О повышении эффективности контрольной деятельности в Кыргызстане и Казахстане: политологический аспект

В сформированной парадигме государственной власти в КР и РК по осуществлению контроля выступают следующие аспекты, которые необходимо детализировать:

• -    субъекты прямого контроля , а именно Счетная палата, осуществляющая контроль за исполнением республиканского и местного бюджетов;

• -    субъекты косвенного контроля , опосредованные полномочиями Президента, Парламента, Правительства.

Важно отметить, что существует определенная дифференциация между органами административного контроля и контрольной властью, где последняя представлена высшими коллегиальными и единоличными органами государства особого рода, избираемыми и назначаемыми. Между тем, работа в органах контрольной власти не подразумевает занятие другой должности, за исключением научной, педагогической и творческой деятельности.

Необходимо четко представить формы контроля. Беря во внимание высшую юридическую силу Конституции КР [1] и РК [2], и изложенные в них приоритетные принципы, позволяет выделить критерии механизма государственного контроля.

Так, учитывая конституционные полномочия, определяющие статус Президента в КР и РК, важно приоретизировать президентский контроль в системе госконтроля.

В анализируемых текстах Конституции КР и РК:

• -    Президент является главой государства;

• -    Президент олицетворяет единство народа и госвласти, является его гарантом [1; 2].

К примеру, Президенты КР и РК обладают всей полнотой власти и различными средствами воздействия на уровень конституционной и общей законности, а в Основном законе обозначенных государств речь идет о таких основополагающих аспектах, как:

• -    реализация прав и свобод;

• -    обращение к народу с посланиями;

• -    вопросы гражданства и предоставления некоторым категориям лиц политического убежища;

• -    вопросы помилования;

• -    оценка деятельности подотчетных структур, назначаемых по его предложению;

• -    важно отметить особую роль охраны Конституции, как обязанности главы государства.

Если говорить об институционализации контрольной деятельности в РК, то важно обратить внимание на президентский контроль. В указанной связи детализиру- ем ряд аспектов. Анализ функциональных характеристик будет неполным без обращения к правовой основе статуса Президента РК, который составляет Конституция РК и конституционный закон РК «О Президенте Республики Казахстан», а также иные НПА.

Основой правового статуса Президента является Конституции РК, которая определяет место Президента в системе органов госвласти. В соответствии с Конституцией РК Президент:

• -    является главой государства;

• -    символом и гарантом единства народа и госвласти;

• -    незыблемости Конституции, прав и свобод.

Рассмотрим Функции Президента РК. Речь пойдет лишь о некоторых функциях, поскольку отвечает предмету анализа по ряду оснований.

Идеологическая функция Президента обусловлена конституционными нормами, идеями, принципами, которые определяют сущность, характер, направления деятельности государства. Идеи и принципы Конституции относятся ко всем субъектам конституционно-правовых отношений: Президенту, Парламенту, Правительству, КС, ВС РК.

Бесспорно, идеи и принципы Конституции порождают полномочия государственно-правового характера только у Президента РК, поскольку в соответствии с Конституцией Президент определяет основные направления внутренней и внешней политики государства .

Контрольная функция Президента заключается в контрольной деятельности в самых различных формах и самыми различными методами. Право отлагательного вето на законы, принимаемые парламентом, по существу, и есть контроль за соответствием законов Конституции РК. Президент контролирует правотворческую деятельность органов исполнительной власти.

Отметим, что Президент РК участвует в исполнении большинства функций ЦОВ и отвечает за большинство ключевых функций правительства, определенных Конституцией КР. Также нормами Основного за- кона РК конституированы прерогативы и ответственность за стратегическое руководство, координацию и планирование, которые разделяют между собой Президент, Министерство национальной экономики и Министерство финансов.

Разработка программы государственного управления также относится к сфере компетенции Президента, Министерства нацэкономики, Минфина, МЮ и Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции [3].

В продолжение анализа, важно отметить, что , согласно Конституции КР (2021 г.) ЖК КР – высший представительный орган, осуществляющий законодательную власть и контрольные полномочия в пределах своих полномочий [1].

