Миграционные стратегии дальневосточных новоселов: между укоренением и мобильностью

Дальний Восток (ДВ) занимает одно ключевых мест в пространственнотерриториальной структуре Российской Федерации, играя стратегическую роль в обеспечении сбалансированного развития нашей страны и расширении ее геополитического присутствия на восточных рубежах. Значимость дальневосточного макрорегиона во многом определяется его близостью к АТР, богатейшими природными ресурсами, транзитным потенциалом, а также уникальными географическими и климатическими условиями, формирующими специфические модели хозяйственного освоения и расселения. В связи с этим одной из важнейших задач национальной политики и ранее, и на современном этапе развития является укрепление человеческого потенциала. Начиная с конца XIX в. российское государство реализует различные меры, направленные на демографическое развитие Дальнего Востока, результатом чего стало стремительное увеличение численности населения на ДВ (рис. 1).

7940,7              8124,0

9000,0

8000,0

7000,0

6000,0

5000,0

4000,0

3000,0

2000,0

1000,0

0,0

1897    1926    1939   1959   1970   1979   1989   2002   2010   2021

Год проведения переписи населения

Рис. 1. Динамика численности населения на Дальнем Востоке, тыс. чел.¹

Как отметил Президент России В. В. Путин в рамках своего выступления на ВЭФ–2023, «развитие дальневосточных регионов — это наш абсолютный приоритет на весь XXI век»2. Данный тезис подтверждается включением регионов Дальнего Востока в перечень территорий приоритетного заселения в рамках Государственной программы содействия добровольному переселению в Россию соотечественников, проживающих за рубежом; созданием особых экономических зон — территорий опережающего развития (ТОР) с преференциальным налоговым режимом; учреждением Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики (КРДВ), в чьи функции входит реализация различных программных мер, направленных на повышение качества жизни людей в ДФО; увеличением интенсивности сотрудничества со странами АТР.

В то же время, несм отря на широкий спектр мер, например реа лизация го с- программ «Дальневосто чный гектар», «Дальневосточная ипотека», «Повышение мобильности трудовых ресурсов» и т. д., направленных на демограф ическое раз витие Дальнего Восток а, в последние годы наблюдается устойчивы й тренд, св я занный с оттоком насе ления из дальневосточных регионов в центр альные и з а падные субъекты РФ (рис. 2).

Рис. 2. Динамика численности населения

Дальневосточного федерального округа в 2021–2024 гг., тыс. чел.¹

Для преодоления негативной демографической ситуации правительством Рос сии принята Концепция демографической политики Дальнего Восто ка на период до 2025 г. , в которой бо льшое внимание уделяется привлечению и за креплению в макрорегионе переселе нцев из других субъектов РФ, в том числе м олодых кв а лифицированных специ алистов. Ряд исследователей оценивает деят ельность г о сударства в данном на правлении положительно, но при этом отм ечается, что реализуемые меры не могут решить гла вную проблему — замедлить отток насе ления из субъектов ДФ О [7; 15; 16]. Поэтому вопросы, связанные с пониманием механизмов формирова ния и реализации миграционных стратегий т ех, кто пер е ехал на Дальний Восто к из других российских регионов, не теряют своей а ктуальности.

В данной статье мы попытаемся частично восполнить этот пробе л, сосредот о чившись на том, как пе реселенцы, выбирающие для жизни Дальний Восток, в ы страивают свои миграц ионные стратегии между стремлением укоре ниться и г о товностью сохранять мобильн ость, осваивая новое пространство и формируя в нем собственные практики повседневности.

Теоретическая рамка исследования

В современной соци ологической науке миграция рассматривает ся не только как процесс территориа льного перемещения, но и как сложный соц и альный фе-

1 Составлено авторами на основе данных Федеральной службы государственной статистики, см. подробнее: (дата обращения: 15.10.2025). Текст: электронный.

номен, включающий преобразование и перестройку перспективных стратегий, планов и практик повседневности тех, кто меняет место жительства. Современные теоретические подходы акцентируют внимание на субъективных аспектах миграции, на том, как люди осмысляют и выстраивают собственные траектории перемещения в пространстве [13; 17].

