Натурализация и некоторые биотические связи лоха остроплодного Elaeagnus oxycarpa в Саратовской области

Второе издание. Первая публикация в 200 8*

Род лох Elaeagnus (Elaeagnaceae, Magnoliophyta) включает около 80 видов, распространённых на Юго-Востоке Европы, в Южной и Восточной Азии, в Северной Австралии и Северной Америке (Цвелёв 2004). Систематика рода находится в стадии разработки, из-за чего разные авторы придерживаются различных взглядов на объём и родственные связи таксонов видового ранга. С.Г.Горшкова во «Флоре СССР» (1949) отмечает для этой территории всего 2 вида лоха – Е. angustifolia и Е. orientals . В монографической сводке Н.В.Козловской (1958) для территории бывшего СССР в качестве аборигенных приводится 5 видов лоха (Е. oxycarpa , Е. caspica , E. orientalis , E. turkomanica , E. songarica) , а также несколько видов как культивируемых и дичающих (Е. angustifolia , Е. littoralis , Е. argentea , E. pungens и др.). O.A.Связева (1986) включает Е. caspica и Е. turkomanica в состав Е. oxycarpa . Н.Н.Цвелёв во «Флоре Восточной Европы» (2004) указывает, что, возможно, Е. oxycarpa является дикорастущим предком Е. angustifolia . Северная граница естественного произрастания лоха в европейской части России проходит в районе рек Терек и Кума (Шмальгаузен 1897), в Казахстане – по Эмбе (Козловская 1958).

Лох издавна широко культивируется за пределами своего естественного ареала, так как имеет большое хозяйственное значение. Его плоды съедобны. Они используются для приготовления приправ, кондитерских изделий, каш, компотов, пастилы, кваса; эндокарп – заменитель кофе (Медведев 1957; Вульф, Малеева 1969). Корни, кора, листья, цветки и плоды широко применяются в народной медицине (Ходжиматов 1989). Камедь служит заменителем камеди трагакантовых астрагалов (Фёдоров, Кирьялов 1950). Лох – ценное медоносное и декоративное растение, используется для укрепления берегов и в защитных насаждениях.

Уже в XIX веке лох в качестве интродуцента был отмечен в Саратове (Шмальгаузен 1897). В начале XX века используется для создания защитных насаждений в Новоузенском уезде (Покровский 1913). В 1920-е годы лох уже является обычным растением в уличных посадках и скверах Саратова (Асмус 1924). С 1930-х годов лох в массовом количестве высаживается в искусственных лесопосадках в разных районах Саратовской области (Кох 1952; Худяков 1952). Мы разделяем мнение Н.В.Коз-ловской (1958), что большую часть растений, культивируемых на юго-востоке европейской части России, в частности в Саратовской области, под названием Е. angustifolia , при дробном понимании этого таксона целесообразно идентифицировать как Е. oxycarpa - лох остроплодный.

В последние десятилетия в Саратовской области наблюдается массовое расселение лоха остроплодного по антропогенным местообитаниям и его натурализация в естественных ценозах. Из антропогенных местообитаний лох остроплодный широко встречается на железнодорожных насыпях, в карьерах, придорожных кюветах, канавах, на старых отвалах, по берегам прудов, в населённых пунктах. Из естественных местообитаний данный вид активно заселяет степные овраги, балки и особенно долины рек. Здесь он образует древесные растительные сообщества (близкие к тугайным) на тех участках, где наблюдается неглубокое залегание грунтовых вод, но отсутствует длительное затопление территории паводковыми водами. На многих степных территориях широкое расселение лоха привело к изменению облика естественного ландшафта.

В благоприятных условиях отдельные деревья лоха остроплодного в Саратовской области достигают 6-8 м высоты и до 35-40 см в диаметре ствола (экземпляры в окрестностях села Радищево Новобурасского района). В суровые зимы наблюдается сильное обмерзание растений; у отдельных экземпляров морозом повреждаются скелетные ветви. Цветение происходит в первой половине июня, созревание плодов в сентябре-октябре. Плоды разных особей заметно различаются по форме и окраске; они не осыпаются и могут сохраняться на ветвях до весны следующего года. В условиях севера Нижнего Поволжья лох остроплодный активно размножается корневыми отпрысками, которые могут отходить от ство -ла на расстояние до 15 м и более. В местах с эродированным субстратом (овраги, берега рек, карьеры, траншеи, насыпи и др.) наблюдаются многочисленные экземпляры семенного происхождения. Из-за наличия на корнях лоха клубеньков с азотфиксирующими бактериями в непосредственной близости от старых экземпляров часто встречаются нитрофиль-ные травянистые виды растений (крапива Urtica dioica и др.).

Широкое расселение лоха остроплодного по Саратовской области приводит к некоторым изменениям в трофических и экологических преференциях широкого спектра видов животных, а иногда к обогащению фауны данной территории за счёт вселения новых таксонов и популя - ций. Например, вслед за лохом на север Нижнего Поволжья проник облепиховый, или лоховый бражник Hyles hippophaes, гусеницы которого питаются листьями лоха и облепихи (Аникин 2004; Anikin 2007). Интенсивное распространение лоха в луговом поясе дельты Волги и в её долине на всём протяжении реки существенно улучшило кормовые, гнездовые и защитные условия для многих видов птиц (Русанов 2006).

