New finds of stone kettles in Mediaeval Rus

Бесплатный доступ

Two new finds of stone kettles are published originating from the fortifiedsite of Staraya Ryazan and Vladimir on Klyaz'ma. The both finds are identified as the pro-duction of Central Asiatic workshops. In Staraya Ryazan the vessel was discovered at theplot of production character, where amber was used as raw material. In Vladimir a frag-ment of stone kettle was probably related with the plot owned by a tradesmen engaged inamber trade. The finds' context suggests that at least in the second half of the 12 th - the firsthalf of the 13 th cc. objects of the kind were deliberately purchased by Russian artisans ortradesmen for production purposes.

Еще

Короткий адрес: https://sciup.org/14328521

IDR: 14328521

Текст научной статьи New finds of stone kettles in Mediaeval Rus

Обломки каменной посуды широко известны на средневековых памятниках Средней Азии, Волжской Болгарии, в золотоордынских городах Поволжья и Северного Кавказа, а также в Скандинавии ( Полубояринова , 2004. С. 316; Кдыр-ниязов , 1989. С. 100; Стальсберг , 2003. С. 118). В то же время, в материальной культуре средневековой Руси подобные предметы являются уникальным явлением. На сегодняшний момент по опубликованным данным находки каменных котлов на территории Древнерусского государства известны всего в четырех пунктах: 2 (?) экземпляра в Киеве и по одному в Гнездово, Ладоге и Владимире ( Булкин, Зоценко , 1990. С. 123; Пушкина , 1981. С. 288; Родина , 1997. С. 149; Хво-щинская , 2007. С. 200). Редкость этой категории предметов делает актуальной публикацию новых находок, т. к. они имеют важное значение для исследования международных историко-культурных контактов в средневековье.

Данная статья посвящена двум новым находкам каменных котлов на территории средневековой Руси. Первая происходит из раскопок на посаде городища Старая Рязань (раскоп 27) 2 ( Чернецов , 1997). Вторая найдена во время археологических исследований в северо-западной части Печернего города во Владимире на Клязьме в 2008 г.3 ( Милованов , 2009). Находки аналогичны друг другу и представляют собой фрагменты венчиков каменных котлов, изготовленных из твердого серого камня тальковой породы (рис. 1). Верхние части сосудов не имеют каких-

Рис. 1. Каменные котлы

1 – городище Старая Рязань; 2 – г. Владимир либо утолщений, край ровный, горизонтально срезан. Диаметр горловины котла из Старой Рязани по внешнему краю составляет 15 см, из Владимира – 15,2 см. Стенки обоих сосудов наклонены внутрь и утончаются от края котла к его дну. На фрагментах сохранились ручки-выступы в форме трапеции с ребром на внешней стороне, расположенные у самого края сосуда. В ручке котла, происходящего из Старой Рязани, просверлено вертикальное сквозное отверстие. Внешняя поверхность сосудов покрыта каннелюрами. На самих ручках видны неглубокие линии, сходящиеся под углом к ребру и образующие рифление в виде елочки. Верхний край котлов и их внутренняя поверхность хорошо зашлифованы.

Согласно письменным источникам, районы добычи и обработки тальковых пород известны в Средней Азии, где археологически засвидетельствованы рудники и мастерские IX–XIV вв. по изготовлению изделий из них ( Пругер , 1975. С. 225–229; Полубояринова , 2008. С. 54). В Северной Европе разработки и мастерские по производству каменной посуды в эпоху средневековья существовали на территории юго-западной Швеции и Норвегии ( Стальсберг , 2003. С. 118; Хвощинская , 2007. С. 199).

Изделия, происходящие из двух обозначенных географических регионов, различаются по традициям и технологиям их изготовления. Североевропейские каменные мисковидные сосуды и котлы обычно изготавливались с округлым дном, с одной ручкой или без нее ( Хвощинская , 2007. С. 200). В данной традиции выполнены сосуды, найденные в Гнездово и Ладоге, и датируются они IX–X вв. ( Пушкина , 1981. С. 288; Бессарабова , 2001. С. 119). Продукция среднеазиатских мастерских, в отличие от североевропейской, имеет богатую орнаментацию с внешней стороны. Она состоит из каннелюров, выточенных линий, образующих косую сетку и зигзаги, и др. На данных сосудах всегда располагалось более одной ручки различных геометрических форм, помимо этого с внешней стороны иногда вытачивались рельефные валики. Их отличительная черта – отверстия для подвешивания делались не в стенках котлов, а в ручках-выступах ( Хузин, Дроздова , 1986. С. 86).

Из приведенных характеристик видно, что анализируемые находки относятся к продукции среднеазиатских мастерских. Отметим, что полностью ана- логичный сосуд известен в средневековых материалах Хорезма (Кдырниязов, 1989. С. 100). Представленные данные дают полное основание считать, что фрагменты каменных котлов из Владимира и Старой Рязани имеют восточное происхождение.

