On the time of abandonment of the late Scythian settlements in the Northwestern Crimea
Автор: Antonov E.E.
Журнал: Краткие сообщения Института археологии @ksia-iaran
Рубрика: Железный век и античность
Статья в выпуске: 259, 2020 года.
Бесплатный доступ
The paper is devoted to synchronization and dating of the final assemblages from eight Late Scythian settlements excavated in the northwestern Crimea. Based on mass finds, these settlements can be divided into two groups regarding the time when they were abandoned. The first group of settlements ceased to exist in the first quarter of the I century AD, most likely, between AD 16 and AD 23 (Kulchuk, Chayka, Kerkinitida). The settlements from the second group functioned till the end of the I - early II centuries AD (Kalos Limen, Tarpanchi, Belyaus, Yuzhno-Donuzlavskoye, Kara-Tobe).
Late scythians, north-western crimea, kulchuk, chayka, kerkinitida, kalos limen, tarpanchi, belyaus, yuzhno-donuzlavskoye, kara-tobe
Короткий адрес: https://sciup.org/143173111
IDR: 143173111
Текст научной статьи On the time of abandonment of the late Scythian settlements in the Northwestern Crimea
В Северо-Западном Крыму восемь позднескифских поселений исследовались широкими площадями, им посвящена обширная, хотя и не всегда подробная литература. Однако в некоторых публикациях вплоть до последних лет бытуют устаревшие (и неверные) представления о том, когда именно замирает жизнь на этих памятниках (см., например: Колтухов , 1999. С. 24, 25; Кутайсов , 2004. С. 137; Храпунов , 2004. С. 93, 99, 116; Дашевская , 2014. С. 93; Смекалова, Кутайсов , 2017. С. 342, 286, 430; Сапрыкин , 2018. С. 406). Между тем современные разработки в области массового материала позволяют синхронизировать финальные комплексы поселений и довольно точно продатировать их. Настоящая статья призвана продемонстрировать такую возможность.
Поселения региона можно разделить по времени гибели на две группы. К первой относятся Кульчук, Чайка и Керкинитида. Для комплексов финальных строительных горизонтов этих поселений характерны, в частности1, целые сосуды и фрагменты:
-
1 В задачи статьи не входит рассмотрение всего комплекса находок. Основное внимание уделяется наиболее массовым, хорошо датируемым разновидностям причерноморских
http://doi.org/10.25681/IARAS.0130-2620.259.185-195
-
1. Псевдокосских светлоглиняных амфор типа C I ( Внуков , 2003. С. 28–96):
-
a) Кульчук ( Ланцов , 2008а. С. 15; 2009. С. 43, 51, 52, 69, 70–71, 73, 74, 75 и др.)2;
-
b) Чайка ( Внуков , 1984б. С. 68; Попова , 1991. С. 41, 69);
-
c) Керкинитида ( Драчук, Кутайсов , 1981. С. 28, 30; Кутайсов , 1990. С. 30. Рис. 6: 1–2, 15–17, 19–20 ; 7: 5 ; Внуков , 1997б; Vnukov , 2001. С. 171, 172. Прим. 1).
-
2. Светлоглиняных остродонных амфор с профилированными ручками типа С III ( Внуков , 2003. С. 102–117):
-
a) Кульчук ( Ланцов , 2008б. Рис. 115; 170);
-
b) Чайка ( Яценко , 1970. С. 35; Внуков , 1979. С. 36, 68, 69; 2003. С. 227, 228; 2016. С. 39. Рис. 2: 2 , 3, 5, 6; Попова , 1991. С. 51; 2017. С. 314).
-
3. Светлоглиняных плоскодонных амфор с профилированными ручками и широким горлом разновидности C IVZ ( Внуков , 2013. С. 24; 2016. С. 38):
-
4. Псевдокосских синопских амфор типа Син III ( Внуков , 2003. С. 141–147):
a) Чайка ( Внуков , 1984а. С. 60).
-
a) Кульчук ( Ланцов , 2008а. С. 25. Рис. 7);
-
b) Чайка ( Коляков , 1975. С. 251);
-
c) Керкинитида ( Кутайсов , 1990. Рис. 7: 3 ; Внуков , 1997б; 2003. С. 229; Vnukov , 2001. С. 171–172. Прим. 1).
