Методические подходы к работе с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России

Актуальность культурологической типологизации методических подходов к работе с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России обусловлена, с одной стороны, большим количеством публикаций по теме, что говорит о научнотеоретическом и практическом интересе к ней. Региональная специфика обеспечивает оригинальность публикуемого материала, а ценность накопленного практического опыта конкретной группой теоретиков или отдельных энтузиастов стимулирует большой интерес общественности. С другой стороны, обобщение накопленного опыта в связи с широким информационным потоком материалов о реализации в регионах России культурно-образовательной политики представляет собой непростую исследовательскую задачу. Необходима, на наш взгляд, разработка унифицированного алгоритма систематического обзора теоретических исследований и обнародования практического опыта в области методики работы с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России.

Свой вклад в решение этой проблемы мы видим в предварительной типологизации существующих методических подходов по отраслям или критерию комплексности. Нельзя однозначно утверждать, что отраслевой или, напротив, комплексный тип методических подходов лучше и рациональнее. Они взаимодополняемы. И специалист региональной системы управления образованием или культурой, в зависимости от решаемых задач, обязан учитывать обстоятельства, в которых отраслевой подход [16; 24, 27] эффективней комплексного [4; 21; 22] или где необходимо выйти за рамки отраслевых ограничений с целью достижения синергетического эффекта межотраслевого взаимодействия.

Объектом исследования является общее поле культурно-образовательной политики современной России, образующееся на пересечении стратегических установок государственной политики в областях культуры и образования.

Предмет исследования - пересечение комплексных и отраслевых методических подходов к работе с культурным наследием региона.

Эмпирический материал представляют собой практики работы с культурным наследием региона, нашедшие отражения в докладах и публикациях материалов ежегодного международного научного форума «Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия», отметившего в 2024 году свое десятилетие [19; 20].

Цель исследования состоит в определении и типологии комплексных и отраслевых методических подходов к работе с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России.

Методологическую базу составляет теория социального пространства П. Бурдьё, которое, по мысли теоретика, образуется параллельно функционирующими символическими системами: культурной, политической и экономической. Каждая из этих систем отражает совокупность регулирующих человеческую деятельность нормативов. В процессе разноуровневого взаимодействия все три системы частично пересекаются, создавая взаимно трансформирующие ресурсы социальных практик. В точках их пересечения появляются социальные институты, воспроизводящие ценности и смыслы [8; 9]. Отрасли культуры и образования относятся к общей символической системе регулирующих человеческую деятельность нормативов. И на региональном уровне представляют собой единое ценностно-нормативное поле, пересекающееся с политикой и экономикой [11; 23]. Методику составляет комплекс приемов культурологической типологизации и атрибуции, предложенный А. Я. Флиером [29], разрабатываемый и активно применяемый российскими культурологами [1; 5; 26; 30].

Отраслевые подходы сформировались и развиваются в рамках ведомственных документов планирования и отчетности. Они отражают структуру вертикали исполнительной власти. И их эффективность определяется качеством и соответствием деятельности каждого конкретного учреждения культуры или образования ключевым показателям стратегического развития региона и России в целом.

Комплексные подходы в большей мере отражают озабоченность теоретиков культуры и образования межведомственной разобщенностью в рамках управления общим полем культурно-образовательной политики, что особенно заметно на региональном уровне. Однако стоит обратиться к анализу социокультурных функций конкретных учреждений культуры и образования, а также рассмотреть существующие между ними системные связи в рамках единого культурного пространства региона, становится очевидна потребность в комплексном подходе к сохранению и развитию регионального культурного наследия в контексте современной российской культурной и образовательной политики. Будь то материальное наследие (здания, сооружения, музейные экспонаты, библиотечные и архивные фонды и пр.) или нематериальное живое наследие (традиции, обряды, промыслы, научные школы, языки и фольклор народов России и пр.) его сохранение невозможно без реализации ценностного ресурса непосредственно в образовательных практиках. Да и образования, слабо ориентированное в пространстве культурного наследия региона, существенно теряет в качестве патриотического и общегуманитарного воспитания подрастающего поколения или же специалистов высшей квалификации.

Сильные стороны отраслевых подходов:

• 1.    разработанность нормативной и научно-методической базы;

• 2.    прозрачность отчетности, статистический учет деятельности конкретных лиц и учреждений, развитие автоматизированной (цифровой) аналитической инфраструктуры;

• 3.    приоритетность программного и проектного финансирования деятелей культуры и образования, из объединений и учреждений по отраслям.

Слабые стороны отраслевых подходов:

• 1.    слабая ориентация конкретных программ и проектов в общем поле культурно-образовательной политики, что усиливает риск снижения их общего синергетического социокультурного эффекта;

• 2.    перегруженность отчетностью исполнителей конкретных мероприятий, снижающая их качество;

• 3.    формальный подход к учету эффективности расходуемых средств, что усиливает риски завышения отчетных показателей по конкретным мероприятиям.

