Эволюция российско-бразильских отношений: структурные направления двустороннего сотрудничества и изменения внешней политики Бразилии

1Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия, ,

Введение . На протяжении последнего столетия отношения между Бразилией и Россией развивались циклично, чередуя периоды прагматического сближения, низкой политической интенсивности и более структурированного сотрудничества. Хотя дипломатические контакты восходят к началу XX в., именно после окончания холодной войны двусторонние отношения приобрели более устойчивую институциональную основу в контексте изменений международного порядка и внешнеполитических приоритетов обеих стран. Создание механизмов политической координации и расширение тематической повестки позволили перейти от преимущественно торговых связей к более широкому партнерству, охватывающему политические, экономические и технологические аспекты.

Возобновление работы Бразильско-российской комиссии высокого уровня по сотрудничеству, VIII заседание которой состоялось в Бразилии в феврале 2026 г. после почти десятилетнего перерыва, вновь актуализировало вопрос о современном характере этого партнерства. Будучи основным институционализированным механизмом стратегической координации между двумя странами, комиссия играет центральную роль в согласовании политической, экономической и технической повестки двусторонних отношений. Приостановка ее деятельности после 2015 г. и последующее возобновление ставят вопрос о факторах, определяющих интенсивность двустороннего сотрудничества, а также о влиянии внутренних изменений в бразильской внешней политике на эту динамику.

Настоящая статья анализирует институциональную парадигму двусторонних отношений в связи с изменениями во внутренней политике Бразилии и выделяет основные структурные направления такого сотрудничества.

Основная гипотеза состоит в том, что политико-стратегическая координация между двумя странами варьируется в зависимости от степени международной активности бразильской внешней политики, тогда как другие аспекты партнерства, прежде всего экономико-торговые связи и ряд технико-институциональных механизмов, демонстрируют большую устойчивость во времени.

Для анализа обозначенной динамики в статье сочетаются исторический и документальный методы. На основе данных системы «Конкордия» Министерства иностранных дел Бразилии1 были систематизированы договоры, соглашения, меморандумы о взаимопонимании и совместные заявления, заключенные между двумя странами.

Ограничение исследования связано с выбором внешней политики Бразилии в качестве основной оси наблюдения за изменениями в двусторонних отношениях; при этом российский фактор учитывается как важный реляционный и контекстуальный элемент анализа. Такой подход делает исследование аналитически более управляемым и одновременно расширяет дискуссию о российско-бразильских отношениях с бразильской точки зрения в диалоге с российским научным сообществом.

Исторический контекст двусторонних отношений . Отношения между Бразилией и Россией уходят корнями в XIX в., когда между империями начали налаживаться дипломатические и торговые контакты. В 1876 г. во время своего путешествия по Европе и Ближнему Востоку бразильский император Д. Педро II² посетил Россию в частном порядке. Несмотря на эти первые контакты, взаимодействие двух стран в XIX в. оставалось эпизодическим и не имело формальной институциональной основы. Однако Октябрьская революция 1917 г. и последующая трансформация российского политического режима привели к фактическому прекращению дипломатических отношений на протяжении большей части первой половины XX в. в условиях, когда внешняя политика Бразилии сохраняла тесную политическую и экономическую ориентацию на западные державы (Cervo, Bueno, 2015).

Ситуация ненадолго изменилась в контексте Второй мировой войны: в 1945 г. Бразилия и Советский Союз (СССР) восстановили дипломатические отношения и стали частью институциональной архитектуры нового послевоенного международного порядка. Обе страны входили в состав союзного блока против держав Оси и были среди стран-основателей Организации Объединенных Наций (ООН). Однако это сближение было прервано укреплением биполярной структуры мирового управления и обострением идеологических противоречий в период холодной войны.

