Методологические и методические основы изучения категории партитивности в современном языкознании

В самом общем плане исследование языка можно определить как исследование категорий, выраженных в языке.

• У. Лабов¹

Вопрос изучения мыслительной основы языковых структур и их речевых реализаций рассматривается в современной лингвистической парадигме в качестве одного из важнейших. В этой связи особо актуальными становятся исследования в рамках контрастивной лингвистики – области языкознания, ориентированной на сопоставительный анализ генезиса, развития и функционирования языковых построений в плане их обусловленности ментальным субстратом, важнейшей составляющей которого являются дискретные элементы сознания – концепты (понятия), способные группироваться в сложные структуры, называемые п о н я т и й н ы м и к а т е г о р и я м и, которые восходят к трактату Аристотеля «Категории» [Аристотель 1939].

Значимость категорий подчеркивают многие ученые разных областей знания: «Исключительная ценность этого понятия для всех наук и научного мышления не может быть поставлена под сомнение» [КСКТ 1997: 45]. В связи с этим ценным представляется изучение категорий (понятийных и языковых), учитывая их более чем двухтысячелетнюю вписанность в эволюцию культуры.

Особое место среди категорий занимает категория п а р т и т и в н о с т и. Эта понятийная категория, как правило, характеризуется авторами в её отношении к языковой категории (Ф.Брюно, О.Есперсен, Бодуэн де Куртенэ, И.И.Мещанинов, В.В.Ильин, А.В.Исаченко, В.З.Панфилов, С.А.Швачко, А.В.Акуленко, Л.Д.Чеснокова, М.М.Копыленко, А.В.Бондарко и др.), которая трактуется как универсально – лингвистическая, связанная во всех языках мира с одной из неотъемлемых сторон бытия, как «тотальная», «принадлежащая всем сторонам знаковой системы языка» [Витгенштейн 1985:114], «пронизывающая всю систему языка, и его лексику, и его грамматику» [Мигирин 2002: 234].

Категория п а р т и т и в н о с т и изучается в лингвистике с середины XIX в. (Э.Гуссерль, Э.Нагель, Ч.Пирс, Э.Сепир, Г.Фреге, Р.Якобсон и др.), однако и на сегодняшний день она не утратила интереса исследователей (Л.В.Глобина, О.В.Горбунов, С.В.Киселева, Л.Б.Никитина, Н.А.Седова, R.Chaffin,   D.Douglas,   B.Smith, А.С.Varzi,

M.E.Winston).

Так,     И.В.Арнольд, А.И.Варшавская,

В.Б.Касевич, М.В.Никитин, J.Lyons и др. констатируют недостаточную исследованность отношения между ч а с т ь ю и ц е л ы м как в онтологическом, так и в эпистемическом и язы-

ковом планах, в то время как именно партитивные отношения играют важнейшую роль как в языке, так и в мышлении, отражающем реальные связи в мире вещей [Никитин 2003].

В настоящее время проблема репрезентации действительности в виде языковой картины мира, национально-культурных концептов все более определенно связывается с осознанием фундаментальных свойств человеческих языков – антропоцентризмом и функционально-семантической системностью. А это в свою очередь актуализирует необходимость накопления знаний для создания общечеловеческого к о г н и -тивно–семантического конт и н у у м а (В.Н.Манакин, В.В.Налимов). Н.Ф.Алефиренко утверждает, что противоборство» процессов интеграции и дифференциации в структуре ц е л о г о (выделено нами – З.К., А.Д. ) – главный стимул развития языковых инноваций» [Алефиренко 2002: 96].

Антропологическая парадигма в современном отечественном языкознании, представленная рядом направлений, характеризуется единым объектом научных поисков многих исследователей: о б р а з а ч е л о в е к а как создателя языка, отображающего в языке и посредством языка свое сознание, свое видение мира и самого себя в этом мире.

При этом антропоцентрическая семантика сосредоточивает свое внимание на исследовании особенностей языковой концептуализации действительности в целом (языковой картины мира) и отображении в языке отдельных смысловых универсалий: фрагментов языковой картины мира – языковых образов-концептов. Такой подход позволяет реализовать м и р о с о з и д а ю -щ у ю функцию языка [Кубрякова 2009].

