Критерии и факторы социального неравенства

Категория социального неравенства имеет высокую степень значимости в социальном дискурсе. Это связано с тем, что различия в уровне социальных возможностей членов общества формируют в социальной среде негативный отклик, проявляющийся в возрастании конфликтогенного потенциала общества и снижении его устойчивости по отношению к внешним дестабилизирующим воздействиям.

Проявления неравенства различны: от увеличения уровня преступности, связанного с попытками неправового перераспределения социальных благ, вплоть до возникновения внутрисо-циальной конфронтации, обусловленной формированием и обособлением социальных групп, различающихся по статусной определенности и доступности социальных возможностей [1]. Критической точкой данного процесса становится ситуация, когда групповое самосознание начинает доминировать над гражданским, что приводит к легализации в рамках социального мировоззрения деструктивных действий, направленных на представителей других групп. Следует отметить, что практически любая форма актуализации социального неравенства (кроме его проблематиза-ции среди представителей управленческой структуры общества и в области научного дискурса) несет в себе существенный деструктивный потенциал, что объясняется дискредитацией государства и культивацией социальной конфликтности. В связи с этим приобретает значимость постановка вопроса о способах противодействия рассматриваемому деструктивному явлению, что с необходимостью предполагает его анализ, в частности определение ведущих факторов возникновения неравенства в социуме.

В исследовательской практике неравенство как предмет изучения характеризуется значительной неоднородностью по критерию степени разработки его отдельных аспектов. С одной стороны, имеют место классические работы Э. Дюркгейма [2], Т. Парсонса [3], Р. Мертона [4], раскрывающие специфику функциональной дифференциации развивающегося общества и связанного с нею неравенства на общетеоретическом уровне. С другой стороны, термин «неравенство» прочно вошел в научное употребление и рассматривается как нечто самоочевидное, в связи с чем имеет место частота контекстуального употребления понятия без дополнительного пояснения. Кроме того, существует ряд работ, направленных на раскрытие текущей ситуации неравенства в российском обществе. К их числу относятся труды М.К. Горшкова [5], З.Т. Голенковой [6], а также коллективная монография «Модернизация структуры российского общества», выполненная на базе ИС РАН такими авторами, как З.Т. Голенкова, М.Ф. Черныш, А.Ш. Жвитиа-швили, Е.Г. Мешкова, П.М. Козырева, З.Е. Дорофеева, Е.Д. Игитханян, И.М. Орехова, Т.И. Горина, В.А. Мансуров, О.В. Юрченко, Г.Л. Воронин, И.Ф. Дементьева, А.А. Хагуров, М.Н. Муханова, Л.А. Семенова, О.А. Андросова, Ю.В. Голиусова. Она посвящена детализации актуальной ситуации неравенства посредством аналитического обзора массива эмпирических данных по состоянию российского социума [7].

Несмотря на то что факт обращения научного сообщества к тематике неравенства налицо, возникает существенная проблема, связанная с недостаточностью осмысления механизмов формирования неравенства и факторов актуализации скрытого в нем деструктивного потенциала на фоне высокого уровня научной репрезентации текущих проблемных процессов. Понимание данных механизмов имеет не только высокую теоретическую значимость, но и практическую, поскольку может способствовать выработке эффективной стратегии противодействия проблеме. На заполнение данного пробела направлена настоящая статья.

Неравенство в обществе не может быть изжито полностью, поскольку его структура на современном этапе развития предполагает наличие иерархически выстроенных социальных подсистем, а сферы социальной деятельности различаются по степени значимости для общества в целом. Сравнение социальных показателей населения в разных странах по критериям уровня доходов, качества жизни, власти, престижа, образования, характеру досуга показало, что степень развития неравенства вариативна [8] и не имеет прямой привязки к уровню развития социума в целом. Эта вариативность выступает основанием, определяющим практическую значимость постановки вопроса о критериях неравенства и механизмах его проявления в обществе. Прежде чем приступить к обзору проблемы, следует обратить внимание на важный момент: не все формы неравенства расцениваются членами общества как негативное явление. Рассмотренные деструктивные тенденции связаны с ситуацией, при которой понятие неравенства анализируется в противоречии с категорией социальной справедливости. Постановка вопроса о взаимосвязи развитой структуры общества (и наличия в ней иерархических связей) и уровня стратификации свидетельствует о необходимости неравнозначного распределения социальных позиций.

