Эволюция внешней политики Китая в отношении Глобального Юга (с 1949 г. по настоящее время)

Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия, ,

,

дефицита управления взаимодействие Китая со странами Глобального Юга является не только наследием исторических традиций сотрудничества, но и наглядным воплощением концепции нового типа международных отношений и сообщества единой судьбы человечества.

Китай по своей природе является страной Глобального Юга. В докладе ООН 2004 г. «Построение Глобального Юга» Китай прямо отнесен к странам этого территориального обозначения, поскольку у них есть общие черты в следующих трех аспектах. Во-первых, исторически он, как и другие страны Юга, пережил колониализм, империализм и гегемонистскую агрессию, эксплуатацию и порабощение. Во-вторых, в современном мире, испытывающем глубокие изменения, и Китай, и страны Глобального Юга сталкиваются с необходимостью модернизации. В-третьих, все эти государства являются жертвами несправедливой и неразумной глобальной системы управления, поэтому стремятся ускорить ее реформирование.

Таким образом, основные цели и направленность отношений Китая со странами Глобального Юга постоянно менялись на протяжении различных исторических периодов. Изучение динамики внешней политики Китая в отношении государств этого территориального обозначения помогает лучше понять современные последствия реализации его ориентированной на крупные державы дипломатии. Данное обстоятельство определяет актуальность настоящей работы.

Целью исследования выступает рассмотрение эволюции внешней политики Китая в отношении Глобального Юга.

Задачами, способствующими ее достижению, были определены:

• 1)    характеристика исторического положения Китая среди государств Глобального Юга;

• 2)    описание первого этапа эволюции внешней политики Китая в отношении стран Глобального Юга;

• 3)    анализ второго этапа эволюции внешней политики Китая в отношении Глобального Юга;

• 4)    репрезентация третьего этапа эволюции внешней политики Китая в отношении стран Глобального Юга.

Исследование опирается на системный подход, позволивший представить отношения Китая с развивающимися странами в комплексе; исторический подход лег в основу репрезентации сотрудничества государств Глобального Юга с 1949 г. до современности; диалектический подход дал возможность проследить изменение внешнеполитических тенденций Китая в динамике. В качестве методов исследования следует назвать теоретический анализ и рассмотрение программных документов КНР по выстраиванию отношений Поднебесной с другими странами; ретроспективный анализ, который использовался при изучении документов и программных речей лидеров КНР, метод сравнения и типологизации, позволивший выделить три этапа эволюционного пути Китая в отношениях со странами Глобального Юга.

Первый этап эволюции внешней политики Китая в отношении стран Глобального Юга . Первый этап представлял собой фазу политической дипломатии, направленную на страны Азии, Африки и Латинской Америки (1949 – конец 1970-х гг.), которая характеризовалась приоритетом политической дипломатии, антиимпериализма и антиколониализма, а также поддержкой национально-освободительных движений. После основания Китайской Народной Республики в 1949 г. она столкнулась со сложной международной обстановкой. Развернулось биполярное противостояние США и Советского Союза в условиях холодной войны, большинство западных стран проводило политику дипломатической изоляции и непризнания международного статуса нового Китая, что оказало огромное давление на его глобальную коммуникацию.

Столкнувшись с изоляционистской политикой западных держав, Мао Цзэдун осознал значительную роль стран Азии, Африки и Латинской Америки в мировом порядке. Поэтому новый Китай поддержал справедливую борьбу угнетенных народов, создал единый международный фронт, однозначно выступил против гегемонизма и силовой политики крупных держав и активно развивал отношения со странами Азии, Африки и Латинской Америки.

Бандунгская конференция 1955 г. стала первой в истории крупномасштабной международной конференцией, инициированной независимо странами Азии и Африки без участия западных колониальных держав. Она также ознаменовала историческую отправную точку для начала реализации многосторонней дипломатии Китая в отношении Глобального Юга, охватывающего Азию, Африку и Латинскую Америку. На конференции премьер-министр Китая Чжоу Эньлай предложил идею «стремления к единению при сохранении различий», основанную на пяти принципах мирного сосуществования1. Эта конференция не только преодолела дипломатическую изоляцию нового Китая со стороны Запада, но и ознаменовала появление Глобального Юга как независимой политической силы на международной арене. Она заложила идеологическую основу для национально-освободительных движений и сотрудничества государств в парадигме «Юг – Юг».

