Незаконный вывод банковских активов за рубеж как фактор, дестабилизирующий обстановку на финансовом рынке Российской Федерации

Н егативные явления, наблюдаемые в кредитно-банковской отрасли российской экономики, обусловливают всевозможные злоупотребления, разрастающиеся вследствие неэффективности финансовых санкций (других мер ответственности), применяемых к руководителям (учредителям) кредитных организаций, игнорирующим установленные Банком России правила, низкого порога прозрачности собственности, а также уровня взаимодействия регулятора с правоохранительными органами, Федеральной службой по финансовому мониторингу и другими контролирующими, в частности, налоговыми органами.

Практика искусственных банкротств кредитных организаций, особенно системообразующих, и распродажа их активов в большинстве случаев не отвечает интересам кредиторов. Арбитражные управляющие идут на любой обман последних, представляющих интересы, прежде всего, государства, поскольку имеют собственные корыстные интересы или являются ставленниками различных организованных преступных групп.

В соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 № 247-ФЗ «О внесении изменений в статьи 50.36 и 50.39 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» и статью 72 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» [1] назначаемый в кредитную организацию, находящуюся в стадии банкротства, арбитражный управляющий в своей деятельности подотчетен исключительно арбитражному суду, что позволяет ему по личному усмотрению или по заказу третьих лиц свободно оперировать финансовыми и материальными активами, поскольку эффективность банковского надзора за его деятельностью весьма прозаична.

При изучении опыта банкротств кредитных организаций выявлено несовершенство Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» [2] в части регулирования ликвидационных процедур, позволявших учредителям и менеджерам проблемных кредитных организаций максимально затягивать окончательное разорение последних. Своевременное прекращение их деятельности зависело от оперативности издания Банком России приказа об отзыве лицензии на банковскую деятельность и рассмотрения в арбитражном суде дела о банкротстве. В случае если на данном этапе действия регулятора не подвергались прессингу, каждое состоявшееся решение арбитражного суда незамедлительно оспаривалось в судебном порядке.

Несовершенство федерального законодательства проявляется также в отсутствии механизма предупреждения незаконного вывода банковских активов за рубеж, поскольку руководители кредитных орга- низаций имеют достаточно полномочий для заключения любых договоров и могут быть лишены их только по решению учредителей. В Федеральном законе от 08.07.1999 № 144-ФЗ «О реструктуризации кредитных организаций» [3], как известно, была легализована новелла, предоставлявшая Агентству по реструктуризации кредитных организаций право оспаривания таких сделок при их выявлении. У Банка же России в настоящее время отсутствуют эффективные рычаги для принятия аналогичных мер. К тому же Федеральный закон от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» [4] запрещает регулятору вмешиваться в оперативную деятельность коммерческих банков (ст. 55). Между тем изучение материалов арбитражных дел о банкротствах кредитных организаций, в которых обнаруживались признаки преступлений, свидетельствует о том, что инстанциями различных уровней арбитражных судов зачастую принимались прямо противоположные решения по одним и тем же вопросам. Подобная практика стала возможной вследствие несовершенства федерального законодательства о банкротстве и наличия таких субъективных факторов как личная заинтересованность и усмотрение отдельных арбитражных судей в принятии решений о распределении конкурсной массы.

Сегодня преднамеренноебанкротство все чаще используется для передела собственности и установления над ней «корпоративного» контроля. Результатом этого становится полное поглощение банкрота или его разделение на две обособленные структуры, новую – с чистым балансом и доходными активами и старую, включающую безнадежные ко взысканию долги мелких (частных) клиентов (вкладчиков).

Массовое банкротство кредитных организаций после августа 1998 г. показало, что регулирование банковской деятельности, а также надзор за ней со стороны Банка России в целом носят поверхностный характер. Почти все утратившие платежеспособность кредитные организации представляли недостоверную отчетность, проходя при этом (одновременно) международный аудит. Контроль Банка России в лице его территориальных учреждений (ТУ)оказался малоэффективным в результате их зависимости от региональных (местных) властей, заинтересованных в функционировании строго определенных кредитных организаций, а также несовершенства федерального законодательства, несогласованности общих и специальных (банковских) норм.

Состояние законности в кредитно-банковской сфере, особенно в условиях финансовых кризисов, во многом определяется качеством контроля за деятельностью кредитных организаций, получающих средства государственной поддержки, которое зависит от тщательности анализа операций последних, проводимых в отмеченный период, в том числе подпадающих под категорию «сомнительных», включая операции, не имеющие видимого экономического смысла, операций, ведущих к недостоверному отражению в учете или отчетности собственных средств (капитала) и принятых на себя рисков.