Еще одна особенность этих комплексов, отмеченная их исследователями ( Попова , 1991. С. 69; 2017. С. 304; Внуков , 1997б; Ланцов , 2008а. С. 18; 2008б. С. 6), – отсутствие3 фрагментов наиболее ранней разновидности узкогорлых светлоглиняных амфор – подварианта C IVА1 ( Внуков , 2003. С. 117–128).
Для определения времени гибели поселений Кульчук, Чайка и Керкинитида важны следующие даты бытования упомянутых разновидностей амфор:
-
1. Середина I в. до н. э. – появление сосудов типов C I ( Внуков , 2006. С. 137– 139, 151–152) и Син III ( Vnukov , 2010. С. 364).
-
2. 20–15 гг. I в. до н. э. – первая треть I в. н. э. – бытование амфор типа С III ( Внуков , 2006. С. 140–142, 154).
-
3. Первая четверть I в. н. э. – время бытования сосудов варианта C IVZ ( Внуков , 2013. С. 24; 2016. С. 38, 39).
-
4. Вторая четверть I в. н. э. – появление узкогорлых светлоглиняных амфор разновидности C IVА1 ( Внуков , 2006. С. 118, 119, 141–143, 154–156, 167; 2016. С. 39, 40).
Для затронутой темы важно отметить, что С. Ю. Внуков датирует окончание бытования сосудов типа С III (Внуков, 2006. С. 154) и время бытования амфор варианта C IVZ (Внуков, 2013. С. 24; 2016. С. 38, 39) на основании того, что они встречаются в слоях разгрома, которые исследователь связывает с военной кампанией Аспурга. Поэтому присутствие варианта C IVZ можно использовать только для синхронизации: очевидно, что комплексы, содержащие фрагменты амфор. Кроме того, отобраны разновидности, зафиксированные на нескольких памятниках, что позволило синхронизировать их строительные периоды.
этой разновидности, образовались в одно и то же время4. Что касается типа C III, то для настоящей работы важна дата его появления – 20–15 гг. I в. до н. э., она дает terminus post quem для гибели поселений.
Таким образом, судя по датировкам указанных разновидностей амфор, наиболее вероятное время гибели позднескифских поселений на Кульчуке, в Кер-кинитиде и на Чайке – первая четверть I в. н. э. Примечательно, что башня № 2 Кульчука ( Ланцов , 2010. С. 146), а также «предместье» и одно из помещений «цитадели» Чайки ( Яценко , 1969. С. 292–293; Попова, Коваленко , 2005. С. 87, 93) гибнут в огне5. Слои разрушений с аналогичными по составу керамическими комплексами зафиксированы также при раскопках Неаполя Скифского, Калос Лимена и Усть-Альминского городища ( Колтухов , 1990. С. 187; Высотская , 1994. С. 22, 24, 32; Внуков , 1997б; Уженцев , 2006. С. 32, 132, 133). Их связывают с военной кампанией Аспурга против скифов ( Раевский , 1973. С. 116, 117; Колтухов , 1993. С. 217, 218; Пуздровський , 1992. С. 129; Пуздровский , 2001. С. 101; Внуков , 1997б; Зубарь , 1998. С. 29, 30; Сапрыкин , 2002. С. 217, 218). Судя по эпиграфическим источникам, поход боспорского царя состоялся между 16 и 23 гг. I в. н. э. ( Антонов , 2017. С. 231).
Ко второй группе (по времени гибели) относятся пять поселений региона: Калос Лимен, Тарпанчи, Южно-Донузлавское, Беляус и Кара-Тобе. Для финальных комплексов этих городищ характерны, в частности, целые сосуды, а также фрагменты:
-
1. Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVА2 ( Внуков , 2003. С. 127):
-
a) Беляус ( Колтухов , 1999. С. 24);
-
b) Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66. Рис. 25: 1 ; Внуков , 1988. С. 199, 205. Рис. 1: 26 ; 2003. С. 119. Рис. 45: 9 ; 2006. С. 120, 121. Табл. 5. № 34; 2016. С. 37, 40. Рис. 1: 7 ; 3: 1 );
-
c) Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. С. 102; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: ж );
-
d) Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 27; 2016. С. 40. Рис. 3: 4, 5 ).
-
2. Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVВ1 ( Внуков , 2013. С. 27; 2016. С. 41):
-
a) Тарпанчи (?)6 ( Щеглов , 1963а. С. 102; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: ж );
-
b) Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1968а. Рис. 73; 1968б. С. 22);
-
c) Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 27).