Китай рассматривал страны Азии, Африки и Латинской Америки как союзников в борьбе против колониализма, империализма и гегемонизма. Мао Цзэдун заявил, что страна будет активно поддерживать национально-освободительные движения в государствах Глобального Юга, а также мирные движения и справедливую борьбу всех стран мира1. Реализация данной стратегии осуществлялась в нескольких направлениях.

Во-первых, Китай интенсивно развивал дипломатические отношения с соседними странами, такими как Северная Корея, Монголия, Вьетнам и Индией.

Во-вторых, Китай решительно поддерживал движения за национальную независимость, например, во время Корейской войны в 1950-х гг. и в виде оказания помощи Вьетнаму и Лаосу в 1960-х и 1970-х гг., а также борьбу африканских народов за национальную независимость. Мао Цзэдун предложил концепцию «двух промежуточных зон». Одна относилась к обширным, экономически слаборазвитым странам Азии, Африки и Латинской Америки; другая – к империалистическим странам, представленным Европой, и развитым капиталистическим странам2. Обе зоны противостояли американскому контролю; таким образом, обширные страны Азии, Африки и Латинской Америки были партнерами Китая в борьбе против американо-советского соперничества. В 1956 г. новый Пекин поддержал усилия Египта по возвращению Суэцкого канала и сопротивлению вооруженной агрессии Великобритании и Франции, предоставив необходимую военную и материальную помощь алжирскому народу в его борьбе за национальную независимость. С конца 1963 по начало 1964 гг. Чжоу Эньлай и Чэнь И посетили 14 стран Азии и Африки (Ли Цзюлинь, 2013). В ходе этих визитов были сформированы ключевые принципы для выстраивания долгосрочных дипломатических отношений КНР с арабскими и африканскими странами и оказания им внешней помощи3.

В-третьих, Китай активно развивал отношения с государствами Латинской Америки и всячески поддерживал их освободительную борьбу. Хотя регион географически находится далеко от Китая, и Соединенные Штаты считали его своим «задним двором», это не препятствовало основанию дружественных отношений между Китаем и странами Латинской Америки. В то время основная стратегия Китая в контексте последних заключалась в проведении народной дипломатии, стремлении к установлению дипломатических связей. Под руководством Мао Цзэдуна в 1970-х гг. отношения между Китаем и странами Латинской Америки достигли исторического прорыва: 11 стран Латинской Америки установили дипломатические отношения с Китаем.

В 1970-х гг., когда Мао Цзэдун встретился с президентом Замбии Каундой, он выдвинул знаменитую теорию «трех миров». Стратегические и экономические показатели для их различения были следующими: Соединенные Штаты и Советский Союз были первым миром, обладавшим большим количеством атомных бомб и относительно богатым. Второй мир – Европа, Япония, Австралия и Канада – не обладал таким количеством вооружения и не был таким богатым, но все же был богаче, чем третий4. Следуя этой теории, Китай открыто позиционировал себя как страну последнего. Такая позиция получила широкое признание и поддержку со стороны стран третьего мира, значительно усилив влияние и голос Китая в развивающихся государствах и в международных делах.

Второй этап эволюции внешней политики Китая в отношении Глобального Юга . Второй этап, характеризующийся прагматическим сотрудничеством и экономическими сдвигами (1980–2012), ознаменовался тем, что китайская дипломатия сделала акцент на равенстве, взаимной выгоде и прагматическом сотрудничестве, сместив фокус с политической поддержки на торговлю, инфраструктуру и другие формы помощи развивающимся странам Юга.

1970-е гг. стали периодом значительных потрясений и фрагментации мирового порядка. Вьетнамская война, Уотергейтский скандал и нефтяной кризис серьезно повлияли на американосоветское соперничество, значительно усилив влияние стран третьего мира на мировой арене, а вопросы обеспечения глобальной безопасности и развития все чаще становились глобальными темами. В 1979 г. состоялась третья пленарная сессия 11-го Центрального Комитета Коммунистической партии Китая (КПК), и китайское руководство во главе с Дэн Сяопином определило основную национальную политику реформ и открытости. Содействие модернизации, достижение национального воссоединения, поддержание мира во всем мире и общего развития стали «тремя главными историческими задачами»5. Китай подчеркивал, что всегда будет высоко ценить стратегическое положение и роль развивающихся стран, а также необходимость укрепления солидарности и сотрудничества с развивающимися странами.

