Национальная субъектность в процессе реформирования политической системы Вьетнама

Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы, Москва, Россия, ,

Patrice Lumumba Peoples’ Friendship University of Russia (RUDN University), Moscow, Russia, ,

в самостоятельном определении траектории развития. Данный процесс представляет собой диалектическое взаимодействие между стремлением к интеграции современных стандартов управления и волей к сохранению внутренней институциональной идентичности, сформированной на основе многослойного исторического пути: колониального наследия, национально-освободительного движения социалистической ориентации и политики «Дой Мой» (обновления) (Власов, 2016; Гарри, 2024).

Однако основные аналитические подходы к современной политике Вьетнама зачастую фокусируются на таких призмах, как наследие холодной войны, модель развивающегося государства, роль однопартийности, теории транзитологии, реформы в политической системе (Зыонг, 2025; Калмыков, 2024; Симоненок, 2023; Ты, Нгуен, 2024; Фан, 2022; Thoa, 2025). Это приводит к значительному академическому пробелу в понимании потенциала инициативности и реструктуризации постколониального государства, выбравшего социалистический путь развития. Его устранение требует системного подхода и действий с позиций постколониальной теории для дешифровки того, как Вьетнам преодолевает навязанные дискурсы, создавая при этом высокоавтономную институциональную модель.

В статье ставится центральный исследовательский вопрос: как проявляется национальная субъектность Вьетнама через осмысление исторического наследия и ответ на глобальное давление в целях совершенствования политической системы? Для ответа на него мы использовали гипотезу: реформирование политической системы во Вьетнаме представляет собой эндогенный процесс «институционального самосовершенствования». В рамках этого процесса Вьетнам выступает как стратегический субъект, который перенимает эффективные мировые управленческие ценности, но одновременно «локализует» их на основе социалистической идеологии для защиты институционального суверенитета и национальной стабильности.

На основе метода анализа документов в сочетании с двойной теоретической базой – постколониальной теорией (концепции мимикрии и гибридности) (Young, 2016) и историческим институционализмом (концепции критических узлов и зависимости от пути) (Capoccia, Kelemen, 2007) – в структуре статьи раскрывается механизм функционирования национальной субъектности через следующие разделы: теоретические рамки анализа субъектности; типичные проявления национальной субъектности; дискуссию о вьетнамской модели самосовершенствования и заключение.

Теоретические рамки: субъектность на пересечении институтов . Для дешифровки динамики политической системы Вьетнама в данном исследовании устанавливается интегрированная аналитическая база, сочетающая постколониальную теорию и исторический институционализм. Такое сочетание позволяет рассматривать вьетнамское государство не как пассивный объект перед лицом глобального давления, а как стратегический субъект, способный к самореструк-туризации на основе эндогенных ценностей и целей национального развития.

Постколониальная теория представляет собой «острую» призму для критики предполагаемой универсальности западных моделей управления, помогая развивающимся странам избежать ситуации «вынужденного выбора» между слепым копированием и клеймом отсталости (Young, 2016). В контексте Вьетнама концепция «селективной мимикрии» понимается не как механическое подражание, а как процесс локализации международных стандартов в рамках «третьего пространства» – места, где экзогенные ценности фильтруются через культурные фильтры и социалистическую идеологию для создания новых креативных политических практик (Bhabha, 2012). Центром этой трансформации является субъектность, подтверждающая право государства определять свою позицию и принимать решения по корректировке внешних факторов в интересах высших целей независимости и автономии.

Если постколониальная теория дешифрует дискурсы власти, то исторический институционализм предоставляет инструментарий для объяснения устойчивости и трансформации административного аппарата во времени. Концепция зависимости от предшествующего развития (Mahoney, 2000) проясняет, что любые усилия по совершенствованию политической системы Вьетнама опираются на прочный фундамент многослойного наследия, апробированного историей. В частности, «зависимость от пути» во Вьетнаме носит многоуровневый характер:

• 1)    слой восточноазиатской политической культуры: формирует глубокие паттерны служебной этики, чувства ответственности и иерархического порядка в социальном управлении. Эти ценности не исчезают, а трансформируются в основу для консенсуса и высокой политической дисциплины;

• 2)    слой советской организационной модели: определяет централизованную и унитарную структуру функционирования, помогая системе сохранять жесткий контроль в периоды нестабильности. Преемственность в данном случае не порождает инерцию, а напротив, обеспечивает стратегическую стабильность и минимизирует издержки при вхождении в «критические узлы».

