Концепция полицентрической модели и стратегические приоритеты региональной трансформации Тамбовской области

Концепция полицентрической модели и стратегические приоритеты региональной трансформации Тамбовской области// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №2 (86). Номер статьи: 8609. Дата публикации: 19.06.2026. Режим доступа:

The concept of a polycentric model and strategic priorities of regional transformation of the Tambov region// Regional economy and management: electronic scientific journal. ISSN 1999-2645. — №2 (86). Art. #8609. Date issued: 19.06.2026. Available at:

В современных условиях усиления геоэкономической трансформации, санкционного давления и демографического кризиса проблема сбалансированного устойчивого развития регионов приобретает стратегическое значение для обеспечения территориальной целостности и экономической безопасности Российской Федерации. Аграрно-индустриальные регионы Центрального федерального округа, к числу которых относится Тамбовская область, характеризуются выраженной моноцентрической моделью расселения, устойчивой депопуляцией периферийных территорий, аграрной монопрофильностью экономики и нарастающим цифровым разрывом, что формирует системные барьеры устойчивого развития. По данным территориальной статистики, в период 2000–2024 гг. отдельные муниципальные округа восточной, северной и юго-восточной зон Тамбовской области потеряли от 29,2 % до 48,6 % населения, при этом возрастная структура приобрела выраженный регрессивный характер. Доля населения старше трудоспособного возраста в Тамбовской области — самая высокая среди субъектов ЦФО и достигает 30,1 %, тогда как в среднем по России этот показатель составляет около 25 %. Сохранение инерционного сценария неизбежно ведёт к углублению межмуниципальных диспропорций, утрате человеческого капитала на периферии и снижению конкурентоспособности региона.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью теоретического осмысления и методологического обеспечения трансформации пространственной организации аграрно-индустриальных регионов от моноцентрической к полицентрической модели развития на основе формирования системы межмуниципальных центров. В условиях реализации Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2030 года с прогнозом до 2036 года (распоряжение Правительства РФ от 28 декабря 2024 г. № 4146-р) и Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года» требуется научное обоснование механизмов преодоления территориальных диспропорций, обеспечивающих одновременность экономической эффективности, социальной справедливости, экологической устойчивости и институциональной адаптивности.

Научная проблематика исследования заключается в противоречии между необходимостью обеспечения сбалансированного развития всех территорий региона и объективно складывающейся инерционной моноцентрической моделью расселения. При данной модели значительная часть населения, экономической активности и инвестиционных ресурсов концентрируется в пределах центральной городской агломерации, тогда как обширные периферийные территории характеризуются системным демографическим сжатием, инфраструктурной деградацией и снижением хозяйственной активности, что формирует системные барьеры устойчивого развития. Недостаточная разработанность комплексных подходов к оценке сбалансированности регионального развития с учётом пространственновременной динамики, а также отсутствие адаптированных к аграрноиндустриальным регионам моделей полицентрической трансформации определяют научную и практическую значимость настоящего исследования.

Объектом исследования выступает региональная социально-экономическая система Тамбовской области как территориально локализованная подсистема национальной экономики, характеризующаяся специфической отраслевой структурой, демографическим потенциалом, инфраструктурным каркасом и институциональной средой. Предмет исследования — закономерности, факторы и механизмы формирования сбалансированного устойчивого развития региональной экономики, включающие взаимосвязи экономических, социальных, экологических и институциональных подсистем в контексте повышения резильентности и полицентрической организации пространства.