В контексте исследования целесообразно признать позицию об определенных ограничениях при осуществлении законодательной власти, вытекающих из её статуса.

Попытаемся внести понимание в данную позицию. В силу того, что только народ обладает полнотой госвласти, что подразумевает, прежде всего, волю избирателей.

Тогда, можно полагать, что ограничения корреспондируют таким аспектам, как:

• -    соответствие закона политическим реалиям;

• -    соответствие Конституции КР и РК.

Социальные реалии наглядно показывают текущее состояние дел в осуществлении контрольных полномочий госорга-нами власти в КР и РК:

• -    предложения Правительству устранить нарушения законности в деятельности министерств, госкомитетов, ведомств, органов МСУ нарушений и привлечении к ответственности нарушителей законности;

• -    право отменять или приостанавливать действие правовых актов министерств, госкомитетов, иных центральных и местных исполнительных органов;

• -    обращение в Правительство о подготовке законопроектов или постановлений Правительства.

К сожалению, не редки случаи, когда издание Правительством не соответству- ющих законодательству НПА обусловливает принятие центральными и местными исполнительными органами НПА, конкретизирующих в пределах их компетенции решения. Такая ситуация приводит к искажению целей и задач, также обусловливает разночтения и разные толкования одной и той же нормы разными уровнями власти, что в целом приводит к недоверию у населения.

В указанной связи справедливо мнение, что возникающие нормы могут отражаться на состоянии законности. К тому же, создаются реальные предпосылки для различного рода злоупотреблений полномочиями госслужащими всех звеньев исполнительных органов власти.

Если говорить о значимости функции надзора и контроля присущих государству для сохранения общественных отношений, то можно признать, что отстранение государства от наблюдения, надзора за законностью деятельности государственных и негосударственных субъектов активизирует различные формы коррупции, произвол чиновников, что проявляется в различных формах социальной конфликтогенности, причем, как в КР, так и в РК.

Следовательно, можно признать, что исполнительная власть ориентирована на реализацию законов, поскольку наделена полномочием обеспечивать процесс реализации законов в комплексе с организационно-практическими, координирующими и контролирующими действиями.

Рассмотрим еще один аспект. По Конституции КР, Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, уголовного, административного и иных форм судопроизводства. Правосудие осуществляется судом.

Безусловно, согласно новой ред. Конституции КР (2021 г.) Судебная система устанавливается Конституцией и законами, состоит из ВС и местных судов [1]. Создание чрезвычайных судов не допускается.

В качестве обязательного условия при-оретизируется положение, что Судебная власть распространяется на все дела, возникающие на основе Конституции, законов, иных НПА, и МД КР.

При этом, судебный контроль имеет ряд дифференциаций с контролем органов исполнительной власти, который осуществляется по инициативе граждан, физических и юрлиц в связи с обращением в суд, а также субъектов социального управления, реализующих функции публичной власти [4, с. 39-41].

Безусловно, только суд осуществляет контроль над законностью правовых и административных актов. И если речь шла о политических процессах, присущих Кыргызстану, то также требует внесения понимания с суть происходящих событий в Казахстане.

Так, к примеру, казахстанский ученый и практик Мами К.А., полагает что: «В основе независимости суда лежат обстоятельства, когда:

• -    судья должен быть нейтральным и не заинтересованным в исходе дела, что обусловливает объективную процедуру споров согласно ст. 10 Всеобщей декларации прав человека.

• -    защита прав должна осуществляться согласно стандартам [5, с. 23].

Безусловно, судебная процедура требует:

• -    формальное равенство сторон;

• -    публичный характер деятельности суда;

• -    состязательный характер.

В процессе анализа важно зафиксировать гарантии независимости суда, закрепленных в нормах Конституции КР и РК, где признаются:

• -    Гарантии личной независимости, опосредованные порядком назначения на должность, их независимость, несменяемость и неприкосновенность.

• -    Судебный иммунитет, иначе говоря, невозможность привлечения судьи к уголовной ответственности, ареста, задержания и т.д. без согласия на то компетентного органа.

