Клинико-морфологическая характеристика гипоганглиоза прямой кишки у детей

ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ / RESEARCH ARTICLES (3).1031

(3).1031

Tonkonog DV, Shalonya TA, Nasyrov RA. Clinical and morphological characteristics of rectal hypoganglionosis in children. Morfologicheskie Vedomosti – Morphological newsletter. 2026;34(3):1031. (3).1031

Болезнь Гиршпрунга (далее – БГ) – это врожденное заболевание, при котором отсутствуют нейроны и ганглии преимущественно в дистальном отделе кишечника [1]. Этот врожденный дефект энтеральной нервной системы вызывает нарушение перистальтики пораженного участка кишечника и проявляется в виде различных форм острой кишечной непроходимости [2]. Однако авторы современных публикаций по БГ все чаще акцентируют, что не всегда морфологическим проявлением порока будет являться отсутствие ганглиев в сплетениях или нейронов вовсе [3]. Гипоганглиоз при этом мо- жет интерпретироваться как состояние спектра Гиршпрунгассоциированных нейропатий, переходное звено между тотальным поражением и здоровым участком кишки и самостоятельная нозология. При этом, с течением времени и увеличения возраста пациентов клиническая картина усугубляется и требует повторных обращений в медицинские учреждения. В этих условиях применением комплексного исследования, с использованием ИГХ-исследований может помочь врачам-патологоанатомам в уточнении диагноза и совершенствованию взаимодействия между морфологами и хирургами.

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

Изучить гистологические и иммуногистохимические особенности гипоганглиоза у детей в зависимости от длительности заболевания.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Гистологическое исследование проводилось на базе кафедры патологической анатомии с курсом судебной медицины им. Д. Д. Лохова и патологоанатомического отделения Клиники СПбГПМУ МЗ РФ. Препараты биоптатов прямой кишки были получены по медицинским показа-ням стандартного клинического протокола диагностики и лечения. Для исследования у каждого из 13 пациентов были взяты не менее 4-х фрагментов биоптатов прямой кишки, включающие слизистую и мышечную оболочки с маркировкой от дистального конца к проксимальному (фрагменты маркированы шовным материалом в хирургическом отделении). Материал фиксировали в 10% забуференном формалине. Серийные парафиновые срезы толщиной 5 мкм, были окрашены гематоксилином и эозином («БиоВитрум»), пикрофуксином по Ван Гизону (БиоВитрум), толуидиновым синим по методу Ниссля (БиоВит-рум). Для иммуногистохимической окраски (далее – ИГХ) нейронов использовали моноклональные мышиные антитела к кальретинину (производство Dako Inc. Дания, М7245), для верификации сосудов микроциркуляторного русла использовали моноклональные мышиные антитела к виментину (Vimentin, производство Dako Inc. Дания М 0725), верификации эндотелия СД31 (производство Diagnostic BioSystems, США, Mob034), для выявления глиальных клеток использовали поликлональные кроличьие антитела к глиальному фибриллярному кислому белку (далее – КФБ, GFAP) производства Diagnostic BioSystems, США), для оценки апоптоза использовали поликлональные кроличьи антитела к CD95 (производство Diagnostic BioSystems, США, RP065) и антитела для выявления цитокина интерлейкина 6 (IL-6, производство BioRad США AHP1040).

Гистологические препараты изучали с помощью микроскопа ZEISS Primo Star и сканировали с помощью сканера 3DHISTECH PANNORAMIC MIDI (Венгрия). Морфометрия проводилась с помощью программы Panoramic Viewer (версия 1.15.2, Венгрия) по прилагаемым к программе алгоритмам.

При микроскопическом исследовании серийных срезов, произведен подсчет количества сосудов микроциркуляторного русла, числа глиальных клеток, площадей и числа нейронов ганглиев, диаметра нервных стволиков по всей площади среза. Статистическую обработку данных проводили с использованием программы Microsoft Excel. Ввиду малого объема выборки и ненормального распределения количественных показателей, использовали непараметрические методы анализа. Количественные данные описывали с помощью медианы и межквартильного размаха (Q1–Q3). Для сравнения площади нейронов и диаметров нервных стволиков между тремя независимыми группами применяли критерий Краскелла-Уолисса. При выявлении статистически значимых различий проводили попарный post-hoc анализ с использованием критерия Манна-Уитни с поправкой Бонферонни. Различия считали статистически значимыми при p < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

При микроскопическом исследовании в слизистой оболочке прямой кишки определялись призматический эпителий и множественные бокаловидные клетки. Собственная пластинка слизистой оболочки была представлена отечной, рыхлой соединительной тканью с многочисленными сосудами, в единичных случаях со склерозом. Общим признаком во всех случаях являлось наличие лимфоплазмоцитарной инфильтрации.