Современные научные представления о пространственном развитии базируются на междисциплинарном синтезе региональной экономики и экономической географии. Классические положения пространственного анализа заложены в работах Й. фон Тюнена, А. Вебера, В. Кристаллера и А. Лёша, развивших теории размещения и центральных мест [2, 5, 16]. В рамках новой экономической географии П. Кругман и М. Фуджита [22] сформировали аппарат анализа агломерационных эффектов. Представители отечественной научной школы: Н.Н. Баранский, А.Г. Гранберг, Н.Н. Колосовский, Г.М. Лаппо заложили основы теории опорного каркаса расселения и территориальнопроизводственных комплексов [1, 7, 10, 14]. Современные исследования А.Г. Большакова, Д.А. Гайнанова, Г. Р. Хасаева, Г.А. Хмелевой, В. А. Цыбатова [3, 6, 20, 21]. актуализируют проблематику региональной устойчивости в условиях внешних шоков, санкционного давления и геополитической нестабильности. Проблематика сбалансированного развития регионов исследована в работах С. Н. Бородина, Д. О. Егорова, Н. М. Космачёвой, В. Д. Кузьменковой, И. В.

Коршунова, Е. Ю. Меркуловой, Д. Ю. Смирнова, [4, 9, 11, 12, 13, 17]. Вместе с тем, концепция полицентрического развития недостаточно конкретизирована для аграрно-индустриальных регионов с выраженной моноцентрической моделью и критической депопуляцией периферии, что определяет научную новизну данного исследования.

Результаты исследований

Целью настоящего исследования выступает концептуализация и обоснование стратегических направлений пространственного развития Тамбовской области, направленных на трансформацию моноцентрической модели расселения в сбалансированную полицентрическую систему. Важность исследования обусловлена необходимостью разработки прикладного инструментария для органов государственной власти, позволяющего не только остановить деградацию периферии, но и создать точки экономического и социального притяжения.

Методологическую основу исследования образует системный подход, позволяющий рассматривать регион как сложную многоуровневую социальноэкономическую систему с взаимосвязанными подсистемами. Синергетический подход обеспечивает анализ самоорганизации и эмерджентности пространственных структур. Институционально-эволюционный подход позволяет учитывать историческую зависимость траекторий развития, роль формальных и неформальных институтов, механизмы адаптации к изменяющимся условиям. Пространственно-временной подход обеспечивает интеграцию статических и динамических характеристик территориального развития.

В качестве методов исследования использованы: общенаучные, экономикостатистические (панельные данные Росстата и Тамбовстата за 2017–2025 гг.), методы стратегического анализа; экспертные методы, методы сравнительного анализа и бенчмаркинга. Для оценки диверсификации экономики использован индекс Херфиндаля — Хиршмана; для количественной оценки сбалансированности подсистем — коэффициент вариации субиндексов; для оценки адаптивной ёмкости — индекс резильентности, агрегирующий экономическую диверсификацию, фискальную устойчивость и социальное неравенство.

В современной экономической науке сформировались три основные научные школы региональной экономики — европейская, американская и российская, — различающиеся объектом, методологией и приоритетами политики (рис.1). Европейская школа сформировалась на основе классических теорий размещения и акцентирует внимание на географическом факторе, транспортных издержках, пространственной структуре рынков и иерархии поселений. В дальнейшем она развивалась в рамках теории полюсов роста, теории кумулятивного роста, концепций территориального развития Европейского союза, ориентированных на пространственную сплочённость и снижение региональных диспропорций [2, 18, 19].

Таблица 1. Сравнительная характеристика научных школ региональной экономики

Критерий	Европейская школа	Американская школа	Российская школа
Основной объект	Экономическое пространство, размещение	Городские агломерации, кластеры	Территориальнопроизводственные комплексы, регионы
Ключевые теории	Штандортные теории, центр-периферия	Новая экономическая география, эндогенный рост	Экономическое районирование, ТПК, межотраслевой баланс
Методология	Географический и структурный анализ	Математическое моделирование, эконометрика	Балансовые методы, оптимизационные модели, системный анализ
Приоритеты политики	Выравнивание, сплочённость	Эффективность, инновации	Комплексное развитие, межрегиональные связи, технологический суверенитет
Современные вызовы	Демографический кризис, миграция	Неравенство, климатические риски	Санкции, импортозамещение, цифровое неравенство

Источник: Составлено авторами

Американская школа развивалась в рамках неоклассической и кейнсианской традиций, а также в контексте новой экономической географии [22, 23]. Она характеризуется активным использованием математического моделирования, эконометрики и пространственной статистики, ориентацией на анализ городских агломераций и мегаполисов как центров экономического роста, а также особым вниманием к эндогенным факторам развития — человеческому капиталу, знаниям, внешним эффектам.