В данном контексте одним из ключевых понятий, на которое мы опирались в проведенном исследовании, являлась миграционная стратегия — совокупность индивидуальных (принимаемых человеком персонально) и коллективных (например, семейных) решений, направленных на достижение определенных жизненных целей в условиях пространственной мобильности [1; 10; 20]. С этой позиции миграция интерпретируется как осмысленный выбор, сопряженный с расчетом рисков и возможностей, а не только как вынужденное или экономически детерминированное действие. При этом выбор региона переселения, как и последующая адаптация, тесно связан с культурным и символическим восприятием пространства, с формированием образа места [8; 18].

Также в своих изысканиях мы опирались на теории социальной мобильности и территориального укоренения [4; 19], позволяющие рассматривать миграцию как поиск устойчивых форм включенности в новое социальное и пространственное окружение.

С позиций социологии повседневности в интерпретациях зарубежных классиков [9; 12] и современных российских авторов [2; 3; 5; 6; 11] особое внимание уделяется микропрактикам адаптации переселенцев, способам организации пространства обыденной жизни, восприятию климатических, инфраструктурных и культурных особенностей региона. Миграция в этом понимании предстает как процесс «вживания» в новое место, где повседневные практики — поиск жилья, формирование круга общения, освоение городской среды — становятся индикаторами успешной или проблемной адаптации.

Таким образом, теоретическая рамка исследования объединяет несколько аналитических уровней: структурный, включая анализ экономических и институциональных условий внутренней миграции; индивидуально-биографический, т. е. выявление личных мотивов и стратегий переселения; символический, подразумевающий изучение региона как социокультурного пространства.

Подобное сочетание классических и современных подходов позволит охарактеризовать миграционные стратегии дальневосточных новоселов через социальные практики, в которых отражаются представления о будущем, перспективы самореализации и способы поиска устойчивости в изменяющемся пространстве российского Дальнего Востока.

Материалы и методы

Эмпирическая база исследования представлена 11 полуструктурированными интервью (n=11) с информантами, которые переехали в Приморье из других российских регионов. Приморский край выбран среди всех остальных дальневосточных регионов в качестве основного исследовательского кейса, так как именно он на Дальнем Востоке является лидером по приему внутренних мигрантов, здесь больше всего приезжих как из субъектов ДФО, так и других федеральных округов (табл. 1).

Таблица 1

Субъекты ДФО	Приехавших из других ФО	Приехавших из субъектов ДФО	Всего приехавших
Дальневосточный федеральный округ	59 587	95 207	250 623
Республика Бурятия	7 494	11 356	37 348
Республика Саха (Якутия)	8 558	10 724	37 745
Забайкальский край	4 930	8 028	22 613
Камчатский край	5 318	6 656	9 623
Приморский край	9 405	16 512	56 642
Хабаровский край	7 912	17 210	37 778
Амурская область	5 042	8 834	23 035
Магаданская область	2 624	3 348	5 403
Сахалинская область	4 404	6 328	11 995
Еврейская автономная область	603	2 418	3 620
Чукотский автономный округ	3 297	3 793	4 821

Сводные данные по числу прибывших в субъекты ДФО, чел.1

В выборке преобладают лица социально-демографической категории «молодежь», поскольку они являются одной из приоритетных групп, представителей которой целесообразно привлекать на Дальний Восток в качестве постоянных жителей. Основные характеристики информантов можно представить следующим образом (табл. 2).