-
3. Светлоглиняных узкогорлых амфор подварианта C IVВ2 ( Внуков , 2016. С. 41):
-
a) Калос Лимен ( Кутайсов и др ., 1997. С. 173. Рис. 95: 9 ; Уженцев , 2001. С. 165. Рис. 7: 1–4 ; 2006. С. 223. Рис. 88: 1–4 );
-
b) Кара-Тобе.
-
4. Синопских амфор с желобком под венчиком типа Син II ( Внуков , 2003. С. 133–141):
-
a) Калос Лимен ( Кутайсов и др ., 1997. С. 173. Рис. 95: 1–3, 5 ; Уженцев , 2001. С. 165. Рис. 7: 5–10 ; 2006. С. 34, 223. Рис. 88: 5–10 );
-
b) Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 31).
-
5. Широкогорлых остродонных амфор с профилированными ручками типа Син V ( Внуков , 2003. С. 156–158; 2017. С. 330, 331):
-
a) Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66; 1991. С. 85. Табл. 29: 1 ; Внуков , 2003. С. 157. Рис. 64: 1 ; 2006. С. 120, 121. Табл. 5. № 34);
-
b) Кара-Тобе ( Внуков , 2003. С. 157. Рис. 64: 2–6 ; 2013. С. 33; 2017).
-
6. Коричневоглиняных амфор подварианта Kx IB2:
-
a) Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. Рис. 103: б ; Антонов , 2018. С. 60. Рис. 2: а );
-
b) Беляус ( Михлин , 1974. С. 66. Прим. 24);
-
c) Южно-Донузлавское ( Дашевская , 1972. С. 66. Рис. 25: 3 ; Михлин , 1974. С. 61, 62. Рис. 1; 2; Внуков , 2003. С. 162. Рис. 62: 324 ; 232 . № 322, 324, 337, 338);
-
d) Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 35).
-
7. Коричневоглиняных амфор варианта Kx IС ( Внуков , 2003. С. 193, 194):
-
a) Беляус ( Михлин , 1974. С. 61. Рис. 1; с. 62. Рис. 2: 1–10 ; Внуков , 2003. С. 233. № 356);
-
b) Южно-Донузлавское ( Внуков , 2003. № 353);
-
c) Кара-Тобе (Там же. № 358; 2013. С. 35)7.
-
8. Класса массивных амфор с припухлым горлом и клювовидным венчиком ( Зеест , 1960. С. 114, 116, 168. Табл. XXXII: 77е ; 171; табл. XXXV: 84б; Внуков , 2013. С. 40, 41):
-
a) Тарпанчи ( Щеглов , 1963а. С. 101; 1963б. С. 60; Антонов , 2018. С. 57. Рис. 1: г );
-
b) Кара-Тобе ( Внуков , 2013. С. 40, 41).
Для комплексов второй группы поселений характерно также отсутствие фрагментов светлоглиняных узкогорлых амфор варианта C IVC ( Внуков , 2006. С. 130; Уженцев , 2006. С. 34). Чтобы определить время оставления этих поселений, нужно учесть следующие даты бытования сосудов:
-
1. Середина – вторая половина I в. н. э. – время бытования амфор типа Син V ( Внуков , 2006. С. 160, 161; 2017. С. 331).
-
2. Последняя треть I в. н. э. – время бытования сосудов подварианта C IVА2 ( Внуков , 2006. С. 143–146, 157, 158; 2016. С. 40, 41, 44).
-
3. Последняя четверть I в. н. э. – смена разновидностей колхидских амфор Кх IВ2 и Кх IС1 ( Внуков , 2006. С. 130, 133, 134, 168).
-
4. Конец I в. н. э. – появление сосудов типа Син II (Там же. С. 130, 166; Vnukov , 2010).
-
5. Конец I – начало II в. н. э. – время бытования амфор подварианта C IVВ1 ( Внуков , 2006. С. 130–132, 146, 162; 2016. С. 41, 44).
-
6. Начало – 40-е гг. II в. н. э. – время бытования сосудов подварианта C IVВ2 ( Внуков , 2006. С. 166; 2016. С. 41, 44).
-
7. Последняя треть I в. н. э. – распространение массивных амфор с припухлым горлом и клювовидным венчиком ( Зеест , 1960. С. 114, 116, 168. Табл. XXXII: 77е ; с. 171. Табл. XXXV: 84б ; Внуков , 2013. С. 40, 41).