В начале 1980-х гг. Дэн Сяопин унаследовал и развил политику в отношении стран третьего мира, принятые в эпоху Мао Цзэдуна. В то время внешняя политика Китая определялась как «противостояние гегемонизму и защита мира во всем мире»1. 25 марта 1986 г. премьер-министр Чжао Цзыян представил на четвертой сессии Шестого Все китайского собрания народных представителей «Доклад о седьмой пятилетке», в котором заявил, что Китай принадлежит к странам третьего мира и настаивает на укреплении и развитии солидарности и сотрудничества с государствами этого уровня как основополагающем принципе внешней политики страны. Он решительно выступает против империализма, колониализма и расизма и поддерживает справедливую борьбу развивающихся стран за достижение и защиту национальной независимости. Китай поддерживает усилия государств третьего мира по развитию их национальной экономики, стремится к улучшению отношений «Север – Юг» и развитию сотрудничества «Юг – Юг». Китай искренне надеется, что страны третьего мира укрепят единство, мирно разрешат споры между собой путем дружеских консультаций и будут противостоять вмешательству внешних сил2.

Иными словами, в 1980-х гг. в политике Китая по отношению к странам третьего мира произошли значительные изменения: акцент внешней дипломатии ставился сначала на революции и борьбе, а затем сместился на пропаганду сотрудничества, включая переговоры между Севером и Югом, а также взаимодействие в парадигме «Юг – Юг».

Китай активно выступал за диалог между Севером и Югом и стремился улучшить отношения между ними. В целях содействия переговорам между Севером и Югом, вызванным вторым «нефтяным кризисом» в октябре 1981 г., премьер-министр КНР Чжао Цзыян отправился в Канкун (Мексика) для участия в саммите «Север – Юг» по сотрудничеству и развитию, на котором присутствовали главы государств 22 стран. В выступлении он отметил, что процветание развитых стран в прошлом строилось на бедности развивающихся государств. Поскольку подавляющее большинство последних обрело независимость, а их население все больше стремится к лучшему, эти старые международные экономические отношения становятся все более неустойчивыми. Если развитые страны продолжат относиться к развивающимся странам несправедливо и неравноправно, напряженность в отношениях «Север – Юг» неизбежна; и если экономики развивающихся стран не смогут обеспечить стабильный рост, это также нанесет ущерб экономическому развитию развитых стран. Многие дальновидные люди уже это поняли (Хань Няньлун, 1987).

В ходе консультаций в Нью-Дели по переговорам «Юг – Юг» в феврале 1982 г. Китай конкретно предложил пять принципов сотрудничества «Юг – Юг» (Нечай, 2023). Во-первых, сотрудничество «Юг– Юг» должно неуклонно стремиться к развитию независимых национальных экономик и укреплению коллективной самодостаточности и должно осуществляться в соответствии с принципами равенства, взаимной выгоды и внимания. Во-вторых, общий план сотрудничества «Юг – Юг» должен учитывать различные интересы и потребности развивающихся стран, обеспечивая выгоду для всех участвующих сторон и предоставляя преференции наиболее обездоленным странам, сталкивающимся с особыми трудностями. В-третьих, проекты сотрудничества должны быть практичными и эффективными, основанными на реальных условиях, используя соответствующие экономические преимущества для совместного повышения самодостаточности. В-четвертых, региональное, межрегиональное и глобальное экономическое сотрудничество должно быть взаимоуси-ливающим и взаимодополняющим. В-пятых, взаимодействие «Юг – Юг» должно способствовать укреплению солидарности развивающихся стран, усилению их переговорных позиций с развитыми государствами и содействию формирования нового международного экономического порядка (Хань Няньлун, 1987: 266–267).