В 1947 г. при правительстве Эурико Гаспара Дутра (президент Бразилии в 1946–1951 гг.) Бразилия вновь разорвала дипломатические отношения с Советским Союзом – решение, которое отражало ориентацию страны на США и растущую идеологическую поляризацию ее внутренней политики (Cervo, Bueno, 2015).

Восстановление отношений произошло лишь в 1961 г. в рамках проведения «независимой внешней политики» правительствами Жанио Квадроса и Жоао Гуларта. Возобновление работы посольств и дипломатического диалога были частью более широкой стратегии диверсификации партнерских отношений и расширения автономии Бразилии в международной системе (Cervo, Bueno, 2015). В последующие годы между ней и СССР были заключены соглашения, направленные главным образом на торговое сотрудничество и механизмы расчетов между двумя странами, включая торговые протоколы и договоренности об открытии торговых представительств1. Эти документы свидетельствовали о прагматической попытке выстроить двусторонние отношения, по-прежнему сосредоточенные в экономической сфере.

Военно-корпоративный переворот 1964 г. в Бразилии ознаменовал новый поворот во внутренней и внешней политике страны, восстановив ее идеологическую подчиненность США (Dreyfuss, 2006). Хотя формального разрыва дипломатических отношений с СССР, подобного тому, что произошел в 1947 г., не последовало, внешнеполитическая ориентация бразильского военного режима вновь сместилась в сторону Соединённых Штатов, снизив политическую значимость отношений со странами за пределами Запада и существенно ограничив диалог с так называемым «Восточным блоком» (Cervo, Bueno, 2015).

Тем не менее корпус двусторонних документов свидетельствует о преемственности и даже расширении инструментария в экономико-торговой и процедурно-дипломатической сферах. Соглашение о торговле и платежах 1963 г. и его последующие корректировки, внесенные уже при военной диктатуре в Бразилии, регулировали обмен на основе товарных списков и механизмов финансовой компенсации2. На протяжении 1970-х гг. были подписаны новые соглашения о поставках советской техники и оборудования в Бразилию, а также об открытии торговых представительств. Торговля, однако, носила преимущественно государственно регулируемый характер, что соответствовало как советской плановой логике, так и бразильской модели развития.

Качественный перелом в двусторонних отношениях между двумя странами произошел в конце периода военной диктатуры и в начале демократического перехода в Бразилии в 1980-е гг. Исторической и символической вехой в сближении двух стран стал визит Жозе Сарнея (президент Бразилии в 1985–1990 гг.) в Советский Союз в 1988 г. – первый официальный визит главы бразильского государства в эту страну. Состоявшийся в период перестройки в СССР и принятия новой демократической Конституции Бразилии3 привел к заключению соглашений о научном, технологическом и культурном сотрудничестве4. В этот момент двусторонняя повестка перестала ограничиваться исключительно регулируемой межгосударственной торговлей и процедурными вопросами и стала включать более широкие институциональные и гражданские аспекты.

В 1990-е гг. российско-бразильские отношения переживали этап реорганизации, обусловленный преобразованиями, связанными с окончанием холодной войны, а также пересмотром внутренних и внешних приоритетов обеих стран. Распад Советского Союза в 1991 г. ознаменовал для России начало этапа глубокой политической и экономической реструктуризации, характеризовавшегося сокращением полномочий государственной власти и попыткой интеграции в международный порядок, доминируемый Соединенными Штатами (Tsygankov, 2016). Бразилия также переживала цикл реформ, направленных на экономическую либерализацию, макроэкономическую стабилизацию и реинтеграцию в международную среду после периода военной диктатуры (Окунева, 2010; Cervo, 2008). В обоих случаях внутренние приоритеты поглощали значительную часть потенциала стратегического планирования, в то время как внешняя политика преимущественно была ориентирована прежде всего на интеграцию в структуры международного порядка, возглавляемого Западом, и обеспечение внешнего финансирования для проведения реформ.