Российская школа сформировалась в условиях плановой экономики в рамках теории размещения производительных сил и экономического районирования. Современная российская школа интегрирует положения институциональной и эволюционной экономики, концепции устойчивого развития и пространственного планирования, уделяя внимание проблемам территориального неравенства и стратегического управления регионами. В постсоветский период активно развиваются исследования региональной конвергенции/дивергенции, влияния федеральных трансфертов, эффективности особых экономических зон [8, 15, 19].

В последние годы российская школа региональной экономики переживает период интенсивного теоретического обновления. В условиях санкционного давления и геоэкономической трансформации актуализируются исследования по импортозамещению на региональном уровне, развитию внутренних производственных цепочек, обеспечению технологического суверенитета территорий. Дискуссионными остаются вопросы о выравнивании диспропорций: экстенсивное равномерное распределение ресурсов и концентрация инвестиций в точках роста. Традиционные подходы к равномерному распределению ресурсов в условиях высокой пространственной дифференциации демонстрируют низкую эффективность, поскольку не учитывают эффект агломерации и ограничения бюджетной емкости территорий. В этой связи концепция полицентрического развития, предполагающая создание нескольких взаимосвязанных центров роста, распределяющих между собой функции, приобретает статус методологического императива.

Эмпирический анализ современного состояния Тамбовской области демонстрирует наличие устойчивой моноцентрической модели.

Демографические тренды отражают общероссийские вызовы: за период с 1959 по 2024 год численность населения сократилась с 1549 до 951,5 тыс. чел.; по прогнозу Росстата, к 2045 году она составит 734,8 тыс. чел. За период 2000– 2024 гг. восточные и северные территории потеряли от 29,2% до 48,6% населения. Возрастная структура периферии приобрела регрессивный характер: доля населения старше трудоспособного возраста достигает 34,5 %, а доля детей опустилась до 12–13 % (табл.1).

В экономической структуре региона доминируют сельское хозяйство (36% в ВРП), обрабатывающие производства (14%), оптовая и розничная торговля

(12%). Коэффициент Херфиндаля — Хиршмана (HHI = 0,0142) свидетельствует об умеренной отраслевой концентрации, однако он выше, чем в диверсифицированных регионах ЦФО. Территориальная дифференциация хозяйственной деятельности проявляется в высокой концентрации инвестиций в Тамбовской агломерации (около 78 % отгрузки обрабатывающей промышленности области). Инвестиционная активность на периферии минимальна. Инфраструктурное развитие также поляризовано: плотность дорог с твердым покрытием составляет 297,5 км/1000 км², при этом доля дорог в нормативном состоянии на периферии – лишь 56,9 %. Социологический опрос 2025 года подтверждает глубокий разрыв в оценках качества жизни: главными факторами миграционных намерений являются отсутствие высокооплачиваемых рабочих мест (78 % в периферийных зонах) и низкое качество транспортной инфраструктуры (67 %).

