Гуманитарное пространство Самары / Куйбышева: время и место Д.Д. Шостаковича

20 июля 1942 г. был опубликован фотопортрет Д.Д. Шостаковича, сбрасывающего зажигалки с крыши Ленинградской консерватории. Его отказались брать на фронт, и он пошел в добровольную пожарную команду. Хотя фотография в шлеме пожарного была сделана в сентябре 1941-го, ее поместили в журнале «Тайм» только через год.

5 марта 1942 г. состоялась премьера Седьмой симфонии в Куйбышеве, которая произвела ошеломляющее впечатление на мир. Сошлемся на мнение исследователей о военном и дипломатическом контингенте города в этот период [1; 2]. Симфония стала огромным художественным и политическим событием еще и благодаря тому, что первыми слушателями были дипломаты, военные и журналисты самого первого уровня. Через

2 месяца исполнение было повторено в Москве. 9 августа 1942 г. состоялась Ленинградская премьера под управлением дирижера Карла Элиасберга. Тогда Шостакович написал на титульном листе: Седьмая Ленинградская симфония.

Так переплетаются разные военные времена: фотография в шлеме – Ленинград, сентябрь 1941 г.; премьера в Куйбышеве – март 1942 г.; исполнение в блокадном городе и название «Ленинградская симфония» – август 1942 года.

«Запасная столица» в Куйбышеве помогает понять ушедшую эпоху. Вновь и вновь речь идет о миссии Д.Д. Шостаковича и его духовном влиянии на ХХ в.; о величии художника и его боли за маленьких людей. Мир меняется, но потребность в гуманности искусства остается и растет. Это проявляется и в интерпретациях наследия Шостаковича. Сошлемся на международную конференцию в Петербурге в 1994 г. и сборник статей под редакцией профессора Л.Г. Ковнацкой «Шостакович в меняющемся мире», охвативший самых известных музыковедов мира [3]. Вышли фундаментальные работы М.Г. Арановского – музыковеда и философа. Анализируя утопии и антиутопии Шостаковича, ученый показывает их влияние на весь ХХ век [4; 5].

В перечне новых публикаций, которые помогали и помогают понять Шостаковича, нельзя не сослаться на вышедшую относительно недавно личную переписку композитора с близкими друзьями: выдающимся музыковедом И.И. Соллертинским и оперным режиссером И.Д. Гликманом [6; 7]. Некоторые письма больно читать. После вынужденного разрыва с отечественными слушателями и читателями появилась книга С.М. Волкова «Шостакович и Сталин: художник и царь» [8]. Книга безупречна по качеству и объему музыкального анализа. Чем же она привлекла студентов? С. Волков, как и другие авторы, стремится понять ушедший век и идет за Шостаковичем.

Добавим, что другие современные авторы ставят свой личный мораторий на политических сюжетах биографии композитора. Например, в центре внимания исследований В.О. Петрова оказывается интерпретация самых последних опусов композитора, в которых постоянно всплывают мучительные образы затухания и приближения смерти [3].

Мы же в данной статье хотели бы еще раз пристально вглядеться в отнюдь не однозначные военные годы. В Куйбышевском периоде немало вопросов. Ни одно из его сочинений, последовавших за Седьмой симфонией, не прозвучало в «запасной столице» ни в годы войны, ни позже. А некоторые и до сих пор.

Только в 1990-е гг. к опере «Игроки» обратились ведущие оперные театры –

Большой театр, Московский Камерный музыкальный театр и Санкт-Петербург Опера. Сочинение было важным для композитора, оно посвящено Галине Уствольской – самой талантливой его ученице. А в Самаре «Игроки» никогда не шли.

Несколько десятилетий пролежал «под спудом» еще один исповедальный для композитора вокальный цикл с персональными посвящениями ближайшим друзьям: И.И. Соллертинскому, И.Д. Гликману, Л.Т. Атомвьяну, Ю.А. Шапорину. В нем было то, что можно доверить только друзьям: свобода и несвобода, страхи и любовь. Самый первый романс цикла «Шесть романсов на стихи английских поэтов» посвящен маленькому сыну, которому только исполнилось два года. Романс начинался трагически: «Помолимся об избежании участи быть повешенными…»

В эти же два года эвакуации были закончены десятки других сочинений и проектов, которые были значимы для Шостаковича, но потонули в событиях войны и политики. Интерес к ним разгорелся только к началу XXI века.

Не значит ли это, что «Куйбышевский период» Шостаковича располагает выдающимися сокровищами, которые не звучат?

Культ Шостаковича укоренен в Куйбышевском/Самарском пространстве. В легендарной Первой музыкальной школе и Куйбышевском музучилище преподавали композиторы А.В. Фере и Л.Ф. Другов, спасенные Шостаковичем в военные годы. В школе хранятся документы, фотографии и рояль времен Шостаковича.