Эти факторы сдерживали развитие двусторонних отношений в 1990-е гг., поскольку бюджетные ограничения, зависимость от внешнего финансирования и приоритетность западного вектора в стратегиях обеих стран сузили политическое пространство для более активных инициатив с незападными партнерами. Тем не менее это десятилетие не было отмечено стагнацией, поскольку договоры, подписанные в этот период, свидетельствуют о постепенном расширении двусторонней повестки дня, которая перестала ограничиваться реорганизацией дипломатической и консульской инфраструктуры и стала включать такие области, как экономикоторговое сотрудничество, атомная энергетика, охрана окружающей среды и дипломатические консультации.

Этот процесс усилился во второй половине десятилетия, когда тематическая диверсификация стала сопровождаться большей политической институционализацией отношений, главным этапом которой стало создание в 1997 г. Бразильско-российской комиссии высокого уровня по сотрудничеству – постоянного координационного органа, который стал качественным прорывом в структуре двустороннего партнерства1.

Начало 2000-х гг. ознаменовало перелом в развитии российско-бразильских отношений. В отличие от предыдущего десятилетия, отмеченного прежде всего институциональной реорганизацией, новый период стал сочетать большую внутреннюю стабильность, экономический рост и более четкую конвергенцию интересов на международном уровне. Этот новый контекст позволил углубить и расширить институциональные основы, заложенные в 1990-е гг., придав двусторонним отношениям большую политическую и стратегическую значимость.

Важной вехой этого процесса стало подписание в 2000 г. Договора о партнерских отношениях между Федеративной Республикой Бразилия и Российской Федерацией2. Документ зафиксировал общие принципы углубления политического, экономического, научного и технологического сотрудничества и юридически закрепил намерение развивать более широкое партнерство между двумя странами.

Внутренние изменения также способствовали сближению сторон. В России укрепление власти Владимира Путина совпало с восстановлением государственного потенциала и циклом экономического роста, связанным с ростом цен на энергоносители. В Бразилии избрание Луиса Инасиу Лулы да Сильвы в 2002 г. положило начало внешней политике, характеризующейся более активной международной деятельностью и диверсификацией стратегических партнерств. В этом контексте Бразилия и Россия активизировали отношения с другими центрами силы за пределами традиционной североатлантической оси.

Эта конвергенция стала особенно заметной на многостороннем уровне. На протяжении десятилетия обе страны стали отстаивать схожие позиции в дискуссиях о реформе глобального управления и укреплении многостороннего сотрудничества; эта тенденция усилилась после международного финансового кризиса 2008 г. и расширения роли «Группы двадцати» в финансовой сфере. В тот же период ускорилось сближение между Бразилией, Россией, Индией и Китаем, кульминацией которого стало проведение первого саммита группы БРИК в 2009 г. (Глория де Паула, Да Силва Безерра, 2025).

Двустороннее сотрудничество также расширилось в ряде отраслевых направлений. Были заключены соглашения в таких сферах, как наука и технологии, телекоммуникации, культура и космическая деятельность, при этом расширялся диалог в оборонном секторе. В 2008 г. между двумя странами было подписано соглашение о военно-техническом сотрудничестве1, создавшее институциональную основу для последующих инициатив по взаимодействию в военной сфере (Araujo, 2025). В экономическом плане торговый обмен также значительно расширился в течение десятилетия. Сформировалась относительно устойчивая модель взаимодополняемости, в рамках которой Бразилия увеличивала экспорт агропромышленной продукции, в то время как Россия утвердилась в качестве значимого поставщика удобрений и других промышленных ресурсов.

2010-е гг. характеризовались более сложной динамикой в развитии российско-бразильских отношений. Это десятилетие не было однородным, оно сочетало начальный этап, характеризующийся преемственностью и укреплением стратегического партнерства, со значительными политическими изменениями, начавшимися во второй половине десятилетия и напрямую связанными с внутренним кризисом в Бразилии и переориентацией внешней политики после отстранения от власти президента Дилмы Руссефф в 2016 г. (Глория де Паула, Да Силва Безерра, 2025).