В 5 анализируемых полях зрения при увеличении в 400 раз определялось от 19 до 54 сосудов разного калибра. Просвет артериол округлый, часть из них неправильной формы, все заполнены эритроцитами в большом числе. Венулы неправильной формы, часть просветов звездчатые, уплощенные. Отмечалось пропитывание стенок микрососудов фибрином, сопровождающееся их утолщением. Тонкостенные капилляры выявлялись в большом количестве, преимущественно вблизи ганглиев и отдельно расположенных нейронов (рис. 1). При ИГХ окраске с кальретини-ном во всех представленных случаях визуализировались единичные ганглии, содержащие нейроны. Нейроны с измененной формой, ядра смещены к периферии, в большом числе клеток ядрышко не визуализировало. Размеры и количество нейронов в различных группах варьировали, как и диаметры нервных стволиков. Полученные результаты указывают на ступенчатый характер изменений диаметров с формированием выраженных различий между ранними и поздними стадиями заболевания.

У детей, длительность течения заболевания которых составляло от 0 до 2 лет в 3 случаях из 4-х, наблюдалась слизь в просвете кишки, а также субэпителиальная лимфоплазмоцитарная инфильтрация, местами с формированием лимфоидных фолликулов со светлыми центрами. Выраженных изменений в покровном эпителии не наблюдалось. В слизистой оболочке кишки во всех случаях данной группы наблюдались многочисленные разнокалиберные полнокровные сосуды, заполненные большим числом эритроцитов. Определялись как венулы, так и артериолы и капилляры. В 1 поле зрения при ув. 4×10 при иммуногистохимическом окрашивании с антителами с кальретинином в серийных срезах выбранных случаев в данной группе определялись от 1 до 3 мелких ганглиев подслизистого нервного сплетения, в составе которых от 2 до 4 нейронов. При этом обращало внимание число увеличенных в объеме нервных столиков и отдельно лежащих нейронов в числе до 5 в поле зрения (рис. 2). Такие нейроны окружали глиальные клетки в количестве 3–5 в поле зрения на увеличении ×20×10, которые визуализировать при ИГХ-исследовании с антителами к КФБ. Часть глиальных клеток локализовались вблизи капилляров в числе от 2 до 3. В ганглиях наблюдались от 3 до 5 глиальных клеток.

В мышечной оболочке только в 1 случае был обнаружен незначительный склероз соединительнотканных волокон, выявленный при окрашивании пикрофуксином по методу Ван Гизона (рис. 3).

Рис. 1. Микрофото гистологического препарата прямой кишки мальчика Х., 2 года. Мелкие гиперемированные капилляры в периганглионарной области в большом числе (черные стрелки), увеличение x400, окраска гематоксилин и эозин

Fig. 1. Photomicrograph of a histological specimen of a 2-year-old boy's rectum. Small hyperemic capillaries in the perigangli-onic region in large numbers (black arrows), magnification x400, stained with hematoxylin and eosin

Рис. 2. Микрофото гистологического препарата прямой кишки мальчика З., 2 года. Единичные ганглионарные клетки послизистого нервного сплетения (черные стрелки), увеличение x200, ИГХ с антителами к кальретинину

Fig. 2. Photomicrograph of a histological specimen of the 2-years-old boy’s rectum. Single ganglion cells of the mucous nerve plexus (black arrows) and single nerve trunks, magnification x200, IHC with antibodies to calretinin

Ганглии межмышечного нервного сплетения крупные, в серийных срезах в 1 поле зрения определялось от 2 до 4, в них 4–7 нейронов. Глия в числе 5–8 клеток окружала капилляры и нейроны в ганглиях. Единичные диффузно расположенные нейроны в межмышечном нервном сплетении не обнаружены.

