Границы влияния «доктрины Монро» в Европе. Расширение экспансии Америки

В 1850-х годах Россия учувствовала в военных действиях в Крыму. Сражаться предстояло против армии Османской империи, Англии, Франции и Сардинского королевства. Единственной страной, которая симпатизировала России, была Америка. Американская пресса была полностью на стороне России и критиковала демонический образ России, нарисованный в то время в английских и французских газетах. Несколько десятков американских врачей и хирургов отправились в Россию лечить раненых российских солдат в Севастополе. Половина из них умерла от брюшного тифа. И это был символический, важный момент, который продемонстрировал и укрепил российско-американскую дружбу.

Несколько лет спустя, в 1863 году, Россия подавила восстание в Польше именно в то время, когда Соединенные Штаты были разделены гражданской войной. Во время Крымской войны самый сильный российский флот - Балтика был заперт в Балтийском море: оказалось, что одного английского крейсера между Данией и Швецией было достаточно, чтобы выйти в открытые воды было невозможно1.

Еще до гражданской войны Россия и Америка были объединены несколькими сходствами. Прежде всего, это существование крепостного права и рабства - это были последние страны, в которых сохранилась такая социальная система, институты принудительного труда и личное отсутствие свободы2. И на протяжении первой половины XIX века защитники крепостного права и рабства приводили пример другой страны, чтобы оправдать свою невиновность. В России было невозможно напрямую критиковать крепостное право, потому что когда российские профессора-либералы читали лекции об ужасах рабства в Америке, все слушатели понимали, что фактически подвергалось критике крепостное право.

Через пару лет после смерти Линкольна в российско-американских отношениях произошел еще один эпизод, о котором принято вспоминать, когда речь идет о сотрудничестве между двумя странами в XIX веке, -конечно же, продажа Аляски, которая состоялась в 1867 году. В то время эта сделка не вызвала сильного эмоционального отклика в России, так как Аляска была заморской колонией, она не рассматривалась как «главная» территория страны.

Первые идеи о продаже Аляски появились в разгар Крымской войны, потому что противостояние с Англией, которая контролировала все морские пути, породило страх потерять колонию: чтобы добраться до нее, приходилось совершать поездку вокруг света.

Начиная с 1880-х годов, между Америкой и Россией взаимоотношения становились холодными. Это не связано напрямую с императором Александром III или президентом Честером Артуром, пришедшим к власти в этот период. Причина была, как ни странно, в публичной просьбе народа Соединенных Штатов. Циклическая роль в российско-американских отношениях также сыграла свою роль: когда модернизация была поставлена в центр российской политики, Америка стала дружественной страной и источником инноваций, но когда целью было укрепление власти или прекращение «либерального мятежа» Соединенные Штаты превратились в угрозу.

Кроме того, в 1870-х годах было широко известно, что администрация президента Гранта была очень коррумпированной. Поэтому преимущество американской системы правления не могло быть поводом для гордости: посты в администрации были проданы, решение в Конгрессе можно было купить3. Эта ситуация вызывала разочарование у американцев. Еще со времен пуритан американцы привыкли думать о своей стране как о лидере цивилизованного человечества, но теперь эта идея их собственной исключительности была поколеблена.

В то же время на Дальнем Востоке появились первые экономические конфликты, связанные с торговлей и проникновением в Китай, но они не были настолько серьезными, чтобы объяснить такой радикальный поворот. Конечно, нельзя обвинять Кеннана: он один из самых выдающихся журналистов, который был в резонансе с общественными настроениями. В то время Америка стала все чаще использовать Россию как символ всего «неамериканского», чего не должно было быть в Соединенных Штатах. Американцы начали противопоставлять себя не всей Европе, как это было со времени прощального обращения Вашингтона, а главным образом России, как центру всего того, что американцы считали ненужным в Старом Свете. Все, что американцам больше всего не нравилось в Европе, от чего они постоянно отделялись, было наиболее ясно выражено в России.

В то же время для России Америка оставалась олицетворением многих хороших вещей, к которым нужно было стремиться: свободы, экономической эффективности - все это было в Европе, но в Америке это было намного сильнее. Судьба афроамериканцев в Америке вызывала сочувствие и сожаление в России: знание сегрегации помогло не идеализировать заморскую республику. С такими настроениями в российско-американских отношениях 19-й век и закончился, и это не могло не повлиять на то, что произошло в будущем.