В Куйбышеве/Самаре всегда звучали симфонические интерпретации музыки Шостаковича под управлением выдающихся дирижеров: от Натана Рахлина, Геннадия Проваторова до Михаила Щербакова и Евгения Хохлова. Прежде их опекала С.П. Хумарьян – многолетний руководитель управления культуры администрации Самарской области. В афише театра оперы и балета также были разные сочинения мастера: балет «Барышня и хулиган» обожала публика. Относительно недавно к 110-летию композитора была поставлена «Леди Макбет» под управлением дирижера Александра Анисимова.

В марте 2020 г. очередное юбилейное исполнение Седьмой симфонии прошло при непосредственной поддержке губернатора Самарской области Д.И. Азарова. Ровно через полгода, в сентябре 2020 г., это же великое сочинение прозвучало на открытии Международного фестиваля «Шостакович. Самарское время. DSCH», который проводился в День города, конечно, звучал Шостакович: open air и над Волгой. Это произвело огромное впечатление на горожан.

Однако родство композитора с городом определяется не только концертами и спектаклями, но всей городской средой. С этим в Куйбышеве/Самаре также все было в порядке. В газете «Волжская коммуна», где многие годы отделом культуры заведовал талантливый журналист Е.Н. Жоголев, а позже – музыковед-эрудит Н.А. Эскина, сложилась летопись всех концертных и театральных премьер Шостаковича в городе на Волге. Самарские музыковеды, писатели, художники, кинематографисты создали важный и полный каталог премьерных спектаклей Шостаковича.

В сентябре 2005 г., в день рождения Шостаковича, под памятной доской на доме, где великий композитор заканчивал Седьмую симфонию, собралась с цветами большая группа: председатель Самарского отделения Союза композиторов Марк Левянт; дирижер Владимир Ощепков; любимый наставник самарской молодежи, учитель Исай Фишгойт и еще немало поклонников.

Тогда же возникла концепция альманаха «Самарское приношение. Шостакович – 100 лет». Кстати, ее название подарил доктор Винрих Майсциес – директор Театрального музея в Дюссельдорфе, много лет выпускавший цикл «Hommage» («Приношение Баху», «Приношение Луизе Дюмон» и многие другие «Приношения»). Альманах «Самарское приношение. Шостакович –

100 лет» проектировался в Самаре, а потом был представлен в Бонне, в Генеральном консульстве России 8 мая 2006 года.

Память о творческом наследии Шостаковича и востребованность его творчества могут быть проиллюстрированы еще одним примером, находящимся на стыке концертирования, просвещения и прямого диалога со слушателями. В Самарском государственном институте культуры проходила серия вечеров, посвященных самарским музыкальным землячествам. Этот проект придумал и осуществил пианист, доцент СГИК В.Т. Семенов.

Первый концерт был посвящен выпускникам Петербургской консерватории в Самаре. Исполнялось много хоровой и инструментальной музыки. Невероятный успех выпал на долю «Эпизода нашествия» из I части Седьмой симфонии, соч. 60, «Ленинградской». Известнейший фрагмент звучал в переложении для 2-х фортепиано и малого барабана Левона Атомвьяна – Виталия Семёнова. За роялем были Александра Дятлова и Марина Абросимова, малый барабан – Мария Остроухова. Зал был восхищен! Это и есть то, что академик Д.С. Лихачев называл « гомосферой города » [9]. Она складывается из памятников, воспоминаний, памятных мест и живой музыки, которая составляет городскую среду.

Тут следует сказать, чуть отступая от Шостаковича, что в пространстве Самары, к сожалению, мало памятников великим деятелям искусства. От этого гомосфера города выглядит пустовато. Нет памятника А.М. Горькому, который, по его собственным словам, «стал в Самаре писателем». В год 150-летия со дня рождения великого писателя вообще был закрыт его самарский музей. Обойден вниманием Ф.М. Шаляпин, который пел в Самаре, и его носили на руках. Не найти хотя бы памятной доски Н.Г. Гарину-Михайловскому – гениальному инженеру и писателю.

Про Василия Аксенова или Владимира Войновича, посвятивших Самаре немало страниц и времени в 1990-е гг., вообще никто не вспоминает. Канули в Лету 1990-е гг., чудесные конференции и Фестиваль современной литературы. «Аксенов-фест», который фактически начинался в Самаре, переместился в Казань.

Счастливое исключение – Шостакович, памятники которому украшают разные места Самары. Это несомненная заслуга Союза композиторов, продвигающего в последнее десятилетие визуальные проекты, связанные с именем Шостаковича. Имеем в виду не только звучание его музыки, но гомосферу – образы городского пространства.