После реформ и политики открытости, акцентируя экономическое развитие, Китай изменил свою прежнюю внешнюю политику, направленную на поддержку развивающихся стран. В 1983 г. премьер-министр Чжао Цзыян во время визита в 11 африканских стран предложил четыре принципа развития отношений: равенство и взаимная выгода, прагматизм, разнообразие форм и общее развитие. Два года спустя, во время визита в Латинскую Америку, он предложил еще четыре принципа развития отношений со странами Латинской Америки: мир и дружба, взаимная поддержка, равенство и взаимная выгода, общее развитие. Начиная с 1983 г., Китай сократил объем грантовой помощи развивающимся странам. Продолжая предоставлять беспроцентные кредиты и осуществлять проекты «под ключ», он начал участвовать в различных формах экономического и технологического сотрудничества с ними, таких как заключение контрактов на проекты, предоставление рабочей силы, технических услуг, создание собственных или совместных предприятий, двойное управление и поставка запасных частей (Чжан Цинминь, 2001: 39).

Третий этап эволюции внешней политики Китая в отношении стран Глобального Юга . Третий этап – это фаза всестороннего сотрудничества и глобального управления (с 2012 г. по настоящее время). Ключевой характеристикой китайской дипломатии в этот период стал акцент на идеологическом руководстве и построении новых типов межгосударственных отношений. Китай и страны Юга полушария разделяют общую историческую память о колонизации и вторжении империалистов Глобального Севера, что сформировало общую цель модернизации и политическое требование усиления голоса Глобального Юга в системе мирового управления. В этом процессе было установлено и продолжает развиваться естественное членство Китая в Глобальном Юге на основе партнерства в области общего прогресса и развития с подавляющим большинством развивающихся стран.

Растущий разрыв между богатыми и бедными, вызванный экономической глобализацией, конфликты, возникающие из-за территориальных, морских, этнических и религиозных споров, а также общемировые проблемы, такие как деградация окружающей среды, изменение климата и истощение ресурсов, требуют совместных усилий всех стран для их решения. Ни одно государство не может существовать в изоляции от международного сообщества. Поэтому Китай предложил концепцию сообщества единой судьбы человечества. В марте 2013 г. Си Цзиньпин в МГИМО отметил, что в этом мире степень взаимосвязи и взаимозависимости между странами беспрецедентно углубилась. Человечество живет в одной глобальной деревне, в одном пространственновременном континууме, где пересекаются история и реальность, формируя сообщество с общим будущим, где мы все взаимосвязаны1.

В сентябре 2015 г. на 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН Си Цзиньпин выступил с речью под названием «Совместная работа по построению нового партнерства взаимовыгодного сотрудничества и совместному созданию сообщества единой судьбы человечества», подчеркнув необходимость построения нового типа международных отношений, основанных на взаимовыгодном сотрудничестве2.

В январе 2017 г. Си Цзиньпин сделал доклад «Построение сообщества с общим будущим для человечества» в штаб-квартире ООН в Женеве, предложив содействовать формированию сообщества единой судьбы человечества, начиная с партнерства, архитектуры безопасности, экономического развития, культурного обмена и экологического строительства (Верченко, 2022). Это стало наиболее глубоким и всеобъемлющим изложением Китаем этой концепции в международном сообществе.

Концепция сообщества единой судьбы человечества выходит за рамки традиционных международных отношений, основанных на принципе игры с нулевой суммой и на блоковой конфронтации. Руководствуясь общими ценностями всего человечества, она предоставляет ценностную основу и идеальный план для содействия более справедливому, равноправному и инклюзивному международному порядку. Эта концепция не является абстрактной пропагандой ценностей, а представляет собой конкретную практику, укорененную в современном международном ландшафте и ориентированную на развивающиеся страны. На фоне углубления многополярности мира и коллективного подъема Глобального Юга китайская концепция международных отношений представляет собой именно конкретизацию, практическое применение и локализацию концепции сообщества единой судьбы человечества среди развивающихся стран.