Важность рассмотрения категории партитив-ности вытекает из следующих положений:

• 1)    данная категория играет опосредующую роль при установлении отношений между явлениями действительности, с одной стороны, и категориями языка, – с другой;

• 2)    категория партитивности выполняет функции структурирования элементов сознания, квантования и определённой систематизации мыслительных единиц, что готовит почву для последующего перевода их в сферу языка;

• 3)    она носит универсальный характер, что объясняется её детерминированностью реальной действительностью и логическим строем человеческого мышления, принципиально общим для всех людей [КСКТ 1997].

Когнитивный подход учитывает процесс восприятия человеком окружающего мира и формирование на этой основе к о н ц е п т у а л ь -н о й к а р т и н ы м и р а. Последняя про- ецируется на лексическую систему, т.е. принцип антропоцентризма позволяет представить систему языка через восприятие человека, в том числе и изучаемую нами категорию.

Приступив к лингвистическому исследованию категории партитивности, мы отталкивались от факта, что язык отражает, а точнее к о н с т -р у и р у е т объективную действительность, а в объективной действительности все предметы и явления находятся в определённых связях и отношениях как в статике, так и в динамике: «В любом познавательном процессе выявляются две его стороны: с т а т и ч е с к а я, отражающая определенные результаты (знания), и д и н а -м и ч е с к а я, связанная с самими мыслительными операциями, ведущими к достижению этих знаний, а также направленными на их интерпретацию или переосмысление» [Болдырев 2006: 8].

Данную точку зрения поддерживают многие лингвисты, в том числе: Н.Ф.Алефиренко, А.В.Бондарко, С.Е.Никитина, Б.А.Успенский и др. В связи с этим в нашей работе категория пар-титивности исследуется в этих двух аспектах: в статике (фрагмента предметной картины мира) и в динамике (фрагмента процессуальнособытийной картины мира).

Несмотря на приоритетность изучения категории партитивности, на сегодняшний день сведения о ней носят фрагментарный характер. Более того, в наше время не разработана теория концептуализации категории партитивности и её вербализация в языках. В связи с этим решение данной проблемы, безусловно, является актуальным.

Итак, актуальность исследования категории партитивности в данной концепции обусловлена рядом факторов:

• •    отсутствием теории концептуализации категории партитивности и её вербализации в языках;

• •    в общеграмматическом аспекте – необходимостью категориального подхода, так как «грамматика становится наукой сегодняшнего дня, если её изучать от категории к знаку» [Ми-гирин 2002: 234] в плане прогнозного знания [Алефиренко 2009: 32];

• •    в общетеоретическом плане – необходимостью разработки такой теории для проникновения в сущность языка, поскольку именно через категории реализуется «миросозидающая функция языка» [Кубрякова 2009];

• •    в типолого-сопоставительном аспекте необходимостью выявления этнолингвистических особенностей концептуализации категорий, поскольку «в самом общем плане исследование языка можно определить как исследование к а -

• т е г о р и й, выраженных в языке», указывает крупный типолог У.Лабов;

• •    в общенаучном плане – необходимостью накопления знаний при категориальном изучении языков для создания общечеловеческого когнитивно-семантического к о н т и н у у м а [Манакин 1994; Налимов 2003];

• •    в семиотическом плане – для уточнения места естественного человеческого языка (в его категориях) в семантической шкале естественных и искусственных языков [Налимов 2003: 274] и «едином семиотическом континууме» [Мечковская 2004: 392].

Необходимо подчеркнуть, что данное исследование входит в общий ряд работ, отражающих особый интерес в современном отечественном и зарубежном языкознании к глобальной проблеме структурирования человеческого знания о мире в языке (речи), тексте, дискурсе. В рамках когнитивного подхода к языку как две центральные его проблемы рассматриваются структуры представления различных типов знания в языке и способы концептуальной организации знаний в процессах построения и понимания речевых сообщений.

Учитывая то, что парадигмы в лингвистике, в отличие от естественных наук, не характеризуются абсолютным разрывом с предшествующей научной традицией [Налимов 2003: 14], необходим учет предшествующих этапов изучения категории партитивности в языке.

