Измененные состояния сознания и художественное творчество (на примере творчества А. Арто)

Современное искусство в поисках источников вдохновения обращается к этническим традициям различных народов, в среде которых действующим элементом жизнедеятельности являются ритуалы, провоцирующие состояния сознания, определяемые в науке как измененные (ИСС). Проблема измененных состояний сознания (ИСС) как требующая междисциплинарного подхода стала предметом обсуждения философии, психологии, религиоведения, культурной антропологии, этнографии и т. д. Антрополог Э. Бургиньон, изучая ИСС как характерные типы реакций на ряд изменений в отношениях (сенсорных, когнитивных и т. д.) между людьми и их опытом, отмечает культурную смоделированность этих реакций [1].

Рассматриваемая проблема, присутствуя в общем проблемном поле философии искусства, также находится в контексте проблемы воздействия этнического на становление современной культуры, касаясь вопроса о степени и качестве воздействия этнических верований, обычаев, ритуалов на современное художественное мировосприятие, создание художественных произведений и теоретических концепций. Речь идет не об исследовании психологии творчества, а о результатах интерпретаций ИСС в творчестве худож- ника и о последующих «следах» этого опыта в культуре, тем более, что в ХХ в. «поиск новой выразительности происходит за счет актуализации приемов и методов самых различных направлений искусства» [2]. Этнические источники необычных образов заново переосмысляются и репрезентируются в художественном творчестве.

Обращение к жизнетворческому опыту А. Арто, представленному в ряде записей о путешествии в Мексику, сделанных в период с 1936 г. по 1948 г., позволило выстроить смысловую последовательность: существующие личностные и культурные предпосылки восприятия – этнические ритуалы, воздействующие на мировосприятие художника – опыт ИСС – творческая интерпретация опыта, впоследствии выраженная в ряде работ А. Арто по теории театра.

В процессе формирования ИСС роль предпосылки играют ожидания и культурный опыт личности, предшествующие восприятию проявлений духовной жизни чужого этноса. Известно, что обстоятельства путешествия в горы Мексики для А. Арто былисложными, также и его собственное физическое состояние было фактором, провоцирующим ИСС. На фоне больших ожиданий присутствовали стремления обретения целостности и душевного равновесия через переживание и постижение ритуальных практик племени тараумара. Немалое значение оказал европейский культурный опыт: ситуация «смерти Бога» в художественной культуре ХХ в. обусловила нацеленность на поиск ритуалов возрождения сакрального начала в культуре другого этноса.

Опыт ИСС может быть определен как опыт становления, в свою очередь, «становиться – значит все время различаться и дифференцироваться» [3]. Но в случае исследования такого рода опыта именно аналитическое различение проблематично. В попытке дифференциации этапов воздействия ИСС на творческое сознание художника, обратимся к предложенной М.М. Бахтиным детализации стадий понимания как этапов процесса:

• 1.    Психофизиологическое восприятие физического знака (слова, цвета, пространственной формы).

• 2.    Узнание его (как знакомого или незнакомого). Понимание его повторимого (общего) значения в языке.

• 3.    Понимание его значения в данном контексте (ближайшем и более далеком).

• 4.    Активно-диалогическое понимание (спор-согласие). Включение в диалогический контекст. Оценочный момент в понимании и степень его глубины и универсальности [4].

Все перечисленные стадии процесса присутствуют в опыте ИСС, но в приведенном перечне практически отсутствуют (возможно, подразумеваются, но не упоминаются) моменты допонятийного переживания опыта, напрямую связанные с такой значимой характеристикой ИСС как невыразимость. М.М. Бахтин выделяет наиболее явные моменты понимания, оставляя за скобками моменты предпонима-ния или возможного понимания, на которых А. Арто основывался, выстраивая свою теорию театра. Кроме констатации очевидного различия мышления ученого-филолога, философа и мышления худож- ника – творца нового театра, ощутившего на себе воздействие другой системы мировосприятия и миропонимания, возникает выход на проблему методологического осмысления невыразимого как существенного аспекта выразительности в художественных практиках ХХ в.

Описывая ритуал тараумара, Арто особо выделяет «материальную составляющую: крики, различные звуки, интонации, шаги, песни. Но надо всем этим, поверх всего этого – такое впечатление постоянно возникало – что за всем этим, и вдобавок ко всему этому, и поверх всего этого скрывалось еще кое-что: Сущность» [5]. Допонятийное воздействие ритуала через синтез жестов, звуков, пауз и т.д. обеспечивает действенность катарсиса и впоследствии остается в сознании впечатлением невыразимости полученного опыта. Таким образом достигается вовлеченность зрителя в театральное действо, важность которой для театра А. Арто была неоспоримой. Описывая ритуалы в текстах «Тараумара» максимально подробно и выразительно, он также стремится достичь максимального эффекта присутствия читателя внутри события, подобно тому, как «в "театре жестокости" зритель находится посредине, тогда как зрелище окружает его со всех сторон» [6].

Таким образом, ИСС, являясь культурно регулируемой в ритуалах частью духовного опыта этноса, оказывает воздействие на художника как на представителя другой культуры. Результатом является необычная интерпретация опыта ИСС, находящая впоследствии художественное и/или концептуальное выражение. В случае с А. Арто прикосновение к опыту ИСС в этническом контексте оставило в мировосприятии художника след в виде недоверия к вербализованным формам выражения опыта, что выразилось, в частности, в его представлении о роли выразительных средств в театре.