Рис. 3. Микрофото гистологического препарата прямой кишки девочки С., 11 лет. Склероз волокон соединительнотканой ткани в мышечной оболочке кишки, увеличение x200, окраска пикрофуксином по Ван Гизону

Fig. 3 . Photomicrograph of a histological specimen of the 11-years-old girl’s rectum. Sclerosis of the connective tissue fibers in the muscular layer of the intestine, magnification x200, stained with picrofuchsin according to Van Gieson

Рис. 4. Микрофото гистологического препарата прямой кишки мальчика И., 9 лет. Слабая экспрессия в нейронах ганглиев неправильной форме (черная стрелка), увеличение x500, ИГХ с антителами к CD95

Fig. 4. Photomicrograph of a histological specimen of the 9-years-old boy’ rectum. Weak expression in irregularly shaped ganglion neurons (black arrow), magnification x500, IHC with antibodies to CD95

По данным ИГХ отмечалась слабая экспрессия IL-6 в нейронах в ганглиях и лежащих диффузно в обоих сплетениях. При использовании антител к СD95 во всех случаях отмечалась слабая цитоплазматическая экспрессия в единичных нейронах ганглиев и в стволиках межмышечного сплетения (рис. 4).

В группе, где продолжительность заболевания составляла от 2 лет включительно до 3 лет, наблюдались более выраженные изменения. Так, в одном случае отмечалась гиперплазия бокаловидных клеток, интраэпителиальная лимфоплазмоцитарная инфильтрация. Субэпителиально мы также наблюдали лимфоплазмоцитарную инфильтрацию, местами формирующую фолликулы со светлым центром. Кроме того, наблюдался отек стромы подслизистого слоя. Во всех случаях данной группы сосуды были представлены всеми типами. В венулах наблюдалось незначительное увеличение стенки за счет гипертрофии мышечного слоя. ИГХ окрашивание позволило обнаружить, что разнокалиберных сосудов большее число, чем в предыдущей группе, – в среднем 38 с виментином против 29 при окрашивании гематоксилином и эозином в 1 поле зрения на увеличении 4×10. Они полнокровны и заполнены большим числом эритроцитов. В мышечном слое кишки во всех гистологических препаратах наблюдался выраженный склероз и утолщение межмышечных перегородок, более выраженный, чем в предыдущей группе, которое визуализировалось с помощью окрашивания пикрофуксином по методу Ван Гизона. В поле зрения в послизи-стом нервном сплетении при иммуногистохимическом окрашивании с антителами с кальретини-ном во всех наблюдениях визуализировались от 1 до 3 ганглиев, в составе которых от 2 до 3 нейронов. Количество диффузно расположенных нейронов было больше, чем в предыдущей группе: в поле зрения определялись числом до 6. При этом, число нервных стволиков в серийных срезах большое, также они визуализировались в подслизистом слое, что не характерно при ранней стадии заболевания или в норме; в мышечном слое выраженная гипертрофия и дистрофические изменения в нервных стволиках. Местами экспрессия кальретинина была неравномерная, слабая. В ганглиях визуализировались от 3 до 5 глиальных клеток. При использовании антител к КФБ обращали на себя внимание крупные глиальные клетки числом до 4-х с выраженной положительной реакцией, окружающие отдельно лежащие нейроны. Нейроны при этом неправильной формы, со смещенным на периферию сморщенным ядром, в котором не определялось ядрышко. Отмечалась умеренная экспрессия IL-6 в нейронах в ганглиях и лежащих диффузно в обоих сплетениях, а также в эндотелии капилляров, расположенных вблизи ганглиев (рис. 5). При использовании антител к СD95 отмечалась цитоплазматическая экспрессия в единичных нейронах и эндотелии капилляров подслизистого слоя кишки.

Рис. 5. Микрофото гистологического препарата прямой кишки мальчика Х., 5 лет. Умеренная экспрессия в нейронах ганглиев (черная стрелка), а также в эндотелии сосудов (красная стрелка), увеличение x500, ИГХ с антителами к IL-6 Fig. 5. Photomicrograph of a histological specimen of the 5- years-old boy’s rectum. Moderate expression in ganglia neurons (black arrow), as well as in the vascular endothelium (red arrow), magnification x500, IHC with antibodies to IL-6

В группе, в которой течение заболевания составило от 3 лет и более (общим числом 6), наблюдались наиболее выраженные изменения. Во всех случаях отмечалась лимфоплазмоцитарная инфильтрация слизистой оболочки. Также обратила внимание гиперплазия собственной пластинки и мышечной пластинки слизистой оболочки в двух отобранных случаях.