В настоящее время можно говорить о трёх основных подходах к трактовке языковых категорий в лингвистике: с т р у к т у р н о м (по типу оппозиций); ф у н к ц и о н а л ь н о м (полевом) и к о г н и т и в н о м (прототипическом) [Болдырев 2006: 6].

С т р у к т у р н ы й п о д х о д обогатил теорию категорий результатами изучения бинарных оппозиций, к примеру: категории качественности – количественности, определенности – неопределенности, дискретности – континуальности и т.д. Но одновременно была выявлена и ограниченность этого подхода, при котором континуальные, недискретные языковые единицы, с явлениями асимметрии, трудно укладывались в жесткие, дискретные рамки категорий.

Ф у н к ц и о н а л ь н ы й, п о л е в о й п о д х о д, базирующийся на принципе семантической инвариантности / вариативности позволил интерпретировать соотношение понятийных и языковых, семантических категорий, особенно в теории функциональносемантических полей (ФСП) (Бондарко 1976, 1984, 1988, 2003 и др.) как «национально детерминированной реализации семантических кате- горий» [Всеволодова 2009: 76]. Мы считаем продуктивной идею М.В.Всеволодовой относить понятийные категории к категориям Языка, а их реализацию в каждом языке вслед за А.В.Бондарко именовать категориями ф у н к -ционально - семантическими, имеющими в языке несколько рангов (А.В.Бондарко, Н.Н.Болдырев, М.В.Всеволодова и др.). Поэтому в нашем исследовании глубинная понятийная категория партитивности считается категорией Языка очень высокого ранга.

К о г н и т и в н ы й п о д х о д к проблеме категорий, рассматриваемый как компромисс между платоновским взглядом (на дискретность категорий) и винттгенштейновским (недискрет-ности категорий и размытости границ между ними), базируется на п р о т о т и п и ч е с к о м п о д х о д е в трех его основных концепциях [КСКТ 1997:140-145].

Для нашего исследования наиболее оптимальным представляется поиск прототипа в духе Э.Рош [Rosch et al. 1976] и установка на б а -з и с н ы й у р о в е н ь категоризации. Установка на базисный уровень объясняется в стандартной версии теории прототипов тем, что связываемое с этим уровнем целостно-образное восприятие обеспечивает наилучшим образом систематизацию знания. Как пишет Дж.Лакофф, «хорошие гештальты когнитивно просты, легко изучаются, легко запоминаются и легко употребляются» [Лакофф 2004:695].

Следует подчеркнуть, что именно в этом, когнитивном, направлении два базовых понятия – з н а н и е и и н ф о р м а ц и я – синонимизи-руются [КСКТ 1997: 28]. Объективным основанием для этого является учет современной т е х н о г е н н о й ц и в и л и з а ц и и, когда «атомами» мироздания стали не только в ещ е -ств о и эн ергия, но и знани е и ин-ф ормация, на базе чего возник «союз информатики и языкознания» (В.М.Андрющенко, Ю.Н.Караулов, Вяч.Вс.Иванов, В.И.Постовалова, Р.К.Потапова и др.).

В современной информатике и н ф о р м а -ц и я понимается как «всеобщая генеративная основа Вселенной, всё, что внутри нас, вне нас и во всей Вселенной, т.е. вездесущая информация» [Юзвишин 2000: 62].

Изучение этих двух базовых понятий позволяет выделить во Вселенной четыре основные концептосферы: ф изи о с ф ер а, би о с ф ер а, с оци о с ф ер а и т ехн о с ф ер а, а также начавшееся формирование наносф еры (К.К.Колин). В соответствии с этим выделяются и основные типы знания, которые активно взаимодействуют в информационном континууме. Так, в наши дни связь типов знания инициирует- ся философами и науковедами в виде вектора: гуманитарное → техническое → е с т е с т в е н н о н а у ч н о е (В.Г.Горохов, В.А.Канке, М.А.Розов, В.С.Степин, В.В.Чешев и др.). К тому же можно предполагать, что знания о мире «встроены в язык» [Кубрякова 2004: 9; Лакофф 2004: 172], в том числе и о быд енн о е знание, которое в виде п р е д п о с ы л о ч н о -г о2 включается в языковое [Комарова, Запевало-ва 2010], что является методологически важным для нашего исследования.

