Китайско-канадские отношения в 70-80-е гг. XX в.: социокультурный аспект

КНР, Канада, международные отношения, культура, хуацяо.

Отношения со странами Северной Америки традиционно являются одним из важнейших направлений китайской внешней политики. В последнее время все большее значение для КНР приобретают отношения с Канадой — государством с высокоразвитой экономикой, с одной стороны, и не претендующим на мировую гегемонию (в отличие от США) — с другой. В последние два десятилетия Китайская Народная Республика и Канада сумели существенно нарастить двусторонние связи не только в политической и экономической областях. Большое значение приобрели социальные и культурные контакты. Сегодня каждый двадцатый житель Канады китайского происхождения (хуацяо), а китайский язык является третьим по распространенности в стране после английского и французского. Некоторые моменты политических и экономических отношений КНР и Канады, а также современное состояние китайской диаспоры в стране кленового листа уже были рассмотрены в отечественной историографии [Алехин, 1987; Бабаев, 2008; Цветов, 2008]. Однако двусторонние связи в области культуры пока еще не стали предметом специального исследования, поэтому целью данной статьи стало изучение отношений между КНР и Канадой в 70-80-е гг. XX в. через призму социокультурного аспекта.

С момента провозглашения в 1949 г. Китайской Народной Республики ведущие страны Запада, в том числе и Канада, взяли курс на непризнание нового китайского государства. В качестве единственного представителя китайского народа они «предпочитали видеть» правительство республики на Тайване, их официальные и полномочные послы находились в Тайбэе. По мере укрепления государственности, роста экономики и международного авторитета КНР этот курс становился все менее перспективным: невозможно было ограничиваться «минимумом участия» на обширном китайском рынке, все труднее становилось решать проблемы безопасности в азиатском регионе без учета позиции руководства «коммунистического Китая».

В кругах деловой и политической элиты Канады к осознанию этих фактов пришли в конце 1960-х гг. В правительственной Белой книге «Внешняя политика для канадцев», опубликованной в начале 1970-х гг., упоминалась необходимость установления дипломатических отношений между Канадой и КНР и содержалось обещание открыть в Пекине канадское посольство [Foreign..., 1970, р. 23]. Эти планы были осуществлены уже осенью 1970 г., когда Канада установила полноценные дипломатические отношения с Китайской Народной Республикой. Текст официального коммюнике об установлении отношений был опубликован 10 октября, и в течение последующего месяца страны обменялись чрезвычайными и полномочными послами [Позиция... Л. 100].

Нормализация двусторонних отношений в политической сфере открыла дорогу развитию связей между Канадой и КНР в других областях, в том числе и в культурной. К тому же после IX съезда КПК изменился подход к проблеме и в самой Китайской Народной Республике: была поставлена задача продвигать — с помощью культуры — на международной арене маоистскую идеологию. Начиная с 1971 г. КНР стала осуществлять культурные связи с другими странами по следующим направлениям:

• 1)    участие в международных фестивалях кино и организация кинопросмотров;

• 2)    гастрольные поездки артистов за рубеж;

• 3)    организация в других странах выставок, рассказывающих об «успехах социалистического строительства в КНР»;

• 4)    посылка за рубеж делегаций работников культуры, науки и техники;

• 5)    приглашение в КНР делегаций работников культуры;

• 6)    приглашение в КНР видных деятелей культуры: писателей, ученых, профессоров учебных заведений, корреспондентов, деятелей кинематографии и книгоиздательств;

• 7)    идеологическая обработка проживающей за рубежом интеллигенции [Китайская..., 1975, с. 408].

Первая группа китайских деятелей культуры посетила Канаду в 1972 г.: это была Шэньянская цирковая труппа, гастролировавшая по странам Северной Америки. Эти гастроли вызвали значительный зрительский интерес и благожелательные отклики в канадской прессе [Tian, 1999, р. 244].

В октябре 1973 г. состоялся визит в КНР официальной канадской делегации во главе с премьер-министром П. Трюдо, в результате которого было заключено соглашение по вопросам сотрудничества в области науки, техники, медицины, образования, физкультуры и спорта [Китайская..., 1975, с. 435]. С этого момента обмен делегациями между странами стал осуществляться на регулярной основе.