Сильные стороны комплексных подходов:

• 1.    ориентация конкретных программ и проектов на общий социокультурный эффект для развития культуры и образования региона;

• 2.    привлечение и обслуживание более широкой аудитории населения региона с ориентацией на конкретный результат в рамках проектного финансирования;

• 3.    рациональное расходование средств, организационных и кадровых ресурсов с учетом нужд различных отраслей культуры и образования региона и России в целом, обеспечивающее, как правило, более заметный синергетический социокультурный эффект.

Слабые стороны комплексных подходов:

• 1.    непроработанность нормативной базы, сложная и длительная процедура межведомственного согласования конкретных межотраслевых программ и проектов, что усиливает риск потери их актуальности к моменту начала реализации;

• 2.    отсутствие системы межотраслевого планирования и отчетности по мероприятиям на региональном уровне, что усиливает риск нерационального дублирования интеллектуальных усилий различных специалистов в рамках проектирования социокультурной деятельности;

• 3.    при развитой системе проектного финансирования отсутствие долгосрочных межведомственных программ, что усиливает риск фрагментарности заметного синергетического социокультурного эффекта для развития региона.

Предпринятая нами типологизация и атрибуция сильных и слабых сторон комплексных и отраслевых подходов к работе с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России на материале докладов и публикаций материалов ежегодного международного научного форума «Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия» позволяет заключить, что дальнейшее совершенствование работы учреждений различных отраслей возможно лишь при учете общих интересов развития культурного пространства региона. Следовательно, наращивание эффективности комплексных и отраслевых подходов видится именно в их взаимодополняемости с учетом конкретных условий реализации региональных программ и проектов.

Дополнительно хотелось бы остановиться на социокультурной практики обращения в образовательных и просветительских целях к нематериальному культурному наследию, — к объекту, пока слабо разработанному методически и остающемуся зачастую в тени дискуссий о сохранении материального наследия. Это происходит по причине определения ценности нематериальных объектов посредством материальных маркеров. Такими маркерами в лобом городе или сельском населенном пункте, прежде всего, выступают памятные места. Включение коммеморативной практики в образовательный процесс высвечивает тесную связь отраслей культуры и образования в общем социокультурном пространстве региона и страны в целом.

Рассмотрим один из примеров.

В 1994 г. силами студентов исторического факультета Армавирского государственного педагогического института (ныне университет) под руководством выдающегося ученого кавказоведа, археолога, доктора исторических наук, крупного организатора науки, Заслуженного деятеля науки ЧеченоИнгушской АССР (1978), Заслуженного деятеля науки РСФСР (1982), Заслуженного деятеля науки Кубани, члена Союза журналистов России Виталия Борисовича Виноградова (1938–2012) в ознаменование 200-летия основания Старой Станицы на берегу реки Кубань в Армавире по адресу ул. Ставропольская, дом 2 был установлен памятный камень с надписью «200 лет. В 1794 году донскими казаками было основано поселение, послужившее началом развития Старой Станицы». Камень был поднят студентами-археологами из культурного слоя, датируемого годом основания станицы. За десятилетия это памятное место стало местом притяжения горожан, местом гражданского свадебного ритуала памятования.

Просветительским поводом установки такого памятника стал проведенный Виталием Борисовичем опрос слушателей его публичных лекций для молодежи и жителей Армавира в читальном зале Центральной городской библиотеки им. Н. К. Крупской. Виталий Борисович был удивительно интересным лектором-рассказчиком, собирая непременно полные залы аудитории. Спрашивал Виталий Борисович: «Когда был основан Армавир?», «Что старше Старая Станица или город?», «Почему получила свое название Старая Станица?», – и часто наталкивался на озадаченные взгляды застигнутых врасплох удивленных горожан.

Так что переоценить скромный вклад научно-педагогической школы В. Б. Виноградова в преодоление проблемы забвения современным горожанином исторических корней своей малой родины попросту невозможно.

Интересный факт: слушателями этих лекций в 1990-е гг. стали постоянные участники форума «Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия»: кандидат культурологии Г. В. Бакуменко, доктор филологических наук И. В. Калус, доктор исторических наук А. Л. Пелих, кандидат исторических наук С. Н. Ктиторов, доктор исторических наук Н. Н. Великая и наверняка ещё не один десяток педагогов и ученых.

Сейчас у камня пространство благоустроено, к нему ведёт т.н. «аллея влюбленных». Трудно и сосчитать, сколько пар, сочетаясь брачными узами, пришли на поклон к памятному камню, сколько армавирцев в результате народилось, которые спустя 30 лет тоже парами приходят к нему.

Сам памятник формально не является культурным наследием. Но это вполне осязаемый материальный маркер такого нематериального культурного наследия, как научно-педагогическая школа, теоретическое осмысление ценности которой только формируется в научных кругах [15]. Социокультурный эффект одного из результатов деятельности научно-педагогической школы В. Б. Виноградова трудно поддаётся количественным измерениям. На сегодняшний день не существует формальных показателей его соизмеримости с подобными же фактами гражданской ответственности ученых и педагогов в ведомственных статистических отчетах по управленческой вертикали ни в отрасли культуры, ни в образовании.