Говоря о нарушениях, обусловливающих незаконный вывод банковских активов за рубеж, следует иметь в виду и такие ситуации, когда кредитные организации создают управляющие компании, в свою очередь, организующие паевые инвестиционные фонды, а затем «сбрасывающие» туда проблемные ссуды, и получая паи, оцениваемые по текущей справедливой стоимости. Тем самым, они восстанавливают резерв по ссудам. При этом в описываемом «реверансе» происходит подмена актива, в то время как риски сохраняются.

Также в рамках использования паев реализуется другая схожая схема, когда кредитная организация покупает паи закрытых паевых инвестиционных фондов за «живые» деньги, а управляющая компания выдает заемщикам финансовые средства для погашения кредитов перед кредитной организацией. Описываемая метода в любом случае выглядит привлекательно, однако риски в конечном итоге опять же «оседают» на банке.

Не в полной мере обеспечивается риск-ориентированный (содержательный) надзор за деятельностью кредитных организаций в целях предупреждения и раннего реагирования на неблагоприятные тенденции в их деятельности. ТУ Банка России не всегда владеют исчерпывающей информацией о характере проводимых ими операций и принимаемых в связи с этим рисках, оперативно не отслеживают причины значимых изменений состава и объемов проводимых операций.

Не обращается должное внимание на различные оценки рисков по заемщикам, кредитующимся одновременно в нескольких банках одного и того же региона, не оценивается реальный уровень концентрации кредитного риска по взаимосвязанным заемщикам.

В ряде случаев надзорные подразделения ТУ Банка России упускают из видукредитные организации, у которых наблюдаются существенные изменения в составе собственников и (или) участников, что, как правило, влечет изменение их политики на рынке банковских услуг.

Применяемые к кредитным организациям меры банковского реагирования не всегда своевременны, последовательны и адекватны выявляемым нарушениям. В отдельных случаях происходит необоснованное затягивание сроков принятия решений, при ухудшении показателей деятельности или выявлении повторных нарушений меры воздействия не ужесточаются. При обнаружении серьезных нару- шений, в том числе требований Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [5], ТУ ограничиваются предупредительными мерами или штрафами. В то же время в отдельных случаях применяются меры воздействия, не предусмотренные ст. 74 Федерального закона «О Банке России», к Совету директоров банка, а также к службе внутреннего контроля предъявляются формальные требования об улучшении показателей финансовой устойчивости в целях признания ее достаточной для участия в системе страхования вкладов (ССВ),предписывается проведение аттестации сотрудников на знание нормативных правовых актов Банка России.

В отдельных ТУ сложилась практика, когда при выявлении нарушений в деятельности кредитных организаций им предъявляются требования о разработке и представлении плана мероприятий по их устранению, которые в последующем многократно продляются.

Заслуживают особого внимания ситуации, когда в отношении многофилиальных банков ТУ применяют меры воздействия за одни и те же нарушения, выявленные в различных филиалах, что свидетельствует о щадящем подходе к выработке надзорных решений.

Участились случаи, когда филиалы региональных банков в значительных объемах осуществляют сомнительные операции по обналичиванию денежных средств, выдаче высокорискованных кредитов. Вместе с тем ТУ, на территории которого располагается головной банк, не всегда реагируют в полной мере на подобные факты.

Нельзя обойти вниманием недостатки в осуществлении мониторинга за соответствием кредитных организаций, участников ССВ, требованиям Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» [6], поскольку свобода экономической деятельности включает в себя и свободу инвестирования. Главным образом, это отсутствие должного контроля за совокупностью параметров несоответствия участия в ССВ. На стадии, когда у кредитных организаций имеются предпосылки к несоответствию показателей их деятельности требованиям к участию в ССВ, ТУ не выясняют причин приближения к пороговым значениям показателей финансовой устойчивости, не ставят перед руководством кредитных организаций вопрос о предпринимаемых мерах по обеспечению соответствия показателей установленным стандартам.

В ряде случаев в предписаниях, направляемых ТУ в адрес кредитных организаций, отсутствуют указания на конкретные нарушения и недостатки в их де- ятельности, а также ссылки на федеральные законы и нормативные правовые акты Банка России.