В первые годы десятилетия наблюдалось продолжение процесса сближения, начатого в предыдущий период, а двусторонний политический диалог сохранял высокую интенсивность, сопровождаясь расширением институциональных механизмов и увеличением числа встреч на высоком уровне. В 2010 г. был утвержден план действий в рамках стратегического партнерства, который институционально закрепил создание Бразильско-российской комиссии высокого уровня по сотрудничеству (CAN), Межправительственную комиссию по экономическому, торговому, научному и технологическому сотрудничеству (CIC) и Механизм консультаций по вопросам безопасности и стратегической стабильности в качестве официальных инструментов реализации партнерства2. Кроме того, в нем были определены приоритетные области сотрудничества, такие как: наука и технологии, космическая сфера, военно-техническая сфера, энергетика, экономика и торговля, сельское хозяйство, культура, образование и спорт, а также здравоохранение3.

Этот период также совпал с достижением на тот момент пика взаимодействия между Бразилией и Россией в рамках БРИКС (Jeifets, Jubran, 2020). Визит Владимира Путина в Бразилию в 2014 г., а также визиты других лидеров БРИКС по случаю саммита в Форталезе, стал решающим моментом в институционализации этого объединения и привел к созданию Нового банка развития (НБР) и Механизма резервных соглашений (МРС) – двух основных инструментов реформаторской повестки дня стран с развивающейся экономикой (Amorim, 2015). Таким образом, в первой половине десятилетия двусторонние отношения сочетали в себе политическую насыщенность, многостороннюю активность и расширение механизмов сотрудничества.

Однако этот цикл начал терять силу с середины десятилетия. Политический и экономический кризис в Бразилии значительно сузил пространство для маневра бразильской внешней политики, а импичмент Дилмы Руссефф в 2016 г. стал точкой перелома в динамике отношений. Смена правительства сопровождалась переориентацией внешней политики в сторону позиций, более согласованных с западной осью и менее приверженных инициативам взаимодействия между странами с формирующейся экономикой (Глория де Паула, Да Силва Безерра, 2026). Кроме того, это перепозиционирование произошло в международном контексте растущей напряженности между Россией и Западом после крымского кризиса 2014 г. (Araujo, 2025).

Последствия этого поворота стали заметны в самом функционировании двустороннего партнерства. После встречи 2015 г. заседания CAN перестали проводиться, что положило начало длительному перерыву в работе основного механизма двусторонней политической координации. Тем не менее сокращение диалога на высоком уровне не означало разрыва отношений. Торговля оставалась активной, и некоторые инструменты продолжали функционировать или обновляться, включая планы политических консультаций и меморандумы об экономическом сотрудничестве, подписанные в 2017 г., что свидетельствует о том, что институциональные каналы, созданные в предыдущие десятилетия, продолжали функционировать, хотя и на менее заметном уровне и с меньшей координацией.

Таким образом, 2010-е гг. демонстрировали низкую динамику, причем их первая половина соответствовала периоду наибольшей политической насыщенности партнерства, сформированного в 2000-х гг. Вторая же половина десятилетия характеризовалась сокращением диалога на высоком уровне, связанным с кризисом в Бразилии и изменениями в международной геополитической обстановке. Этот разрыв помогает объяснить институциональный перерыв, который предшествовал возобновлению работы Комиссии высокого уровня лишь в следующем десятилетии.

Начало 2020-х гг. ознаменовалось одновременными изменениями в международной обстановке и во внешней политике Бразилии, что повлияло на динамику ее отношений с Россией. Пандемия COVID-19 изначально привела к сокращению очных дипломатических контактов и переориентации внутренних приоритетов во многих странах. Тем не менее существующие институциональные каналы между Бразилией и Россией продолжали функционировать на техническом и отраслевом уровнях, включая дипломатические консультации и инициативы в области научнотехнического сотрудничества.