Но можно обратить внимание на тематику докладов бывших слушателей лекций В. Б. Виноградова в рамках различных секций форума «Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия»:

Бакуменко: «Коммуникативная модель совершенствования системы управления региональной культурной политикой» [1], «Проблемы коммеморации и коммодификации научно-технического наследия» [2], «Символизация успеха в экономике свободного времени» [3], «Функции научной школы в культуре научной коммуникации как самоорганизующемся сегменте социальной реальности» [4];

Белецкая, Великая : «Нравственный потенциал фольклорного наследия народов Северного Кавказа: межличностные отношения» [6], «Этногенетические и топонимические легенды и предания народов Северо-Восточного Кавказа» [7];

Великая: «Армавир как новый кластер культурно-познавательного туризма на Кубани: перспективы развития» [10];

Калус: «"Кавказская тема" в прозе Вацлава Михальского: личное, народное, национальное» [12], «Пути сохранения традиционных духовно-нравственных и эстетических ценностей в современной литературе, ориентированной на классический идеал» [13];

Калус, Цой: «Духовно-эстетический срез проблемы исторической памяти и ее актуализация в творчестве В. В. Михальского» [14];

Ктиторов: «Мемориал "Пушкинские места": память о поэте на землях восточной Кубани» [17];

Ктиторов, Пелих: «Парк "Городская роща" в Армавире: история развития и динамка социальнокультурных функций» [18].

Тематика перечисленных докладов раскрывает просветительский импульс деятельности Виталия Борисовича Виноградова как основателя и наставника научно-педагогической школы. Этот импульс можно описать в нескольких принципах, имеющих непосредственную ценностную окраску: любовь к родному краю, к малой Родине; осмысление истории региона в непосредственном контексте сложных исторических процессов; бережное отношение к историко-культурному наследию региона, как к материальному, так и к нематериальному, ведь оно понимается как свидетельство реальной жизни, в которой каждый материальный объект имеет непреходящее символическое значение значимых для каждого человека идей и ценностей, передаваемых из поколения в поколение.

Подчеркнем важное сущностное свойство такого нематериального культурного наследия как научнопедагогическая школа - это живое наследие и, наравне с такими системными элементами живого наследия как язык или традиции, оно не поддаётся музеефикации, поскольку продолжает жить в научных семинарах Кавказоведческой Школы В. Б. Виноградова [25] и межрегиональных научнопрактических конференциях [28], в научной, педагогической и просветительской деятельности не только ученых, составляющих ядро научной школы, но и их воспитанников вне зависимости от области приложения их профессионального мастерства.

Мы коснулись только одного материального маркера социокультурного феномена научнопедагогической школы, возникающего в едином поле культуры и образования, раскрывающего его ценность как нематериального живого культурного наследия. Но их на самом деле множество. Картографирование таких объектов для раскрытия всего масштаба социокультурного влияния одной только Виноградовской школы – задача непростая. Хотя культурологическая атрибуция ценностного содержания живого культурного наследия научно-педагогической школы Виталия Борисовича позволяет определить его место в сложной системе современной общероссийской культуры в качестве фундаментального её основания - семиотического кода, ключа к пониманию российскости*.

В заключение подчеркнем основной тезис, общий итог проведенного исследования. Наращивание эффективности комплексных и отраслевых методических подходов к работе с культурным наследием региона в контексте культурно-образовательной политики современной России возможно только в их взаимодополняемости с учетом конкретных условий реализации региональных программ и проектов. Это и составляет базовую прикладную задачу региональной культурологии образования.

• [6]    Белецкая, Е. М., Великая, Н. Н. Нравственный потенциал фольклорного наследия народов Северного Кавказа: межличностные отношения // Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия : сб. науч. ст. по итогам Междунар. науч. форума / отв. ред. И.И. Горлова. – Краснодар : Родные традиции, 2017. –

С. 158-169.

• [7]    Белецкая, Е. М., Великая, Н. Н. Этногенетические и топонимические легенды и предания народов СевероВосточного Кавказа // Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия: сб. науч. ст. по итогам Междунар. науч. форума. – Краснодар, 2018. – С. 374-386.

• [8]    Бурдье, П. Практический смысл / П. Бурдье; ред., пер. с фр. и послесл. Н. А. Шматко. Санкт-Петербург : Алетейя; Москва : Ин-т эксперимент. социологии, 2001. – 562 с.

• [9]    Бурдье, П . Социология политики / П. Бурдье; сост., ред. и предисл. Н. А. Шматко; пер. с фр. Е.Д. Вознесенской. – Москва : Socio-Logos, 1993. – 335 с.

• [10]    Великая, Н. Н. Армавир как новый кластер культурно-познавательного туризма на Кубани: перспективы развития // Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия : программа и тез. докл. участников X Междунар. науч. форума. – Москва, 2024. – С. 47-48.

• [11]    Горлова, И. И., Костина, Н. А. Научно-методические основы культурной политики в системе современного российского образования // Культурное наследие России. – 2024. – № 2 (45). – С. 4–13.

• [12]    Калус, И. В. «Кавказская тема» в прозе Вацлава Михальского: личное, народное, национальное // Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс межнационального согласия : программа и тез. докл. участников

  X Междунар. науч. форума. – Москва, 2024. – С. 102-103.