Инфильтрация местами формировала скопления по типа фолликула со светлыми центрами. Сосуды были расширены, полнокровны, заполнены эритроцитами. Венулы толстостенные за счет гипертрофии мышечного слоя, их просвет неправильной формы. Местами в капиллярах отмечали фибриновые скопления, напоминающие тромбы. При окрашивании виментином выявлена преимущественная локализация капилляров вблизи ганглиев и отдельно лежащих ганглиозных клеток.

В одном поле зрения на увеличении 4×10 в серийных срезах с помощью реакции с кальрети-нином определялось до 2 ганглиев. В ганглиях от 2 до 3 нейронов, число глиальных клеток составляло до 5.

Отмечено, что значительное количество нейронов располагалось диффузно, вне ганглиев. Экспрессия кальретинина в этих нейронах была неравномерной, местами слабой; в ряде случаев она определялась даже в ядре. В одном поле зрения насчитывалось до 7 отдельно расположенных нейронов. Как правило, такие клетки имели неправильную, измененную, причудливую форму, со смещенным к периферии ядром и отсутствием ядрышка. Они были окружены большим количеством крупных глиальных клеток: при окрашивании с КФБ в одном поле зрения определялось до 6 таких клеток (рис. 6). Обращало на себя внимание, что наиболее крупные глиальные клетки плотно прилежали к измененным нейронам, контактируя с выпячиваниями их клеточной стенки. При окраске пикрофукси-ном по методу Ван Гизона в мышечной оболочке во всех случаях видны утолщенные за счет склероза волокна соединительной ткани. При этом в части случаев отмечалась гипертрофия гладких миоцитов. В одном поле зрения в межмышечном нервном сплетении визуализировались до 2 ганглиев, в которых насчитывались от 4 до 5 нейронов, а также визуализировались отдельно расположенные единичные нейроны числом до 2-х в поле зрения. Наблюдалась также выраженная гипертрофия нервных стволиков.

Рис. 6. Микрофото гистологического препарата прямой кишки мальчика И, 9 лет. Глиальные клетки, окружающие нейроны и капилляры (стрелки). Увеличение x400, ИГХ с антителами к КФБ

Fig. 6. Photomicrograph of a histological specimen of the 9-years-old boy’s rectum. Glial cells surrounding neurons and capillaries (arrows). Magnification x400, IHC with antibodies to CPB

По данным ИГХ отмечалась выраженная экспрессия IL-6 в как в клетках ганглиев, так в диффузно расположенных нейронах подслизистого сплетения. Кроме того, обращало внимание наличие экспрессии в нервных стволиках, эндотелии капилляров и венул. В данной группе, помимо выше указанной положительной реакции, нами было отмечено окрашивание в единичных крупных глиальных клетках, тесно прилегающим к нейронам. Слабая цитоплазматическая экспрессия СD95 определялась в нервных стволиках межмышечного нервного сплетения. Также наблюдалась умеренная экспрессия СD95 в эндоте-лиоцитах капилляров подслизистого слоя.

Сравнение медианных значений выявило тенденцию к снижению площади нейронов между исследуемыми группами. В первой группе медиана площади нейронов составила 303,8 мкм² (IQR: 269,8–332,6), во второй – 204,5 мкм² (IQR: 178,8– 237,8), в третьей – 135,2 мкм² (IQR: 131,7–166,4). При межгрупповом сравнении установлены статистически значимые различия между группами (H = 7,67; p = 0,021). По результатам post-hoc анализа с поправкой Бонферрони статистически значимые различия выявлены между первой и третьей группами (U = 0; p = 0,016). При морфометрическом исследовании нервных стволиков так же выявлена тенденция увеличения их диаметров. В группе с длительностью заболевания 0–2 года значения показателя были существенно ниже, тогда как в группах 2–3 года и более 3 лет наблюдалось значительное его увеличение с последующим выходом на сопоставимый уровень между этими двумя группами. Непараметрический анализ Краскела–Уоллиса подтвердил наличие статистически значимых различий между группами (H = 7,74; p ≈ 0,02–0,03; ε² = 0,57).