Таблица 2

Основные характеристики участников интервью

Код	Пол	Возраст, лет	Откуда переехал в Приморье	Как давно проживает в Приморье, лет
И1	Ж	23	Республика Бурятия	6
И2	Ж	55	Красноярский край	7
И3	Ж	28	Краснодарский край	7
И4	М	23	Забайкальский край	5
И5	Ж	23	Иркутская область	3
И6	Ж	19	Республика Адыгея	2
И7	М	23	Магаданская область	2
И8	Ж	25	Амурская область	5
И9	Ж	23	Хабаровский край	4
И10	Ж	23	Сахалинская область	6
И11	Ж	23	Камчатский край	4

Сбор полевых материалов был осуществлен в апреле — мае 2025 г. Интервью проводились как очно, так и в онлайн-формате на платформе МТС Link. В структуре гайда были представлены следующие основные блоки: социальнодемографические сведения об информанте, миграционный бэк-граунд; общая оценка ситуации в Приморском крае, миграционная привлекательность региона; проблемы, возникающие в процессе и/или после переезда в Приморье, возможные способы их преодоления; дальнейшие миграционные намерения. Анализ данных проводился в логике «обоснованной теории [14].

Основные результаты исследования

«Ближе к морю, возможностям, себе»: чем определяется выбор Приморья как нового места жительства

В ходе проведения исследования нами было выявлено, что доминирующими мотивами, связанными со сменой предыдущего места жительства и переездом в Приморский край, являются получение образования: «по моему направлению было не так много университетов» (И18), «моя специальность связана с морем» (И6); семейные обстоятельства: «я познакомилась с молодым человеком, и он предложил переехать» (И9), «мой муж — военнослужащий, его перевели сюда, ребенок поступил тут в институт» (И2); разнообразие возможностей для самореализации: «мы (во Владивосток. — прим. авт. ) хотели переехать, потому что он на берегу моря, там много возможностей, этот город более перспективный» (И5), «сколько тут ребят поднялось на том, что они возят те же самые машины из Азии» (И4), «здесь больше возможностей, чем в предыдущих местах моего проживания» (И7).

Также отметим, что миграция для значительной части участников исследования носила спонтанный характер: «хотя изначально это (переезд. — прим. авт. ) в планы не входило … и вообще это поступление вышло немного спонтанно» (И16); «как-то специально особенно не готовилась, ничего не читала, я просто посмотрела сайт ДВФУ, где он располагается, что это отдельно на острове, что туда ходят автобусы» (И11).

В качестве мер для подготовки к переезду назывались следующие: просмотр видеороликов на тему проживания в Приморском крае, советы от знакомых, которые проживают или имели опыт жизни во Владивостоке: «советоваться мне было не с кем … все, что я делала, это смотрела видео — что вообще есть в Приморском крае, читала какие-то статьи, что там по климату, что там вообще по жизни» (И3), «у моего друга переехал дядя в Артём, вот он немножко знал что-то о Приморье» (И4).

Дополним, что одним из ключевых источников информации о проживании во Владивостоке и специфике жизни в Приморье для информантов, обучающихся в Дальневосточном федеральном университете, послужил официальный сайт, а также группы в социальных сетях: «читал про ДВФУ, и то, что нам удавалось прочитать на сайте вуза» (И4); «ну и читал про ДВФУ непосредственно … смотрел карту университета, там свой кампус, довольно большая территория … было интересно, какие там условия» (И11).

Тем не менее участники интервью обозначили нехватку комплексной информации о проживании в Приморском крае, часто обращали внимание на отсутствие достоверных сведений о ценах, аренде жилья, климатических условиях и т. д.: «вот про него (университет. — прим. авт.) очень много читала, смотрела отзывы … про сам Владивосток я не знала ровным счетом ничего … спросить мне было не у кого, поэтому я ехала просто наугад» (И11); «если бы заранее знали больше (о Владивостоке. — прим. авт.), могли там снять жилье, уже подго- товиться, а то вынуждены жить, ну, не очень комфортно … просто этой информации не было, удаленный регион» (И2).

Таким образом, полученные нами в ходе проведения интервью данные показывают, что выбор Приморского края как нового места жительства определяется сочетанием прагматических, семейных и ценностно-ориентированных мотивов, в которых стремление к самореализации сочетается с образом Владивостока как «города больших возможностей». При этом характерной особенностью миграционного поведения информантов выступает спонтанность решения о переезде и ограниченность достоверной информации о регионе, что может на первых этапах усугублять адаптационные трудности, связанные с обустройством жизни на новом месте.