• -    Несовместимость должности судьи с выполнением иных государственных обязанностей и общественной активностью. При этом, судьям разрешается профессорско-преподавательская, научная и творческая деятельность.

При реализации своих полномочий актуализируются определенные гарантий, зафиксированные в тексте конституционного закона «О статусе судей» и в КР, и в РК. Здесь законодатели пошли по пути устоявшейся международно-правовой практики, где предполагаются:

• -    Гарантии институциональной независимости, что подразумевает служебную неподчиненность судей в структуре судебной власти и даже ВС КР и ВС РК не праве влиять на судей.

В контексте анализа важно выделить судебный контроль за законностью действий законодательной и исполнительной власти, в том числе связанных с правами индивида.

Абросимовой Е.Б. и Владимировой Л.Д. отмечается, что функция судебного контроля «придает ему качества самостоятельной власти на основе принципа разделения властей.

В свою очередь, Н.А. Колоколов, поддерживая идею судебного контроля за решениями, принимаемыми госорганами и МСУ считает, что любой НПА может быть введен в действие только после проверки его в судебном порядке на соответствие законам.

Также важно признать, что суд осуществляет контроль над конституционной законностью актов и выступает как институт, ограничивающий законодательную власть.

К примеру, ряд исследователей при рассмотрении теоретических вопросов контрольной деятельности разделяет все институты власти на:

• -    институты, принимающие основные политические решения;

• -    институты, осуществляющие исполнительские задачи.

В указанных обстоятельствах правосудие занимает ведущие позиции в обеих группах, поскольку:

• -    это конституционная юстиция, как носитель госвласти наряду с парламентом;

• -    остальные судебные органы, действующие наряду с органами управления [6, с. 58].

В определении места конституционной юстиции в системе разделения властей способствует объективному усилению роли судебной власти. Так, к примеру, Федеральный Конституционный суд ФРГ может выносить решения о компетентности парламента.

В свою очередь, Конституционный суд Испании является арбитром в спорах между органами государства о разграничении компетенции между органами и автономными областями.

В контексте исследования правомерно мнение Р. Давида, который отмечает, что отступления от принципа разделения властей, влияющего на место юстиции в механизме власти, проявляется и в ее отношениях с исполнительной властью.

По итогам предпринятого анализа можно резюмировать: Конституционный контроль – это деятельность компетентных госорганов по установлению соответствия законов и действий органов власти Конституции КР и РК.

Можно признать, что в данном определении субъект осуществления контроля (компетентные госорганы, в частности Конституционный суд КР), объект – законы, иные НПА; функциональное назначение – установление их соответствия Конституции КР.

По новой ред. Конституции КР (2021 г.) Суд не вправе применять НПА, противоречащий Конституции и ущемляющий права. Так, если при рассмотрении дела возник вопрос о конституционности закона или иного НПА, от которого зависит решение дела, то суд обязан приостановить производство по делу и направить запрос в Конституционный суд КР [1].

К признакам конституционного контроля необходимо отнести вынесение вывода о неконституционности законов и постановлений, принимаемых или принятых ЖК КР, международных договоров КР. Безусловно, итоговое решение Конституционного суда КР – веское основание для отмены неконституционного акта.

В продолжение анализа следует учесть мнение Мырзалимова Р.М., считающего, что конституционное судопроизводство – «урегулированная нормами совокупность действий, складывающихся между КС и другими субъектами при рассмотрении дел по охране Конституции» [7, с. 74].

В указанной связи, можно констатировать, что данное мнение соотносимо с их реализации и учетом новой конституционной модели КР.

Кыргызстанский исследователь Кул-манбетова А. считает, что в КР сформирована судебно-парламентская форма конституционного контроля. А в числе его особенностей относят отдельные функции по конституционному контролю, осуществляемые Президентом КР, ЖК КР, Кабмином КР, судами, прокуратурой, Акыйкатчы [8, с. 16].

Следовательно, конституционный контроль в КР не обладает свойствами отдельной ветви власти, так как в Конституции КР [1] одним из принципов власти является ее разделение на ветви, а конституционный контроль осуществляется различными органами власти, которые относятся к разным ветвям.