Наконец, отметим, что именно в когнитивном подходе осмыслено ещё одно, важное для нашего исследования, понятие – ф о р м а т з н а - н и я, под которым понимается «определенная форма или способ представления знаний на мыслительном или языковом уровне» [Болдырев 2006:5].

Учитывая сказанное, можно принять следую- щее: определение категории как основного формата знания – это концептуальное объединение объектов, или объединение объектов на ос- нове общего концепта. Другими словами, это знание и класса объектов, и того общего концепта, который служит основанием для объединения этих объектов в одну категорию [Болдырев 2006: 6].

Что касается других форматов знания, выдви- нутых когнитивной лингвистикой, – к о н ц е п -т о в (Дж.Лакофф, Р.Джекендорф, Л.Талми, Дж.Фодор; В.Д.Демьянков, Е.С.Кубрякова, Ю.Г.Пангканц, Р.И.Павиленис, Ю.С.Степанов и др.); с х е м, о б р а з о в, г е ш т а л ь т о в (Дж.Лакофф, Ф.Растье, У.Л.Чейф, Р.Шенк, З.Д.Попова, И.А.Стернин, Е.В.Рахилина и др.); с к р и п т о в (Р.Шенк, R.P.Abelson, S.Monteel и др.); с и т у а ц и о н н ы х с ц е н а р и е в (Дж.Барвайс, Дж.Мэй, A.Paivio, Ч.Дж.Филлмор, Р.Шенк; Е.В.Падучева и др.); ф р е й м о в (Т.А.Дейк ван, Р.Гофман, М.Минский, Ч.Дж.Филлмор, Е.С.Кубрякова, В.Б.Касевич, Р.М.Фрумкина и др.); пр опози ц и он аль -ных м од ел ей (D.Norman, D.Rumelhart, Дж.Лакофф, Ф.Растье, П.Коул, Е.В.Падучева и др.); категорий (Дж.Лакофф, Ф.Растье, Р.Джанкендорф, Дж.Серл, Ч.Дж.Филлмор, Х.Патэм; Е.В.Падучева, Е.С.Кубрякова, Ж.Клейбер, Н.Д.Арутюнова, Н.Н.Болдырев и др.), – то это п р о ц е с с у а л ь н ы е (о п ы т -н ы е) ментальные структуры (репрезентации), которые участвуют в категоризации и концеп- туализации мира, а в нашем случае – категории партитивности.

Такое осмысление стало возможным на фоне современной постнеклассической гносеологии (Ф.Анкерсмит, Р.Рорти, Г.Гадамер, М.Хайдеггер, В.А.Канке, В.В.Ильин, В.П.Кохановский,

В.А.Лекторский, В.С.Степин и др.), ключевыми идеями которой являются:

• •    идея а к т и в н о с т и познающего субъекта и субъект-субъектная гносеологическая схема познания;

• •    идея п р е д п о с ы л о ч н о г о зн а -н и я, в результате которой подходы к реальности должны быть необходимо опосредованы анализом форм её языкового представления с учетом того, что реальность (мир во всех его концептосферах) не столько отражается, сколько создается в языке;

• •    анти фундам ентализм, согласно которому снята установка на поиск незыблемого фундамента в виде окончательно истинных идей, а потому допускается вариантность теорий по принципу дополнительности;

• •    идея о логико-семантической замкнутости категориальных аппаратов научных теорий, что требует нового подхода для решения проблемы пр еемственности знаний и возможности м ежн аучн ог о синт ез а.

Если идеи постнеклассической эпистемологии можно считать первым концептуальным фоном нашего исследования, то вторым таким концептуальным фоном следует признать статус современной лингвистики, который Е.С.Кубрякова обозначила как п о л и п а р а д и г -м а л ь н ы й, а вслед за нею и многие другие лингвисты.

Важно было в такой «синтезированной» лингвистике, со множеством маршрутов лингвистического поиска, найти оптимальную для нас научную парадигму, которую мы обозначили как к о г н и т и в н о – д и с к ур с и в н у ю.