Типичным примером является политика «Дой Мой» 1986 г., когда обновление мышления высвободило институциональные ресурсы, создав предпосылки для мощного проявления национальной субъектности и творческого потенциала без разрушения внутренней целостности системы (Гарри, 2024).

Диалектическое пересечение этих двух теоретических направлений формирует стержневое понятие данного исследования – «преднамеренная гибридность». Это активный принцип институционального дизайна, отражающий стратегический выбор государства Вьетнам в пользу гармонизации требований модернизации и необходимости сохранения идентичности (Калмыков, 2024). Данный процесс реализуется через три операции: 1) фильтрация: отделение современных технологий управления от навязываемой внешней идеологии; 2) интеграция: встраивание экзогенных элементов в эндогенную институциональную базу и политическую культуру; 3) оптимизация: превращение гибридности в инструмент укрепления двойной легитимности, которая одновременно повышает эффективность экономического развития и сохраняет верность социалистическим идеалам. Это и есть механизм самообороны и устойчивого развития, позволяющий Вьетнаму активно интегрироваться в глобальные процессы, сохраняя при этом целостность своего институционального суверенитета (Симоненок, 2023).

Проявления национальной субъектности в реформировании политической системы Вьетнама . Для проверки эффективности аналитической базы исследование фокусируется на четырех ключевых институциональных столпах. Эти проявления не существуют изолированно, а образуют интегрированную систему, отражающую способность государства гибко реагировать на давление глобальной модернизации и воздействие исторического наследия. Данный выбор охватывает все уровни системы: от принципов организации власти и экономической модели до механизмов функционирования и субъектов исполнения. Анализ направлен на разъяснение способов укрепления двойной легитимации: повышения эффективности управления для укрепления внутреннего доверия и обеспечения соответствия глобальным стандартам для установления международного статуса, что гарантирует руководящую роль Коммунистической партии Вьетнама в новом историческом контексте.

Определение модели социалистического правового государства ознаменовало собой поворотный момент в теоретической субъектности Вьетнама. Это не пассивное принятие западных шаблонов верховенства права, а процесс активной локализации, направленный на гармонизацию международной прозрачности и справедливости с ключевыми политическими принципами (Власов, 2016). Вьетнам проявляет свою субъектность через конституционное закрепление руководящей роли Партии (статья 4 Конституции 2013 г.1), где право создает юридическую основу для обеспечения единства стратегического курса и административного управления. Стратегия гибридизации формирует устойчивую институциональную структуру: повышая совместимость с международными обязательствами, она одновременно сохраняет институциональный суверенитет и общественный порядок на основе исторического фундамента централизации и единства (Ты, Нгуен, 2024).

Модель социалистически ориентированной рыночной экономики является высшим выражением субъектности в разрешении противоречий между рыночными законами и идеалистическими целями. Вьетнамское государство активно адаптирует такие ключевые институты, как многообразие форм собственности и добросовестная конкуренция, для оптимизации ресурсов, одновременно сохраняя решительную регулирующую роль государства через стратегическое планирование и государственный сектор экономики. Стратегия гибридизации в экономической модели проявляется в слаженном функционировании рыночного механизма и государственного управления. В этой системе рыночные законы играют решающую роль в высвобождении производительных сил и распределении ресурсов, в то время как государство выполняет функции созидателя развития, макрорегулятора и гаранта социальных целей (Thoa, 2025). Это способ, с помощью которого Вьетнам инициативно разрешает противоречие между экономическим ростом и социальной справедливостью, обеспечивая устойчивое развитие и сохраняя верность поставленным целям.

Реформа децентрализации и делегирования полномочий во Вьетнаме отражает реструктуризацию управленческого потенциала в направлении «единства в многообразии». Субъектность проявляется в стимулировании внутреннего потенциала регионов через децентрализацию бюджета и инвестиций, что создает гибкость в реагировании на рыночные сигналы. Данный процесс самосовершенствования функционирует на основе твердого соблюдения принципа демократического централизма, особенно в организационной и кадровой работе. Такой подход помогает государству гармонизировать цель быстрого экономического роста с требованием сохранения политической и социальной стабильности. Однако с точки зрения развития практика функционирования по-прежнему диктует необходимость дальнейшего совершенствования механизмов межуровневой координации для окончательного решения возникающих проблем распределения ресурсов и гармонизации интересов между различными уровнями власти в новый период.