Возникает вопрос об их датировке. Если фрагмент каменного котла в Старой Рязани обнаружен в слоях середины XII – первой трети XIII в. ( Завьялов , 2005. С. 99), то котел из раскопок 2008 г. во Владимире найден в нестратифицирован-ных напластованиях.

Наиболее обстоятельно данная категория находок, происходящая из раскопок Болгара, была проанализирована М. Д. Полубояриновой (2004; 2008). Наблюдения над оформлением верхней части сосуда позволили выделить два типа котлов – без венчика и с прямым утолщенным венчиком. Первый тип, к которому относятся и описываемые фрагменты, как считает исследовательница, наиболее характерен для Хорезма XI–XII вв. ( Полубояринова , 2008. С. 56). В Биля-ре наиболее широкое распространение каменная посуда получила в XII – начале XIII в. ( Хузин, Дроздова , 1986. С. 90). Отметим, что первая находка каменного котла во Владимире обнаружена в слоях XII–XIII вв. ( Родина , 1997. С. 149). На основании приведенных данных эта датировка наиболее вероятна и для находки 2008 г.

Таким образом, для XII–XIII вв. находки каменных котлов достоверно известны пока только во Владимире и Старой Рязани. Помимо этого есть сведения о двух находках в Киеве. Т. к. они до сих пор не опубликованы, а имеющаяся информация очень фрагментарна, нельзя установить время и место их производства. Исследователи относят их к кругу скандинавских древностей ( Булкин, Зоценко , 1990. С. 123; Стальсберг , 2003. С. 118).

Материалы Волжской Болгарии свидетельствуют об очень высокой ценности данных изделий. Во-первых, там очень часты находки фрагментов каменных котлов со следами ремонта, во-вторых, они встречаются только в богатых комплексах ( Полубояринова , 2008. С. 54). Интересно отметить, что первая подобная находка во Владимире была обнаружена предположительно на территории княжеского двора (Всеволода Большое Гнездо?) ( Родина , 1997. С. 149). Можно утверждать, что находки каменных котлов маркируют высокий социальный статус их владельцев.

Каменные котлы попадали в города древней Руси не вследствие установления прямых контактов со среднеазиатским регионом, а опосредованно, по всей видимости, через Волжскую Болгарию. Именно при раскопках средневековых городов Среднего Поволжья наиболее часто встречаются обломки каменной посуды. В Болгаре известно 50 фрагментов, в Биляре – 55 ( Хузин, Дроздова , 1986. С. 89–90; Полубояринова , 2004. С. 317). М. Е. Родина полагает, что каменные котлы на территорию древней Руси могли поступать по внеэкономическим каналам – в качестве военного трофея ( Родина , 1997. С. 152). Внеэкономическим считает характер их появления на Руси и В. Ю. Коваль. По его мнению, подобные предметы «являются однозначным свидетельством присутствия на территории Руси степняков» ( Коваль , 2009. С. 79).

Рассматриваемые в данной статье находки позволяют предположить еще один вариант их проникновения и использования в городах древней Руси.

Каменный котел в Старой Рязани обнаружен на территории усадьбы, с которой связывается большое количество необработанных кусков янтаря и фрагментов амфор, служивших для перевозки вина и оливкового масла. Это позволило В. И. Завьялову предположить, что на усадьбе работал специализированный ремесленник, производивший лаки и краски, или художник ( Завьялов , 2005. С. 99).

Каменный котел из Владимира был найден недалеко от подполья наземной постройки, в котором обнаружено скопление необработанного янтаря общим весом около 214 кг. Сама находка янтаря датируется концом XII – первой третью XIII в. (до 1238 г.) ( Зеленцова и др. , 2011. С. 113, 114). Столь большое количество янтаря свидетельствует, скорее всего, о том, что он был привезен во Владимир с целью последующей перепродажи. Возможно, для этого требовалась специальная подготовка (всего объема или, возможно, только части).

По письменным источникам известно, что каменные котлы использовались в числе прочего для искусственного окрашивания янтаря. Так, в труде ал-Биру-ни середины XI в., широко известном под названием «Минералогия», приводятся следующие данные по приемам придания товарного вида янтарю и изделиям из него: «У них (бус) либо оставляется [естественный] цвет, либо они окрашиваются в красный цвет путем кипячения в растворе квасцов в медном котле, а затем путем кипячения в растворе сандала в каменном горшке до затвердения» ( Ал-Бируни , 1963. С. 198).

Интересен тот факт, что в обоих случаях находки каменных котлов связаны с большим количеством необработанного янтаря. В Старой Рязани он происходит из усадьбы, носившей производственный характер, где в качестве одной из сырьевых составляющих использовался янтарь. Во Владимире на Клязьме каменный котел, вполне вероятно, связан с усадьбой, владельцы которой занимались торговлей янтарем. На основании контекста находок можно предположить, что по крайней мере во второй половине XII – первой трети XIII в. каменные котлы специально приобретались древнерусскими мастерами или купцами для производственных целей.

Статья научная