Таблица 2. Основные социальные индикаторы Тамбовской области за 2020-2024 годы

2020    2021    2022    2023	2024
Численность постоянного      1005,8  993,0    979,2    966,3 населения (на начало года) тыс.чел	956,3
Коэффициент рождаемости    7,4      7,3      6,8     6,6 на 1000 человек населения	6,1
Коэффициент смертности на 17,9    20,9     16,8     15,5 1000 человек населения	15,8
Естественный прирост         -10,5    -13,6    -10,0    -8,9 (убыль) населения, тыс.чел	-9,7
Коэффициент миграционного -1,80    -0,01    -3,28    -1,43 прироста (убыли) на 1000 человек населения	-0,44
Среднедушевые денежные    27924   30290   34783   39229 доходы в месяц, рублей	46133
Уровень бедности населения , 10,8     10,5     10,3     9,8 %	7,9

Общая численность занятых   484,1    490,3   495,8   480,7    476,6

в экономике, тыс.человек

Общая численность           23,2     20,2     16,7     15,3     11,2

безработных, тыс.человек

В экологическом измерении регион входит в топ-5 по качеству окружающей среды, имеет благоприятный индекс загрязнения атмосферы (ИЗА < 3,5), однако критически низкая доля очищенных сточных вод (9,8 %) и рециклинга отходов (5 %) указывают на деградацию инженерно-экологической инфраструктуры. Кадастровый учёт особо охраняемых природных территорий завершён лишь на 85 %. Нарастают климатические риски: вероятность интенсивных засух составляет 20–40 %, прогнозируемое потепление к 2030– 2050 гг. — 1,3–2,5 °C.

В институциональном измерении реализуется 26 государственных программ со средним уровнем достижения показателей 94,3 %; уровень цифровой зрелости госуправления достиг 51,6 %, доля электронных услуг — 100 %. Однако цифровая грамотность населения остаётся низкой (6,48 балла из 10, 59-е место в РФ), инновационная активность МСП — 3,7 % (при 6,5 % по РФ). Реализовано только 3 концессионных соглашения, что значительно ниже потенциала региона.

Для количественной оценки сбалансированности разработан композитный индекс сбалансированного устойчивого развития (ИСУР), агрегирующий четыре субиндекса (рис.1):

Экономический (ВРП на душу населения; доля инвестиций в ВРП; производительность труда; доля обрабатывающей промышленности в ВРП) Социальный (ожидаемая продолжительность жизни; уровень безработицы; коэффициент Джини; уровень бедности)

Экологический (Доля очищенных сточных вод; доля переработки ТКО; площадь ООПТ в % территории; выбросы CO₂ на единицу ВРП) Институционально-инфраструктурный (Исполнение госпрограмм; доля собственных доходов бюджета; цифровая зрелость госуправления;

количество МСП на 1000 жителей)

Условные обозначения: ИЭ — экономический индекс; Ис – социальный индекс; Иэк – экологический индекс; Иии — институционально-инфраструктурный индекс.

Рисунок 1. Динамика субиндексов и ИСУР по Тамбовской области за 20172024 годы

Источник: Рассчитано автором

Расчёт показал, что значение ИСУР Тамбовской области выросло с 0,614 в 2017 году до 0,682 в 2024 году при среднегодовом темпе роста 1,4 %; коэффициент сбалансированности составил 0,74 (умеренный уровень); индекс резильентности — 0,412 (умеренный).

В бенчмаркинге с регионами Центрального Черноземья Тамбовская область занимает 4-е место (рис.2): Белгородская область (0,812), Воронежская область (0,785), Липецкая область (0,754), Тамбовская область (0,682), Курская область (0,642). Отставание от лидера составляет 16,0 %.

Наибольший дисбаланс наблюдается между экономическим (0,71) и социальным (0,65) измерениями: социальная компонента отстаёт на 8,5 %, что подтверждает неполное транслирование экономического роста в повышение качества жизни населения. Институционально-инфраструктурное измерение (0,73) опережает социальное, что свидетельствует о формальном характере части административных преобразований. Экологический субиндекс (0,68) практически стагнирует из-за критически низкой доли глубокой очистки сточных вод и минимального уровня рециклинга отходов.