Вместе с тем эволюция лингвистических идей шла в направлении к современной корпус-н ой лингв и сти к е (Н.Ф.Алефиренко, А.Н.Баранов, Н.Б.Гвишиани, О.Ю.Герви, А.П.Ершов, А.Е.Кибрик, О.Н.Ляшевская, Ю.Н.Марчук, А.Н.Молдаван, Н.В.Перцев, В.А.Плунгян, Т.И.Резникова и др.).

Назовем перечень предпочтений, характерных для нового взгляда на задачи современной лингвистики, обусловленные идеологией корпусной лингвистики:

• 1.    Перенос акцента со слова и предложения на т е к с т, который, по мнению М.М. Бахтина, и «есть первичная данность (реальность) всякой гуманитарной дисциплины» [Бахтин 1979: 294], а точнее – на ди скур с, который, по известному выражениию, есть «речь, погруженная в жизнь» (Э.Бенвенист, Н.Д.Арутюнова).

• 2.    Внимание к к в а н т и т а т и в н о м у компоненту языка (учет наиболее частотных элементов в дискурсе!), поскольку, по мнению Б.Н. Головина, «язык системен, а речь частотна»,

• 3.    Осознание вероятностной природы языка и его с и н х р о н н о й в а р и а т и в н о с т и [Налимов 2003; Плунгян 2008].

• 4.    Внимание к д и а х р о н и ч е с к о й в а -р и а т и в н о с т и, что особенно важно при изучении динамики языковых явлений.

• 5.    Осознание перспективности л е к с и к о -г р а ф и ч е с к о г о формата представления языкового, лингвистического, а также – других типов научного знания [Комарова, Запевалова 2010].

• 6.    Установка на «т еор и ю узус а» американских и европейских ученых (Дж.Байби, Т.Гивон, К.Крофт, С.Томпсон, Р.Лангакр; Я.Г.Тестелец, Е.С.Кубрякова, А.Е.Кибрик и др.) с ориентацией на дискурсивную практику в противовес «системному» подходу.

• 7.    Для исследователей, опирающихся на узус, крайне важна эмпирич еская баз а, т.е. представительная совокупность текстов на данном языке, что стимулировало развитие корпусной лингвистики.

• 8.    В настоящее время н ацион аль н ы е к ор пусы – это не просто дань техничес-кому прогрессу и более удобный ин стр ум ен т для поиска иллюстративного материала, но именно примета н ов ой ид еол оги и изучения языка, для которой язык, собственно говоря, и е сть к ор пус [Плунгян 2008:12]. Иначе говоря, корпусная лингвистика сосредоточила своё внимание на идее выбора в лингвистике речи, а потому национальные корпусы языков – это одновременно и б аз а, и и н с т р у м е н т лингвистического исследования, и третий, обязательный формат представления языков о г о з н а н и я и я з ы к а (вслед за традиционными грамматиками и словарями).

• 9.    Смысл корпусно-ориентированной лингвистики в том, что она позволяет изучать действительно существующие явления в языке, а не мнимые явления, поэтому исследования, базирующиеся на корпусах, сильно отличаются от исследований, созданных в «докорпусную» эпоху [Плунгян 2008:19].

что в наши дни признается сильным ходом на пути поиска научной истины в науке о языке.

В связи с этим эмпирическая база данного исследования включает два типа источников: 1) для анализа категории партитивности в системно-категориальном (языковом) аспекте: словари и справочники, грамматики современного русского и английского языков; 2) для анализа категории партитивности в конкретносмысловом (речевом, дискурсивном) аспекте: “ Национальный корпус русского языка ” [Электронный ресурс, режим доступа: www.ruscorpora.ru ] и “ The British National

Corpus ” (“ Британский национальный корпус ”, электронный ресурс, режим доступа: www.natcorp.ox.ac.uk ), из которых извлечено около 100 000 словоупотреблений, достаточно полно манифестирующих анализируемую категорию.