В июле 1974 г. в отделе по науке и образованию при Госсовете КНР приняли делегацию работников образования Канады во главе с ректором университета «Британская Колумбия». Делегация познакомилась с учебными заведениями и промышленными предприятиями Гуанчжоу, Шанхая и Пекина, а также предоставила информацию об особенностях образовательной системы Канады [Китайская..., 1977, с. 273].

В этом же году китайцы впервые стали устраивать выставки на канадской территории. Так, на международной выставке «Человек и среда», проходившей в Монреале, экспонировалась выставка картин гохуа и китайского прикладного искусства. Большое место отводилось также экспонированию выставок китайских археологических находок. Такая выставка в Канаде демонстрировалась более трех месяцев — с августа по ноябрь 1974 г. [Китайская..., 1977, с. 274].

В середине 1970-х гг. обмен делегациями между КНР и Канадой в области культуры стал расширяться. Так, в течение только одного 1975 г. Канада направила в Китай делегации кинематографистов, преподавателей, ученых и спортсменов. С китайской стороны Канаду посетили делегации работников просвещения и специалистов по рыболовству. В рамках программы культурного обмена в апреле-мае в Пекине и Шанхае проходила выставка канадского искусства, на которой демонстрировались редкие картины XVIII - XX вв., принадлежавшие Национальной галерее Канады [Китайская..., 1978, с. 233].

С начала 1980-х гг. особое внимание китайская сторона, заинтересованная в модернизации страны, стала уделять расширению научных контактов. Так, по ее инициативе в 1981 г. между Канадой и КНР было подписано соглашение о научном обмене по проблемам экономики, управления, права, археологии и литературоведения. Канаду для установления научных контактов в течение года посетило около двадцати китайских ученых. В апреле в Пекине было заключено соглашение о взаимном устройстве выставок между Университетом науки и техники Китая и Культурным центром канадской провинции Онтарио. А в июне 1981 г. в Пекине состоялась международная конференция по проблемам образования. Канадская делегация на ней была одной из 280

самых представительных. Педагоги из Канады были также приглашены на празднование юбилея университета «Цинхуа» [Китайская..., 1985, с. 192, 245].

В мае 1984 г. в Пекине под эгидой ЮНЕСКО состоялся международный симпозиум по системам и контролю, организованный Китайским обществом автоматизации. На этом научном мероприятии присутствовало более семидесяти зарубежных ученых, в том числе делегация из Канады. В июле того же года в Пекине прошла международная конференция по проблемам ЭВМ, организованная Китайским обществом электроники. В конференции приняло участие более 250 специалистов из развитых капиталистических и социалистических стран [Китайская..., 1987, с. 339, 340].

Двусторонние связи в области искусства на протяжении 1980-х гг. также успешно развивались. В 1985 г. в Канаде гастролировал коллектив театра юэцзюй города Гуанчжоу, вызвавший большой интерес у местной публики. В сентябре того же года в КНР проходила ярмарка иностранных научно-популярных фильмов, в которой приняли участие практически все ведущие страны Запада, в том числе и Канада [Китайская..., 1988, с. 260, 287]. В феврале 1987 г. между Канадой и КНР было подписано Соглашение о сотрудничестве в области кинематографии [Китайская..., 1989, с. 328].

В этот же период стали активно расширяться контакты в области физкультуры и спорта. На протяжении 1980-х гг. в КНР проводились ежегодные Всекитайские соревнования по ушу, в программу которых входили девять видов гимнастики и различные комплексы упражнений с традиционным китайским оружием. В этих соревнованиях неоднократно принимали участие спортсмены из Канады, не сумевшие, однако, добиться высоких результатов [Справка..., Л. 166]. Канадское правительство также всячески поддерживало обмен спортсменами, тренерами и спортивными специалистами с Китаем в таких видах, как гимнастика, легкая атлетика, фигурное катание [Canadian..., 1994, р. 256].