Ранее нами была исследована группа пациентов числом 13 человек, где гистологическая картина создавала видимость практически «нормального» паттерна кишки, а клинические данные указывали на болезнь Гиршпрунга [4]. В данном случае заключение (термин) «гипо-ганглиоз» подразумевает уменьшение общего числа нейронов и ганглиев в сплетениях, которые визуально при гистологическом исследова-нииопределяются как прерывистая цепочка из ганглиев в стенке кишки, как родственное болезни Гиршпрунга состояние. При сравнении групп нормоганглиоза и гипоганглиоза обращало внимание, что количество капилляров в обоих наблюдениях росло относительно продолжительности болезни: в группе 0–2 года среднее число визуализируемых сосудов в 1 поле зрения на увеличении 4×10 – 18±2, в группе 2–3 года – 34±3, в группе 3 лет и более – 52±3.

Обращало внимание, что в случаях с гипоган-глиозом, чаще встречались тромбы в просвете венул и капилляров в группе детей, где длительность заболевания составляла от 2 до 3 лет. В случаях исследования детей с нормоганглиозом тромбы определялись у группы детей возрастом 5–6 лет, а также у старшего ребенка возрастом 11 лет. Длительность их заболевания составляла не менее 3 лет, что совпадает с длительностью заболевания, указанной выше группы.

Если сравнивать ганглии в обеих группах, то была очевидна разница в количестве нейронов в ганглиях и ганглиях, как отдельных морфологиче- ских структур. Так, в поле зрения при нормоган-глиозе отчетливо визуализировались от 4 до 7 ганглиев при увеличении 4×10 и ИГХ окрашивании с антителами к кальретинину. В группе с гипоган-глиозом при том же увеличении и окраске мы определяли до 2 ганглиев. В группе с «нормаган-глиозом» при морфологическом исследовании мы насчитывали от 3 до 5 нейронов в ганглиях, когда в группе гипоганглиоза число нервных клеток в ганглиях было от 2 до 4. При этом обращало внимание, что в группе с гипоганглиозом большинство нейронов лежат вне состава ганглия: диффузно в строме подслизистого слоя, окруженные большим числом разноразмерных глиальных клеток.

Обращаясь к таблице 1, можно заметить, что в группе продолжительности заболевания 0–2 года существует тенденция к однородности площадей нейронов. В группе продолжительностью 2–3 года средний диаметр увеличен в сравнении с предыдущим возрастом. В группе 3 и более лет заболевания диаметры неоднородны, как и формы исследуемых нейронов, что выражено числовым колебанием показателей. При этом можно заметить, что диаметр нервных стволиков в первой группе наименьший и также с наименьшим числовым колебанием. Увеличение диаметра нервных стволиков с увеличением возраста пациентов и длительности заболевания описывалось ранее и в других публикациях [5–6] и является важным критерии диагностики болезни Гиршпрунга у детей старше 8 недель [7].

Во второй и третьей группах объективные морфометрические данные позволили предположить гиперплазию нервных стволиков, что также является одним из критериев для постановки диагноза болезнь Гиршпрунга. При сравнении количества разного размера глиальных клеток мы заметили, что в обеих группах глия более крупных размеров окружает нейроны, чья форма неправильная, существует наличие выемок и смещение ядра на периферию. Кроме того, чаще всего в таких ядрах нейронов наблюдалось исчезновение ядрышка, кариопикноз и ка риорексис в единичных клетках.

Таблица 1. Индивидуальные морфометрические показатели нервных ганглиев в гистологических препаратах биоптатов прямой кишки отдельных пациентов разной возрастной группы

Table 1. Individual morphometric parameters of nerve ganglia in histological preparations of rectal biopsies from detached pa-cients of different age groups

Пациент п/п	Группа	Сумма ганглиев в поле зрения	Средняя площадь ганглиозных клеток в поле зрения (в кв мкм)	Сумма нервных столиков в поле зрения	Средний диаметр нервных стволиков в поле зрения (в мкм)
1	0–2 года	3	261	2	60,28
2	0–2 года	1	279	6	65,81
3	0–2 года	2	342	6	65,58
4	0–2 года	1	330	5	53,70
5	2–3 года	2	305	5	119,63
6	2–3 года	2	216	6	121,46
7	2–3 года	1	138	6	85,96
8	2–3 года	1	194	4	118,89
9	3 и более лет	1	197	4	125,92
10	3 и более лет	2	134	5	131,05
11	3 и более лет	1	136	7	99,71
12	3 и более лет	1	127	6	101,82
13	3 и более лет	2	132	6	87,92

Согласно данным литературы, крупные энтеральные глиальные клетки выполняют функцию фагоцитоза поврежденных клеток в стенке кишки, когда мелкие – протективную [8–9]. Кроме того, в нашем исследовании обращала внимание положительная реакция IL-6 в различных структурах стенки толстой кишки. Из представленных данных становится очевидным, что в стенке кишки развивается гипоксия, которая подтверждается развитием стаза эритроцитов в микрососудах, наличием тромбов, изменениями в нейронах и экспрессией IL-6 в структурах стенки кишки – нейронах, эндотелии капилляров вблизи нервных сплетений.