Явно недостаточно ТУ изучают консолидированную отчетность банковских групп и банковских холдингов, как правило, не проводя проверок полноты и качества ее составления. При изучении отчетности и в ходе проверок банков, являющихся головными в банковской консолидированной группе, или входящих в банковскую группу, не оцениваются их риски с учетом внутренних операций, не применяются меры воздействия за недостоверность представляемой консолидированной отчетности.

Незаконному выводубанковских активов за рубеж способствуют также нарушения, проявляющиеся при государственной регистрации и лицензировании кредитных организаций. Представляемые в Банк России заключения его ТУ о возможности принятия решения о государственной регистрации вновь создаваемых кредитных организаций не в полном объеме соответствуют предъявляемым требованиям. В ряде случаев положительные заключения ТУ Банка России о бизнес-планах кредитных организаций не содержат принципиальных оценок обеспечения прозрачности структуры учредителей и их групп, позволяющих однозначно идентифицировать лиц, в том числе не являющихся учредителями кредитной организации, но имеющих возможность прямо или косвенно влиять на решения, принимаемые органами её управления.

Имеют место нарушения сроков рассмотрения документов при принятии решения о государственной регистрации кредитной организации, а также рассмотрения документов соискателей лицензии, которые незаконно ограничивают свободу экономической деятельности добросовестных хозяйствующих субъектов [7].

В связи с изложенным думается, что одним из существенных факторов, влияющих на деятельность Банка России по предупреждению незаконного вывода банковских активов за рубеж, является поступающая из его ТУ информация о работе кредитных организаций, отражаемая, в том числе в ежеквартальных аналитических записках «О недостатках в работе действующих кредитных организаций региона и мерах, принимаемых к ним в процессе надзора».

Между тем, изучение имеющейся практики позволяет констатировать, что информация ТУ Банка России в аналитических записках, отражающих сведения об организации надзора за деятельностью кредитных организаций соответствующего региона, нередко сводится к формальной фиксации изменений показателей их деятельности, отдельных статей баланса без подробного раскрытия причин соответствующих изменений. Реальные же нарушения вообще опускаются и не отражаются в указанныхзаписках, что препятствует принятию своевременных мер со стороны регулятора. Складывается впечатление, что Банк России не видит или не хочет видеть указанную проблему на местах, в то время как её ранняя диагностика в состоянии оказывать действенную помощь в дальнейшем. Например, по результатам рассмотрения аналитических материалов, в адрес некоторых Главных управлений Банком России направлялись жесткие письма с требованием об оценке их работы в кризисной ситуации, где отражались факторы накопления рисков – нарастание доли вкладов физических лиц, увеличение объемов кредитования, например, в строительство. Казалось бы, что во избежание угрозы стабильности кредитно-банковской системы подобные случаи должны были бы вызывать неподдельный интерес у адресатов, обусловливать проведение ими структурного и динамического анализа с тем, чтобы заблаговременно увидеть диспропорцию в структуре активов и пассивов, приводящую к угрозе срыва планомерной работы кредитной организации. На практике же подобной активности у подразделений Банка России не наблюдается.

В ряде случаев в аналитических записках отсутствует информация о результатах изучения деятельности кредитных организаций регионов, о выявленных в их деятельности сферах повышенного риска, операциях, существенно влияющих на изменение их финансового состояния. Недостаточно освещаются вопросы, касающиеся приоритетов в деятельности кредитных организаций в отчетном периоде, произошедших изменений в их политике, планов собственников по реализации, принадлежащих им акций (долей), намерений по изменению места нахождения, открытию филиалов, смене руководства и т.д.

При исследовании текущей ситуации в кредитных организациях практически не используются показатели прозрачности структуры собственности, организации системы управления рисками и службы внутреннего контроля, а также показатели, характеризующие рентабельность банковской деятельности.

Представляется, при отражении в аналитических записках результатов исследования деятельности кредитных организаций ТУ Банка России в недостаточной степени используются данные инспекторских, аудиторских проверок, информация правоохранительных, налоговых и иных контролирующих органов. Отсутствуют сведения об оценке деятельности кредитных организаций, отражаемой в обращениях, письмах и жалобах клиентов, сообщениях средств массовой информации (СМИ).

Таким образом, многие кредитные организации не прозрачны для ТУ Банка России, которые до конца не знают структуру их активов и пассивов, изменение балансовых статей, что оказывает негативное влияние на состояние законности в рассматриваемой сфере.