Эволюция фейков в эпоху диджитализации
Автор: Кривоносов Алексей Дмитриевич
Журнал: Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета @izvestia-spgeu
Рубрика: Проблемы языкознания и теории коммуникации
Статья в выпуске: 6 (138), 2022 года.
Бесплатный доступ
Феномен фейкньюса изначально был инкорпорирован в зарубежном информационном пространстве в новостных пародийных шоу как инструмент инфотейнмента. Современная диджитализированная публичная среда, конкурентная борьба в информационном пространстве реанимировала это явление, но уже как инструмент манипуляции или результат непрофессионального обращения с новостной информацией. Здоровое демократическое общество должно владеть технологиями фактчекинга.
Цифровизация, публичная сфера, медиа, фейк-ньюс, фактчекинг, модель г. лассуэлла
Короткий адрес: https://sciup.org/148326184
IDR: 148326184
Текст научной статьи Эволюция фейков в эпоху диджитализации
В результате диджитализации публичной сферы и публичных коммуникаций в XXI веке операциона-лизируется ряд информационно-коммуникационных феноменов, среди которых особое место занимает и фейкньюс, вошедший в арсенал современных коммуникационных технологий. Важно отметить, что каналом распространения такого типа информации не всегда является диджитал-пространство. Трансформации современной медиасреды под влиянием цифровых технологий обусловливают возможность манипулирования аудиторией с помощью нового типа месседжей, построенных на обмане и ложной идентичности.
В новых условиях и новой среде функционирования информации появляются и новые акторы публичной сферы – инфлюенсеры, фоллоуверы, трендсеттеры, просьюмеры [1]. Появление непрофессио-
ГРНТИ 19.01.11
EDN QVGFFN
Алексей Дмитриевич Кривоносов – доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой коммуникационных технологий и связей с общественностью Санкт-Петербургского государственного экономического университета
Статья поступила в редакцию 15.12.2022.
Данная статья подготовлена на основе экспертной работы автора на сессии ПМЭФ-2022 «Fake news в эпоху глобализации» (см.: https://roscongress.org/sessions/spief-fake-news-v-epokhu-globalizatsii/about) .
нальных акторов в публичном пространстве и в ньюсмейкинге порождает и так называемую «гражданскую журналистику», когда таким актором может стать любой участник коммуникационного обмена в диджитал-среде. В этом смысле проблемы формирования полноценного контента и этики современных публичных коммуникаций становятся как никогда актуальными.
История вопроса: фейк в истории зарубежных медиа
Предметом настоящей статьи становятся фейки, которые определяются как ложная информация, которая распространяется в СМИ как новость. В научном континууме сегодня есть определенное количество статейных работ, посвященных феноменам фейка и фейкньюса. Согласно законам адаптации иноязычных слов и терминов в русском языке, написание термина на языке-источнике свидетельствует о «неосвоенности» данного термина его носителями; здесь мы используем исключительно кириллическое написание.
Традиционно непроверенная, заведомо ложная информация, как в теории, так и практике журналистики и в дискурсе специалистов по информации именовалась «газетной уткой». Прототипы фейков – «ложные новости» – применялись в медийной практике США как инструмент привлечения зрителя / читателя к сатирическим и пародийным новостным шоу. Новостная информация в таких шоу была фальшивой по своему контенту, но это была пародия на сетевые новости, которые использовали сатирическую форму подачи материала для обсуждения реальных общественных проблем. Впрочем, инструменты сатиры и юмора, сарказм были не чужды и русской художественной элите XIX века в обсуждении и осуждении тогдашней действительности.
Политическая сатира в популярных в США телешоу формировала «поддельные новости» как жанр [4]. В научном дискусе феномен фейкньюса применялся для изучения сатирических и пародийных новостных шоу [5; 9; 10], ложных новостных комедийных шоу [8].
Зарубежная медийная практика уже давно использовала технологии тейнмента (технология информационного развлечения, подачи информации в несколько прямой и упрощенной форме), что, собственно, и определило возможность появления и активного существования такого рода телешоу. Подобные шоу, строящиеся на тейнмент-технологиях, способствовали возможности большого охвата реальных проблем. Для неискушенного молодого зрителя они становились основным источником новостей. Имеем ли мы сегодня дело с тем же самым феноменом, но на ином витке развития нашей цивилизации – диджитализации как одной из характерных черт современной глобализации, когда фейк является инструментом тейнмент-коммуникации?
