследования центра «Религия в современном обществе» Института социологии РАН, проведенные в апреле 2015 г., касаются вопросов приоритетности национально-этнического и национально-государственного уровней идентичности у конфессиональных групп. Авторы также приходят к выводу, что различные уровни идентичности не противоречат друг другу, но выступают как взаимодополняющие, при этом наиболее отчетливо данная тенденция проявляется у православных и мусульман, тогда как у атеистов она выражена в меньшей степени. «Это показывает плодотворность методологического подхода о многоуровневой неконфликтующей идентичности» [Мчедлова, Гаврилов, Шевченко 2015: 43].

Целый ряд исследований ставят своей задачей изучение содержательного наполнения представлений россиян об их общегражданской идентичности, уровня ее сформированности, факторов и условий, способствующих ее распространению и закреплению. Наиболее значительным объединяющим фактором и, как следствие, главным критерием общегражданской идентичности в большинстве опросов выступает общее государство, среди других значимых консолидирующих представлений распространение получили территория, историческое прошлое, родная земля, природа, государственный язык, культура и др. Не случайно Л.М. Дробижева считает, что российская гражданская идентичность – это, прежде всего, государственно-гражданская идентичность. При этом принципиальным признается вопрос о форме государства: «Российское государство многоэтническое и поэтому, чтобы государство воспринималось всеми гражданами как свое, они должны быть уверенными в реализации каких-то их интересов» [Ресурс межэтнического… 2014: 107, 112].

Важным шагом на пути к решению проблемы самоидентификации российского социума эксперты считают обсуждение вопроса о внутреннем содержании понятия «российский патриотизм» [Курганская 2011; Абрамов 2014; Хамов, Аникина 2015]. Значимость патриотизма определяется тем, что он представляется важной основой объединения и гармонизации полиэтнического и поликонфессиональ-ного российского общества. «От того, в какой мере приверженцам различных религий и мировоззрений присуще российское патриотическое сознание, зависит возможность их солидарного взаимодействия и сотрудничества в решении задач, стоящих перед страной и, соответственно, формирование общероссийской идентичности» [Мчедлова, Гаврилов, Шевченко 2015: 37]. Эта точка зрения находит отражение и в массовых представлениях, согласно которым быть гражданином страны – значит «быть российским патриотом, любить Россию», «соблюдать законы, уважать конституцию», «чувствовать ответственность за страну» [Ресурс межэтнического… 2014: 109]. При этом подлинные проявления патриотизма в представлениях россиян связаны в первую очередь «с различными видами созидательной деятельности, будь то труд на благо страны или же изучение отечественной истории и культуры» [Мчедлова, Гаврилов, Шевченко 2015: 40].

Что касается современного состояния формирования общегражданской идентичности, исследователи делают вывод, что «российское общество представляется в целом внутренне неоднородным, но обладающим всеми предпосылками для консолидации» [Российская идентичность… 2008: 51]. Вопреки ожиданиям скептиков, федеративное устройство России, сохранение автономных республик и подъем национального самосознания титульных народов не стали для этого значительным препятствием. В настоящее время уже стало социальным фактом формирование представлений о национально-гражданской идентичности, которые при этом «имеют тренд не только к возрастанию, но и к углублению, причем в немалой степени за счет эмоциональной сферы» [Дробижева 2008: 103].

Однако те же авторы признают, что общероссийская идентичность «все еще отражает стадию привыкания населения к новому государству, его очертаниям и месту в мире», она все еще формируется и вследствие этого очень противоречива [Дробижева 2008: 105]. «Современная Россия все еще находится на промежуточной стадии – между распадающейся идентичностью советской и пока до конца не состоявшейся российской национально-государственной идентичностью» [Российская идентичность… 2008: 49]. Не случайно в экспертных рекомендациях к парламентским слушаниям 2008 г., посвященным обсуждению роли гуманитарных наук в формировании общероссийской идентичности, особо отмечалось, что «формирование общероссийской идентичности остается сложной многоплановой проблемой, требующей огромных и целенаправленных усилий властных структур, научного сообщества, образовательных организаций, учреждений культуры, иных юридических и физических лиц, оказывающих реальное влияние на общественное сознание и поведение граждан»1.

В вопросе о конкретных механизмах формирования общегражданской идентичности авторы сходятся во мнении о решающей роли государства в данном процессе. «Чтобы быть успешной в сложном, многосоставном обществе, власть обязана обеспечить безопасность и выживание конструктивных социальных субъектов, способствующих преодолению кризиса доверия, кризиса легитимности, кризиса управляемости и являющихся базой формирования общегражданской идентичности» [Юрченко 2012: 304]. Прежде всего, речь идет о «четко сформулированной» национальной, религиозной и миграционной политике и конкретных механизмах ее проведения [Чистякова 2010; Кадыров 2013; Богатова 2014]. Также отмечается зависимость процессов интеграции российского общества от контроля государства над информационной политикой в контексте гармонизации межэтнических и межконфессиональных отношений. «СМИ выступают мощным инструментом формирования коллективной идентичности» [Каримов 2014: 45].

Другим важнейшим социальным институтом, в задачи которого входит формирование общегражданской идентичности, считается система образования. Целый ряд современных российских авторов исследуют потенциал современной российской системы образования с точки зрения выполнения социального заказа на этническую и гражданскую социализацию молодежи, формирования ее этнокультурной и общегражданской идентичности [Галактионова 2009; Смирнов 2010; Муталлимова 2014; Хайруллин, Суржикова 2015].

Таким образом, анализ публикаций последних лет, посвященных теме общегражданской идентичности в России, позволяет сделать следующие выводы. Несмотря на то что со времени распада СССР прошло четверть века, вопрос о формировании коллективной российской идентичности не теряет своей актуальности. Специфичным является само понятие российской общегражданской идентичности, которое включает в себя не только общегосударственное (политическое, гражданское), но и этническое значение. Наиболее дискуссионной проблемой представляется вопрос о соотношении общероссийской гражданской идентичности с региональной, этнической и религиозной идентичностями. В то же время результаты эмпирических исследований демонстрируют плодотворность методологического подхода к ней как к многоуровневой неконфликтую- щей идентичности. Значительным объединяющим фактором для россиян выступает государство, важной основой объединения и гармонизации полиэтнического и поликонфессионального российского общества является патриотизм, а главным институтом, в чьи задачи входит формирование российской общегражданской идентичности, – система образования. Современное российское общество характеризуется исследователями как в целом внутренне неоднородное, но обладающее всеми предпосылками для консолидации.