«Владивосток — город контрастов»: повседневные реалии жизни в Приморье глазами переселенцев

Многие информанты обозначили, что после переезда столкнулись с проблемой неготовности к климатическим, погодным условиям региона, а также к специфике инфраструктуры Владивостока и юга Приморского края (дороги, особенности рельефа местности и т. д.): «мне здесь не понравилось изначально, но отступать было уже некуда … Владивосток … это больше какой-то такой город для работы, где особенно нет ничего» (И11); «вообще в первые два дня мы попали в тайфун, после чего вообще захотелось уехать назад» (И2); «климат своеобразный, конечно, но терпимый … если бы не ветра, в принципе все было бы нормально» (И3); «иногда бывает, что вообще не подгадать под погоду» (И4); «это вообще все индивидуально … я сюда переехала, я задышала полной грудью … при этом приезжают люди, которые хотели вроде бы к морю, но им здесь тяжело из-за влажности» (И5).

Также основными трудностями, с которыми сталкиваются те, кто переезжает в Приморье, наши информанты называли низкое качество транспортной инфраструктуры, высокие цены, сложности, связанные с покупкой и арендой жилья. Также отмечали сложности в процессе поиска работы, трудоустройства на новом месте жительства по сравнению с предыдущим. В качестве иллюстрации можно привести несколько показательных цитат: «во Владивостоке очень, скажем так, большие беды с жильем. Квартиры тут стоят очень дорого» (И4); «проблема для меня именно в транспортной доступности, потому что постоянные пробки … небольшие изменения погодных условий и опять же снова пробки» (И8); «высокие цены на недвижимость, при том, что застраивается очень много новых домов, как будто бы перенаселение скоро» (И11); «в самом Владивостоке проблемы с инфраструктурой, с водоснабжением, частенько бывает, что электричество отрубают» (И4).

При этом примечателен тот факт, что при ответах на вопрос о перспективах развития Приморского края в целом и Владивостока в частности участники интервью говорили о большом потенциале данных территорий, о динамичном развитии региона: «город очень преображается, развивается, вкладываются деньги» (И6); «сейчас идет направление на выстраивание отношений с Китаем, поэтому развивается торговля, какие-то туристические маршруты новые открываются» (И10); «это будет богатейший регион, если здесь наведут порядки, сделают пляжи и курорты» (И2).

Как видим, опыт наших информантов демонстрирует, что привлекательность Приморья как нового места жительства нередко сочетается с необходимостью адаптации к сложным природно-климатическим и инфраструктурным условиям. Столкновение ожиданий с реальностью не приводит к разочарованию, но становится основанием для переосмысления миграционного выбора и выстраивания новых жизненных стратегий в региональном пространстве.

«Между якорем и дрейфом»: миграционные намерения приморских новоселов

Несмотря на трудности адаптации, большинство участников исследования отмечали, что со временем восприятие Приморья менялось лучшую сторону. Первоначальные бытовые и инфраструктурные сложности постепенно уступали место стремлению обустроиться, реализовать профессиональные и личные цели. Именно на этом этапе становится заметным, как формируются установки на «закрепление» или, напротив, на возможный отъезд, каков баланс между стремлением «бросить якорь» и готовностью вновь пуститься в «дрейф». Соответственно, следует сфокусироваться на том, какие жизненные планы переселенцы связывают с проживанием в Приморском крае и как они оценивают перспективы своего дальнейшего пребывания здесь.

Рассуждая о том, удалось ли добиться после переезда наиболее важных целей, наши информанты давали в основном положительные оценки, акцентируя внимание на том, что в Приморье для этого есть возможности: «думаю, что переезд мне помог, потому что на Камчатке, конечно, не так много возможностей, как здесь, не такой регион, на который обращают внимание» (И11); «я думаю, что да, Приморский край … высокий уровень зарплаты … и если я вернусь к себе … у меня такой зарплаты не будет … несмотря на то, что у меня нет опыта, я везде проходила собеседования, и как бы здесь очень легко самореализоваться, найти работу» (И3); «здесь (во Владивостоке. — прим. авт. ) очень большое количество судостроительных верфей, заводов. Для инженера этот город — один из самых комфортных для того, чтобы сделать себя в этой сфере настоящим мастером» (И6).