Стратегичность государственного управления существует не только на уровне макроинститутов, но и конкретизируется в кадровой работе – деятельности субъектов, обеспечивающих функционирование аппарата. Этот процесс отражает усилия по формированию современного корпуса кадров и государственных служащих, в котором передовые управленческие компетенции и твердая политическая выдержка интегрированы в единое целое. Это ответ на задачу модернизации административного аппарата при сохранении стабильности и политической ориентации системы в новом контексте (Ты, Нгуен, 2024).

Вьетнам прошел этап установления формальных стандартов и перешел к реальному, современному государственному управлению. В то же время «Цифровое правительство» и управление на основе данных реструктурируют компетенции госслужащих: от простого соблюдения процедур к измерению эффективности по KPI и уровню удовлетворенности общества. Современный тип кадровой политики представляет собой гибрид передовых мировых навыков управления и национальной идентичности служения народу. Этот процесс гарантирует, что любые усилия по административной модернизации тесно связаны с политической ответственностью и строгим контролем над властью. Формирование кадрового состава, обладающего потенциалом к интеграции, но твердого в своей политической выдержке, является решением задачи сохранения институционального суверенитета в цифровую эпоху.

Дискуссия и теоретическая значимость . Анализ основных институциональных столпов подтверждает, что «преднамеренная гибридность» – это не пассивная реакция на внешние обстоятельства, а проактивный принцип институционального дизайна. Это стратегический выбор Вьетнама, направленный на формирование суверенной траектории развития в условиях турбулентной глобализации. Сущность данного процесса не ограничивается простым заимствованием международного опыта; гораздо важнее то, что он представляет собой диалектическую интеграцию современных управленческих достижений с устойчивыми эндогенными ценностями (Калмыков, 2024).

Вьетнам предстает как творческий субъект, который не только «фильтрует», но и «производит» новые ценности на основе практики обновления («Дой Мой»), превращая историческое наследие и идеологический фундамент во внутренние движущие силы для независимого и устойчивого совершенствования политической системы (Власов, 2016). Суть этой стратегии реализуется через механизм укрепления двойной легитимности: с одной стороны, укрепление внутренней легитимности путем актуализации таких основополагающих ценностей, как руководящая роль Партии и право народа быть хозяином страны; с другой – обеспечение международной совместимости через инициативную селективную интеграцию глобальных управленческих стандартов, таких как правовое государство и рыночная экономика.

В более глубоком смысле данная субъектная способность функционирует на фундаменте «наслоения наследия». Уникальность вьетнамского случая заключается в непрерывном взаимодействии традиционных ценностей, истории и социалистической идеологии в новую эпоху. Стратегия гибридизации выступает в роли гибкого механизма для сглаживания потенциальных противоречий, превращая сложность истории в ресурс для обеспечения стабильности (Ты, Нгуен, 2024). Это является свидетельством способности к гармоничной интеграции принципа демократического централизма с требованиями децентрализации и развития, что позволяет системе оставаться динамично обновляющейся, сохраняя при этом свою стержневую политическую идентичность.

Исследование национальной субъектности Вьетнама вносит важный вклад в переопределение современных политических теоретических рамок, особенно постколониальной теории. Практика Вьетнама вышла за пределы традиционных аналитических шаблонов, которые зачастую радикально разделяют политические и экономические формации. Она доказывает, что в период перехода к социализму страна вполне способна эффективно использовать рыночные механизмы, сохраняя при этом сущность режима и социалистические цели.

Этот успех не только подтверждает способность к творческому применению теории в специфических условиях, но и обогащает содержание концепции «селективной мимикрии». Вместо пассивного копирования Вьетнам трансформировал этот процесс в стратегию локализации и активной институциональной интеграции. Это операция по фильтрации и преобразованию экзогенных стандартов управления в инструменты реализации целей самоопределения, обеспечивающая глубокую интеграцию без изменения идентичности и стержневых принципов политической системы.

