Концептуальное пространство лингвокультуры в системе трех измерений

Наша концепция изучения концептуального пространства лингвокультуры основана не просто на выделении, но на ранжировании лингвокультурных концептов.

Предлагаемая нами уровневая дифференциация концептов включает три основные взаимосвязанные группы единиц: аксиологические концепты, аксиоматические концепты и культурно-когнитивные модели. Рассмотрим каждую группу более подробно.

Считаем, что глубинный уровень концептуального пространства лингвокультуры составляют аксиологические концепты — инвариантные представления коллектива о том, что для него значимо , что есть идеал , и имплицирующих, что есть норма [Выжлецов, 1996]. На этом основании аксиологические концепты не тождественны культурным концептам А. Вежбицкой (судьба, тоска , воля и др.), культурным концептам С.Е. Никитиной (земля, смерть с косою острою и др.), культурным константам Ю.С. Степанова (вечность, любовь, беззаконие и др.). К числу аксиологических следует относить не только этические и эстетические концепты высокой степени абстракции (идеалы: добро , щедрость и др.), но и более конкретные представления коллектива о том, что для него значимо. И.В. Привалова приводит следующие примеры аксиологических концептов американской лингвокультуры, отмечая их лакунарность в других лингво-культурах: privacy , self-made man , challenge , diversity [Привалова, 2006]. Мы приведем примеры аксиологических концептов новозеландцев европейского происхождения : egalitarianism , remoteness , ingenuity / resourcefulness. Среди традиционных ценностных концептов коренного населения Новой Зеландии маори значимым является, например, принцип реципрокальности (взаимности, взаимообмена) в межплеменных и межличностных отношениях ( utu ), а также принцип энергетической , жизненной силы ( mana ). Таким образом, состав и содержание аксиологических концептов в разных лингвокультурах различны.

Содержание аксиологического концепта является источником оценочных и нормативных представлений, которые в виде аксиологических маркеров присутствуют в составе многих других концептов. Например, в картине мира новозеландцев европейского происхождения ценностью считается эгалитарное общество ( egalitarianism ), при этом соответствующие аксиологические маркеры заметно выражены в концепте tall poppy ( tall poppy syndrome , the great Kiwi Clobbering machine ), фиксирующем отклонение от «нормы» и негативное отношение к слишком успешным людям, которых считают «выскочками»: «Why do We Hate Tall Poppies ?» (заголовок газетной статьи).

Следующая выделяемая нами группа концептов названа аксиоматической. Ее единицы являются важными механизмами непосредственной реализации аксиологических концептов и вбирают в себя пучок этнокультурных аксиологических маркеров. Данные концепты являются инвариантными общепринятыми представлениями коллектива о культурных феноменах (в широком смысле), поэтому они — аксиомы лингвокультуры . К этой группе мы относим следующие единицы: концепты - символы, или иконические концепты (содержательная сторона знака-символа этнической или национальной культуры [Лотман, 1992; Загидуллина, 2010]); мифологемы (матричные концепты, инварианты смыслообразования мифологической картины мира [Леви-Стросс, 1970]), современные мифологемы — когнитивные структуры, функционирующие как средство формирования общественного сознания; теологемы (структу-ро- и смыслообразующие концепты религиозных прецедентных текстов); стереотипические концепты (обобщенно-схематические представления обо всех членах категории как результат «унификации», «упрощения», отсечения «лишнего» [Красных, 2004; 2008]); каноны (представление о норме, в соответствии с которой осуществляется деятельность [Красных, 1999]); прецедентные феномены [Красных, 1997]; фразеологемы и паремиологемы (инвариантные смыслообразующие концепты, стоящие за целым рядом фразеологических единиц или паремий [Бегун, 2010, с. 31]).

Языковая репрезентация аксиоматических концептов представлена прецедентными именами, прецедентными высказываниями, прецедентными текстами, по В.В. Красных [Красных, 1997; 2003; 2008], а также фразеологизмами, паремиями, именами аналитического типа, по В.Н. Телия [Телия, 2005], или несвободными сочетаниями, по Н.Б. Мечковской [Мечковская, 2000], и нефиксированными описаниями стереотипических ситуаций [Красных, 2008].