Основные положения методологии нашего исследования, обоснованные содержанием статьи, можно сфокусировать в виде основных принципов:

• 1)    принцип антропоцентризма;

• 2)    принцип синтеза ономасиологического как «предкогнитивного» (по словам Е.С.Кубряковой) и семасиологического подходов;

• 3)    принцип синтеза теории функциональносемантических полей (ФСП) и когнитивнодискурсивного подхода;

• 4)    принцип синтеза системно-категориального и конкретно-смыслового подходов;

• 5)    принцип анализа категории партитивности в статике (фрагмента предметной картины мира) и динамике (фрагмента процессуальнособытийной картины мира);

• 6)    из трёх трактовок языковых категорий в современной лингвистике: с т р у к т у р н о й, ф у н к ц и о н а л ь н о й и к о г н и т и в н о й, выбор двух последних;

• 7)    исходя из постулата когнитивной лингвистики о з н а н и и как её центральном понятии, осмысление изучаемой категории партитивности как о с о б о г о ф о р м а т а з н а н и я;

• 8)    принципы современной постнеклассической эпистемологии;

• 9)    принципы и постулаты «идеологии» корпусной лингвистики.

Применение данной методологии и методики позволило получить новые научные результаты:

• •    создана методология когнитивнодискурсивного моделирования категории парти-тивности в русском и английском языках в свете современных логико-философских и лингвистических воззрений;

• •    разработан понятийно-терминологический аппарат исследования;

• •    выделен корпус партитивных существительных и партитивных глагольных предикатов, репрезентирующих категорию партитивности в статике и динамике в сопоставляемых языках;

• •    выявлены концептуальные смыслы категории партитивности в сопоставляемых языках и описаны на основе функционально-семантических полей (ФСП) в аспекте статики (фрагмент предметной картины мира) и динамики (фрагмент процессуально-событийной картины мира);

• •    определена степень когнитивной выде-ленности прототипических партитивных смыслов в сопоставляемых языках;

• •    уточнены механизмы (когнитивные процессы) концептуализации партитивных смыслов изучаемой категории;

• •    выявлены особенности вербализации категории партитивности в сопоставляемых языках.

Такой подход позволяет сделать несколько методологических выводов.

Во-первых, к а т е г о р и я – основной формат знания, поскольку все знания о мире хранятся в нашем сознании в к а т е г о р и -а л ь н о й ф о р м е и все входящие в картину мира объекты к а т е г о р и з о в а н ы, упорядочены, а поэтому человек воспринимает мир в таксономической «обработке». Так задается онтологическая модель мира, причем не просто модель, а «мир, понятый в смысле такой модели» [Кассирер 2002, I : 47].

Во-вторых, в формировании когнитивнодискурсивной категории партитивности участвуют как г р а м м а т и ч е с к а я (собственно языковая), так и л е к с и ч е с к а я (аналоговая) к о н ц е п т у а л и з а ц и я. А её лексический прототип имеет инвариантно-вариативную природу, т.е. прототип в этом случае «является лишь одним из вариантов центрального элемента категории, её инварианта» [Бондарко 2003].

В-третьих, основные прототипические смыслы категории партитивности – ч а с т ь и ц е л о е, ч а с т ь ц е л о г о, ч а с т ь в н ут р и ц е л о г о, ч а с т ь в н е ц е л о -г о – в русском и английском языках к о н -ц е п т у а л ь н о и з о м о р ф н ы, различаясь способами вербализации.

В-четвертых, можно прогнозировать универсальность прототипических смыслов парти-тивности в типологических разных языках, что подтверждается общностью когнитивных механизмов концептуализации категории партитив-ности в исследованных языках.

Всё это позволяет показать конструирование «мира в целом» через «языковое существование человека» [Халина 2009: 5] сквозь призму категории партитивности.

• ¹    Лабов У. Структуры денотативного значения // Новое в зарубежной лингвистике. Вып.XIV. М.: Прогресс, 1983. С.138.

• ²    Под пр ед п о сыл оч ным знанием понимаем ту часть наличного, предшествующего знания, которая используется авторами для обоснования нового знания с учетом «видения как» (по Дж.Серлу) или «фокуса» познающего субъекта (по У.Л.Чейфу) [Комарова, Запевалова 2010].

Professor of Theoretical and Applied Linguistics Department

Ural State Pedagogical University

Anna S. Deduykhina

Postgraduate Student of Theoretical and Applied Linguistics Department

Ural State Pedagogical University