Известно, что IL-6 является провоспалитель-ным цитокином, который активирует транссиг-налинг и его уровень повышается в условиях гипоксии [10]. По данным литературы IL-6 способствует образованию апоптотических клеток без активации р53-опосредованного пути [11]. В то же время, снижение уровня IL-6 способствует дифференцировке и пролиферации нейронов, и снижению уровня клеточного апоптоза в культуре клеток за счет опосредованного снижения уровня Каспазы и ВАХ [12]. Это согласуется с выявленными в нейронах изменениями и ранее описанными наблюдениями: изменении формы и размера ядер, их фрагментация, исчезновение ядрышка, кариопикноз; гомогенизации вещества Ниссля [13].

В группе детей, длительность заболевания которых составляла менее 2 лет, наблюдались изменения в капиллярах: эндотелий визуализировал не на всем протяжении по данным окраски на СД31. В группе детей, длительность заболевания которых составляла от 2 до 3 лет, мы выявили фибриноидное пропитывание стенки капилляров и венул. В случаях с длительностью заболевания более 3 лет в сосудах, помимо вышеописанных изменений, наблюдались тромбы, что может указывать на прогрессирование гипоксии.

Данные наблюдения и публикации [14] позволяют предположить, что с течением длительности заболевания усугубляется гипоксия в стенках кишки и тяжесть проявлений. Изменения в микрососудах, которые проявлялись в виде выпадения окраски на СД31 могут свидетельствовать о повреждении стенки сосуда. В последующем нарушение проницаемости приводит к пропитыванию белками стенки капилляров, венул и артериол и их гомогенизации. Одновременно с этим происходит активация секреции адгезионных веществ, которые способствуют прикреплению тромбоцитов и эритроцитов к эндотелию капилляров [15]. В конечном счете, образование тромбов усиливают гипоксию в тканях стенки кишки, развитию тяжелых изменений в том числе нейронах, которые чувствительны к дефициту кислорода и их функция безвозвратно утрачивается. Статистически значимое различие между группой с длительностью от 0 до 2 лет и более 3 лет свидетельствует о прогрессирующем изменении в нейронах нервных стволиках по мере увеличения длительности патологического процесса.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное нами исследование продемонстрировало, что гипоганглиоз у детей характеризуется последовательными морфологическими изменениями, степень выраженности которых напрямую зависит от длительности заболевания. На ранних этапах патологического процесса преобладают полнокровие сосудов микроциркуля-торного русла и умеренные изменения нейронов. Однако уже к срокам течения свыше двух лет выявляются более выраженные структурные нарушения, включающие пропитывание стенки микрососудов фибрином, вплоть до тромбов, прогрессирующее уменьшение количества нейронов в составе ганглиев, гипертрофию нервных стволиков, склероз межмышечных перегородок.

Обнаруженные сосудистые изменения от расширения капилляров, стаза крови до образования тромбов, выявленная экспрессия IL-6 в стенке микрососудов, а также характер морфологических изменений в стенке кишки, свидетельствуют о ведущей роли гипоксии в динамике развития гипоганглиоза у детей.

Выявлено увеличение количества диффузно расположенных нейронов, часть из которых со сморщенным ядром, неправильной формы, окруженных крупными глиальными клетками.

Характер морфологических изменений в эндотелии микрососудов и нейронах, а также экспрессия молекул маркера апоптоза CD95 и экспрессия индуктора апоптоза IL-6 в данных структурах стенки кишки отображают процессы развития апоптоза. 5) Таким образом, гипоганглиоз следует рассматривать как самостоятельную патологическую форму, динамически развивающееся состояние, при котором длительность заболевания определяет выраженность микрососудистых, и как следствие – гипоксических изменений в стенке кишки, требующая дальнейшего клинико-морфологического изучения и разработки персонализированных подходов к терапии.