Аксиоматичность данных единиц выражается и в том, что нередко аргументатив-ный дискурс заканчивается пословицей, либо резюмирующим прецедентным высказыванием, либо итоговым именованием обсуждаемой ситуации с привлечением прецедентного имени, которые являются последним «аргументом», аксиомой . В данном положении мы солидарны с В.В. Бегун, отмечающей, например, что «паремии не только аксиологичны, они еще и аксиоматичны . Сама форма является аргументом в защиту положений, которые констатирует паремия: пословица , как известно , не врет » [Бегун, 2010, с. 31].

В картине мира новозеландцев европейского происхождения прецедентной единицей является, например, представление, стоящее за выражением She’ll be all right («все будет хорошо»), фигурирующим как резюме в различных дискурсах: So don't worry mate , she'll be all right ; и служащим средством идентификации страны: the land of She’ll be all right .

Таким образом, концепты-символы, мифологемы, теологемы, стереотипические концепты, каноны, фразеологемы и паремиологемы представляют аксиоматический уровень концептуального пространства лингвокультуры, уровень неоспариваемых, не подвергаемых сомнению аксиом, тогда как аксиологические концепты — это источник и первопричина формирования данных аксиом. Роль единиц аксиоматического уровня, как и роль аксиологических концептов, состоит в сохранении стабильности и традиционности картины мира.

Помимо уже названных групп аксиологических и аксиоматических концептов, выделяем также группу концептов, функционирующих в лингвокультуре как культурно-когнитивные модели . Выделение культурно-когнитивных моделей основано на постулируемой реализации и тиражировании в лингвокогнитивной деятельности аксиологических мотивационных установок как моделей должного [Леонтьев, 1998]. К этому уровню относим: метафорические и метонимические культурно-когнитивные модели [Лакофф, Джонсон, 2004]; культурно-когнитивные эталоны : as busy as a bee (эталон — вид ментальной модели, воспроизводимый как средство сравнения, оценивания или измерения свойств или качеств объекта [Канон, эталон..., 1999; Красных 2004]); прототипы (прототип — ментальная единица, представляющая в сознании всю категорию, благодаря мыслимым «наилучшим» или «типичным» свойствам репрезентируемого объекта [Rosch, 1975, p. 192—253; Демьянков, 1996, c. 140—145]), так, в картине мира маори категория транспорт сложилась на основе исторически типичного вида waka - каноэ ( waka - canoe, transport, waka tono - taxi, waka hiki - crane).

Культурно-когнитивные модели по определению (вследствие «тиражируемости») являются лингвокогнитивными. Их языковая репрезентация выражена в словообразовании: явлениях семантической деривации (метафора, метонимия, расширение, сужение значения), морфемной деривации, словосложения, а также в образовании аналитических имен, в сравнительных конструкциях. Основные результаты функционирования модели закрепляются как узуальные в лексиконах, семантиконах, фразеологическом фонде, другие фигурируют в речи как контекстно-обусловленные.

Все выделенные группы концептов (аксиологические, аксиоматические, культурнокогнитивные модели) связаны каузативно : аксиология ищет реализации в неоспариваемой и не требующей доказательств аксиоматике, порождая мифологемы, символы, фразеологемы и др., после чего аксиология, продублированная в аксиоматике, «тиражируется» в культурно-когнитивных моделях.

Иллюстрацией данной закономерности является пример из картины мира новозеландцев европейского происхождения пакеха. Исторически сложившийся аксиологический концепт ingenuity / resourcefulness, связанный с аксиологией первых европейских переселенцев (умение и необходимость все делать своими руками, обходиться подручными материалами), реализовался в аксиоматическом концепте number 8 wire (проволока, из которой новозеландцы могли делать до сотни разных вещей, ставшая легендой). Аксиологический концепт (ingenuity / resourcefulness) вкупе с аксиоматическим (number 8 wire) породил культурно-когнитивную модель для описания жизненных принципов находчивости, изобретательности по принципу сделай сам: number eight solution , number eight philosophy, number eight mentality, number eight mindset.

Таким образом, концептуальное пространство лингвокультуры может быть описано в системе трех измерений: аксиологические концепты , аксиоматические концепты как механизмы реализации этнокультурной аксиологии и культурно-когнитивные модели как средства «тиражирования» этнокультурной аксиоматики и аксиологии. Совокупность данных групп концептов формирует целостное концептуальное пространство лингвокультуры и создаёт отличие одной лингвокультуры от другой, вследствие чего их можно считать параметрами концептуального пространства лингвокультуры.