Постановка проблемы
В последнее время термин фейкньюс приобретает новое значение: он стал относиться к конкретной новостной информации, которая выходит либо в СМИ (онлайн или офлайн), либо в социальных сетях, однако не имеет фактической основы. Важным здесь является представить сами факты, и это уже не инструмент сатиры. Фейковыми могут быть новости, редакционные материалы, расследования, где обман аудитории становится осознанным [3; 7].
Сегодня в новой публичной среде, точнее, параллельной публичной среде, акторами которой являются все, кто имеет доступ в интернет и может прямо или косвенно, в зависимости от своей роли – инфлюенсера, драйвера, трансеттера или фоллоувера – формировать общественное мнение за счет определенного информационного повода, ракурса постановки темы, комментария, репоста и маскировать истинную новость. Такое сознательное распространение фейковой информации используется для манипуляции общественным мнением [11], формирования собственной, особой повестки дня, коммерческой выгоды, да и просто для формирования собственного паблисити автора.
Инструменты создания ложной новости достаточно широки: сама новость (непроверенная / ложная / сфабрикованная), подбор цитат или подача неточной цитаты, иконических материалов (визуальных текстов), рейтингов, формирование информационного акцента в ньюсмейкинге и пр. Эти явления давно известны в теории массовой информации и являются результатом как непрофессиональной деятельности журналиста, так и формой сознательного усиления вводящей в заблуждение информации.
Традиционно основными характеристиками журналистской информации являются неселектив-ность и неоптимизированость, то есть подача информации в полном и достоверном объеме. Еще одна важная характеристики журналистской информации, отличающей ее от рекламной и PR-информации, это – релевантность, то есть возможность удовлетворения информационных запросов своей аудитории того источника, которому доверяет пользователь (объект информирования) [1]. Принципиальным здесь является традиционный для коммуникационных исследований и практик вопрос доверия к источнику информации. Последние представляют биполярную оппозицию: официальный и неофициальный.
Причины доверия к фейк-контенту, распространяемому активными его пользователями, прежде всего – в социальных сетях, можно объяснить сетевым механизмом распространения такой информации, который формируется социальными контактами и является вирусным. Динамика передачи фейкового контента сравнима с передачей носителей инфекционных болезней. Отметим, что некоторые из указанных выше приемов работы с информацией – селекция цитат, визуального контента, подбор рейтингов, информационный акцент – используются и в практике PR, однако они не являются деструктивными и заведомо ложными в соответствии с основными параметрами PR-информации как одного из видов социальной информации – оптимизированности, селективности, релевантности.
Немаловажно и то, что фейковые новости могут распространяться и теми акторами, кто не знает, что эти факты недостоверны [7]. Такие новости появляются, когда ложная информация передается неоднократно и заканчиваются, когда факты больше не распространяются [6]. Важной составляющей существования фейков, то, на чем они во многих случаях базируются и чем они подкупают, является эмоциогенность публичной сферы. Современный пользователь публичной цифровой среды воспринимает прежде всего то сообщение, которое может затронуть его лично, что достигается во многом средствами эмоционализации публичного пространства – как вербальными, так и невербальными (икони-ческими материалами, цветом, графикой и т.п.).
Эмоциогенная аудитория, то есть легко воспринимающая информацию на эмоциональном уровне, не всегда владеет технологиями так называемого эмоционального интеллекта, а значит не всегда может противостоять принятию /непринятию фактов и владеть навыками элементарного фактчекинга. Здесь же отметим, что в предметном поле интересующего нас феномена фейкньюса существует и такой феномен, как постправда. Этот концепт в 2016 г. стал максимально актуализированным – словом года; постправда понимается прежде всего как способ формирования общественного мнения за счет эмоцио-генности, но не объективности сообщения. Постправда вкупе с технологиями фейкньюса может играть достаточно сильную деструктивную роль в разрушении информационной политики того или иного государства, организации, публичной персоны.
Появлению и широкому распространению фейков в публичном пространстве способствуют и кризисные ситуации, что обусловлено двумя причинами. Первое: работа по информированию разных групп населения от лица журналистского пула (не всегда имеющего достаточное профессиональное образование и придерживающегося этических норм в профессии). С другой стороны, это – деятельность организаций и отдельных лиц, нацеленных на дискредитацию официальных точек зрения на определенные факт, ситуацию, процесс, подвергающих свою аудиторию намеренному обману.
Несомненно, актуальной сегодня является проблема распознавания фейков – проблема фактче-кинга. Сегодня пользователь цифрового пространства должен обладать инструментарием фактчекинга. Как ни парадоксально это звучит, процедура фактчекинга уже давно известна в научных работах и дидактических материалах по работе с новостью в журналистике.