Вместе с тем результаты исследования способствуют углублению исторического институционализма, обогащая понятия «Наследие» и «Зависимость от предшествующего развития». Анализ показывает, что «зависимость от пути» во Вьетнаме – это не просто преемственность осязаемых материальных институтов (таких как централизованный административный аппарат или правовая система). Она также включает в себя устойчивость «нематериального наследия» – паттернов политической культуры, доминирующих идеологий и моделей управления, глубоко укоренившихся в мышлении и практике. Это «мягкое» наследие, такое как дух «правлении добродетели» или принцип «демократического централизма», формирует невидимые, но фундаментальные ограничения, которые направляют и лимитируют варианты реформ в настоящем, даже когда социально-экономический контекст претерпел глубокие изменения.

В то же время сочетание с постколониальной теорией дает острую призму для объяснения механизмов институциональных изменений. Традиционный HI хорошо объясняет стабильность через «зависимость от пути» и разрывы через «критические узлы». Однако двойная аналитическая база PCT-HI позволяет более тонко обосновать, почему и как изменения в переломные моменты (такие как «Дой Мой» 1986 г.) не приводят к чистой замене институтов, а создают специфическую гибридную форму.

В частности, последняя является результатом непрерывного «противоборства»: давления необходимости изменений ради выживания и развития (выражающегося в «имитации» глобальных моделей – движущей силы, критикуемой в PCT) и внутренней потребности в сохранении легитимности путем поддержания связи с институциональным наследием и фундаментальной идеологией (механизм, объясняемый в HI). «Преднамеренная гибридность» выступает инструментом управления этим противоборством.

Благодаря вышеуказанному вкладу вьетнамский кейс выходит за рамки простого иллюстративного примера. Он становится ценным «критическим тематическим исследованием», поскольку не только проверяет объяснительную силу сочетания HI и PCT, но также бросает вызов и расширяет допущения самих этих теорий. Вьетнамский кейс заставляет HI серьезно рассматривать культурное и идеологическое наследие и одновременно призывает PCT выйти за рамки дуалистического противостояния между капиталом и колонией, чтобы охватить сложные траектории некапиталистических постколониальных государств. Таким образом, данное исследование способствует обогащению институционального анализа для разнообразных и сложных политических контекстов.

Заключение . Путем применения интегрированной аналитической базы, сочетающей постколониальную теорию и исторический институционализм в данном исследовании была раскрыта сущность динамики политической системы Вьетнама в новую эпоху развития. Эмпирические результаты показывают, что институциональная трансформация во Вьетнаме не является ни пассивной имитацией зарубежных моделей, ни жестким сохранением старых шаблонов. Напротив, этот процесс направляется принципом «преднамеренной гибридности» – стратегическим положением для институционального дизайна, подтверждающим субъектную роль государства в активной фильтрации и локализации международных управленческих достижений для их гармонизации с логикой власти и эндогенной культурно-политической спецификой.

Анализ четырех ключевых столпов – от принципов организации власти и экономической модели до механизмов децентрализации и государственного управления – показывает, что стратегия гибридизации выступает оптимальным способом установления легитимности. Этот механизм позволяет Вьетнаму одновременно повышать совместимость с глобальными стандартами и прочно укреплять внутреннюю стабильность и доверие. Примечательно, что движущая сила этого процесса проистекает из способности гибко работать с наслоениями исторического наследия, превращая исторические ограничения в ресурсы для самосовершенствования системы.

В теоретическом плане исследование вносит два важных вклада. Во-первых, оно расширяет границы постколониальной теории, доказывая объяснительную силу этой теоретической базы применительно к социалистическому государству в период активной трансформации. На этой основе предлагается концепция стратегической интеграции как альтернатива формам пассивной имитации. Во-вторых, исследование углубляет исторический институционализм, переопределяя «зависимость от пути» не только через материальные структуры, но и через политико-культурные ценности и идеологию – факторы, гарантирующие, что система не отклонится от своего курса в процессе трансформации.

В практическом плане в контексте глобализации с ее асимметричными отношениями власти, развивающиеся страны, такие как Вьетнам, постоянно сталкиваются с угрозой новых, более изощренных форм вмешательства и влияния через экономические, политические и культурные каналы. Перед лицом этого вызова исследование и четкое выявление механизма «преднамеренной гибридности» становится крайне необходимым. Оно не только помогает дешифровать текущую модель развития, но и создает аналитическую базу для проактивного проектирования будущего, помогая государствам извлекать выгоду из интеграции, одновременно защищая свой институциональный фундамент и идентичность, избегая пассивности или зависимости от внешних сил.