В экономическом плане отношения сохранили свою значимость в отдельных секторах. Двусторонний торговый обмен оставался активным, прежде всего в сфере поставок российских удобрений для бразильского агропромышленного комплекса, стратегическая важность которого стала еще более очевидной на фоне нестабильности в глобальных цепочках поставок. Параллельно с этим в рамках БРИКС продвигались дискуссии о расширении использования национальных валют и о платежных механизмах, призванных снизить зависимость от финансовых систем, контролируемых западными державами (Глория де Паула, Да Сильва Безера, 2025).

Однако на политическом уровне двусторонние отношения характеризовались низкой политической динамикой во время правления Болсонару ( 2019–2022 ). Внешняя политика Бразилии в этот период характеризовалась идеологическими ориентациями, акцентом на внутренних выгодах «клана Болсонару» и сокращением участия в инициативах по взаимодействию между развивающимися державами, что снизило политическую видимость отношений с Россией. Тем не менее сокращение диалога на высоком уровне не привело к разрыву сотрудничества, торговля оставалась активной, а технические механизмы продолжали функционировать (Эстевес, 2023).

Избрание Луиса Инасиу Лулы да Силвы в 2022 г. ознаменовало возвращение более активной внешней политики, основанной на диверсификации партнерских отношений, укреплении сотрудничества между странами Глобального Юга и более активной международной деятельности в поддержку системных реформ. В этом контексте проведение в 2026 г. VIII заседания Бразильско-российской комиссии высокого уровня по сотрудничеству ознаменовало возобновление работы главного институционального механизма партнерства после почти десятилетнего перерыва, что сопровождалось подписанием межведомственных меморандумов о взаимопонимании и возобновлением более широкой повестки дня двустороннего сотрудничества.

Анализ дипломатических документов системы «Concordia» . Эволюцию российско-бразильских отношений можно проследить по дипломатическим документам, подписанным между двумя странами на протяжении последних десятилетий. На основе записей системы «Concordia» Министерства иностранных дел Бразилии было идентифицировано 127 двусторонних документов, заключенных в период с начала XX в. по 2020-е гг., включая договоры, соглашения, меморандумы, протоколы и совместные заявления между Федеративной Республикой Бразилией и Российской Федерацией. Этот массив документов позволяет выявить временные и тематические закономерности двустороннего сотрудничества и тем самым дополняет информацию, представленную в специализированной литературе.

Временная динамика этих соглашений отражает различные циклы развития двусторонних отношений. Количество договоренностей оставалось относительно ограниченным на протяжении большей части XX в., что было связано с событиями, связанными с холодной войной, а также с различиями в приоритетах внешней политики Бразилии и Советского Союза.

Активизация сотрудничества особенно заметна начиная с 1980–1990-х годов, когда отношения двух стран приобрели более устойчивую институциональную основу, как показано в таблице 1. Пик договорно-правовой активности пришелся на 2000-е гг., когда были укреплены основные институциональные механизмы двустороннего сотрудничества и значительно расширился круг вопросов, по которым осуществляли взаимодействие Бразилия и Россия. Эта тенденция сопровождала перестройку внешней политики обеих стран после окончания периода биполярного глобального порядка.

Таблица 1 . Соглашения между Бразилией и Россией по десятилетиям (1950–2025)¹

Table 1 . Agreements between Brazil and Russia by Decade (1950–2025)

Десятилетия	Количество соглашений
1	2
1950–1959	1
1960–1969	19
1970–1979	8
1980–1989	26
1990–1999	21
2000–2009	31

1 Подготовлено автором на основе данных системы «Конкордия» Министерства иностранных дел Бразилии (2026 г.).