Рисунок 2 Сравнительный анализ ИСУР по регионам ЦЧР за 2024 год

Источник: Рассчитано автором

Корреляционный анализ подтверждает наличие замкнутого круга ограничений: низкая производительность труда (–18 % к среднероссийскому уровню) и аграрная монопрофильность (HHI = 0,0142) формируют низкие доходы населения (–38 %), которые стимулируют миграционный отток молодёжи (–7,8 тыс. чел. в возрасте 25–34 лет за 2017–2023 гг.), что, в свою очередь, сокращает трудовой потенциал и ограничивает возможности наращивания производительности. Коэффициент инвестиционной отдачи (0,38 против 0,45 по РФ) указывает на недостаточную эффективность капитальных вложений. Высокая долговая нагрузка (35 % к собственным доходам) и зависимость от федеральных трансфертов (28 % доходов бюджета) ограничивают финансовую гибкость региона.

Гипотеза исследования состоит в том, что переход от моноцентрической к полицентрической модели пространственной организации, дополненный синхронизированной диверсификацией экономики, модернизацией институциональной среды и внедрением механизмов адаптации к внешним шокам, позволяет преодолеть структурные дисбалансы и вывести аграрноиндустриальный регион на траекторию сбалансированного устойчивого развития, обеспечивающего согласованный рост качества жизни, экологической устойчивости и технологического суверенитета.

По итогам исследования разработана полицентрическая модель пространственного развития Тамбовской области, основанная на формировании шести межмуниципальных центров с функциональной специализацией: Тамбовский (главное агломерационное ядро, административный, финансовый и

ИТ-центр), Мичуринский (научно-образовательный и агробиотехнологический центр — «Агронаучная долина»), Моршанский (северный лесопромышленный и туристско-рекреационный центр), Кирсановский (восточный логистический центр и центр сельскохозяйственной переработки), Уваровский (западный агрохимический и промышленный центр), Токаревский (специализированный агроперерабатывающий центр юго-запада). Каждый центр рассматривается как функциональная агломерация — группа муниципалитетов, объединённых общими экономическими, транспортными и социальными связями.

Сформулированы четыре стратегических направления устранения дисбаланса устойчивости развития:

• 1)    экономическая диверсификация на основе межмуниципальных кластеров (агробиотехнологического в Мичуринске, лесопромышленного в Моршанске, агрохимического в Уварово, логистического в Кирсанове, агроперерабатывающего в Токаревке) и повышение доли инвестиций в ВРП;

• 2)    социально-демографическая стабилизация через программу «Земский специалист 2.0», создание межвузовского кампуса, модернизацию здравоохранения, сокращение миграционного оттока молодёжи, снижение уровня бедности;

• 3)    экологическая трансформация, включающая модернизацию очистных сооружений, строительство экотехнопарка, переработку ТКО, внедрение климатоадаптивных технологий в АПК;

• 4)    институционально-пространственная интеграция посредством создания Регионального агентства пространственного развития, расширения механизмов ГЧП.

Заключение

• 1.    Сохранение инерционного сценария пространственного развития Тамбовской области неизбежно приведет к окончательной утрате человеческого капитала на периферии и снижению конкурентоспособности региона.

• 2.    Ключевым решением является формирование системы шести функционально специализированных межмуниципальных центров, что позволяет охватить все муниципалитеты Тамбовской области и создать реальные точки притяжения.

• 3.    Успех стратегии зависит от жесткой концентрации ресурсов на приоритетных направлениях, эффективной системы управления и диверсификации финансово-инвестиционных механизмов.

Проведенный анализ позволяет сформулировать обоснованную модель перехода региона от моноцентрической к полицентрической системе. Реализация предложенной стратегии даст возможность стабилизировать численность населения, создать тысячи новых рабочих мест с достойным уровнем оплаты труда, перейти от сырьевой модели экономики к модели с высокой добавленной стоимостью. Формирование системы опорных пунктов – это фундаментальная трансформация пространственной организации области, обеспечивающая сбалансированное, устойчивое и комфортное для жизни развитие на всей территории Тамбовской области. Предложенные методические подходы обладают тиражируемым потенциалом для других аграрноиндустриальных регионов ЦФО.