Обозначенные факторы позволяют сформулировать следующую гипотезу: актуализация проблемы социального неравенства связана с расхождением между уровнем стратификации, детерминированными актуальными структурными запросами общества и степенью распределения социальных благ и возможностей. Наиболее интенсивно социальное неравенство проявляется в ситуациях, когда показатели неравенства значительно превышают детерминированные текущими развитием и структурой общества нормы расхождения социальных позиций. Вместе с тем справедливо и следующее замечание: анализ адекватного уровню развития общественной структуры характера неравенства представляет собой сложную теоретическую задачу, решение которой недоступно большинству членов социума. При этом оценку реализации «социальной справедливости» осуществляет большинство представителей общественной структуры. В данном смысле справедливо суждение о том, что деструктивный потенциал неравенства связан также с расхождением между актуальной ситуацией распределения социальных благ и возможностей и сформированной в рамках общественного сознания моделью. Последнее служит классическим проявлением обратной связи между социальным познанием и процессами социального конструирования.

Таким образом, мы приходим к пониманию трех взаимосвязанных аспектов вопроса социального неравенства: проблемы объективных оснований неравномерного распределения социальных благ и возможностей среди членов общества; проблемы отклонений уровня неравенства в конкретной социальной системе от объективно определенного текущими характеристиками эпохи и политического строя (что представляет собой увеличение или уменьшение уровня неравенства, обусловленное снижением эффективности структуры социума); проблемы адекватности социальных оценок значимости (и, следовательно, уровня социальной награды) разных форм общественной активности.

Данное теоретическое разделение свидетельствует, в частности, о том, что возможны ситуации, при которых адекватное текущему уровню развития общества распределение социальных благ может сопровождаться существенным деструктивным общественным резонансом, связанным с противоречием между социальными ожиданиями населения и реальной практикой. Напротив, вероятна и ситуация, когда неадекватное распределение социальных благ в сочетании с соответствующей деформацией общественного сознания сводит на нет общественный резонанс относительно неравенства и, следовательно, определяет сохранение социального порядка в неизменном виде. Это отражает значимость рассмотренных проблем, поскольку речь идет о вариативных аспектах развития общественной структуры.

Обратимся к тематике объективных оснований развития социального неравенства. Данный вопрос имеет чрезвычайно высокий уровень теоретической разработанности ввиду того, что напрямую связан с одной из центральных проблем социологического дискурса - социальной стратификацией. Существуют следующие факторы, определяющие необходимость неравномерного распределения социальных благ и возможностей: различная степень приоритетности социальной деятельности (при сходном уровне затрат усилий, времени и т. д.); иерархичность социальных подсистем; зависимость социального вознаграждения от сложности осуществляемой деятельности; степень конкуренции в разных профессиональных сферах; иные институциональные факторы распределения социальных возможностей.

Набор определяющих факторов неравенства различается в зависимости от того, по какому критерию оценивается возникновение неравенства. Например, рассмотрение уровня властных отношений обусловливает приоритетность иерархичности общественной структуры и зависимость уровня власти от личных и профессиональных качеств того или иного человека, тогда как рассмотрение материального вознаграждения игнорирует момент иерархичности отношений и сконцентрировано в первую очередь на анализе прагматики социальной активности члена общества и степени востребованности его действий в рамках общественной структуры.

Так или иначе, чем выше уровень развития общественной структуры, тем больше концентрация власти и капитала в руках малых, но крайне влиятельных групп. Это представляет собой закономерный результат общественного развития и в некоторой степени выражает потребность общества в наличии централизованных структур по обеспечению управленческих, производственных и иных функций, удовлетворяющих требования политического режима [9]. Однако степень развития общества представляет собой лишь исходное условие, определяющее тенденцию распределения социальных благ и расхождение формирующихся позиций. Не меньшее значение имеет эффективность институциональной структуры социума [10, с. 56–64]. Сам по себе термин «неравенство» предполагает наличие существенных расхождений в средствах и возможностях. Однако речь может идти как о мере превышения нормы отдельными членами социума, так и о наличии ненормально низких возможностей, что служит результатом неадекватного функционирования основных социальных институтов. Высокий уровень социальной стратификации выступает нормой практически для любого современного общества, в то время как высокий уровень распространенности нищеты, необразованности, правовой ущемленности представляет собой деструктивное, отклоняющееся от нормы функционирования общества явление, подлежащее локализации и устранению [11].