В 1980-е гг. китайское руководство в отношениях со странами Северной Америки стало уделять большое внимание налаживанию контактов с местными хуацяо. По его мнению, мобилизация всех зарубежных китайцев должна была обеспечить выполнение двух основных задач — борьбу за воссоединение Китая и привлечение возможно большего числа хуацяо (особенно ученых) к участию в модернизации. Необходимость воссоединения неоднократно подчеркивалась в выступлениях руководителей КНР, а борьба с влиянием Китайской республики на Тайване потребовала активного подключения зарубежных китайцев. При этом особая роль отводилась тем, кто проживал в США и Канаде [Китайская..., 1981, с. 217]. Следует заметить, что в китайских общинах Канады главным объектом пропаганды Тайваня становились студенты, прибывшие на учебу из КНР.

Дело в том, что в традиционном китайском сознании гражданство не имеет решающего значения, гораздо важнее происхождение предков. Поэтому традиция не отторгает хуацяо, китайцы воспринимают их как своих сограждан, волей судьбы находящихся вдали от родины. И руководство КНР решило использовать это обстоятельство как своеобразный «козырь» во взаимоотношениях с правительством Канады [Tian, 1999, р. 238].

Китайская община Канады начала быстро расти с середины 1960-х гг., когда в страну стали прибывать беженцы из так называемых «горячих точек». Сначала из Индонезии и Малайзии, по которым прокатилась волна антикитайских погромов. А в годы второй индокитайской войны хуацяо бежали в Канаду из городов Вьетнама, Камбоджи и Лаоса. В 1980-е гг. китайская община превратилась не только в многочисленную, но и весьма влиятельную — экономическую и политическую — силу. Так, многие канадцы китайского происхождения стали успешными бизнесменами, постоянно избирались в федеральный и провинциальные парламенты, а в 1988 г. китаец впервые стал лейтенант-губернатором (то есть официальным главой) провинции Британская Колумбия [Цветов, 2008, с. 63]. Более того, стоит добавить, что с октября 1999 по сентябрь 2005 г. генерал-губернатором (формально главой государства) была

Адриенн Кларксон, происходившая из китайской семьи, прибывшей в Канаду в 30-е гг. XX в.

Заручиться поддержкой канадских хуацяо пыталось китайское руководство на самом высоком уровне. В январе 1984 г. во время визита в Канаду премьер Госсовета КНР Чжао Цзыян провел несколько встреч с представителями местных китайских общин. На этих встречах Чжао Цзыян пропагандировал курс на «мирное воссоединение» между КНР и Тайванем, призывал хуацяо «быть мостом» в контактах между ними [Китайская, 1987, с. 221]. В мае-июне 1987 г. в Канаде находилась китайская правительственная делегация во главе с Ян Шанкунем. В ходе беседы Ян Шанкуня с представителями хуацяо Канады, состоявшейся в Торонто, кроме прочих, вновь были затронуты вопросы объединения Китая [Жэньминь, 1987, с. 4].

В конце 1980-х гг. по-прежнему значительное внимание уделялось привлечению сотрудничества с КНР ученых из числа зарубежных китайцев. Так, в течение 1989 и 1990 гг. Китайскую Народную Республику посетил ряд исследователей, главным образом из США и Канады. Среди них особо следует отметить известного физика, лауреата Нобелевской премии Ли Чжэндао и экономиста Чжоу Чжичжуана, которые ежегодно приезжали на историческую родину для чтения лекций и участия в научных мероприятиях [Китайская..., 1991, с. 252].

Подводя итог, следует отметить, что отношения Китайской Народной Республики и Канады в социокультурной сфере в 1970-1980-е гг. развивались поступательно. Подобно отношениям в политической и экономической областях эти два десятилетия стали фундаментом и подготовили базу для бурного развития китайско-канадских связей, начавшегося в 1990-е гг. практически по всем направлениям. Вместе с тем каждая сторона в рамках этого диалога параллельно преследовала и собственные прагматичные цели. В то время как канадское правительство стремилось нарастить прежде всего торгово-экономические связи, китайское руководство пыталось использовать социокультурный аспект преимущественно в политических целях — для решения проблемы воссоединения Китая и пропаганды собственной идеологии. Канаде в этом процессе отводилась роль посредника, своеобразного «моста» между КНР и США.