Продолжение таблицы 1

1	2
2010–2019	18
2020–2025	3
Всего:	127

Данные таблицы также показывают изменения в характере сотрудничества с течением времени. В период холодной войны многие инструменты касались процедурных аспектов дипломатических отношений или были связаны с конкретными торговыми соглашениями, а также с межгосударственными торговыми сделками. Однако, начиная с последних десятилетий XX в., двусторонняя повестка становится более разнообразной, включая научно-техническое сотрудничество, космическую деятельность, образование, культуру и оборону. Этот процесс сопровождал институционализацию стратегического партнерства и расширение сферы двусторонних отношений в социальном и политическом измерениях.

Таким образом, наряду с временным измерением тематический анализ документов позволил выявить основные области двустороннего сотрудничества. Соглашения, содержащиеся в базе данных «Конкордия» Министерства иностранных дел Бразилии, распределены более чем по 30 категориям. Как показано в таблице 2, наблюдается заметная концентрация соглашений в таких областях, как торговля и экономическое сотрудничество, дипломатические и консульские отношения, совместные заявления на высоком уровне и политические консультации.

Таблица 2 . Тематические области соглашений между Бразилией и Россией (1950–2025)¹

Table 2 . Thematic Areas of Agreements between Brazil and Russia		(1950–2025)
№	Тематические области соглашений	Количество соглашений
1	Политические и дипломатические консультации	8
2	Оборона и военные вопросы	6
3	БРИКС	3
4	Сотрудничество в области культуры и искусства	7
5	Экономическое сотрудничество	7
6	Совместные заявления	18
7	Сотрудничество в области образования и спорта	3
8	Интеллектуальная и промышленная собственность	1
9	Средства массовой информации	4
10	Атомная энергетика	2
11	Визы и иммиграция	3
12	Космическое пространство	5
13	Научно-техническое и технологическое сотрудничество	6
14	Воздушный, речной и морской транспорт	3
15	Таможня, налоги и тарифы	2
16	Торговля	22
17	Общественная безопасность, экстрадиция и наркотики	3
18	Туризм, ярмарки и выставки	1
19	Дипломатические и консульские процедуры	20
20	Окружающая среда, ветеринария и фитосанитария	3

Для упрощения обработки данных и повышения аналитической управляемости материала категории были сгруппированы по тематическим связям. В связи с этим в статье используются 20 укрупненных тематических категорий соглашений, а также совместные заявления, которые нередко затрагивают два и более аспекта двусторонних отношений. Кроме того, ряд отраслевых тем также фигурировал в работе внешнеполитических ведомств и президентских администраций, такие как культурное сотрудничество и транспорт, общественная безопасность, окружающая среда и другие, что указывает на открытость к межведомственному и отраслевому взаимодействию, которое могло продолжаться и развиваться, не всегда находя прямое отражение в количественных показателях дипломатических документов.

На основании этой документации можно выделить три основных направления двусторонних отношений. Первое – политико-международное, которое включает дипломатические консультации, совместные заявления и механизмы координации на высоком уровне. Второе – экономико-торговое, объединяющее механизмы, связанные с торговлей, экономическим сотрудничеством и институциональными механизмами, направленными на расширение двустороннего обмена. Третье направление – научно-техническое, включающее науку и технологии, космическую деятельность, атомную энергетику, образование и оборону. Кроме того, ряд тематических областей в перспективе может оформиться в самостоятельные структурные направления, такие как окружающая среда и оборона, учитывая новые приоритеты международной повестки дня Бразилии и России.

1 Подготовлено автором на основе данных системы «Конкордия» Министерства иностранных дел Бразилии (2026 г.).

Такое разграничение направлений позволяет понять, почему российско-бразильские отношения демонстрировали разную степень чувствительности к политическим изменениям на протяжении времени. В то время как политико-дипломатическая координация колебалась в соответствии с ориентациями бразильской внешней политики, экономико-торговое и научно-техническое направления демонстрировали большую преемственность и устойчивость.

Примером устойчивости экономико-торговых связей служат стабильность и рост товарооборота между Бразилией и Россией даже после государственного переворота против президента Дилмы Руссефф и изменения международного имиджа Бразилии в период с 2016 по 2024 гг. (таблица 3).