Также мы попытались выявить дальнейшие миграционные намерения тех, кто переехал в Приморский край, исходя из того, что планируется предпринять, будет ли рассматриваться переезд из Приморья как основной жизненный вектор, если не получится реализовать задуманное. В перспективе последующая миграционная мобильность рассматривается как возможный способ преодоления имеющихся проблем: «ну, единственное, что если мне уж совсем станет тяжело» (И2); «в зависимости от сложности, в каких сферах они возникнут, да и насколько они будут неразрешимы, то, конечно, почему бы и нет» (И1).

Таким образом, можно предположить, что при удачном процессе адаптации и наличии возможностей для достижения своих жизненных целей переселенцы готовы остаться в Приморье на постоянное место жительства.

В качестве основных мотивов, связанных с желанием остаться, «закрепиться» в Приморском крае, обозначались наличие моря, особый климат, динамичное развитие территории: «очень красивая природа, есть много возможностей … море рядом» (И9); «мне нравится, что развивается Приморский край, постоянно что-то новое добавляется … также всегда есть, что посмотреть, куда съездить, где отдохнуть, близко море» (И11), «климат подходит мне по здоровью» (И1).

А вот мотивация на отъезд из региона чаще всего связана с социальноэкономическими и инфраструктурными проблемами: «я ненавижу Владивосток … здесь очень узкие улочки и огромное количество машин» (И10); «мне кажется, что для комфортной жизни здесь нужен очень высокий заработок, потому что цены очень сильно высокие … очень большая проблема с логистикой» (И3).

Таким образом, результаты интервью показывают, что для большинства переселенцев переезд в Приморский край стал значимым действием для достижения личных и профессиональных целей. Возможность самореализации, наличие рабочих мест, особенно в судостроительной и судоремонтной отраслях, а также динамичное развитие региона формируют установки на долгосрочное проживание и укоренение. Вместе с тем социально-экономические и инфраструктурные трудности, высокая стоимость жизни и транспортная загруженность остаются факторами риска, способными скорректировать миграционные планы. В целом решение «остаться или уехать» определяется балансом между открывающимися возможностями и способностью адаптироваться к специфике жизни в Приморье.

Заключение

В целом на основании проведенного нами исследования можно сделать несколько основных выводов. Во-первых, внутренняя миграция на Дальний Восток представляет собой сложный процесс, включающий переосмысление жизненных стратегий и поиск устойчивости в изменяющемся пространстве. Для переселенцев Приморье как наиболее популярный и востребованный дальневосточный регион, рассматриваемый в качестве нового места жительства, становится неким символическим «пространством возможностей», где реализуется стремление к профессиональному росту, самореализации и новому качеству жизни. Во-вторых, миграционные стратегии дальневосточных новоселов в большинстве случаев носят смешанный характер. В них соединяются прагматические и ценностные мотивы, индивидуальные стремления и семейные обстоятельства. При этом повседневные практики наглядно демонстрируют, что укоренение в регионе неразрывно связано с доступом к ресурсам городской среды, инфраструктурой, качеством коммуникаций, дальнейшими профессиональными и жизненными перспективами.

Таким образом, миграционные стратегии дальневосточных новоселов можно интерпретировать как поиск баланса между мобильностью и укоренением, между желанием «остаться» и готовностью «двигаться дальше». Понимание этих стратегий позволяет рассматривать миграцию не только как демографический процесс, но и как проявление новых форм социальной мобильности, сопряженных с культурным освоением пространства российского Дальнего Востока.

Результаты исследования подтверждают необходимость переосмысления миграционной политики в сторону акцента не столько на стимулирование притока населения, сколько на создание условий для долгосрочной адаптации и укоренения переселенцев. Формирование привлекательной социальной и культурной среды, поддержка профессиональной самореализации и укрепление локальных сообществ становятся ключевыми механизмами для устойчивого развития Дальнего Востока, создания здесь комфортных условий для жизни людей.