Специфическая архитектоника ветвей лоха создаёт благоприятные микроклиматические условия, которые используются животными разных таксономических групп. Среди густых зарослей лоха они устраивают свои убежища и ночёвки, пережидают ненастные погодные условия. Так, зимой и ранней весной в первые годы XXI столетия зимующие, прилетевшие и транзитные вяхири Columba palumbus ночами концентрируются в хорошо защищённых местообитаниях (Завьялов и др. 2004). Обычно встречаются такие ночёвки в поймах малых рек в густых зарослях лоха остроплодного. Они известны, в частности, из долины реки Чардым в Новобурасском и Воскресенском районах. Здесь же эти голуби иногда устраивают свои гнёзда (Мошкова 2004). Более того, на юге саратовского Правобережья и в степном Левобережье поселения вяхиря приурочены на современном этапе преимущественно именно к зарослям лоха в поймах рек и полезащитных полосах (Якушев и др. 2004 а,б). В отношении других голубей в регионе известны примеры устройства гнезда на лохе кольчатой горлицей Streptopelia decaocto , которая интенсивно заселяет селитебные ландшафты (Завьялов и др. 2006).

Аналогичная пространственно-временная динамика отмечена в Саратовской области для зимних скоплений сороки Pica pica . Например, в долине реки Чардым в нескольких километрах от станции Тарханы Саратовского района в защищённых от ветра складках местности каждую ночь в зарослях лоха собиралось на ночёвку в ноябре-декабре 2003 года до 160-180 сорок. В ноябре 2004 года на площади в несколько гектаров здесь было учтено уже около 250 особей.

Сороки также охотно устраивают гнёзда на лохе. Известно, например, что в сопредельном Мучкапском районе Тамбовской области гнёзда этих птиц располагаются на 15 видах древесных растений, в том числе на лохе в 39% случаев (Евдокишин 2003). В высвобождающихся гнёздах сорок часто поселяются обыкновенная пустельга Falco tinnunculus , кобчик Falco vespertinus и ушастая сова Asio otus . Из Фёдоровского района известны примеры гнездования степного орла Aquila nipalensis на лохе на высоте 1.5-2 м (Завьялов и др. 1999). В полупустынном саратовском Заволжье на этом дереве в 2000-2005 годах было устроено около 25% контролируемых нами гнёзд курганника Buteo rufinus .

Среди воробьиных птиц на лохе наиболее часто размещают гнёзда чернолобый Lanius minor и серый L. excubitor сорокопуты (Чернобай 2004). Известен случай, когда 28 мая 1977 в Энгельсском районе в за- рослях лоха найдено мешковидное гнездо полевого воробья Passer mon-tanus с 3 яйцами и 2 птенцами. Оно было подвешено к старому гнезду сороки, занятому обыкновенной пустельгой (Подольский, Харин 1984). Известны примеры гнездования на лохе и других певчих птиц. Так, иногда в полезащитных лесополосах, образованных лохом, поселяется иволга Oriolus oriolus: 11 июня 2005 её гнездование зарегистрировано в подобной лесной полосе вдоль автомобильной трассы вблизи села Ново-тулка в Питерском районе.

Важную роль имеет лох остроплодный и в питании многих птиц и зверей, существенно обогащая кормовую базу животных в районах произрастания. Действительно, продолжительные скопления на осеннем пролёте (с сентября по ноябрь) зяблика Fringilla coelebs , юрка Fringilla montifringilla , зеленушки Chloris chloris и некоторых других вьюрковых в пойме малых рек Саратовской области стимулируются обилием здесь плодов лоха (Банадык и др. 2002).

Полевые исследования, проведённые в зимнее время 1996-1998 годов в пределах островных экосистем средней зоны Волгоградского водохранилища в Ровенском районе, позволили выявить существование стабильных зимовок рябинника Turdus pilaris , формирование которых происходило на протяжении последних 20 лет. Зимой 1997/98 года численность этих дроздов только на одном из островов Черебаевской поймы площадью 2.5 км² составляла около 22 тыс. особей, а суммарная численность зимующих в этом районе рябинников оценивалась в 300-400 тыс. Высокая концентрация птиц в пределах островных экосистем обусловлена развитием здесь зарослей лоха, занимающих до 70% площади суши этих местообитаний. Данное обстоятельство способствует формированию на волжских островах устойчивой и богатой пищевой базы (Завьялов, Табачишин 1998).

Таким образом, в ходе массового расселение лоха остроплодного по антропогенным местообитаниям и его натурализации в естественных ценозах севера Нижнего Поволжья формируются его новые биотические отношения с аборигенными видами живых организмов. В большинстве выявленных в ходе настоящего исследования примеров они имеют положительный характер, позволяющий животным эффективнее использовать трофические и защитные ресурсы экосистем. С целью более широкого выявления указанных адаптаций необходимо в дальнейшем продолжить изучение биологии и экологии лоха остроплодного в Саратовской области.