Таблица 3 . Импорт и экспорт между Бразилией и Россией (2015–2025 гг.)¹

Table 3 . Imports and Exports between Brazil and Russia (2015–2025)

Годы	Экспорт в Россию (FOB, долл. США)	Импорт из России (FOB, долл. США)	Импорт + экспорт (FOB, долл. США)
2025	1.522.675.744	9.409.029.151	10.931.704.895
2024	1.450.040.857	10.965.470.014	12.415.510.871
2023	1.343.313.932	10.012.627.611	11.355.941.543
2022	1.959.195.743	7.853.002.061	9.812.197.804
2021	1.587.205.423	5.698.759.353	7.285.964.776
2020	1.523.729.890	2.747.251.333	4.270.981.223
2019	1.618.719.276	3.715.806.864	5.334.526.140
2018	1.654.847.021	3.403.255.124	5.058.102.145
2017	2.736.531.853	2.665.817.852	5.402.349.705
2016	2.299.894.613	2.020.634.544	4.320.529.157

Таким образом, анализ документальных источников показывает, что речь идет о многоплановом партнерстве, сформировавшемся на протяжении различных исторических циклов и обладающем политическими, экономическими и техническими механизмами, которые объясняют его устойчивость и способность к адаптации даже в периоды снижения активности политического диалога на высоком уровне.

Заключение . Проведенный анализ показывает, что эволюция российско-бразильских отношений определялась не только наличием совпадающих интересов, но и степенью международной активности бразильской внешней политики, а также способностью институциональных механизмов сохранять преемственность в периоды политического спада. Исторический и документальный материал свидетельствует, что двустороннее сотрудничество развивалось постепенно и нелинейно: в период холодной войны оно носило преимущественно транзакционный характер, а с конца 1980-х гг., особенно в 1990-е и 2000-е гг., повестка двусторонних отношений стала заметно шире и институционально плотнее.

Анализ дипломатических документов позволяет выделить три основные направления двусторонних отношений: политико-дипломатическое, экономико-торговое и научно-техническое. Эти направления по-разному реагируют на внутренние изменения в Бразилии. Если политикодипломатическая координация оказывается более чувствительной к внешнеполитическим ориентациям бразильских правительств, то экономико-торговое и научно-техническое сотрудничество, как правило, демонстрируют большую устойчивость благодаря наличию отраслевых повесток, специализированных бюрократических структур и бизнес-интересов. Именно этим во многом объясняется тот факт, что после 2016 г. сокращение политического диалога на высоком уровне не привело к серьезному разрыву двустороннего партнерства.

В этом смысле возобновление работы Комиссии высокого уровня в 2026 г. следует рассматривать не как изолированное событие, а как попытку восстановить механизм, который исторически играл центральную роль в координации российско-бразильской повестки дня.

Вместе с тем необходимо учитывать методологические ограничения статьи. Использованная документальная база охватывает лишь документы, зарегистрированные в системе «Конкордия» Министерства иностранных дел, и потому смещает акцент на формально-государственное измерение сотрудничества, оставляя вне анализа негосударственные инициативы, частные договоренности и соглашения. Кроме того, анализ дипломатических документов не позволяет в полной мере учесть неформальные политические взаимодействия и самостоятельно оценить практические последствия выявленных механизмов без привлечения дополнительных данных об их реализации, инвестициях и институциональных результатах. Тем не менее исследование предлагает надежную эмпирическую основу для понимания институциональной эволюции российско-бразильских отношений и выявления основных моделей преемственности, перелома и перестройки двустороннего сотрудничества.

1 Подготовлено автором на основе официальной системы сбора статистических данных о внешней торговле Бразилии (Comexstat), Бразилия, 2026 г. Доступно по адресу: Dados Gerais [Электронный ресурс] // Comexstat. URL: (дата обращения: 05.04.2026).