-
8. Вторая четверть II в. н. э., до 140 г. н. э. – появление сосудов варианта C IVC ( Внуков , 2006. С. 146–150, 163–166; 2016. С. 41, 44). То есть все эти разновидности амфор указывают на конец I – начало II в. н. э. как на время оставления поселений Северо-Западного Крыма второй группы.
Как уже отмечалось, в задачу настоящей статьи не входило рассмотрение всех датирующих находок, а только наиболее массовых и позволяющих синхронизировать комплексы. Между тем предложенная дата окончания жизни на отдельных поселениях второй группы подтверждается и другими категориями вещей. Так, например, на Калос Лимене наиболее поздние фрагменты краснолаковой керамики принадлежат формам, которые появляются в конце I – первой четверти II в. н. э. ( Уженцев, Труфанов , 2004. С. 267, 272, 273, 277, 282. Рис. 1: 2 ; 2: 17, 18 ; 3: 32, 33 ; 6: 61 ; Уженцев , 2006. С. 34).
На Кара-Тобе в слое последнего строительного периода были обнаружены четыре бронзовые фибулы. Две из них миниатюрные, с овальной выпуклой спинкой ( Внуков , 1997а. С. 67; 1997б. Рис. 4; 5; 6; 2006. С. 161). В своде А. К. Амброза точных аналогий им нет. В. В. Кропотов выделил их в группу 6 и датировал второй половиной I – началом II в. н. э. ( Кропотов , 2010. С. 166–168). Такую же дату дает К. Хелльстрем (она отнесла их к разновидности IC.3) ( Hellström , 2018. С. 67. Табл. 57).
Третья фибула – со щитком в форме летящего голубя ( Внуков , 1997а. С. 67; 1997б. Рис. 4: 4 ; 2006. С. 161). По А. К. Амброзу, это группа 8, подгруппа 5, которая датируется «в основном» II в. н. э. ( Амброз , 1966. С. 34, 35. Табл. 15: 23 ). В. В. Кропотов относит такие фибулы к форме 10 группы 16 и датирует второй половиной I – началом II в. н. э. ( Кропотов , 2010. С. 305, 314, 319). К. Хелль-стрем выделила подобные находки в вариант VII.3a, датирует она только более «широкую» разновидность VII.3, и датировка также широкая – вторая четверть I – середина III в. н. э. ( Hellström , 2018. С. 243. № 614. Табл. 87).
Четвертая фибула – лучковая подвязная – по А. К. Амброзу, принадлежит группе 1, серии 1, варианту, переходному от 1 ко 2, с датой – вторая половина I – начало II в. н. э. ( Амброз , 1966. С. 48, 49. Табл. 9: 3, 6 ). Такую же дату называет В. В. Кропотов (группа 4, серия I, вариант 2) ( Кропотов , 2010. С. 72, 74, 84), очень близкую – К. Хелльстрем (разновидность IB.1c, середина I – рубеж I–II вв. н. э.) ( Hellström , 2018. С. 53, 54. Табл. 85).
Очевидно, что наиболее вероятное время совместного бытования этих четырех фибул – вторая половина I в. н. э. – начало II в. н. э., что не противоречит дате, предложенной по массовому материалу.
К сожалению, краткость отчетов о раскопках целого ряда памятников (Тар-панчи, Беляус, Южно-Донузлавское) не позволяет уточнить время их гибели по другим (кроме амфор) категориям предметов. Находки античного времени, более поздние, чем первая половина II в. н. э., были обнаружены в нескольких пунктах региона. Но они единичны и не связаны со строительными остатками, т. е. могут свидетельствовать только о спорадическом посещении людьми северо-западного побережья Крыма. Можно утверждать, что выразительные находки, которые бы узко датировались второй половиной II или III в. н. э. и при этом были бы связаны со строительными остатками, на позднескифских поселениях Северо-Западного Крыма отсутствуют.
Таким образом, можно считать твердо установленным, что поздние скифы оставляют регион в два этапа. В первой четверти I в. н. э., вероятно, между 16 и 23 гг., гибнут и забрасываются Кульчук, Чайка и Керкинитида. В конце I – начале II в. н. э. население покидает Калос Лимен, Тарпанчи, Южно-Донузлавское, Беляус и Кара-Тобе. Мнения некоторых исследователей о том, что позднескифские поселения Северо-Западного Крыма существуют до III в. н. э., не находят подтверждения в массовом материале.