Тогда можно признать, что общие и дифференциальные признаки конституционного производства и общего судопроизводства в КР и РК позволяют признать их формой конституционного контроля в системе госконтроля в целом .

Перейдем к анализу еще одного уровня. Так, демократическое государство строится на корреляции таких секторов, как:

• -    государство;

• -    бизнес;

• -    гражданское общество (ГО).

В указанной связи, трипартизм, выступает тем самым действенным механизмом, когда государство поддерживает баланс между профсоюзами и работодателями.

Для казахстанских реалий отвечает духу времени постановка вопроса об аудите Лигой потребителей, «Атамекен», где санкции за нарушения должны накладываться комплексно на юрлицо, а не на человека, что в принципе минимизирует различные проявления коррупции.

Понятно, что система контроля, как и любая другая имеет определенные издержки. Поэтому в текущих реалиях в Казахстане актуализируется ее модернизация. В числе доминирующих факторов, здесь выступает сумма аспектов, которые «тормозят» поступательное развитие.

Так известно, что Российский союз промышленников закрепил ответственность госорганов за неправомерные действия в законодательстве. Такой аспект важно адаптировать к кыргызстанским и казахстанским реалиям.

• -    актуализируется вопрос омбудсмена при президенте РК по вопросам предпринимательства.

• -    актуализируется вопрос о создании единого центра по проверке совместно с отраслевой ассоциацией.

• -    актуализируется вопрос о саморегули-руемых гильдиях, формировании позитивных кейсов по защите предпринимателя с последующим тиражированием в бизнес-изданиях, СМИ.

• -    приоретизируется внесение пунктов в профильное законодательство, направленных на свободу предпринимательства.

Резюмируя промежуточные итоги необходимо признать, что институционализация госконтроля осуществляется в различных формах и различными субъектами.

Следовательно, к организационным формам госконтроля относят:

• -    парламентский контроль,

• -    президентский,

• -    судебный,

• -    контроль органов исполнительной власти,

• -    контроль омбудсменов,

• -    прокурорский надзор,

• -    финконтроль Счетной палаты и Нацбанка,

• -    отраслевой контроль в рамках той или иной сферы деятельности,

• -    общественный контроль.

Таким образом, по итогам комплексного политологического анализа необходимо выделить выводы:

• -    Система госконтроля и составляющих его элементов имеет непреложное значение для развития и дальнейшего функционирования кыргызстакской и казахстанской государственности, формирующихся политических систем и институтов.

• -    На основе имеющихся исходных данных обосновывается классификации видов и форм контрольной деятельности, суть и

• содержание которой кроется в ее целях, одновременно являясь прерогативой компетентных госорганов КР и РК.

  - Государственный контроль как одна из ведущих функций госорганов в контексте структуры и функционального назначения способствовала выделению его критериальной классификации по различным основаниям, а именно: судебный конституционный контроль; судебный контроль в сфере исполнительной власти, внутриведомственный (иерархический) контроль.

• -    Признается значимость функции контроля, присущего государству, что позволяет признать, что отстранение государства от наблюдения, надзора за законностью деятельности государственных и негосударственных субъектов активизирует различные формы коррупции, произвол чиновников, что проявляется в различных формах социальной конфликтогенности, причем, как в КР, так и в РК.

• -    Выделены общие и дифференциаль-

• водства и общего судопроизводства в КР и РК, которые позволяют признать их формой конституционного контроля в системе госконтроля в целом.

• -    Выделены признаки конституционного контроля с обоснованием выводов о не-конституционности законов и постановлений, принимаемых ЖК КР, международных договоров КР.

• -    Трипартизм выступает действенным механизмом, когда государство поддерживает баланс между профсоюзами и работодателями, что актуализирует усиление мер ответственности госорганов и перед бизнесом и ГО.

• -    По отношению к осуществлению контроля его субъекты относят к субъектам прямого контроля (Счетная палата по контролю за исполнением республиканского и местного бюджетов); к субъектам косвенного контроля (Президент, Парламент, Правительство).

ные признаки конституционного произ-