Здесь сделаем отсылку к пособию воронежских ученых И.А. Стернина и А.М. Шестеркиной по маркерам фейка в медиатекстах [2], где авторы предлагают свою классификацию материала, делая акцент на различиях фейка и оценочного суждения, различая фейки по степени искажения информации, по достоверности пространственно-временных характеристик, по степени достоверности и надежности источника информации, по цели создания и типу репрезентации фейка и т.д. Эти параметры проверки информации до ее «опубликования» в «дофейковую» эпоху были обязательны для работы журналиста с текстом, однако сегодня в публичном пространстве кроме журналистов, как известно, присутствует значительное количество не-журналистов.
Заключение и рекомендации
Итак, фейк как феномен проходит неоднозначный путь развития: сначала как форма тейнмент-комму-никации, затем он становится инструментом манипуляции общественным мнением, а это влечет за собой фактчекинг, а не просто традиционную простую верификацию конкретного факта в публичном пространстве. Фактчекинг становится более сложном когнитивным действием проверки всей коммуникационной цепочки в лассуэлловском ее понимании: от источника информации через собственно характер месседжа, к его каналу, адресату и возможной форме фидбэка [1].
Поскольку сегодня диджитал-коммуникации формируют наше публичное пространство и активными их акторами стали молодые люди, подростки, встает вопрос о медиаграмотности, медиакомпетентности пользователей цифровых источников. В этой связи необходимы корректировки в учебных программах по информатике в учреждениях среднего образования, а в организациях высшего профессионального образования – разработка и введение специальных курсов по медиаграмотности, основу которых составят знания по дифференциальным признакам понятия новости, умения и навыки по факт-чекингу новости, равно как разработка системы тренингов по активизации эмоционального интеллекта.
Сфера образования должна дать необходимый набор знаний, умения и навыки в области фактче-кинга. Для этого необходимо создание образовательных ресурсов (как электронных, так и собственно традиционных курсов), содержащих информацию о характеристиках новостного производства (в том числе и о спин-технологиях), жизненном цикле информационного повода и самой процедуре фактче-кинга, в основе которой лежит работа с компонентами модели коммуникации по Г. Лассуэллу в цепочке: источник информации – кодирование информации – канал информации – «шумовые эффекты» (политическая, экономическая обстановка; эмоциогенность месседжа) .
Для органов государственной власти может быть полезным лекционный и тренинговый курс по поведению представителя органов госвласти в коммуникационной среде, особенно – в кризисной. В науке и практике о коммуникациях подобные знания, технологии по антикризисному (коммуникационному) реагированию уже давно известны.
Список литературы Эволюция фейков в эпоху диджитализации
- Кривоносов А.Д., Киуру К.В. Парадигматика современной системы массовых коммуникаций в модели Г. Лассуэлла // Вопросы теории и практики журналистики. 2022. Т. 11. № 1. С. 27-40.
- Стернин И.А., Шестерина А.М. Маркеры фейка в медиатекстах: рабочие материалы. Воронеж: ООО «РИТМ», 2020. 34 с.
- Alcott H., Gentzkow M. Social Media and Fake News in the 2016 Election. Retrieved from Stanford University. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://doi.org/10.3386/w23089 (дата обращения 11.09.2022).
- Balmas M. When fake news becomes real: Combined exposure to multiple news sources and political attitudes of inefficacy, alienation, and cynicism // Communication Research. 2014. № 41 (3). Р. 430-454.
- Day A., Thompson E. Live From New York, It's the fake news! Saturday Night Live and the (non)politics of parody // Popular Communication. 2012. № 10. Р. 170-182.
- Giglietto F., Iannelli L., Rossi L., Valeriani A. Fakes, News and the Election: A New Taxonomy for the Study of Misleading Information within the Hybrid Media System. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2906444 (дата обращения 11.09.2022).
- Klein D.O., Wueller J.R. Fake News: A Legal Perspective // Journal of Internet Law. 2017. № 20 (10). Р. 6-13.
- Pavlik J.V. Fake news: One man's experience on The Daily Show with Jon Stewart // Television Quarterly. 2005. № 36 (1). Р. 44-50.
- Reilly I. Satirical fake news and/as American political discourse // The Journal of American Culture. 2012. № 35 (3). Р. 258-275.
- Rubin V.L., Chen Y., Conro N.J. Deception detection for news: Three types of fakes. Paper presented at annual meeting of the Association for Information Science and Technology. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://doi.org/10.1002/pra2.2015.145052010083 (дата обращения 11.09.2022).
- Williams B.J. Educating the public through news media (Master's Thesis). [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://qspace.library.queensu.ca/handle/1974/14982 (дата обращения 11.09.2022).