Как показано ранее, существуют разные критерии социального неравенства - по уровню материального достатка, образованности, власти, престижа и личной свободы. Все эти измерения рассмотрения социального неравенства связаны с институтами экономики, политики, образования, здравоохранения и права, а также с культурно-информационными процессами, в рамках которых происходит локальное и широкомасштабное формирование общественного мнения. Данные разновидности неравенства (соответственно, и критериев его определения) представляют собой производные функции от состояния основных социальных институтов. Таким образом, проблема неравенства как утраты членами общества нормального набора возможностей фактически сводится к вопросу о снижении эффективности институциональной сферы общества, результатом которого становится возрастание степени социальной деструктивности [12].

Оптимизация социальной среды в данном случае выступает основанием для снижения уровня неравенства и восстановления системы отношений в том виде, какой предполагает текущая стадия развития общества. Социальные позиции не могут быть полностью усреднены, что вполне соотносится с различиями индивидуальных способностей и личностных качеств, имеющих профессиональное и социальное значение. Вместе с тем разрешение проблемы социального неравенства, связанное с оптимизацией институциональной сферы, выражено в устранении тенденции формирования широких групп ущемленного населения и переводе ряда членов социума в средний класс (как минимум по уровню экономических возможностей и качества жизни).

В обозначенной системе координат чрезвычайно большое значение приобретает отражение ситуации в общественном мнении, в частности оценка членами общества норм вознаграждения общественно полезной активности. Представления о «социальной справедливости», лежащие в основе протестных тенденций, ориентированных на вскрытие проблемы неравенства, предполагают внутренние критерии соотношения социальной активности и связанных с нею социальных поощрений. Наблюдается синтетическое объединение таких факторов, как риск при осуществлении деятельности; социальная значимость анализируемой сферы деятельности; профессиональные требования, предъявляемые к субъекту деятельности; личная оценка качества жизни носителей общественного мнения.

Последнее представляет собой один из важнейших факторов, определяющих характер общественного мнения. Фактически степень социальной удовлетворенности субъектов оценки, складывающаяся из личных притязаний и характера текущей ситуации, отражает их реакцию на социальный рост других членов общества (и их успешность в целом). С учетом того что психологически более простым шагом выступает усмотрение причины различий не в низком уровне личных качеств, а в характере внешних обстоятельств, наличие социальной неудовлетворенности членов социума является серьезным фактором актуализации проблемы социальной справедливости и некорректности общественной структуры.

Все это в совокупности свидетельствует о том, что отрицательный общественный резонанс, связанный с социальным неравенством, в первую очередь детерминирован состоянием «низов» и их расхождением с усредненными нормами социальной жизни, принятыми в качестве критериев состоятельности человека в обществе. В свою очередь негативные отклонения в уровне социальных возможностей населения представляют собой одно из следствий нарушения институциональной сферы. Таким образом, снижение деструктивного потенциала социального неравенства связано с изменением общих установок социального сознания и оптимизацией институциональной сферы общества в целях «подтягивания» наиболее ущемленных социальных групп до усредненных показателей социальной устроенности.

Ссылки:

• 1.    Голенкова З.Т. Социальная дифференциация и социальное неравенство населения // Вестник Тюменского государственного университета. Социально-экономические и правовые исследования. 2011. № 8. С. 162–168.

• 2.    Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М., 1996.

• 3.    Парсонс Т. Система современных обществ / пер. с англ. Л.А. Седова, А.Д. Ковалева ; под ред. М.С. Ковалевой. М., 1998. 270 с.

• 4.    Мертон Р.К. Социальная теория и социальная структура. М., 2006. 873 с. ; Merton R.K. The Sociology of Science: Theoretical and Empirical Investigations. Chicago, 1973. 605 p.

• 5.    Горшков М.К. Социальные неравенства как вызов современной России // Вестник Института социологии. 2010. № 1. С. 24–47.

• 6.   Голенкова З.Т. Указ. соч.

• 7.    Модернизация структуры российского общества / З.Т. Голенкова, М.Ф. Черныш, А.Ш. Жвитиашвили и др. М., 2008.

• 8.   Горшков М.К. Указ. соч.

• 9.    Нарыков Н.В. К проблеме типизации политических режимов // Теория и практика общественного развития. 2009. № 3–4.

• 10.    Мертон Р.К. Указ. соч. С. 56–64.

• 11.    Merton R.K. Op. cit.

• 12.    Кубякин Е.О., Плотников В.В. Феномен дестабилизации локальной социальной системы (государства) // Научный вестник Омской академии МВД России. 2015. № 4 (59) ; Плотников В.В. Трансформация социальных институтов как генетический фактор феномена экстремизма. Краснодар, 2016. 228 с.