В июле 2023 г. Ван И, директор Центрального управления иностранных дел и министр иностранных дел, принял участие во встрече высших представителей БРИКС по национальной безопасности, где впервые представил всестороннее и подробное объяснение содержания, характеристик и предложений Китая относительно Глобального Юга, осознаваемого как не просто географическая или политическая концепция, а как совокупность стран с развивающейся экономикой, демонстрирующая коллективный подъем их в международном сообществе. Политическая основа Глобального Юга – независимость и самодостаточность, его историческая миссия – развитие и возрождение, а общая цель составляющих его государств – справедливость и правосудие. Введение этой концепции подчеркивает проницательность Китая и глубокое понимание изменений в глобальном политическом и экономическом ландшафте. С подъемом Глобального

Юга потенциальные риски внешнего вмешательства и проникновения становятся все более оче-видными1. Это не только предоставляет новые нормативные ориентиры для внешней политики Китая, но и служит важным ориентиром для понимания международным сообществом концепции Глобального Юга. В августе того же года китайский председатель Си Цзиньпин на церемонии закрытия бизнес-форума БРИКС отметил, что как развивающаяся страна и член Глобального Юга Китай всегда разделял общие интересы и судьбу других развивающихся стран, способствовал расширению представительства и влияния их в глобальных делах2.

После разъяснения своей концепции Глобального Юга Китай постоянно совершенствовал свои идеи и подчеркивал поддержку сообщества Глобального Юга. В ноябре 2024 г. на 19-м саммите лидеров G20 Си Цзиньпин подчеркнул, что Китай всегда был членом Глобального Юга и надежным долгосрочным партнером развивающихся стран. В октябре 2024 г., участвуя в Диалоге лидеров БРИКС+, он также заявил: «Мы должны объединить огромные силы Глобального Юга, чтобы совместно содействовать построению сообщества с общим будущим для человечества»3. Это демонстрирует роль Китая как основополагающей силы в Глобальном Юге, его приверженность сотрудничеству с развивающимися странами для достижения цели всеобщего мира и развития (Сафронова, 2024).

Заключение . Можно сказать, что современный Китай является не просто членом Глобального Юга, а крупнейшей развивающейся экономикой в его составе. Этот статус наделяет страну уникальной ролью и ответственностью в содействии развитию и сотрудничеству государств Глобального Юга. Его функционал можно обозначить следующим образом:

Во-первых, Китай поддерживает и направляет производство интеллектуальных ресурсов в странах Глобального Юга, уделяя особое внимание предоставлению их в качестве общественных благ. Долгое время развитые западные страны монополизировали определение современных интеллектуальных ресурсов, вынуждая другие государства в определенной степени принимать западные модели и стандарты развития. Модернизация в китайском стиле разрушила западную монополию, предоставив новые ориентиры для стран Глобального Юга в переосмыслении концепций развития, выборе моделей развития и расширении методов сотрудничества (Сюй Сюли, 2023: 30).

Во-вторых, Китай настаивает на том, чтобы развитие занимало центральное место в международной повестке дня, и содействует выработке механизма сотрудничества стран Глобального Юга. В августе 2023 г. на саммите лидеров БРИКС в Южной Африке Пекин активно поддержал расширение объединения с пяти до одиннадцати стран, что увеличило возможности Глобального Юга и сделало механизм БРИКС более представительным на мировой экономико-политической арене.

В-третьих, Китай увеличил свои инвестиции в международное сотрудничество в области развития, оказывая существенную поддержку странам Глобального Юга. В последние годы КНР последовательно уделяет приоритетное внимание сотрудничеству «Юг – Юг» в своей внешней политике, продвигая глобальное взаимодействие посредством инициативы «Один пояс, один путь». Многие инвестиции уже принесли значительные результаты. По состоянию на конец июня 2023 г. Китай подписал более 200 документов о сотрудничестве в рамках инициативы «Один пояс, один путь» с более чем 150 странами и более чем 30 международными организациями на пяти континентах, что привело к реализации большого количества знаковых проектов и проектов, улучшающих жизнь людей4.

В условиях беспрецедентных перемен современности Глобальный Юг представляет собой политическую и экономическую силу, обладающую значительным общемировым влиянием. Будучи его частью, Китай имеет с составляющими его государствами общий исторический опыт, сходные задачи развития и единый международный статус. В новую эпоху он активно ищет пути сосуществования с развивающими странами этого объединения, работая вместе с ними над продвижением модерниации и совместным построением сообщества с общим будущим для человечества.