Справедливости ради скажем, что есть и другое самарское исключение – памятник В.С. Высоцкому – прекрасная работа Михаила Шемякина, которую скульптор подарил городу. Парадоксально, что памятники Шостаковичу и Высоцкому оказались в одной группе городских реликвий, но это – Самара. Выбор персоналий предопределили «группы поддержки». «За Шостаковича» ратовали музыкальные институты – Самарский театр оперы и балета (САТОБ), Самарская государственная филармония, музыкальные школы, их рупором стал Самарский Союз композиторов. «За Высоцкого» стояли шестидесятники – ГМК (Городской молодежный клуб), бывшие студенты политехнического института.

Наконец, назовем несколько новых скульптурных работ, посвященных Шостаковичу, – масштабный памятник в сквере возле САТОБ, где состоялась премьера Седьмой симфонии в 1941 году, – работа самого известного в современной России монументалиста З.К. Церетели.

Появились новые памятные доски и бюст Шостаковича в вестибюле Самарского театра оперы и балета. Они выполнены талантливым молодым скульптором К.Б. Саркисовым. Образ Шостаковича, также в исполнении Карэна Саркисова, вошел в музей САТОБ и Самарской государственной филармонии.

Попробуем поставить и еще одну проблему. Есть города в мире, в кото- рых культурное наследие дает духовные и материальные преимущества. К примеру, тысячи людей со всего мира ездят в Вену на оперные премьеры и выставки, или в Пермь на Дягилевский фестиваль, куда съезжалась интеллектуальная элита уральских городов. Профессора Екатеринбурга и Челябинска брали отпуск, чтобы послушать Густава Малера под управлением Теодора Курентзиса. Ссылаемся на опросы и статьи, опубликованные в альманахе «Город как сцена» [10]. Соберет ли Самара такую публику на «Шостакович фест»?

Обдумывая проблемы гомосферы города на Волге, опишем один самарский пиар-проект, состоявшийся в Бонне к 100-летию композитора еще в 2006 году. На достаточно многолюдном приеме по поводу окончания Второй мировой войны 8 мая 2006 г. в конференц-зале Генконсульства состоялась презентация альманаха и выставки «Самарское приношение. Шостакович – 100 лет». Удивительно, но он принес Самаре важные научные контакты.

Путь к контактам с немецкими университетами складывался, скажем прямо, импровизационно. В конце 2005 г. в Самаре началась подготовка к юбилею Шостаковича. Одним из проектантов был Союз композиторов, заявивший создание альманаха, посвященного пребыванию в военной столице Д.Д. Шостаковича. Параллельно в Самаре готовилась университетская программа, внешне никак не связанная с музыкальной культурой. Проректоры и профессора Самарского государственного медицинского университета отправлялись в Германию на стажировку по теме Life sciences (Науки о жизни). Ученые должны были познакомиться с инновационными организациями, нацеленными на биомедицинскую тематику. В течение недели они объездили десятки подобных центров в разных немецких университетах Дюссельдорфа, Бонна, Мюнстера и других передовых центров.

После напряженной рабочей недели была предложена культурная про- грамма и встреча с писателем Чингизом Айтматовым. Общение с писателем и дипломатом вызвало искренний интерес ученых-медиков. Айтматов и Шостакович были близко знакомы в последние годы жизни композитора. Прощальная статья Айтматова о композиторе была опубликована в газете «Известия». Когда в подарок Чингизу Торекуловичу вручили его же текст о композиторе, он был искренне растроган. Он любил Шостаковича. Держал в руках свою статью и все спрашивал: «Откуда взяли?!»

На этой встрече с Айтматовым неожиданно возникла тема презентации альманаха о Шостаковиче в Российском Генконсульстве. Чингиз Торекулович молниеносно уловил идею и посоветовал это сделать 8 мая 2006 года: окончание войны – Российская провинция – 100-летие Шостаковича. С подачи выдающегося писателя и дипломата «Самарское приношение. Шостакович – 100 лет» было включено в программу торжественного приема в Генконсульстве Российской Федерации в Бонне по случаю дня Победы. Самарская делегация представила емкую программу: презентацию альманаха, выставку редких фотографий, связанных с премьерой Седьмой симфонии Д.Д. Шостаковича в годы войны. Естественно, что параллельно была представлена Самара как уникальный географический, экономический, научный центр на Волге, спасший в тяжелые годы ВОВ многих, в том числе артистов Большого театра.

Российское Генконсульство обеспечило музыкальное сопровождение для нашей презентации: Шостаковича играл прекрасный пианист, приглашенный немецкими коллегами. Композитор Марк Левянт спел один из своих хитов о Самаре, была подробно рассказана эпопея «куйбышевской премьеры», состоявшейся